Я встал так, чтобы меня было видно сразу, но при этом — чтобы ядра лежали между мной и точкой выхода.

Пусть сразу понимают, что я выполнил своё обещание.

Свет внутри прямоугольника стал плотнее, мутнее, и наконец превратился в изображение металлического коридора.

Жёсткие лампы, ровный пол, тени людей.

А затем делегация вышла.

Пять человек.

Все в броне, которую я бы назвал «неприлично технологичной».

Никакой магии — и при этом каждый выглядел опаснее, чем местные мастера смерти.

Первым шагнул мужчина в полном боевом снаряжении — командир.

За ним двое солдат, оружие опущено, но держат так, что достаточно секунды — и в боевую стойку встанут.

Четвёртый — инженер: судя по прибору на груди.

Пятый — человек с небольшим устройством в руке, вероятно — переводчик, хотя, возможно, и аналитик.

Портал за их спинами шумел, как дыхание огромной машины.

Командир остановился в десяти шагах от меня.

Сканирующий взгляд прошёлся по моей новой броне, по бинтам, по рюкзаку.

И — по ядрам, разложенным рядом.

Он сказал что-то на своём языке.

Несколько коротких, четких фраз.

Переводчик шагнул вперёд, активировал устройство. Оно щёлкнуло и произнесло ровным металлическим голосом:

— Контакт подтверждён. Мы получили сообщение Янова. Имеем честь приветствовать… субъект неизвестного класса.

Я усмехнулся.

— Приятно слышать такое тёплое обращение. У нас в мире это звучит примерно так же, как «да кто ты вообще такой?»

Переводчик моргнул. Видимо, пытался понять тон.

Командир сказал пару фраз — чуть дольше прошлых.

Переводчик:

— Мы прибыли для проведения переговоров. Вы передали предложение о взаимной выгоде. Мы… заинтересованы.

Я слегка кивнул.

— Тогда, думаю, начнём с самого важного.

И жестом указал на ядра.

Солдаты, увидев их всерьёз, чуть пошевелились. Не резко, не угрожающе — но заметно. Как люди, которые увидели перед собой нечто настолько ценное, что даже прикосновение может оказаться преступлением.

Командир молчал секунду, будто оценивая. Потом кивнул инженеру.

Тот аккуратно подошёл — без спешки, но с абсолютной концентрацией — и опустился на одно колено рядом с ядрами.

Достал прибор, провёл им над сферами.

Прибор взвыл.

Инженер остановился.

Посмотрел на командира.

Короткий обмен взглядами был красноречивее слов.

Эти ядра — сокровища их мира.

И я держал их как мусор в сумке.

Хорошее начало для торга.

— Мне нужны големы, — сказал я спокойно. — Те, что стреляют огнём. Желательно два. С хорошей бронёй.

Переводчик передал.

Инженер чуть подпрыгнул.

Командир нахмурился.

Солдаты переглянулись.

Ответ пришёл быстрый.

Переводчик, чуть запнувшись:

— Танк. Вы хотите… танк?

— Если у вас это называется «танк», то да. Или два, если вы щедрые.

Командир несколько секунд молча смотрел на меня, будто пытаясь понять — шутка это или нет.

Потом произнёс длинную фразу, слишком длинную, чтобы я не понял её смысл даже без перевода.

Переводчик:

— Мы не можем передать вам боевые машины этого класса. Это запрещено. Стратегический уровень.

Я вздохнул.

— Жаль. Был бы красивый подарок.

Первая ставка провалилась, но торг на этом не заканчивается.

Я специально задирал планку, чтобы потом сбросить и выглядеть адекватным.

Командир сказал новую фразу.

Инженер достал из рюкзака тонкий блестящий планшет — явно не магический — и включил.

На экране появилась схема людей в разных типах брони.

Странные подписи, цифры, пульсирующие графики.

Переводчик:

— Мы можем предложить вам… альтернативы. Экипировка. Средства усиления. Медицинские препараты.

— Для начала — экзоскелет.

Я приподнял бровь.

— Поясни.

Инженер что-то сказал и сделал жест, будто натягивает невидимый костюм.

Переводчик:

— Экзоскелет — усиленная броня, увеличивающая силу движений. Облегчает передвижение. Снижает нагрузку на кости. Поддерживает поврежденные мышцы. Позволяет носить вес, превышающий вашу массу в десять–пятнадцать раз.

Я присвистнул.

— Прямо как магия усиления, только без магии.

Командир кивнул.

— Системы адаптируются к телу, — произнёс переводчик. — Но… не рассчитаны на взаимодействие с огненной энергией.

Я ухмыльнулся.

— А я разве рассчитан на правила вашего мира?

