Маргарет произносила заклинания, повышающие её устойчивость против демонической энергии, когда звонок оповестил о том, что открылась входная дверь. Сразу сработали рефлексы опытного агента: она вскочила, пробормотав несколько слов.

Её ночная рубашка, зазвенев металлом, превратилась в доспехи. Толстая кожа и негорючая ткань не мешали двигаться, но надёжно защищали и от ударов, и от большинства заклинаний. Маргарет начертила несколько знаков на ладони и извлекла оттуда антидемонский трезубец. Ей никогда не доводилось сталкиваться с подобными созданиями, и это оружие она не опробовала в деле.

По телу пробежала дрожь беспокойства, она выругалась: Адриан разрушил все заклинания против вторжения. Весьма непредусмотрительно, тем более в нынешней ситуации. Она тяжело вздохнула: восстанавливать их придётся не меньше двух дней.

Левая рука Маргарет засветилась, и она подняла её ладонью вверх. В этом не было ничего удивительного. Появился пирамидальный кристалл, помеченный печатью Каме’льяллы. Маргарет активировала кристаллин.

– Присматривай за сыном Рошана.

Маргарет изумлённо заморгала. Камельяла хочет, чтобы она немедленно покинула свой пост при Адриане? Этот сын явится сюда? Без предупреждения? По её сведениям, Адриан и Амбруаз де Рошен были близкими друзьями в школьные годы, но теперь они встречались только на торжественных балах, куда Маргарет приходилось таскаться за своим хозяином. Озадаченная, она осторожно вышла.

В гостиной был настоящий консилиум: эти двое склонились над диваном. Врач был ещё в плаще, значит, он только что вошёл. Он бросил взгляд своих светло-голубых глаз на Маргарет и побледнел сильнее, увидев её доспехи. Подчиняясь взгляду Адриана, Маргарет подняла одеяло с бесчувственной Элизабет. Следы на её теле отличались от следов демона, но они были…

Демоны созданы не для человеческого мира. Чтобы в нём существовать, им требуется энергия. Маги, способные создавать и ускорять заклинания, были для них прекрасным источником питания. В результате простого прикосновения или вдыхания демонических частиц человек использовался до тех пор, пока его тело не иссушивалось изнутри полностью. Иногда, если попавший во власть демона оказывался особенно сильным, демон располагался в его теле, чтобы надолго устроиться в этом мире. Именно так произошло с Саном и Виктором де Тарнелем, и ничтожник, неспособный связаться с магической энергией, не мог ничего сделать.

– Может, стоило бы её…

– Сан под контролем. Можете переодеться: сегодня на нас не нападут.

Это было сказано очень уверенно, значит, были основания для такого утверждения. Один щелчок языком – и доспехи превратились в обычный костюм обслуги: тёмное платье и белоснежный передник. Волосы убрались под чёрную заколку. Некоторые булавки воткнулись неудачно, но она не показала виду. Кое-что нужно подправить, но в целом приемлемо.

– Доктор Рошан, позвольте ваш плащ!

Абруаз неохотно его подал. Под плащом был врачебный халат. Маргарет пристроила плащ на вешалку и вернулась к молодым людям. Врач достал из нагрудного кармана монокль и вставил в правый глаз. Он действовал быстро и решительно.

– Она не излучает никакой магической энергии. И её тело не может её накапливать.

Адриан смотрел на своего друга озадаченно.

– Классические признаки ничтожника?

– Точно. Но подобный случай ещё более редкий, я с таким иногда встречаюсь. Некоторые из тех, кто обращается ко мне и признан ничтожником, просто совершенно нечувствительны к магии. В большинстве случаев я могу использовать незначительное количество энергии, присутствующее в их организмах, чтобы вылечить их. Но в этой девушке я не нахожу совсем ничего. Может быть, уложить её в кровать или в больницу отправить?

Адриан пристально посмотрел на Маргарет.

– Поместите нашу гостью в одну из свободных комнат наверху.

Это было нарушением всех приличий, и Маргарет вовсе не хотелось иметь дела со сплетнями, которые помешают её повседневным обязанностям. И девушка, и Адриан достигли возраста, подходящего для брака. Пребывание под одной крышей нарушало элементарные нормы морали. Маргарет попыталась возразить, но вспомнила: в послании Каме’льяллы ничего не говорилось на этот счёт. Если Элизабет останется здесь, они смогут сохранить тайну, что было бы весьма желательно.

