Во сне Чжэн Ми увидела небожителя, облаченного в латы. Он явился к ней без сопровождения волшебных звуков музыки и, как самый обычный мужчина, схватил ее за руку. Девушка подумала, что он в порыве страсти хочет близости. Вместе они подошли к небесному дворцу, тогда здесь небожитель в латах отпустил ее, наклонился и со смехом спросил:

– Барышня Чжэн, знакома ли вам история о Вэньтуне и обрезках парчи?

Чжэн Ми в недоумении покачала головой, ничего не ответив. Ей были прекрасно понятны намерения мужчины, но к чему эти трюки и вопросы? С любопытством она принялась ждать, что же будет дальше.

Небожитель в латах окинул взглядом человеческий мир, раскинувшийся под слоем бесконечных облаков и туманов у них под ногами, а затем рассказал ей легенду о Вэньтуне и обрезках парчи.

Давным-давно жил один невероятно одаренный человек по имени Цзян Вэньтун, уже с молодых лет он отличался выдающимися литературными способностями. Однажды ему приснился небожитель, сказавший: «Ранее я посылал тебе рулон парчи, не мог бы ты вернуть его мне?» В ответ на это Цзян Вэньтун послал небожителю несколько парчовых обрезков. Тот невероятно разгневался, и с тех пор пор Цзян Вэньтун уже не мог сочинять таких прекрасных стихов.

Чжэн Ми поняла: он – небожитель, а она – Цзян Вэньтун. Он пришел забрать ее несравненную красоту. Девушка обхватила себя двумя руками и в ужасе запротестовала:

– Нет, не отдам!

– Твоя красота ничего хорошего тебе не принесла, так ради чего ты так держишься за нее? – Упрямство девушки показалось небожителю в латах абсурдным.

– Я никогда и не надеялась, что красота подарит мне счастливую судьбу. Я просто люблю свою красоту, она нужна мне не чтобы другим угождать, а чтобы себя радовать. Что в этом плохого? – жалобно взмолилась Чжэн Ми.

– В мире нет ничего верного и ошибочного, доброго и злого, есть только эго и его желания. Некоторые мужчины так страстно желают власти, что забывают о любви, а некоторые женщины красоту ценят превыше жизни, – мягко улыбнулся небожитель.

– А я хочу и красоту, и жизнь сохранить, – Чжэн Ми крепко держалась за смысл жизни.

– Хорошо, твоя красота будет существовать, пока ты жива, но и погибнет она вместе с тобой, – небожитель пошел ей на уступку.

Чжэн Ми как раз собиралась поклониться ему и поблагодарить, как крик Цзиньчань разбудил ее:

– Госпожа, госпожа, беда! Во дворце начался переворот, повсюду вооруженные люди, нам надо скорее бежать отсюда!

Чжэн Ми вмиг проснулась. Все случилось так внезапно. Девушка поспешно спустилась с постели и оделась, первым делом она хотела выяснить, что сейчас с ее отцом и с государем.

– Цзиньчань, скорее беги во Дворец Великого Начала, узнай, что с императором.

– Госпожа, я боюсь, я не хочу умирать! – Цзиньчань скорчилась и замахала руками, изо всех сопротивляясь.

– Трусиха! Ну и ладно, спасайся бегством в одиночку!

Чжэн Ми не стала тратить на нее много слов. Над всеми нависла угроза великой смуты, нужно или помогать друг другу, или разбегаться в разные стороны, спасая свои жизни.

Цзиньчань не сказала ни слова и, подобно крысе, выскользнула наружу через черный ход. Чжэн Ми усмехнулась про себя – куда она подастся? Сама она решила оставаться там, где сейчас была. Самое опасное место одновременно и самое безопасное.

Некому было ей прислуживать, а потому Чжэн Ми сама умылась, причесалась и переменила белье. За стенами дворца стояла полная тишина, небо только-только начинало светать. Ну и где вооруженное восстание, о котором эта девка сказала?

Чжэн Ми принялась перебирать наряды в платяном шкафу. Красные, синие, зеленые, фиолетовые, белые и черные юбки – она никак не могла определиться. Подумав, девушка решила обмотать верхнюю часть тела в белую ткань, а юбку и накидку взять черные. Неприметные цвета – то, что нужно, чтобы скрыться.