Инженер нервно сглотнул.

— Хорошо, — сказал я. — Что ещё?

На экране появились изображение ампул, таблеток, странных контейнеров.

Переводчик:

— Капсулы регенерации. Для восстановления повреждений, несовместимых с жизнью. Сращивают кости. Укрепляют мягкие ткани. Возвращают организм в идеальное состояние за сорок минут. Но неэффективны, если субъект погиб.

Я кивнул.

— Беру.

Командир:

— Это очень ценный ресурс.

— А у меня очень ценные ядра, — напомнил я.

Они посмотрели на мой улов и промолчали.

— Оружие? — спросил переводчик.

— Нет, — отрезал я. — Ваши жезлы, которые стреляют сами, я уже видел. Мне хватило. Я больше ценю жизнь, чем случайное самоубийство.

Инженер попытался скрыть улыбку, но не смог.

— Но вот это возьму.

Я указал на небольшие металлические цилиндры.

Переводчик:

— Гранаты. Три типа.

— Термобарические — выжигают воздух.

— Осколочные — разбрасывает металлические осколки, с огромной скоростью.

— Ударные — импульсная волна.

— Беру по несколько каждого. Для коллекции.

Переговоры продолжались недолго — мы оба знали цену времени.

И в итоге мы сошлись на следующем:

Я отдаю: все ядра, что удалось добыть.

Они дают:

Экзоскелет (в разобранном виде — в коробах),

Комлект адаптивной брони,

1 упаковку капсул регенерации,

1 набор медицинских гелей,

6 гранат трёх типов,

И в качестве подарка — рюкзак с сухпайками и водой.

Отличная сделка.

Когда обмен закончился, инженер отступил за командира.

Переводчик сказал:

— Император заинтересовался. Он желает продолжения сотрудничества. Через неделю портал откроется вновь. Мы доставим товары… соответствующие вашему уровню.

— А я принесу ядра, — сказал я. — Те, что вас заинтересуют ещё больше.

Командир кивнул.

— Разумно.

Портал за их спинами начал дрожать — истончаться, как нить под огнём.

Я сделал шаг назад и сказал:

— Жду с нетерпением. Надеюсь, что в следующий раз вы придёте с предложениями поинтереснее.

Командир ответил короткой фразой.

Переводчик:

— Он говорит: «Мы принесём то, что вас удивит. Главное — выживите.»

Я улыбнулся.

— Этот пункт есть у меня в планах.

И в тот момент, когда я сказал это, портал поглотил делегацию и схлопнулся, оставив меня в одиночестве, нагруженным коробками, рюкзаками и ощущением новой силы.

Я посмотрел на горизонт.

Архимаги.

Страж.

И та сволочь-огневик из первого круга.

— Теперь у меня есть на что опереться, — тихо сказал я. — Встретимся, господа. И я обещаю… удивлю вас всех.

Когда свет портала схлопнулся, пустошь снова стала тихой, как вымершая.

Холодная, неподвижная тишина — ни дыхания ветра, ни шелеста песка.

Только я, несколько коробов из техномира, рюкзак с пайками и бронёй, да семь разнокалиберных ядер, лежащих у моих ног.

И самое главное — ощущение, что я на пороге чего-то нового.

Но сначала нужно… выжить.

Я поднял ящики, насколько позволяли руки, и перетащил их чуть дальше — к холму, за которым начиналась каменная россыпь. Там, среди наваленных валунов, нашлось укрытие: обвалившийся кусок породы образовал подобие грота.

С трёх сторон каменная стенка, сверху наклонённая плита, оставляющая щель для света.

Пещера в миниатюре.

— Подойдёт, — сказал я вслух. — Если кто-то придёт убивать, я хотя бы увижу их раньше, чем они меня.

Я положил всё на пол — аккуратно, как торговец, раскладывающий товар.

Экзоскелет в разобранном виде лежал в узкой коробке.

Капсулы регенерации — в маленьком серебристом контейнере.

Рюкзак с едой я прижал ногой к стене — чтобы случайно не укатился.

Тело ныло, как будто меня пожевали несколько раз и выплюнули.

Впрочем, так и было.

Я сел на камень, открыв контейнер с капсулами.

Внутри ровными рядами лежали полупрозрачные овальные таблетки с голубым сердечником.

— Давай посмотрим, чего вы стоите, — пробормотал я и взял две.

Они мгновенно растаяли на языке — холодок металла смешался с мятой и чем-то кислым.

Неприятно, но терпимо.

Сначала ничего.

Потом…

Хруст.

В костях, под кожей, в суставах.

Лёгкий — будто кто-то шевелит пальцами внутри меня.