Маргарет послала на девушку заклинание, лишающее веса.

Амбруаз кашлянул.

– Она из ничтожников. На неё никакие заклинания не действуют.

Адриан закатил глаза. Маргарет поняла, что совершила ошибку, и постаралась скрыть смущение. С помощью другого заклинания она добавила силы своим мышцам.

Поднявшись на второй этаж, произнесла заклинание сквозняка слишком раздражённо, и дверь распахнулась, ударившись о стену. Маргарет тихо выругалась. Она уложила Элизабет на кровать, осмотрела синяк и царапины, потом изучила демоническую метку. Услышав шаги, резко повернулась с угрожающим видом. В комнату вошёл Амбруаз. Маргарет не нравилось его присутствие в этом доме, и она не собиралась скрывать своего недовольства. – Не смотрите на меня так. Меня вызвал Адриан, и я рад, что смог откликнуться на его просьбу. Трудно отказать в услуге графу де Фанри, сыну Каме’льяллы!

– Если он вас пригласил, я не вправе возразить.

Как будто получив разрешение, Амбруаз подошёл к пациентке, проверил пульс и дыхание.

– Раны у неё не тяжёлые, но она совершенно обессилена. Нужна вода и чистое полотно.

Из разных шкафов и кладовок Маргарет телепортировала требуемое. Она поставила тазик на стол у изголовья и наполнила его с помощью печати воды. За это время врач раздел Элизабет до белья. Он осмотрел ушибы. Потом с помощью стетоскопа, древнего приспособления, послушал лёгкие. Маргарет наблюдала за ним с интересом. Медицинские заклинания позволяли проверить здоровье пациента, даже не снимая с него плаща. За последние полвека медицина добилась огромных успехов, всё дальше отодвигая смерть. С помощью соответствующих заклинаний большинство уходило в мир иной не раньше столетнего возраста. Действия доктора заставляли вспомнить учебник древней истории.

Амбруаз намочил в воде салфетку, выжал хорошенько и обтёр рану на руке Элизабет. Она никак не реагировала.

– В комнате слишком холодно, – пробормотал он, – если она останется здесь дольше, надо что-то сделать.

– То есть? – спросила Маргарет.

– Магия на неё не действует.

Он её за дуру держит? Она знает особенности ничтожников! Маргарет стиснула зубы, с трудом удержавшись от едкого замечания в адрес Амбруаза.

– Нужно всё приспособить для неё, чтобы она могла жить с максимальным удобством, – добавил он. – Работы немало, но, если она здесь не останется, я не буду вас беспокоить. Сейчас срочно: в комнате слишком холодно, девушке может стать хуже. Нужно установить жаровню или раскалённый камень. У вас есть?

То, что Адриан вбил себе в голову оставить девушку в доме надолго, беспокоило Маргарет гораздо сильнее, чем требование Амбруаза.

Вошёл Адриан, держа руки домиком. Маргарет не знала, какое заклинание он применял, но явно не слишком важное, поскольку он сразу же вмешался в разговор.

– Что тут у вас?

Амбруаз терпеливо повторил свои разъяснения.

– Какие нужны изменения?

Опасения Маргарет подтверждались. Это её не удивило, но ничего хорошего не сулило.

– Всё достаточно серьёзно, понадобится не меньше недели. С твоими возможностями улучшить ситуацию будет несложно, пока она на постельном режиме.

Адриан телепортировал в комнату глыбу соли и активировал её в качестве обогревателя. Пока они совещались с Амбруазом, приятное тепло распространялось по помещению.

– Чем ещё можно ускорить её выздоровление?

– Укрыть её дополнительными одеялами, обеспечить водой, – объяснил Амбруаз. – И хорошим питанием.

Не прошло и часа после повторного появления Элизабет, а Маргарет уже об этом пожалела. Обеспечение безопасности Адриана требовало всего её внимания, каждое отклонение от привычной повседневности осложняло её задачу. Если, как предлагал Амбруаз, заняться переделкой усадьбы, тут всё время будут бродить посторонние, у неё не хватит времени уследить за всеми. Маргарет оставалось только надеяться, что Каме’льялла пристроит пациентку в подходящее место, как только она придёт в себя.

– Порез на руке глубокий, – заметил доктор, – его придётся зашивать. Потом потребуется несколько дней ежедневно проверять, как идёт заживление, и менять повязку.

Маргарет зажмурилась, ей показалось, что она недослышала.