Кружась перед зеркалом, Чжэн Ми оделась и тут спиной почувствовала, как открылась дверь. Девушка обернулась – рослый мужчина, прятавший лицо под черной тканью, бесшумно подошел к ней. В панике Чжэн Ми вскочила на ноги, шаль, которую она держала в руках, упала на землю.

Мужчина в черном наклонился и поднял шаль, а затем убрал ткань, закрывавшую его лицо. Чжэн Ми узнала его – это был главнокомандующий На, которого она видела в Зале Благополучия, На Лоянь, которого она просила пощадить.

– Госпожа Чжэн.

Кадык На Лояня забегал вверх-вниз: он волнуется или хочет завладеть ее красотой? Мужчина раскрыл руки, как если бы хотел обнять ее, но Чжэн Ми увернулась. В тот вечер она почувствовала, что от На Лояня веет той же энергетикой, что и от Юйвэнь Сюна. Она спасла На Лояня только из-за чувства вины перед мужем, желая хотя бы так угомонить мучившую ее совесть.

– Не бойтесь, госпожа Чжэн. Вы спасли мне жизнь, тогда я впервые вас увидел и был поражен вашей красотой. Надеюсь, вы поможете мне насладиться ею, – прямо заявил На Лоянь и шаг за шагом стал приближаться к Чжэн Ми.

Девушке уже некуда было отступать – еще шаг, и она упадет на постель. Чжэн Ми остановилась подле кровати, На Лоянь стоял прямо перед ней, рассматривая ее вспыхнувшими страстью глазами, но ни один мускул в его лице не дрогнул, когда он спокойно снимал с себя доспехи. Чжэн Ми учуяла запах крови, исходивший от его тела, закрыла глаза и заколотила его кулаками, но он крепко схватил ее и прижал к горячей, как кипяток, груди. Чжэн Ми ощутила, как вожделение распалило огонь в На Лояне, и поддалась жару этого костра.

Она позволила На Лояню обрушиться на нее мощной волной страсти. Достигнув пика блаженства, покрытая потом с ног до головы, Чжэн Ми бессильно откинулась на подушки.

На Лоянь поднялся и с невозмутимым видом надел доспехи, аккуратно завязывая украшенный нефритами пояс – символ его высокого положения при дворе. Какой оригинальный мужчина, улыбнулась про себя Чжэн Ми. Если он поднял восстание, то ее отец и государь – его соперники – уже наверняка мертвы. Все это из-за нее, но Чжэн Ми не чувствовала вины. Последние слова государя перед уходом были лишены жалоб и сожалений. В конце концов, он был человеком, готовым делать ставки и платить, если проиграет.

– Оставайся здесь и никуда не уходи. Я сумею защитить тебя, – На Лоянь наклонился и накрыл ее одеялом.

Не сдержавшись, он поцеловал ее на прощание, и Чжэн Ми горячо ответила на его поцелуй, обхватив его руками за шею. Она только что испытала наивысшее наслаждение в жизни, взорвавшееся, подобно красочному фейерверку. Однако на душе у Чжэн Ми было неспокойно – наслаждение пришло так неожиданно и стремительно, это точно не к добру.

На Лоянь поспешно вышел, и она услышала, как топот копыт унесся в сторону Башни Радостных Голосов. Чжэн Ми украдкой выглянула за тяжелую штору – утреннее солнце медленно выплывало из-за горизонта, с каждым мигом становясь все ярче. Неважно, что будет дальше, жизнь или смерть – она намерена встретить любой исход красиво. Это был жизненный принцип, которого Чжэн Ми неукоснительно придерживалась.

Небо наконец рассвело, засверкало во всей красе.

Чжэн Ми переоделась в белое роскошное платье, расшитое золотыми нитями узором в виде муаровых полос и символов благополучия, а затем вышла из дворца. Тут она увидела толпу дворцовых служанок, возглавляемую Мэй Сюэи – они шли в сторону Дворца Великого Начала, конвоируемые Юйвэнь Юньфэем. Чжэн Ми поспешно спряталась в тени платанов. Неужели и за ней придут?