Жар.

Тепло вспыхнуло в груди, разошлось по рёбрам, по пояснице.

Мышцы дрогнули, дёрнулись сами собой, будто кто-то дёргал за невидимые нити.

Я попытался вдохнуть — и почувствовал, как лёгкие, наконец, работают ровно, без треска и боли.

Следующая волна жара ударила под лопатки.

Хруст стал громче.

Я зажмурился, но не от боли.

От ощущения, что тело перестраивают заново, слой за слоем.

Усиление сгладило остроту, сделало процесс… терпимым.

Хотя, если бы не оно, я бы сейчас орал так, что некроманты услышали бы в своей крепости.

Пальцы дрожали.

Рёбра двигались.

Позвоночник… вставал на место.

Я выдохнул сквозь зубы.

— Ладно… ладно… работайте, мать вашу.

Через минуту стало легче.

Через три — можно было пошевелиться.

Через пять — я уже стоял на коленях.

Я потряс руками.

Пальцы сгибались свободно.

Ноги больше не были ватными.

Внутренние органы перестали пульсировать в унисон.

Капсулы работали.

И работали прекрасно.

Первым делом — броня.

Я открыл длинную коробку, и внутри оказался аккуратно сложенный комплект: сегментированный костюм цвета выжженного металла, с гибкими пластинами на груди, плечах, бёдрах и голенях.

Материал был странный: гладкий, но не скользкий.

Тёплый, но не живой.

Он не отражал свет, а словно поглощал — как тёмная ткань.

Внутренний слой напоминал плотную кожу с тонкими прожилками, похожими на рунные нити.

На самом деле это были технические волокна, но для моего мира — самые настоящие каналы, проводящие силу.

Я провёл пальцами по ним.

— Магия или техника… какая разница, если работает?

Надел костюм.

Он обтянул тело, как будто подстраиваясь под форму.

Пластины плавно сдвигались, когда я двигался.

Я согнул руку — сегменты на локте повторили движение.

Поднял ногу — броня поддалась мягко, без сопротивления.

Самое важное — ладони были открыты.

Пальцы свободны.

Магия не пострадает.

И ещё одно — броня не грелась.

Я создал маленький огонёк в ладони, поднёс к пластине — и та осталась холодной.

— Отлично, — сказал я. — Даже очень.

Теперь экзоскелет.

На вид — ничего особенного: тонкие металлические полосы, встроенные в костюм, пару креплений вокруг суставов, дополнительные сегменты вдоль позвоночника.

Но стоило застегнуть последние фиксаторы…

Щёлк.

Система активировалась.

Это было похоже на глубокий вдох тела — мой вдох и вдох брони стали одним.

Мягкое давление легло на мышцы.

Суставы охватила прохладная стабильность, словно броня взяла на себя половину нагрузки.

Я встал.

И неожиданно легко перенёс вес на ноги.

Броня держала меня, как кокон.

Но не сковывала.

Я сделал шаг.

Второй.

Третий.

— Ну-ка…

Я подпрыгнул — не слишком высоко, просто проверить.

Приземление — мягкое.

Экзоскелет поглотил удар, будто у меня под кожей появились демпферы.

Я рассмеялся.

— Вот это подарок. Даже лучше танка.

Пора тестировать дальше.

Я нашёл камень размером с мою голову и ударил по нему кулаком.

Без магии.

Кулак ушёл в породу на пару сантиметров.

Камень треснул.

Запястье не хрустнуло.

Костюм мягко поддержал удар.

— Красота.

Я размахнулся сильнее — камень раскололся пополам.

Теперь рывок.

Я отступил на десять шагов, сосредоточился…

толкнулся пятками от земли…

И пролетел расстояние примерно в три раза быстрее, чем обычно.

Усиление?

Нет.

Просто экзоскелет.

Следующим был прыжок.

С разбега подпрыгнул на высоту двух человеческих ростов.

Приземлился — и колени даже не дрогнули.

— Магистры земли… я вас, похоже, переплюнул, — пробормотал я.

Но настоящий тест — магия.

Я поднял руку.

Огонь вспыхнул мгновенно, как будто рад был выйти.

Пламя обвило предплечье.

Пластина под ним потемнела на секунду… и осталась гладкой.

Я сформировал огненный клинок — бело-жёлтый, плотный, как раскалённый металл.

Размахнулся.

И ударил по ближайшему валуну.

Камень разлетелся в стороны, будто был сделан из сухой корки хлеба.

Я сделал серию связок:

— удар с разворота,

— прыжок вперёд,

— разрез снизу вверх,

— укол,

— отбив в сторону.

Броня держала движения идеально.

Ничего не мешало, мышцы под ней работали ровно.

