Глава 11 Выбор

Картинка, показываемая Бельком, начала расплываться. Последним он передал мне сообщение:

— Хочешь спасти их, выбери меня…

Это были слова самого Фроста, его голос, но когда он смолк, раздался другой, более тонкий и звонкий:

— Нарушь клятву, которую ты дала Сумраку, — видимо, это сказал сам зверек.

После этого Белек убрал лапу и виновато прижал ушки к голове. Не особо ему нравилось то, что он делает, но пойти против воли хозяина он не мог.

Тут-то меня и осенило — все это было подстроено! Мой побег, поездка к мужу, то, что я оказалась в пустыне и встретилась с сумеречным драконом… Все это время Фрост следил за мной и выжидал удобного случая, чтобы появиться. Я мнила себя сильной и ловкой — сбежала от дракона. Как бы не так! Это он меня отпустил. С самого начала я лишь танцевала под его дудку.

Но зачем? Почему он не мог взять мои пять ночей там, в своем холодном дворце? Условия проклятия! Наверняка дело в них. Ледяной дракон обязан их соблюдать, иначе снова окаменеет. Если бы я только знала, каково условие второй ночи… возможно, я смогла бы как-то помочь Моргану.

Я посмотрела в глаза Бельку, словно в них скрывался ответ. Конечно, его там не было, но подсказку я все-таки получила, вспомнив его послание. Вдруг это вовсе не совпадение, что Фрост явился сразу после моей клятвы Моргану. Он хотел, чтобы я ее нарушила! Не факт, что это то самое, но попробовать стоит.

Приняв решение, я выпрямилась во весь рост. Я не могла позволить ребенку погибнуть по моей вине, а потому, бросившись вперед, практически в самую гущу схватки, я закричала:

— Стойте! Довольно! Я сделала выбор!

Мой слабый человеческий голос не заглушал рев двух драконов. Я чуть не надорвала горло, пока до них докричалась. Но в конце концов на меня обратили внимание.

Едва поняв, что меня слушают, я выпалила:

— Я выбираю тебя, Фрост! Клянусь, что не передумаю!

Слова были как яд. Они горечью оседали на языке. Я предавала не только Моргана, но и саму себя. Свое сердце, свою мечту, все то, к чему я стремилась и что было мне важно.

В груди что-то оборвалось, я боялась поднять глаза, боялась увидеть, что натворила своим выбором. Стыд, боль, раскаяние — все смешалось в один липкий ком, от которого трудно было дышать. Я чувствовала себя предательницей. Лишь слабая надежда, что хитрость с клятвой хоть что-то значит, поддерживала во мне веру в лучшее.

Но слова прозвучали, пути назад не было. Они выстроили между мной и Морганом стену — такую же холодную и непробиваемую, как тот, кого я только что выбрала.

Оба дракона сменили облик на человеческий. Передо мной стояли двое мужчин. Один любим до бесконечности, второй настолько же ненавидим.

Вопреки ожиданиям Морган не осуждал меня и не злился. Он лишь смотрел с печальной улыбкой. Мне почудилось почти незаметное одобрение в его взгляде. Но, возможно, я выдавала желаемое за действительное.

Зато Фрост был доволен и не скрывал этого. Он победил обманом, но это нисколько его не смущало.

Морган тихо уточнил:

— Ты уверена, эльтиара?

— Ты не расслышал, Сумрак? Дева сделала свой выбор. Имей смелость его принять, — вмешался Фрост.

— Да, — хрипло выдохнула я и сама чуть не разрыдалась.

Морган ничего не ответил. Он замер, глядя на меня. Его кожа дрогнула, покрываясь тончайшими трещинами, словно пересохшая пустынная глина. Они расползались все шире, углублялись. Плоть Моргана превращалась в песок.

Крупинки осыпались едва заметной пылью, золотистой в свете звезд. Человеческий силуэт быстро терял форму. Его словно размывало потоком воды.