Тут появился новый отряд всадников, стремительно скакавших вперед. Взглянув на их предводителя, Чжэн Ми лишилась дара речи от изумления – это был Юйвэнь Сюн! Разве ему не отрубили голову? Чжэн Ми не смогла сдержать своих чувств, выбежала из укрытия и замахала рукой ему вслед, громко крича:

– Юйвэнь Сюн!

Тот резко обернулся, и молодые люди встретились взглядами, весь мир для них точно замер. Юйвэнь Сюн придержал коня, развернулся и поскакал к Чжэн Ми, и, только он спрыгнул с коня, девушка крепко обняла его. Именно он был ее настоящим мужем, единственным мужчиной, чьим долгом и обязанностью было защищать ее.

– Вы подняли восстание? – тихонечко спросила Чжэн Ми, положив голову Юйвэнь Сюну на плечо.

Девушка не посмела спросить о судьбе отца и государя, боясь задеть мужа за больное.

– Да, вместе с главнокомандующим На, – уклонился от прямого ответа Юйвэнь Сюн и высвободился из ее объятий.

В его голосе Чжэн Ми услышала внутреннюю борьбу. Девушка свесила руки и опустила голову, испытывая невероятную муку угрызений совести. Ее отец обрек его на казнь, император завладел ею самой – сможет ли Юйвэнь Сюн после этого и дальше считать ее своей женой, любить и заботиться о ней, как прежде?

– Я буду просить главнокомандующего На пощадить тебя. Считай, что это последнее, что я как муж для тебя сделаю, – напрягая все внутренние силы, произнес Юйвэнь Сюн после продолжительного молчания, как если бы она вынуждала его сдаться.

Главнокомандующий На, о котором он говорил, тоже пообещал ей защиту. Чжэн Ми и виду не подала, напряженно рассуждая, как ему ответить – смутиться от неожиданной милости и рассыпаться в благодарностях или растрогаться до слез?

От колебаний Чжэн Ми оторвал налетевший ветер – верхом на лошади их нагнала Мужун Цзялянь, одетая в синее платье. В крайнем воодушевлении она крикнула:

– Командующий Юйвэнь, скорее отправляйтесь во Дворец Великого Начала!

Договорив, она тут же отвернулась, намеренно избегая Чжэн Ми.

Той тоже было неловко. Ах, если бы отец не был так алчен, не желал так страстно прибрать власть к рукам! В конце концов, она тоже супруга императора, они с Мужун Цзялянь могли стать сестрами. Но тут у нее дрогнуло сердце – если восстание, поднятое На Лоянем и Мужун Цзялянь, завершится успехом, то, как и всегда, правда будет за победителем – вся слава достанется роду На и соединенному с ним брачными узами роду Мужун.

Вчера ты почетный гость, а сегодня уже подсудимый. Положение Чжэн Ми было неопределенным, неужели ей придется научиться унижаться, чтобы выжить? Она не знала, справится ли с этим.

Вскинув голову и глядя на удалявшийся силуэт Мужун Цзялянь, Чжэн Ми ощутила невероятное раскаяние. Девушка перевела взгляд, полный надежды, на Юйвэнь Сюна. Ей очень хотелось, чтобы он хоть что-то сказал ей, пускай бы обругал, пускай бы проклял. Однако ее ждало разочарование – смертный приговор изменил Юйвэнь Сюна, он стал боязливым и неуверенным. Он больше не был дерзким и бесстрашным мужем, каким она его знала. Неудивительно, что он так просто пошел на поводу у Мужун Цзялянь.

Чжэн Ми проводила взглядом ускакавшего прочь Юйвэнь Сюна, а сама замерла на месте словно в оцепенении, задумавшись. Куда ей теперь идти? Тут к ней подбежала Цзиньчань, выглядевшая совершенно беспомощно и потерянно. Служанка странно посмотрела на нее.

– Госпожа, для чего это вы так вырядились, что за версту видно?

– Ого, да ты разве не сбежала? Чего вернулась-то? – раздраженно выговорила ей Чжэн Ми и в гневе направилась во дворцовые покои.

– Госпожа, не сердитесь. Даже муж и жена перед лицом опасности разбегаются в разные стороны и только о себе переживают. Я не смогла выйти за пределы дворца, все ворота строго охраняются солдатами. Ну я подумала и решила, что лучше вернусь к вам, – нахальным голосом объяснилась Цзиньчань, не чувствуя ни капли смущения.

