— Ты тоже чувствуешь? — спросил я.

Алексей кивнул.

— Это фоновая энергия разлома. Её не спутаешь. Маги разных направлений ощущают её по-разному. Для меня — как свист ветра. Для тебя, полагаю, как жар.

— Угадали, — буркнул я.

— Значит, идём верно.

Он достал из-за спины короткое копьё, похожее на стальной посох, и сжал его в ладонях.

— Дальше будет плотнее. Слушай внимательно: если почувствуешь резкий скачок жара — это не просто фон. Это переходный слой, перед самым ядром.

— Понял.

Мы двигались медленно, всё чаще натыкаясь на следы когтей и сгоревшие кусты. Через какое-то время воздух стал гуще — буквально давил на кожу. Трава вокруг темнела, будто выгорела, а земля покрывалась тонкой сетью трещин.

— Близко, — сказал Алексей.

И в тот момент из-за валуна выскользнула тварь. Низкая, с длинными руками, словно собранная из обугленных корней. Её глаза светились бледным светом, а из пасти вырывался тихий треск — как от ломающегося угля.

— Не вмешивайся, — предупредил Алексей.

Я и не собирался. Хотел лишь увидеть, как сражается настоящий универсал.

Он не колдовал в привычном смысле — не было ни заклинаний, ни вспышек. Воздух вокруг него дрогнул, и в следующее мгновение копьё охватило пламя, за которым вспыхнула вода, потом ветер, и всё слилось в один удар.

Тварь просто рассыпалась — словно её и не было.

— Быстро, — выдохнул я.

Алексей обернулся.

— Это была только разведка. Настоящее ядро дальше. И там, возможно, не одна.

Попугай встрепенулся на моём плече:

— Замечательно. Значит, сейчас начнётся весёлое утро.

Я усмехнулся, но руку всё же положил на рукоять ножа. Весёлое — это мягко сказано. Разлом напоминал трещину в самой земле. Воздух над ним мерцал, будто над раскалённым металлом, а из глубины доносился гул, похожий на далёкое дыхание.

— Готов? — спросил Алексей.

— А у меня есть выбор?

— Нет, — усмехнулся он и шагнул вперёд.

Я последовал за ним. Мир вокруг потемнел. Воздух стал вязким, будто тягучий дым.

Пахло сыростью и гарью одновременно.

— Держись рядом, — бросил Алексей. — Разломы редко бывают прямыми. Здесь легко потеряться.

Мы двигались по неровной поверхности, освещённой слабым светом от стен — они светились изнутри, как живые.

Вскоре впереди послышалось шуршание.

— Гости, — тихо сказал Алексей.

Из тени вышли три твари. Узкие, вытянутые, с полупрозрачной кожей и искрящимися глазами.

Я даже не успел подумать — Алексей уже поднял руку, и с кончиков пальцев сорвался поток воздуха, срезавший первую тварь пополам.

Вторая попыталась прыгнуть, но её встретил острый каменный шип, вырвавшийся из земли.

Третья метнулась ко мне, и я инстинктивно ударил кулаком — в тот момент по телу прошёл жар, и зверя отбросило назад огненной волной.

— Неплохо, — бросил Алексей, не оборачиваясь. — Но постарайся без пожаров.

— Само получилось, — ответил я, чувствуя, как сердце бьётся в висках.

Мы шли дальше. Воздух постепенно густел, будто насыщался энергией. Я ощутил едва уловимый поток, бегущий вдоль стен, будто тянущийся к чему-то в глубине.

— Слушай, — сказал я. — Я никогда не задумывался, но ведь по потокам можно найти ядро, верно?

Алексей усмехнулся:

— Верно. Именно по этому принципу работают группы зачистки. Потоки энергии сходятся в точке ядра.

Он покосился на меня.

— Для этого и нужна академия. Чтобы не бегать вслепую.

Мы прошли ещё немного, и тоннель вывел в огромный зал. Посреди него плавало ядро — словно капля жидкого света, заключённая в воздух. Вокруг него — существо, переплетённое из тумана и металла.

Хранитель.

Алексей не стал ждать.

Вспышка — и на его ладонях засияли руны. Потоки воздуха и воды слились, образуя вращающийся вихрь, в центре которого мелькали молнии.

Он ударил точно в грудь хранителя. Того скрутило, но не развеяло.

— Быстро сюда! — крикнул Алексей.

Я сорвался с места. Пламя поднялось внутри меня само собой, не по воле — по инстинкту. Огненный удар врезался в существо, расплавляя его оболочку. Раздался треск — ядро засияло и раскололось, словно стекло.