Ветер подкрался мягко, как хищник, а потом одним резким порывом ударил в Моргана. Песчаные крупицы взвились в воздух, закружились в вихре. Мужская фигура дрогнула… и рассыпалась окончательно — стремительно и беззвучно.

Мгновение — и от Моргана не осталось ничего, кроме золотистой пыли, танцующей в потоках ветра. Тонкими струйками она уносилась к барханам, терялась в безграничной пустыне такого же песка, будто и не существовало никогда сумеречного дракона. А все, что между нами произошло было лишь миражом. В пустыне они частое явление.

* * *

— Ты приняла мудрое решение, — похвалил Фрост, когда мы остались одни.

Я глянула на него исподлобья. Ледяной упивался победой. А ведь он только что уничтожил другого дракона! И даже не поморщился. Это лишний раз доказывало, что те, кого он пленил, в реальной опасности. Если Фрост не жалеет собственный вид, то на людей ему вовсе плевать.

— Отпусти их, — попросила я.

Фрост прекрасно понял, кого я имею в виду.

— Отпущу, — пообещал он. — Но сначала ты отдашь мне вторую ночь. И я даже буду настолько добр, чтобы вознаградить тебя за нее.

— Мне от тебя ничего не надо! — выпалила я. — Подавись своими дарами! Я тебя ненавижу.

Но ледяному было плевать на мои эмоции. Взяв за локоть, он потащил меня к шатру. К тому, где всего час назад я была счастлива с Морганом! Я попыталась сопротивляться, но ноги скользили по песку, перемешанному со снегом. Фрост был сильнее, даже несмотря на то, что прилично хромал на раненую в бою ногу.

Шатер не развеялся без сумеречного дракона, но внутри был уже не таким роскошным. Он сжался до обычного размера. Откинув полог, мы попали сразу в спальню с той самой кроватью.

При ее виде мне сделалось дурно. Только не здесь! Умоляю…

— Сумрак погиб. Это же твой брат! — я попыталась достучаться до Фроста. — Неужели тебе все равно? У тебя вообще есть чувства?

— Если ты пытаешься причинить мне боль, не старайся, — Фрост шагнул ближе, схватил меня за руку и прижал мою ладонь к своей груди. — Чувствуешь, как бьется сердце?

Я нахмурилась. На самом деле, нет. Я ничего не ощущала. Моя ладонь будто лежала на куске холодного мрамора, а не на мужской груди.

— То-то и оно, — усмехнулся Фрост. — Мое сердце — лишь лед. Оно не стучит, не болит и не чувствует. Смирись уже с этим и не пытайся вызвать во мне эмоции. Это бесполезно.

Я в ужасе отдернула руку, безоговорочно поверив его словам. Не похоже, что он врал. Я ведь и правда не слышала стука.

— Ты выбрала меня, нарушив данную сумеречному клятву, а значит, выполнила условие второй ночи, — заявил Фрост. — Но скоро рассвет, нам надо торопиться.

С этими словами он подтолкнул меня к кровати.

— Нет, только не здесь! — я выставила перед собой руки в защитном жест.

— Ничего другого поблизости все равно нет, — пожал плечами Фрост.

Для меня это было равносильно осквернению святыни. Меня затрясло. Не от страха, а от ярости, густой и жгучей, как яд, разлитый по венам. Ненависть поднималась волной, сдавливала грудь, перехватывала дыхание. Казалось, еще миг — и я просто взорвусь изнутри.

Руки дрожали, пальцы непроизвольно сжимались в кулаки, ногти впивались в ладони, но даже боль не могла заглушить этого чувства. Хотелось кричать, бить, царапать, стереть Фроста с лица мира.

Все внутри сопротивлялось: сама мысль о «второй ночи» с ледяным вызывала тошноту и отвращение. Но я отлично понимала, что не смогу ему навредить. Я слишком слаба для этого. Ничтожная человечка всего с каплей драконьей крови ничто против ледяного дракона.