Чжэн Ми окинула ее гневным взглядом и ускорила шаг.

– Госпожа, его величество и градоначальник Чжэн уже того… Ох, страшно и подумать! – Цзиньчань жестами изобразила, как ножом рубят тыкву.

Чжэн Ми резко остановилась. Хоть она и предполагала такой исход, от услышанного у нее потемнело в глазах, голова стала тяжелой, а ноги подкосились. Оперевшись на дверной косяк, она взмолилась к Цзиньчань:

– Цзиньчань, подойди ко мне, подай руку.

Служанка отряхнула одежду от пыли, путаясь в ногах, подбежала к ней и помогла опереться на себя, проводила до постели и подложила ей под спину подушку. Оказавшись на кровати, Чжэн Ми горько заплакала, заливая лицо слезами. На этот раз она действительно осталась одна, ей совершенно не на кого было положиться.

– Госпожа, за стенами дворца повсюду рыскают подозрительные люди. Давайте запрем ворота, соберем драгоценности и другие дорогие вещи и приготовимся к побегу, – со взволнованным видом обратилась к своей хозяйке Цзиньчань, беспокойно выглядывая на улицу.

– Куда нам бежать? – безнадежным тоном спросила у нее Чжэн Ми.

– Первым делом выберемся из дворца, а затем подадимся в Башню Сбора Плодов – зарабатывать на жизнь.

Слова Цзиньчань открыли Чжэн Ми глаза. Служанка вернулась к ней, чтобы попытать удачу и сорвать большой куш, она надеялась испить из рога изобилия, поживиться богатством хозяйки. Чжэн Ми презрительно взглянула на девушку сверху вниз – служанка, захотевшая подняться до роли хозяйки публичного дома!

Чжэн Ми негодующе усмехнулась – вот так она закончит? Раньше она каждый месяц отправлялась в Башню Сбора Плодов на трое суток, потому что желание совращать и обольщать мужчин овладевало ей и требовало действовать. Она не продажная женщина! Это все было не ради денег, не ради средств к существованию, нет же, нет!

– Беги сама и забирай все мои драгоценности, а я никуда не пойду. Если уж мне суждено умереть, то я хочу умереть во Дворце Долгой Осени! – Чжэн Ми нащупала связку ключей, спрятанную под подушкой, и швырнула на пол.

– Госпожа, вы так щедры и великодушны! Небеса обязательно защитят вас. – Цзиньчань вскинула лицо с размазавшимися пудрой и тушью и радостно улыбнулась, похожая на потешного шута, заискивающего перед зрителями ради лишней монетки.

Служанка подобрала ключи и в восторге кинулась во внутренние комнаты, отперла сундуки и принялась набивать дорожную сумку драгоценностями. Чжэн Ми забыла о ней. Глупая жадная девка, у нее глаза так и засияли при виде денег, сейчас наберет себе сверх меры, но далеко ли она с таким грузом убежит?

Цзиньчань перевернула большой сундук, и он с грохотом рухнул на пол, но Чжэн Ми было лень идти туда выяснять, что произошло, и ругать служанку. Пустой живот заурчал. Чжэн Ми подумала, что в саду под деревьями еще должны были остаться не убранные фрукты и холодный чай.

Она поднялась на ноги, распахнула двери и подбежала к платанам. И правда – на каменном столике в тени деревьев стоял чайник холодного чая и блюдо, наполовину заполненное сливами и грецкими орехами. Чжэн Ми невероятно обрадовалась и, не обращая внимание на помятый внешний вид фруктов, принялась уплетать их за обе щеки, запивая все холодным чаем.

Вдруг по Дворцу Долгой Осени разнесся душераздирающий вопль. Испугавшись, Чжэн Ми вздрогнула и выронила блюдо с фруктами из рук. Поднявшись на ноги и собрав юбки, она кинулась внутрь. Картина, открывшаяся ее глазам, была ужасающей – девушка замерла, не в силах и шагу ступить от страха.

По полу зала бежал кровавый ручеек. Цзиньчань без сознания лежала в луже крови, зажимая оставшейся рукой место, где раньше начиналась другая рука. Рядом два закованных в латы солдата поспешно срывали золотые браслеты с отрубленной руки служанки.