Огонь стал частью движения, а движение — частью огня.

С усилением всё стало ещё интереснее.

Я активировал его, и мир чуть дрогнул: воздух стал острее, края камней — резче, пламя — плотнее.

Экзоскелет и усиление сработали в унисон:

движения стали молниеносными, удары — в разы сильнее.

Я сорвался вперёд… и преодолел тридцать метров за секунду.

Следующий удар кулаком — уже с усилением — превратил кусок скалы в облако пыли.

Я вдохнул глубоко.

— А вот это… — я улыбнулся. — Вот это сила.

Рядом лежали гранаты.

Я взял одну — термобарическую.

Узкая, металлическая, с непонятной пимпочкой сверху.

Я уже научился не смотреть в стволы оружия, но эта штука… вызывала уважение.

— Посмотрим, как ты работаешь.

Я отошёл на двадцать шагов, бросил гранату за валун.

Взрыв был мощным, воздух прогнулся.

Валун покрылся трещинами.

Я выглянул.

Ничего от него не осталось.

Экзоскелет защитил меня полностью — только ботинки слегка нагрелись.

Следующая — осколочная.

Металл разлетелся веером, пару осколков ударили по пластинам на плече и бедре.

Отлетели, даже не поцарапав.

Следующая — ударная.

Волна подняла пыльный столб, но костюм поглотил резонанс.

Я хмыкнул.

— С такими игрушками и без магии можно жить.

Я поднялся на вершину ближайшего холма.

Взглянул на горизонт.

На далёкие трещины пустоши.

На направление, где бродит последний страж.

Броня сидела как влитая.

Тело уже почти не болело.

Огонь внутри стал спокойным, ровным, уверенным — как часть меня, а не отдельный голос.

Я сжал кулак.

Вспыхнул клинок.

В другой руке — маленький импульс огня, в котором отражались оттенки лавы.

Я поднял взгляд к небу.

— Архимаг… теперь моя очередь.

Ты зря меня не добил.

Очень зря.

И двинулся вперёд — туда, где ждал последний страж, а за ним… война.

След стража тянулся через пустошь как рана.

Глубокие, продолговатые отпечатки, будто кто-то тащил за собой целую гору. Камни по краям были обуглены — от взрывов, от огня тех самых чужаков, которые пытались остановить его. Пятна чёрного пепла кое-где ещё тлели, словно вспоминали битву.

Я шёл по следу уверенно. Экзоскелет мягко поддерживал верные ритмы, и теперь каждый шаг давался легче, чем дыхание сутки назад. Кости больше не ныли, мышцы слушались, огонь внутри был ровным — как будто он наконец перестал спорить со мной и стал моей кровью. Не голос рядом, а часть меня.

Пустошь вокруг казалась тихой. Слишком тихой.

Через пару минут это стало настораживать.

— Пахнет засадой, — сказал я вслух. — Или это новая форма гостеприимства?

Слева — трещина в земле, глубокая. Справа — валуны, наваленные как баррикады.

А впереди…

Магия смерти.

Отчётливая. Вязкая. Накатывающая, как болотный туман.

Я поднялся на более высокий камень, чтобы оценить обстановку.

И увидел их.

Впереди, на каменной площадке, стоял отряд.

Не маленькая стайка учеников, которых некроманты отправляют на смерть, а нечто куда внушительнее. Гораздо внушительнее.

Сначала я увидел гончих.

Два десятка.

Они ходили кругами, злобно рыча, виляя хвостами из голой кости и сухожилий. Размером с лошадь каждая, с огромными пастями, что раскрывались в стороны — больше, чем должно позволять шея. Некоторые — с дополнительными костяными пластинами. Некоторые — с двойными суставами лап.

Я присвистнул.

— Даже симпатичные. Если смотреть издалека.

Потом — мастера.

Человек двенадцать–четырнадцать.

Все в костяных доспехах, с посохами, черепами, амулетами на шее.

Они переговаривались жестами, ритуалами, и каждый шаг гончей отзывался вибрацией в их магическом фоне.

И наконец — три фигуры в центре.

Магистры.

Они были выше остальных — и по росту, и по давлению силы.

Мантии накинуты на плечи как боевые знамена, на руках — костяные наросты, как природные кастеты. Один — с лицом, полностью скрытым маской из черепа гиганта. Второй — с белыми глазами, что смотрели сквозь людей. Третий — с полусгоревшим лицом, на котором кто-то восстановил кожу с помощью ритуала… но восстановил неудачно.

Да, эти трое были серьёзными врагами.

Я спрыгнул со своего камня и двинулся к ним прямо. Без скрытности.

Пусть видят.