Последний из алеутов, последний из могикан, последний из удеге…

Сделан, может, последний шаг на последней ноге.

Предпоследнюю ногу отъел ли медведь, откусил ли кит –

но скорее – облитерирующий эндартериит…

Он сидит в ожиданьи точащих свои железки врачей,

может, вправду великих шаманов, а может – простых сволочей,

у которых в их круглых глазах, хоть они и светлы,

а полуденный свет не скрывает полуночной мглы.

За окошком всхрапнула машина, как давеча раненый морж.

Молодая старушка-жена прокалила разделочный нож

и ушла в пустоту… Два больших санитара с каталкой в дверях

ненадолго застряли… Бессмысленный маленький страх

за себя, за народ свой пропащий проник под халат…

И меняли белье… И профессор, как толстый их жрец,

прямо с белого неба возник… В этот миг наконец

и наркоз заработал… Дела подвигались на лад…