Ярость выместила страх, и Чжэн Ми, собрав все силы, что у нее остались, громко закричала:

– Разбойники! Что вы творите?

Услыхав ее, два грабителя подняли свои худые, черные от загара лица и сказали, что они солдаты. Ну, это уже слишком высокая оценка – очевидно же, что это просто два беглых смертника. Оба резко выхватили окровавленные мечи, а их глаза запылали жадным огнем – на шее Чжэн Ми поблескивало жемчужное ожерелье. Девушка не растерялась, сорвала с себя украшение и швырнула его им в лица. Жемчужины покатились по полу во все стороны, перемазываясь в крови. Грабители кинулись подбирать камушки, а Чжэн Ми, воспользовавшись этим, кинулась прочь из дворца.

Под платанами собралась толпа вооруженных солдат верхом, они преградили Чжэн Ми путь. Предводитель отряда спустился с коня и учтиво поклонился девушке.

– Вы госпожа Чжэн? Я начальник караула главнокомандующего На, меня зовут Дуаньму Уцзи. Главнокомандующий приказал мне встретить вас и сопроводить во Дворец Великого Начала.

В суматохе Чжэн Ми была не в силах отличить правду от лжи, а потому не решалась легко верить сказанному. Девушка перевела дыхание, и тут ей в голову пришла блестящая идея. Указав на дворец, она произнесла:

– Там разбойники!

Чжэн Ми нужно было выведать, были ли напавшие на Цзиньчань мужчины подчиненными Дуаньму Уцзи.

– Разбойники? – Дуаньму Уцзи высоко поднял меч, воины последовали за ним.

Двое грабителей с набитыми до отказа узлами, увидав настоящих солдат, хотели было дать деру, но Дуаньму Уцзи дважды взмахнул мечом, разрубив каждого из них пополам. Чжэн Ми не выдержала ужасающей картины и мучительно отвернулась, а затем подбежала к Цзиньчань и принялась хлопать по посеревшим от потери крови щекам. Глупая служанка, которой деньги оказались дороже жизни!

– Госпожа… Золотые браслеты… Я только их хотела забрать… – прерывающимся голосом произнесла Цзиньчань. Дыхание девушки совсем ослабло, и через мгновение жизнь покинула ее.

Чжэн Ми закрыла лицо руками и тяжело вздохнула, отворачиваясь от луж крови на полу. Роскошный Дворец Долгой Осени был осквернен нескончаемой жестокостью, превратился в настоящую скотобойню – она не желала больше смотреть на него.

– Идем, начальник караула Дуаньму, – обратилась к воину Чжэн Ми.

Тот почтительно уступил ей своего коня, а Чжэн Ми даже не поблагодарила его – она привыкла пользоваться своей красотой и благодаря ей получать все самое лучшее.

Они проехали через пустой и безмолвный Дворец Морозных Облаков, мимо Башни Радостных Голосов, из которой изредка доносился лишь лай собак, эхом отражавшийся от пустых стен. Затем они объехали кругом Дворец Утренней Зари, красные ворота которого были плотно заперты на замок, и проехали под сенью деревьев Дворца Белоснежных Цветов.

От непрерывно сменявшихся пейзажей Чжэн Ми охватила печаль, перед глазами проплыли прекрасные, полные жизни, лица: ледяная красавица Мэй Сюэи, милая и энергичная Мужун Цзялянь, угодливая и обворожительная Чжугэ Люйюнь, Цинь Хуа, о соблазнительности и бесцеремонных выходках которой уже слагали легенды, мастерица петь и танцевать Цин Няоло, с которой Чжэн Ми так и не довелось встретиться. Кто знал, что время пробежит так быстро? Что любовь и мечты потерпят крах? Что полученные власть и могущество обратятся в ничто?

А что ждет ее? Что станет с ее красотой, что она принесет ей?

Когда они приехали к Дворцу Великого Начала, Дуаньму Уцзи протянул Чжэн Ми руку, чтобы помочь ей спуститься с коня. Девушка бросила ему легкую улыбку и благосклонно приняла помощь.

Из тени вышел Юйвэнь Сюн и приблизился к ним. Только Чжэн Ми хотела поприветствовать его, как тот разразился гневной тирадой на Дуаньму Уцзи:

– Что это такое? Где ты пропадал столько времени? Главнокомандующий На уже столько ждет.