Мир содрогнулся. Разлом начал рушиться. Потоки энергии вырвались наружу, пронизывая всё вокруг.

Я упал на колено — внутри будто взорвался костёр.

Каждый вдох обжигал.

— Алексей! Что… это?!

— Избыток! — крикнул он, перекрывая гул. — Не держи в себе! Расслабься, иначе сожжёшь каналы!

Я попытался сосредоточиться, отпустить, как он сказал. И в следующее мгновение всё внутри рвануло наружу.

Поток пламени прорвался сквозь меня, ослепительно яркий, ревущий, как буря. Воздух завибрировал, пламя разошлось во все стороны, испаряясь в воздухе.

Алексей мгновенно поднял щит — плотный, словно из камня, облитый водой. Волна ударила в него, рассеявшись, и лишь тогда я рухнул на колени, чувствуя, как тело возвращается в норму.

— Ну вот, — сказал он спокойно, опуская руки. — Теперь понял, зачем тебе нужна тренировка?

Я выдохнул, с трудом удерживая равновесие.

— Да… Пожалуй, понял.

— Хорошо. Тогда отдыхай. Завтра — следующий разлом.

Попугай с плеча мрачно добавил:

— Я надеюсь, этот хотя бы без фейерверков.

Разлом растворился ближе к закату. Воздух за пределами разлома казался странно чистым — будто мир сам облегчённо выдохнул.

Алексей бросил короткий взгляд на горизонт, убедился, что земля больше не дрожит, и только тогда разрешил привал.

Костёр разгорался медленно. Сухие ветки потрескивали, и в треске было что-то успокаивающее. Я сидел напротив, грея руки у огня.

Всё тело ныло, будто после марафона, а внутри ещё шевелился отголосок того огненного выброса.

— Слушай, — начал я, — а не будет проблем из-за всех этих ядер, что я поглощаю?

Алексей поднял взгляд.

— Теоретически — могут быть. Практически — у тебя нет выбора.

— Обнадёжили, — усмехнулся я, но всё же ждал объяснения.

— Сейчас это необходимость, — продолжил он спокойно. — У тебя перекос в сторону огня, и чтобы стабилизировать потоки, нужно расширить диапазон. Иначе при следующем выбросе тебя просто разорвёт изнутри.

Я покосился на свой кулак, где ещё тлел слабый жар.

— И ты считаешь, что это безопасно?

— Нет, — признал Алексей, не меняя тона. — Но риск оправдан.

Он покрутил в пальцах ветку, глядя на огонь.

— Я держу руку на пульсе. Замечу, что энергия ведёт себя нестабильно — остановим.

— Замечательно, — буркнул попугай с ближайшего камня. — Значит, ждём, когда наш универсал вспыхнет как факел, и тогда «остановим».

— Лучше уж так, чем ничего, — ответил я.

Алексей усмехнулся, но в глазах мелькнуло одобрение.

— Ты быстро схватываешь. Это хорошо. Главное — не переоценивай себя.

Он чуть подался вперёд:

— Помни, сила — инструмент. Но если инструмент управляет тобой, долго не протянешь.

Я кивнул, наблюдая, как угли переливаются оранжевыми искрами. Всё это время я чувствовал странное спокойствие. Будто пламя, бушующее внутри, впервые стало послушным. Хрупкое равновесие — но моё.

— Завтра двинем дальше, — сказал Алексей. — По карте в трёх днях пути есть ещё один разлом. Водный. Он тебе сейчас в самый раз.

— Без огня, — уточнил я.

— Именно. Нужно немного остыть.

Попугай встрепенулся и хмыкнул:

— Прекрасно. Теперь будем тонуть вместо того, чтобы гореть. Разнообразие — залог успеха.

Я рассмеялся. Алексей тоже чуть улыбнулся, подбросил в костёр ветку и коротко сказал:

— Привыкай. Это только начало.

Мы шли по кромке старого поля, когда Алексей вдруг остановился. Из подсумка он достал несколько кристаллов и соединил их особым образом. Воздух над ладонью дрогнул, и возникла полупрозрачная фигура мужчины в форме.

— Вернадский, — голос звучал чётко, будто человек стоял рядом. — Капитан Пётр Громов. Ситуация следующая: из периметра Московского разлома вырвалась крупная тварь. Двигается к северо-западу, в сторону поселений. Подтвердите местонахождение и передайте координаты.