– Вы собираетесь приходить каждый день? – воскликнула она. – Рана же не тяжёлая!

– Верно, порез неопасный, но, поскольку её невозможно лечить с помощью магии, я должен быть уверен, что заживление идёт успешно.

– Тебе придётся… зашивать? – уточнил Адриан.

– Её невозможно излечить простым заклинанием, придётся наложить несколько швов, чтобы закрыть рану.

– Швов? Ниткой и иголкой?

– Ну да, – вздохнул Амбруаз. – Адриан, шёл бы ты прогуляться. Очень уж ты волнуешься!

Маргарет укоризненно уставилась на доктора, который смущённо потупил взгляд. Фамильярность Амбруаза совершенно не подобала его положению и тем более положению графа. Не обратив внимания на этот обмен взглядами, Адриан возразил:

– Мне нужно здесь кое-что сделать. Я останусь.

– Ну, как хочешь, – сдался Амбруаз, – только не мешай.

Маргарет стояла возле окна, держа дверь в поле зрения. Она следила за всеми движениями и действиями Амбруаза. Он промыл рану, открыл свой чемоданчик и стал искать там необходимое. Его ничто не тревожило.

В это время Адриан написал на узких полосках бумаги заклинания и приклеил по углам комнаты. Сосредоточившись и закрыв глаза, он начертил в воздухе какие-то знаки. Затем хлопнул в ладоши и произнёс магические слова.

Амбруаз осторожно забинтовал рану.

– Если она будет спать слишком долго, её нужно перенести в мою клинику.

Адриан подошёл к кровати и начертил пальцем несколько знаков над животом девушки, не касаясь его. Маргарет внимательно наблюдала за происходящим. На всякий случай она активировала защитное заклинание, если всё пойдёт не так. Амбруаз сделал то же самое. Мелькнули молнии и мгновенно исчезли с лёгким треском.

На губах графа появилась усмешка. Он положил одну руку на лоб, другую держал над прожилками. Глаза его потемнели, он наклонил голову, словно прислушивался к очень тихому звуку. Это было похоже на одержимость демоном, и Маргарет забеспокоилась. Но Адриан легко прервал заклятие.

– Я ещё вернусь.

Он торопливо вышел. Доктор устроил девушку поудобнее, укрыл периной и опасливо покосился на Маргарет, которая выглядела довольной.

– Волнуетесь? – насмешливо спросила она.

– Вы так меня не любите…

– Моё мнение роли не играет.

– И знаете, что самое странное? – протянул он задумчиво.

Маргарет не потрудилась ответить, а Амбруаз продолжил:

– Наша с Адрианом дружба взаимна…

В голосе его послышалась какая-то печаль, и недоверие Маргарет усилилось. Она была озадачена. Он как будто просил её стать ещё подозрительнее по отношению к нему. Он был сыном барона де Рошана, противника герцогини и, следовательно, всей её семьи. Хотя дружеское отношение Адриана уже никого не удивляло, Амбруаза подозревали в каких-то тайных намерениях. Отец его был очень расчётлив.

Вернулся граф. С его появлением напряжённость исчезла.

– Хорошо, что у меня дома всё есть!

Он выложил множество разных предметов, кристаллинов, сосудов с жидкостями, которые Маргарет не могла распознать. Она попыталась рассмотреть их, но быстро отказалась от своего намерения: там было слишком много непонятного.

Адриан поставил на столик неподвижный метроном.

– Надо бы портативную модель, – пробормотал он.

Он разместил два переливающихся кристалла по обеим сторонам стрелки, сверху – резервуар с энергией, потом вылил на это сооружение содержимое шести пузырьков. С помощью стилета, кончик которого вспыхивал ярким светом, он изобразил демонические символы и баанские знаки. Он делал всё уверенно, не боясь ошибиться. Если вспомнить, что в одном алфавите было больше двух тысяч знаков, а в другом немногим меньше, становилось ясно – он действительно знаток. Над заклинанием пришлось потрудиться довольно долго. Пентакль время от времени исчезал, словно чем-то поглощённый, и, не показывая ни удивления, ни раздражения, Адриан начинал с нуля.

