Стоя у окна, Ада де Рошан смотрела, как её младший брат Мариус читает в тенёчке. Пока он был таким же добродушным и умеющим сочувствовать, как Амбруаз. Ада удивлялась, в кого он пошёл. В мать? Она плохо помнила эту женщину, часто болевшую, которой нужно было всего беречься – к ней редко можно было прийти.

Ада скучала по Амбруазу. Как ему такое могло в голову прийти? Его поступок совершенно противоречил характеру, он жестоко раскаивался. Ада считала, что он вёл себя как идиот. А он только улыбался печально и не спорил.

Ада стукнула кулаком по стеклу.

Защищать братьев – её обязанность. Она восхищалась Амбруазом, сохранившим свою человечность несмотря на всё, что им пришлось пережить. Смерть сестры Хелены разбудила в Аде гнев, который до сих пор не утих, а Адриан стал только мягче.

Их мир пошатнулся в тот день, когда их дядя стал герцогом де Валлетоном вместо их отца. Хотя это случилось шесть лет назад, Ада прекрасно помнила те события, и ей часто снились кошмарные сны об этом.

В тот день барон понял, что их жизни в опасности, он призывал их быть осторожными, пока они не переедут. Его уговорили принять титул отца, а не матери, его приняли при дворе. К сожалению, он не всё учёл. Старшую дочь, Хелену, нашли у подножия лестницы со сломанной шеей.

Несчастный случай…

…ложь! Она была самой одарённой в области магии, падение не могло её убить.

Сразу после похорон барон переправил их в Льяльс. Ада вспомнила, как она не могла вытереть слёзы, потому что держала на руках Мариуса, которому тогда было всего несколько месяцев. Она дала себе клятву защищать его. Это распространилось и на Амбруаза, с трудом оправившегося после смерти Хелены.

– Ада, ты опоздаешь!

Она повернулась. В дверях стоял отец, вид у него был утомлённый.

– Это право любой дамы… – ответила она с улыбкой.

Сделала реверанс со своим природным изяществом. По крайней мере, так о ней говорили: она помалкивала о многих часах, проведённых перед зеркалом для тренировки.

– Не знаю, чего ждать от Адриана, – предупредил её отец.

– По мнению Амбруаза, он непредсказуем даже для тех, кто его хорошо знает. Сомневаюсь, что он станет нашим союзником…

– Если он сразу не станет смотреть на тебя как на врага, у нас будет шанс. Ты очаровательна, – добавил он с гордостью.

– Ещё бы! Я три часа провела в руках Луизы и Данаи!

Отец подошёл, прижался лбом к её лбу. Давняя привычка. Ненадолго Ада забыла о своих сомнениях и почувствовала себя спокойно в объятиях отца. Она ощущала, как его энергия вливается в неё, защитные заклинания усиливаются. Приятное чувство.

– Будь осторожна. Не думаю, что Каме’льялла замышляет что-то против тебя, но она не единственный наш враг.

– Я подготовлюсь. Активировала заклинания защиты и наблюдения. В моём платье достаточно магических резервуаров для противостояния целому полку!

Барон потрепал дочку по щеке.

– Волчица в овечьей шкурке.

– Ну, папа…

Барон расхаживал по комнате, Ада молчала. Прямая осанка, нервно подёргивающиеся губы: всё указывало на то, что она не расположена к беседе. Наконец отец остановился и пристально посмотрел на неё.

– Всё под контролем? – спросила она.

– Я сделал всё, чтобы защитить тебя.

Такой неопределённый ответ не удовлетворил Аду. Отец должен был осознать: она уже не маленькая девочка, ему пора полагаться на неё. Иногда Ада спрашивала себя, каково было бы, будь она мужчиной.

– Какой ценой? – спросила она.

Отец вздохнул. Ноздри его раздувались, и Ада испугалась, что он сейчас развернётся и уйдёт.

– События разворачиваются быстрее, чем можно было ожидать, – добавил он неохотно, – но пространство для манёвра ещё есть.

– Папа…

– Тебе пора на свидание, Ада.

Нежелание отца обсуждать дело уязвило девушку. Сложность была в том, что он втянул в это дело Амбруаза, из-за чего тот оказался в тюрьме. Ада не могла простить ему, что брат попал в такое сложное положение.

Она всегда доверяла отцу, но теперь начала опасаться, что он слишком заигрался с огнём. На её вопросы он не отвечал прямо, а отделывался намеками. Обеспечил её целой батареей новых заклятий и множеством антидемонского оружия, но ничего не объяснил.

Коротко кивнув, Ада обошла его и удалилась размеренным шагом, сдерживая гнев. Толстый зелёный ковёр заглушал её шаги. В коридоре она остановилась между двумя скульптурами деревьев с бесконечно длинными ветвями, обрамлявшими дверь в комнату Грег’сана. Дверь стала ещё толще. На ней не было ручки. Только отец мог открыть её с помощью своей магии. Почтительные приветствия двух стражников не нарушили хода её размышлений.