И тут я заметила кинжал.

Он лежал совсем рядом — на краю тумбы, будто нарочно оставленный. Протяни руку — возьмешь. Металл тускло блеснул, и в голове щелкнуло: холодно, ясно, отчаянно. Я не могу навредить Фросту, но я могу уничтожить то, что ему жизненно необходимо.

Схватив нож, я повернулась к ледяному. Он не сразу понял, что я делаю. Сперва решил, что я ему угрожаю. Это вызвало у него снисходительную улыбку.

Но я приставила лезвие ксвоему горлу.

— Приблизишься, и твоему шансу на спасение конец, — голос дрожал, но я заставила себя посмотреть дракону в глаза и потребовала: — Отпусти людей!

В ответ Фрост щелкнул пальцами:

— Сделано. Что-нибудь еще?

Я часто заморгала, не ожидая столь быстрой и легкой победы.

— Навредишь себе, лишь бы мне было плохо? — между тем произнес Фрост.

— Ты и так все у меня отнял!

— Но и мне терять нечего.

— Я никогда не буду твоей, — заявила я.

— Ты поклялась, — сощурился Фрост.

— Значит, я беру свои слова обратно.

Вот и все, я нарушила данное ему обещание. Только не знаю, как это мне поможет. Ведь уже в следующий миг Фрост дернулся ко мне. Из-за хромоты он двигался медленнее обычного, и все же был гораздо быстрее меня.

Вот только, прежде чем он добрался до меня, полог шатра взметнулся, и ветер занес внутрь песок. Тот закрутился вихрем вокруг ледяного дракона, но развеялся от взмаха его руки.

Ни я, ни Фрост не поняли, что это было. Но странное ощущение, будто что-то изменилось, не покидало меня.

— Опусти нож, — не потребовал, а попросил ледяной с совершенно несвойственной ему интонацией и снова шагнул ко мне.

Он больше не хромал! Это первое, что я заметила. А затем он сделал нечто вовсе невообразимое для Фроста — медленно и осторожно, словно боясь спугнуть, опустил голову и коснулся своим лбом моего. Не властно. Не демонстративно. А так, будто между нами не противостояние, а доверие.

Я застыла.

Этот жест ранил сильнее физического удара. Он был до боли знаком. Так касался меня Морган. Создавал между нами это мгновение тишины. Паузу, в которой было больше смысла, чем в любых действиях или словах.

— Но как… — вырвалось у меня едва слышно.

Зачем ледяному повторять это? Как он вообще мог знать о таком? Фрост не способен на подобную нежность. Я отодвинулась и всмотрелась в его мужчины, словно надеялась найти трещину, ошибку, хоть что-то, что подтвердит или опровергнет догадку. И нашла, заглянув ему в глаза.

Белесая синева исчезла, растворилась в темноте. Сердце пропустило удар. Потом еще один. Вспышки, обрывки, образы сложились в единую картину: прошедшая хромота, жесты, свойственные Моргану, его глаза, но главное — чувство. Та самая тонкая, натянутая нить между нами, которую невозможно подделать.

Передо мной был не враг. Это мой истинный смотрел на меня из чужих глаз.

Рука с кинжалом опустилась сама собой. Звякнув, тот выпал из ослабевших пальцев. Если это было наваждение, то Фрост — мастер иллюзий. Все от прикосновений до поцелуев напоминало мне Моргана. Запах, вкус… везде был он и только он.

Не знаю, как, но эта близость состоялась между мной и сумеречным драконом. Ледяной если и присутствовал, то лишь как декорация. Тело, которым Морган воспользовался. У меня не было этому объяснений, но я чувствовала, что права.

Проведя ночь с этим немыслимым гибридом, я нарушила клятву, данную Фросту. Я выбрала не его. Опять.