– Простите за ожидание. Командующий Юйвэнь, госпожа Чжэн, прошу вас, – недоумевающе ответил Дуаньму Уцзи.

Он вел себя крайне скромно и почтительно и поклонился, пропуская Чжэн Ми вперед. Девушка обратила внимание, что Юйвэнь Сюн держался странно, видимо, не хотел, чтобы посторонние прознали о супружеских отношениях, связывающих его с ней. Сохраняя надменный вид императорской супруги, Чжэн Ми вступила в просторный и безмолвный двор.

Юйвэнь Сюн шел перед ней, а Дуаньму Уцзи следовал за спиной. Чжэн Ми, зажатая с двух сторон, ступала крайне медленно. У самых ступеней Дворца Великого Начала росла старая сосна. Чжэн Ми остановилась подле нее и вскинула голову, вглядываясь в крону – она вспомнила, как однажды веселилась в тени дерева, кидаясь с императором шишками.

– Чего остановилась? – с сумрачным видом поторопил ее Юйвэнь Сюн.

В его глазах Чжэн Ми увидела непонятную скорбь и послушно ускорила шаг. Когда они вступили во дворец, на нее со всех сторон нахлынуло гнетущее чувство опустошения и безысходности.

– Госпожа Чжэн, присаживайтесь, – это был голос Мужун Цзялянь.

Чжэн Ми увидела малолетнего принца Юйвэнь Жуйцзи, восседавшего на императорском троне, позади него стояла Мужун Цзялянь, по левую руку расположился Шанъян Чжэньжэнь, покачивавший метелкой фучэнь, а по правую – грозный и молчаливый главнокомандующий На Лоянь. Далее по порядку в соответствии с рангом сидели незнакомая красавица, очень похожая на Мужун Цзялянь, и Мэй Сюэи, ужасно измученная на вид.

Чжэн Ми глубоко вздохнула. Хозяин Поднебесной сменился – она должна была признать себя подданной нового правителя. Девушка поспешно опустилась на колени в знак приветствия, а затем заняла место подле Мэй Сюэи и принялась ждать, что произойдет дальше. Сердце ее бешено стучало.

– Прошлой ночью его величество выпил сверх меры и скончался. Поднебесная не может оставаться без правителя ни на один день. Перед смертью государь оставил высочайший указ о назначении принца Юйвэнь Жуйцзи наследником… – Шанъян Чжэньжэнь принялся зачитывать императорский указ, интонации и выражение лица были точь-в-точь как у его предшественника Ло Шэньли.

Чжэн Ми подумала о Юйвэнь Жуйцзине. Мальчик остался у Гао Чэндао, переживет ли он этот жуткий день?

– После погребения его величества все его супруги, согласно устоям предков, отправятся в монастырь Ваньшань[43] в горах Чжуннань, чтобы молиться Будде и культивировать добродетель. Сестрица Мэй покамест продолжит жить во Дворце Морозных Облаков, а сестренка Чжэн – во Дворце Долгой Осени, – с торжественным видом дополнила Мужун Цзялянь.

– Сестренка Чжэн, а где принц?

Чжэн Ми только опустилась на колени, чтобы попросить позволить ей поменять место жительства, как Мужун Цзялянь вдруг заговорила о принце, отданном ей на воспитание.

– Принц… Он у главы канцелярии Гао Чэндао, изучает классические тексты и литературные каноны, – Чжэн Ми не посмела скрыть правду.

Мужун Цзялянь переглянулась с На Лоянем и приказала:

– Дуаньму Уцзи, пойди за принцем и приведи его сюда.

Чжэн Ми охватила паника, она вцепилась руками в спинку стула. Что же ждет маленького принца? А ее саму?

– Госпожа Мужун, пришел доклад с передовой. Главнокомандующий Юйчи Гун сообщил, что его армия спешно возвращается в Дундучэн, они будут идти без привалов и прибудут предположительно через полмесяца.

Мэй Сюэи не сдержала удивленный возглас, и взгляды всех присутствующих переместились на нее.

– Сестрица Мэй, я слышала, что главнокомандующий Юйчи Гун – твой названый отец, вы очень близки. Когда главнокомандующий вернется, будь так добра, встреть его, – Мужун Цзялянь с улыбкой повернулась к Мэй Сюэи.