Присутствие Проклятого в доме всё больше напрягало Аду: нужно было срочно от него избавиться. После случая в подвале она надеялась, что отец его куда-нибудь переправит, но на данный момент его политическая значимость была слишком важна.

Она продолжала идти, поглядывая в сад. Там били фонтаны живого света, и время от времени воздух наполнялся частичками энергии. Специалисты отца старались изо всех сил, чтобы усилить защиту усадьбы.

Выйдя на галерею, она неожиданно увидела Мариуса. На губах Ады появилась искренняя улыбка, морщинки у глаз смягчили выражение её лица.

– Жаль было бы упустить такой прекрасный день! – воскликнула она. – Погода просто замечательная!

Брат смущённо улыбнулся. Он гулял не из-за хорошей погоды: после инцидента он избегал находиться в доме. – Всё скоро успокоится, – пообещала Ада.

– Это ты так думаешь или отец?

Мариус не мог полностью скрыть своё кислое настроение. Повседневность его утомляла, присутствие Проклятого напрягало. Рассматривая брата, Ада заметила круги под глазами, совсем неуместные в таком юном возрасте.

– Пойдём. Я постараюсь, чтобы это скорее закончилось.

– У меня дурные предчувствия. Я…

– Как только смогу, поговорю с отцом. Однако уверена, он делает всё, чтобы нас защитить. Нам необходимо укрепить наше политическое положение…

– Понимаю, – ответил мальчик. Видно было, что его этот разговор не убедил.

Встав на цыпочки, он кивнул собеседнику, появившемуся за спиной Ады.

– Луиза вызывает. Желаю приятного свидания.

Мариус её просто спроваживал, как и барон недавно. Аде ничего не оставалось, как пойти с ожидавшей её Луизой. Пятидесятилетняя дама смотрела сурово и подозрительно – точь-в-точь компаньонка, утомлённая своими обязанностями. Это была вторая подобная встреча и единственная по инициативе отца. Подойдя к порталу телепортации, Луиза активировала его, и они переместились.

Сад с щебечущими птицами уступал место оживлённой улице. Аде понадобилось несколько секунд, чтобы приспособиться к окружающей суете. Вокруг зажигались арки, и прохожие появлялись и исчезали в своих направлениях. Спешащий человек наступил Аде на подол. Она забеспокоилась и принялась сыпать заклятиями, разгоняющими прохожих. Это было нескромно и нарушало все правила.

В два шага она оказалась возле места свидания, весьма популярного ресторана.

Стеклянный фасад украшала надпись «Триада удовольствий». Внутри над столами под белыми скатертями висели люстры. Цвета герцогини. Маргарет тщательно выбрала место. В позолоченных столовых приборах отражался свет. Несколько пар пили чай, а у входа выстроилась многометровая очередь.

Чтобы не заставлять Аду де Рошан ждать, навстречу им поспешил метрдотель. Почтительно приветствовав, он повёл её через главный зал к небольшой арке, украшенной растительным орнаментом. Они телепортировались наверх.

Кабинет, куда её привели, был ещё роскошнее, чем зал внизу, на вкус Ады – даже чересчур. Обои с цветочным рисунком, многочисленные букеты, зеркала, отражавшиеся одно в другом и делавшие комнату безграничной. Преобладали пастельные тона, и Ада в своём тёмно-зелёном платье почувствовала себя самозванкой. Да, Маргарет досконально изучила место! Ада даже подумала, не сделать ли платье посветлее, но отказалась от этой мысли. Могло выглядеть так, как будто она отвергает принадлежность к своей семье.

Граф сидел на банкетке, стоящей в застеклённой нише. Он никак не реагировал на появление Ады, и она не могла определить, сознательная ли это демонстрация, или он просто погружён в свои мысли. Стоящий сзади сопровождающий наблюдал за их приближением. Он был больше похож на опытного воина, чем на метрдотеля.

Луиза кашлянула. Адриан медленно повернул голову. После секундного колебания он поднялся им навстречу.

– Привет. Как дела?

Луиза аж задохнулась от такого пренебрежения к приличиям. Хоть он был и граф, его поведение недопустимо. Она хотела его одёрнуть, но Ада удержала её. Адриан может разгневаться, если заставить его следовать протоколу, а это никому не нужно. Несмотря не поведение, он был на месте и не опоздал, и Ада оценила его старания.

– Спасибо, хорошо.

Граф протянул ей руку и предложил сесть напротив. Она должна была признать, что он отлично знает этикет, а нарушает его сознательно. Согласно традиции, граф подал Аде чашку чая.

Граф снова устремил взгляд за окно. Застеклённый проём выходил в великолепный сад, примыкавший к храму Баана, единственного воплощения Эзотерической Триады в Льяльсе. В городе, где родилась Ада, было множество религиозных построек, посвящённых ему, и она не могла привыкнуть к всесилию церковников. Жрецы Священного клёна получали большую выгоду от своего привилегированного положения.