Когда он встал, чтобы произнести заклинание, Амбруаз уже закончил возиться с Элизабет. Её одежда была сложена на стуле, туфли стояли внизу. Странные очки Амбруаз повесил на столбик кровати, затем отошёл в угол комнаты, с беспокойством посматривая на действия Адриана. Видя его опасения, Маргарет с сожалением подумала, каково же ему приходится в академии. Граф далеко зашёл в своих экспериментах, не всегда безопасных, и университет не раз терпел значительные убытки. Его происхождение и Эзотерическая Триада исключительно высокого уровня обеспечивали графу некоторую снисходительность со стороны профессоров, а Маргарет не сомневалась, что он не раз подвергал опасности своих товарищей.

По комнате пополз фиолетовый дым, она недоверчиво пригляделась. Дым собрался вокруг кровати и ненадолго скрыл Элизабет. И тут раздался неровный медленный стук метронома.

– Чем чаще ритм, тем больше выделяется демонического излучения, – пояснил Адриан. – Я применю заклинание, которое подаст громкий сигнал, если уровень слишком повысится, кроме того, установлю защиту на случай, если Сан выйдет из-под влияния нашей гостьи. К сожалению, устройство не портативное и ограничено в снабжении энергией. Это только прототип, и я должен его усовершенствовать. Мне понадобится… возможно…Адриан стремительно вылетел из комнаты. Маргарет закатила глаза, Амбруаз хихикнул. – Он проведёт бессонную ночь, – заметил он.

– Целую неделю без сна. Будет злоупотреблять восстанавливающими напитками.

Это могло превратиться в манию, и Маргарет опасалась, как бы граф не упился ими в своей жажде познания.

Элизабет зашевелилась на кровати, с трудом открыла глаза. Она осматривалась и сконцентрировала взгляд на лице Амбруаза, склонившегося над ней. Он представился, объяснил ситуацию и заверил, что она вне опасности.

Девушка молчала, осматривая каждый уголок комнаты. Растерянность её постепенно сменилась отчаянием.

– Мои родители…

Амбруаз повернулся к Маргарет. Та почувствовала себя в ловушке: она знала, что не сумеет сообщить такие новости достаточно тактично.

Ей и не пришлось. Лицо Элизабет скривилось. Она покачала головой, и слёзы хлынули из её глаз.

– Вы… – начала было Маргарет, полная решимости поскорее рассказать о последних событиях.

Амбруаз остановил её.

– Можно вас на минутку?

Доктор вывел Маргарет из комнаты.

– Уверен, у вас масса вопросов к Элизабет. Но она не в том состоянии, чтобы её расспрашивать. Если будут какие-то проблемы, вызывайте меня. Назначаю свой визит на завтра, днём.

Маргарет не могла этого допустить: отец Элизабет в бегах, каждая минута промедления повышала его шансы скрыться.

Рыдания заставили их поспешить обратно в комнату.

– Не знаю, что будет дальше, – настаивал Амбруаз, – но она не может вести связный разговор. Дайте ей несколько минут, прийти в себя от потрясения.

– Её жизнь в опасности?

– Нет, но её тело подверглось жестоким испытаниям. Для самочувствия ничтожников очень важно их эмоциональное состояние. Думаю, ей надо немного оправиться.

– Это говорит врач или жалостливый человек?

Амбруаз выпрямился, словно она оскорбила его.

– Это рекомендация профессионала! Не удивлюсь, если у неё случится нервный срыв.

Он достал из своего чемоданчика свечи.

– Если такое произойдёт, зажгите их. Поможет ей успокоиться.

– Ясно, – ответила Маргарет. – А как насчёт других лекарств?

– Пока не надо, но каждый день должен приходить профессионал: проверять, как идёт выздоровление. Буду приходить сам, и пусть меня не пытаются выгнать! Не трудитесь провожать, я знаю дорогу. Передайте мой привет Адриану.

– Обязательно, – пробормотала она неохотно.

Смотрела, как он спускается по лестнице, и всё-таки пошла следом, чтобы проследить. Ей не нравилась мысль о его визитах в усадьбу. Надо было убедиться, что никакой другой врач не справится. К сожалению, специалистов по лечению ничтожников было очень мало.

В доме всё стихло. Маргарет поднялась по лестнице, приоткрыла дверь, чтобы понаблюдать за гостьей. Элизабет не плакала. По её ровному дыханию Маргарет поняла, что она уснула.

Отлично.

У Маргарет был целый список дел, и он становился длиннее. Ей предстояло провести ночь, творя заклинания против вторжений и для защиты от подозрительной девицы. Придётся тоже нахлебаться восстанавливающих напитков.