Алексей нахмурился:

— Крупная — разумная?

— По данным — нет, — ответил капитан. — Но следы нестабильны. Возможно, новая форма.

— Ясно, — буркнул Алексей. — Только у меня ученик. Универсал, нестабилен. Оставлять его одного опасно.

— Оставь в укрытии, — отрезал Громов. — Вы ближе всех. Найдите тварь и пришлите маяк. Приказ Империи.

Алексей на мгновение замолчал, потом сказал спокойно:

— Пётр, мне нужны ресурсы. Малые ядра всех стихий, кроме огня — хотя бы по сотне каждой. Эти ядра я должен использовать для стабилизации ученика. Мы как раз начали курс выравнивания потоков, и если я сейчас брошу всё и пойду ловить вашего монстра — последствия будут, мягко говоря, нерадостные.

Громов недовольно прищурился:

— Ты серьёзно? Семьсот ядер за одно задание?

— Я серьёзен, — ответил Алексей. — Вы меня отвлекаете от самостоятельного сбора. Обычно я добываю ядра сам — через малые разломы. Теперь вы перекрыли эти зоны, и собрать их негде. Хотите, чтобы я отложил обучение и занялся вашей проблемой — тогда компенсируйте потери.

Молчание длилось секунду. Потом голограмма кивнула.

— Хорошо, я оформлю запрос. Семьсот ядер смешанного типа получишь после отчёта. Но ученик остаётся в укрытии — условие не обсуждается.

— Принято, — коротко сказал Алексей и разъединил кристаллы. Изображение растаяло.

Он повернулся ко мне.

— Ты остаёшься здесь. Укрытие в двух километрах, на холме.

Я глянул в сторону, куда он показал. До холма — открытое поле. Монстр уже где-то на подходе.

— Я не останусь, — сказал я твёрдо. — Если след свежий, нужно идти сейчас. Пока доберёмся до укрытия, он успеет уйти к людям.

Алексей прищурился:

— Ты понимаешь, что можешь стать его ужином?

— Понимаю. Но сидеть в яме и ждать — глупее.

Он усмехнулся краем губ.

— Упрямый. Ладно, идёшь со мной, но подчиняешься без споров. Если скажу «отход» — сразу делаешь шаг назад, понял?

— Понял.

— И не геройствуй. Твоя стихия нестабильна — не хватало ещё привлечь внимание всех тварей округи.

Я молча кивнул. В груди уже привычно ныло от лишней энергии. Семьсот ядер — звучало многообещающе: наконец-то можно будет выровнять потоки.

Мы двинулись по следу. Попугай на моём плече зевнул и пробормотал:

— Двуногий, ты опять идёшь туда, где жарко пахнет смертью.

— А ты разве не за приключениями летел? — буркнул я.

Он обиженно хмыкнул, но замолчал. Впереди темнел след твари. Мы шли быстро — и чем ближе подходили, тем сильнее чувствовалось: спокойных дней у нас не будет.

Мы шли по тропе между выжженных холмов, по направлению, куда показывал след — к северо-западу, в сторону границы, через которую, по докладу, прошла большая тварь. Это ещё не был разлом: место казалось нормальным, но с легким налётом чужой энергии — сигналом, что изтуда что-то вырвалось.

Алексей шёл вперёд, держал прибор в руке и внимательно смотрел по сторонам. Я шёл за ним, нащупывая потоки энергии пальцами на запястье: они то поднимались, то клонились вниз, как будто кто-то тянул за нитки пространства. Попугай молчал на плече — чувствовал, что сегодня не до разговоров.

Первые твари ударили почти без предупреждения. Одна выскочила из высокой травы, другая — из-под валуна; обе — мелкие, но быстрые, с жесткой чешуей и узкими зубами. Они не походили на тех, что мы рубили в заставе: пахло не только кровью, но и следами чужой магии.

Алексей среагировал первым: короткий жест — и перед нами вырос полупрозрачный щит, плотный и тонкий, как лист металла. Одна из тварей врезалась в него и отскочила сломав себе пару конечностей; вторая бросилась на меня, и я встретил её ударом — выпустил контролируемый взрыв огня, ровно настолько, чтобы отбросить, не расходуя лишнего.

— Без лишних эффектов, — крикнул Алексей, когда мы отбились. — Мы не ищем шоу.

Я притормозил дыхание и стал действовать вплотную к нему. Он уже не учил — просто работал. Его приемы были точны: земля, ущемляющая лапы; ветер, закрывающий проход; вода, тушащая огненные вспышки. Я подстраивал свой импульс под его ритм, не делая лишних огненных всплесков.