Молчание затянулось, но Ада не решалась его нарушить. Она знала об Адриане только из рассказов Амбруаза и слухов, передававшихся из уст в уста. Боясь совершить промах, она предпочла не инициировать разговор, хотя тянущееся время подвергало её нервы жестокому испытанию. Да и в любом случае по традиции не она должна была начинать.

Адриан поднял руку и что-то тихо произнёс. В комнате повеял лёгкий ветерок с ароматом леса. Ада обнаружила, что Луиза спит стоя, уронив голову на грудь, и применила несколько защитных заклинаний. Её подозрительность увеличилась, когда она поняла, что сопровождающего Адриана постигла та же участь. Граф насмешливо улыбнулся.

– По всем правилам мы побеседуем потом! Как там Амбруаз?

Ада была настороже и не ответила. Адриан с огорчённым видом покачал головой. – Думаю, он этого не хотел, – настойчиво сказал он.

Аде надоело играть в дипломатию: Адриан не имел права ссылаться на Амбруаза, чтобы задобрить её! Она выпрямилась и ткнула его пальцем в грудь.

– Это отчасти твоя вина! – воскликнула она. – Зачем ты настаивал на осмотре? Показать, что замешан мой отец?

– Это было срочно… и я думал, у Маргарет есть и другой план.

Оправдание труса. Ада снова разгневалась. Её юбка трещала, готовая лопнуть от ярости.

– Ты в ответе за произошедшее!

Адриан помахал рукой, словно отгоняя назойливую муху. Большая часть энергии исчезла из резервуаров в платье Ады. Граф не произнёс ни слова, но Аду возмутило его могущество, позволявшее ему так небрежно демонстрировать своё отношение.

Он взял чашку, молча отхлебнул чаю. Ада собиралась с духом, рухнула на диван, скрестив руки. Она прямо пылала гневом, но её собеседник оставался совершенно к этому невосприимчив.

Ада почувствовала аромат чая. Поднеся тонкую фарфоровую чашку к губам, обнаружила, что вкус вовсе не таков, как она опасалась. Взглянула на похрапывавшую Луизу.

– Так как он? – повторил Адриан.

Она не могла сопротивляться: он требовал ответа, его не удовлетворили бы пустые слова.

– Мало спит, почти не ест, – призналась Ада, понизив голос.

– Его скоро выпустят, – заявил граф.

– Несколько дней назад то же самое сказал мне отец, – подтвердила она. – Мог ли он потерпеть неудачу в попытке убийства?

– Нет. То была счастливая случайность.

– Зачем было его звать? – спросила она с укоризной. – Ты же понимал, что это ставит его в затруднительное положение!

– Мне редко удавалось его видеть. Я хотел соединить полезное с приятным, – вздохнул он печально. – Если его это утешит, такого больше не случится.

Прозвучало как извинение, и Ада решила его принять. Насколько она знала графа, надеяться на большее не стоило. Успокоившись, она отпила чаю и продолжала:

– Так ты готов стать моим женихом?

– Разве у меня есть выбор?

– Ты мог бы более охотно заняться чем-нибудь другим…

– В эти дни стало ясно, что вырисовывается политический брак, – сказал он равнодушно. – Ты или другая – ничего не меняет. Если ты позволяешь мне жить своей жизнью так, как я хочу, у меня нет причин возражать. Однако сразу предупреждаю: если вздумаешь мной манипулировать, это плохо кончится.

В его словах не было агрессии, но исчезновение всех запасов магии Ады ясно показало, на что он способен.

– Я учту.

Адриан усмехнулся, налил ещё чаю. Повёл глазами сверху вниз. Луиза захрапела громче, и Ада захихикала.

– У тебя всё под контролем?

Ада напряглась. Он хочет усыпить её недоверие? Граф вздохнул и склонил голову.

– Ты прямо как Элиза Амеле! Считаешь, у меня репутация скверного мальчишки! Вы осложняете мне задачу, барышни! Я почти уверен, что способен вам помочь, но, если вы сами ничего не скажете, могу не догадаться, что уже слишком поздно что-либо предпринимать. – Я не могу тебе настолько доверять.

Граф расхохотался.

– Такие разные, но такие похожие! Прелестно.

Адриан пошевелил пальцем, и оба сопровождающих проснулись. Как ни в чём не бывало, он продолжал беседу. Говорил о погоде, о приближающейся церемонии почитания Баана и о прочем, малоинтересном и неважном.

Ада не вслушивалась. Она повторяла в уме своё предложение и переживала, что не смогла ввести Адриана в заблуждение. Действительно ли он сможет ей помочь? Она вспомнила о Проклятом, запертом за дверью, которая становилась всё толще.

Может ли она доверять отцу, когда он утверждает, что вполне владеет ситуацией?