Чжэн Ми увидела, как та мелко задрожала. Она чувствовала, что они вдвоем были как рыбы, брошенные на кухонный стол в ожидании разделки.

– Сестрица Мэй, ты плохо выглядишь, ты заболела? Командир Юйвэнь, сопроводите сестрицу Мэй во Дворец Морозных Облаков, пускай отдохнет, – от зоркого взгляда Мужун Цзялянь ничто не могло скрыться. Она словно услышала биение сердца Мэй Сюэи и тут же распорядилась увести ее.

– Шанъян Чжэньжэнь, напишите письмо главнокомандующим Юйчи Гуну и Цуй Вэньтину, сообщите им о беде, приключившейся при дворе. А затем приступайте к обучению наследника, – приказал хранивший до этого момента молчание На Лоянь.

В зале осталось только пять человек. Чжэн Ми посмотрела на Юйвэнь Сюна, однако тот стоял неподвижно, словно каменная статуя, глубоко погруженный в свои мысли. Чжэн Ми словно ошпарило тревогой: что они сделают с ней?

Мужун Цзялянь потянулась, зевнула, наклонилась к На Лояню и спросила:

– Зять, сестрица, на этом все?

– Как можно? Сестренка, раз ты такая слабая, как ты дальше будешь помогать наследнику контролировать страну? Я правда переживаю за тебя, – произнесла красавица, сидевшая подле На Лояня.

Она держалась грациозно, говорила спокойно и величаво. В ней чувствовалась скрытая сила.

– Цзялань, ты еще что-то обсудить хотела? – взгляд На Лояня стал мягким и нежным, наполнился глубокой любовью.

Чжэн Ми поняла – эта красавица была Мужун Цзялань, старшая сестра Мужун Цзялянь и супруга На Лояня. Дворец стал их родовым поместьем – найдется ли ей здесь место? Сердце девушки ушло в пятки.

– Конечно! Супруг, сестренка, госпожу Чжэн тоже нужно отправить в монастырь Ваньшань? – Мужун Цзялань подошла к Чжэн Ми, шелестя ярко-синей юбкой, расшитой драгоценными камнями, словно павлин, распустивший перья.

Цзялань высоко подняла подбородок, устремила прекрасные сверкающие глаза на Чжэн Ми и ровным голосом произнесла:

– Такая очаровательная красавица, неужели вы не боитесь, что может случиться беда?

Услышав это, все присутствующие оторопели. Чжэн Ми почувствовала, что спастись у нее не получится.

– Какая беда может приключиться? Цзялань, не надумывай. Монастырь будет надежно охраняться солдатами, а супруги просто будут ожидать там старости, – неразговорчивый На Лоянь поспешно заступился за Чжэн Ми.

– Неужели? Супруг, а скажи-ка мне, вот ты смотришь на нее, неужели у тебя не дрогнуло сердце? – резко ответила Мужун Цзялань, широко распахнув свои чистые глаза. Казалось ничто не могло укрыться от их взгляда.

– Что ты такое говоришь? Цзялань, что ты предлагаешь тогда? – На Лоянь понял, что его вывели на чистую воду, разозлился и раздраженно взмахнул рукавом, вступив в бессмысленный спор.

Убитая горем Чжэн Ми устремила на Юйвэнь Сюна взгляд, полный мольбы о помощи. Она поняла: На Лоянь не сможет спасти ее, осталась надежда только на Юйвэнь Сюна. Если тот захочет, то сможет вытащить ее отсюда.

– Главнокомандующий Юйвэнь, ваша супруга Чжэн ведет себя неподобающе. На словах она ваша жена, а на деле – женщина императора. Всем известны те грязные дела, которыми она занималась в Хуаньцайгэ – мне даже неловко упоминать об этом в таком великолепном месте, не хочу осквернять слух присутствующих. Вы ее муж, как, вы считаете, стоит поступить с ней? – нараспев произнесла Цзялань, словно декламируя стихи.

Она держалась с достоинством, спокойным голосом обрушивая все надежды Чжэн Ми.