Через десять минут выскочила еще пара. На этот раз Алексей бросил в них сгусток земли, я добавил к этому сжатый поток воздуха — и тварь разлетелась по кустам, оставив после себя только следы и запах паленой кожи.

— Не пройдём мимо, — сказал он тихо, когда всё стихло. — Они проверяют границы. Такие мелочи идут сначала — разведка. Где-то рядом что-то крупное.

— Значит, след держим? — спросил я.

— Держим, — кивнул он. — И если мы пропустим их, они поведут за собой более серьёзных монстров. Нельзя позволять этому добраться до людей.

Мы шли дальше, осторожно проверяя каждый заросший овраг и каждый валун, не давая мелочи нас зажать. Дорога была однообразна: короткие выстрелы, точные движения, минимум огня — потому что огонь оставляет след, а нам нужна тишина и скорость.

Попугай ворчал, но клевал крупицы с моей руки, будто напоминая: даже в таком деле нельзя забывать про еду.

Чем дальше шли, тем свежее становились следы — кто-то явно двигался в том же направлении. Мы ускорили шаг. До города было далеко. Нам нужно было перехватить тварь сейчас — на открытой местности, где её можно было бы загнать, а не ждать, пока она доберётся до окраин.

Я глянул на Алексея, который время от времени проверял направление, сверяясь с каким-то небольшим прибором на ремне.

— Что это за штука у тебя была? — спросил я. — Та, что показывала офицера.

— Артефакт связи, — ответил он не отвлекаясь. — Новая разработка имперского артефакторского отдела. Работает даже при перепадах энергии, где обычные магические каналы глохнут.

— Хм. И много таких у вас игрушек, о которых простые маги даже не слышали?

Алексей коротко усмехнулся:

— Невероятно много. Империя не любит делиться тем, что считает нужным скрыть. А если кто и видел подобные устройства, то, как правило, не имел возможности рассказать об этом дальше.

Я понял намёк и больше не спрашивал.

Шли мы ещё минут двадцать, пока Алексей внезапно не поднял руку, останавливая меня. Его взгляд скользнул по земле. Я последовал за ним и увидел след — глубокий, почти в локоть, с неровными краями. Камни на дне следа плавились, будто кто-то прошёл по ним раскалённым металлом.

— Вот она, — сказал Алексей тихо. — Судя по отпечатку, минимум три метра в холке.

Я присел рядом, осторожно провёл рукой над отпечатком — воздух дрожал, будто всё ещё помнил жар.

— Свежее. Час, максимум полтора.

— Верно, — кивнул Алексей. — Идёт быстро. Если не перехватим до заката, придётся ждать ночь. А ночью такие твари становятся куда хуже.

Он выпрямился и посмотрел вперёд, туда, где тропа переходила в каменистую равнину.

— Готовься. Дальше будет всерьёз.

Мы лежали за каменным уступом, наблюдая, как монстр медленно перемещается по низине. Он был огромен — не просто крупная тварь, а воплощение разрушения. Каждое движение отзывалось глухим гулом в земле, будто кто-то бил молотом по броне.

Алексей молча разъединил кристаллы и спрятал их в подсумок. Потом, не оборачиваясь, тихо произнёс:

— Двигаемся назад. Наблюдать можно, но вступать в бой — глупость. Это не наш уровень.

Я кивнул, хотя внутри всё протестовало.

— Думаешь, она настолько сильна?

— Не думаю, — ответил он спокойно. — Знаю. Смотри на землю — следы плавятся. Это не плоть, это концентрированная энергия. Для нас двоих — слишком рискованно. Пока военные не подойдут, вмешиваться нельзя.

Я посмотрел на него, изучая профиль — спокойный, уверенный, даже равнодушный. И всё же… было что-то странное. Он не выглядел испуганным. Ни дрожи, ни тени сомнения. Просто холодная оценка.

Я вспомнил, как он сражался в прошлый раз: без вспышек, без суеты, будто комбинировал заклинания машинально. Он называл себя адептом, хотя по уровню силы многие мастера позавидовали бы.

Вот что значит реальная сила универсалов, — подумал я. Не громкие титулы и не ритуалы, а умение управлять каждой каплей энергии так, будто ты сам — часть стихий.

Монстр поднял голову и издал низкий рык, от которого дрогнули камни под ногами. Алексей коротко бросил:

— Отходим. Без шума.