Ту охватили стыд, раскаяние и страх. Мужун Цзялань переиграла ее, победила своим коварством. Чжэн Ми и слова возразить не успела, как ее схватили за талию и оторвали от земли – это был Юйвэнь Сюн. Его грозный взгляд, полный ярости и ненависти, обжег Чжэн Ми, и она пришла в ужас. С невероятной мукой в голосе он затряс ее:

– Ты… почему ты так поступила?

Чжэн Ми содрогнулась от испуга и зажмурила глаза – что она могла ответить? Гнев Небес превращается в природные катастрофы, а гнев людей – в убийства. Чжэн Ми впала в панику – он же сейчас расшибет ее насмерть! Нет, только не это!

– Главнокомандующий Юйвэнь, отпустите ее! – крикнул На Лоянь, вовремя выручив Чжэн Ми.

Юйвэнь Сюн неохотно подчинился и в негодовании скрестил руки на груди. Еще не успев оправиться от испуга, Чжэн Ми отчаянно взмолилась к Мужун Цзялянь. Та отвернулась и с запинкой произнесла:

– Сестрица, супруга Чжэн… Это же не ее вина, это все интриги ее отца Чжэн Цецзуна.

– Верно. Цзялань, нельзя же всю вину возложить на хрупкую женщину, – поспешно встрял На Лоянь.

Чжэн Ми вздохнула, молчаливо благодаря его.

– Вы что, собираетесь просить пощады для распутной женщины? Неужели вы совсем забыли, что такое совесть и честь? – Мужун Цзялань вспыхнула от гнева и свирепо повысила голос, браня На Лояня и сестру. Те немедленно повесили головы, осознавая свою неправоту.

– Госпожа Мужун, признаю, я порочная женщина. С одной стороны – приказ отца, а с другой – чувства мужа. У меня только один отец, но и муж только один. Я выбрала отца и понимаю, что сегодня настал час расплаты за это. Покорно принимаю наказание, – Чжэн Ми распрямилась и шагнула вперед.

Никто не сможет ее спасти, значит, она должна взять все в свои руки и бороться за себя.

– Наказание? Ты думаешь, что отделаешься простым наказанием? Да за твое преступление тебя нужно четвертовать или заколоть насмерть! – прекрасные глаза Мужун Цзялань сверкнули глубочайшей злобой.

– Четвертовать или заколоть? Неужели мой грех так велик?

На каком основании она выносит ей приговор? Да неужели из простой женской ревности? Чжэн Ми инстинктивно поняла, что к чему, но все равно возразила, хотя это и было совершенно бесполезно.

– Участь красавиц тяжела. Если хочешь жить – это можно устроить. Красавица, лишенная своего очарования, может продолжить жить, – Мужун Цзялань вдруг радостно улыбнулась.

Чжэн Ми поняла, что та толкает ее к выбору – или уничтожить свою невероятную красоту и вести жалкую жизнь, или умереть, сохранив свой прекрасный облик. Чжэн Ми словно молнией ударило – она вспомнила слова небожителя в латах: ее красота будет существовать, пока жива она сама, но погибнет вместе с ней. В отчаянии девушка попятилась назад – она любила красоту больше жизни, да разве она могла согласиться на существование в теле уродины?

– Чжаоюнь, принеси мой нож! – в Мужун Цзялань поднялась жажда крови.

Чжэн Ми попятилась еще, но Юйвэнь Сюн стрелой метнулся к двери позади, отрезая ей последнюю возможность к побегу.

– Главнокомандующий Юйвэнь, будьте так любезны, этот удар – ваш. Этот нож – подарок моего батюшки Мужун Синя, он преподнес его мне для того, чтобы избавляться от неверных и беспринципных людей!

Взяв в руку сверкавший холодным блеском нож, Юйвэнь Сюн схватил дрожавшую от страха Чжэн Ми, провел острием по ее тонкому платью, обнажая расшитую пионами нижнюю рубашку. Чжэн Ми повернулась к На Лояню, отчаянно взмолившись:

– Командующий На…

На Лоянь безжалостно отвернулся, не проронив ни слова.

– В добрый путь! – слезы закапали из глаз Юйвэнь Сюна, он крепко обнял жену и пронзил ее клинком четко в сердце.

– Государь! – не сводя глаз с Юйвэнь Сюна, с глубоким чувством позвала Чжэн Ми другого мужчину.