Теплое солнце четвертого лунного месяца отбрасывало тени платанов на кирпично-красные стены Дворца Долгой Осени. Опытные служанки сообщили Чжэн Ми, что это самый роскошный дворец императорского двора, только самая любимая супруга его величества получала право жить здесь.

В изначальные планы Чжэн Ми вовсе не входило такое поспешное превращение в хозяйку Дворца Долгой Осени – отец заставил ее. Ореол любимой супруги императора не имел для нее никакого значения, она прекрасно понимала, что лишь единицы будут рады ее возвышению, большинство же будет презирать.

«Коли замужняя дама, как вы, сумела оказаться здесь, она должна почитать это за великую честь», – в речах дворцовых служанок Чжэн Ми угадывала пренебрежительные нотки.

В действительности ей хотелось лишь одного – сбежать из этого дворца, так расхваливаемого всеми. Но как бы она объяснила служанкам, что главная причина, почему она не хочет жить здесь – кошмар, непрерывно снившийся ей по ночам? Это было невозможно.

Во сне она разговаривала с Цзиньчань в тени платанов Дворца Долгой Осени, как вдруг перед ними возникла грациозная прекрасная девушка, одетая в красное платье. Девушка с виду показалась Чжэн Ми доброй, да и лицо будто знакомое, а потому она с любопытством спросила:

– Госпожа, вы кого-то ищете?

– Тебя, – со смехом ответила красавица в красном платье.

– Но мы с вами вроде как не знакомы?

В недоумении Чжэн Ми подошла к собеседнице, ощущая необычный аромат, исходивший от ее тела – сладкий-сладкий, но с примесью запаха сырого мяса. Чжэн Ми никак не могла понять, чем же пахнет, эта загадка подстегивала ее подойти ближе.

– Ах ты, грязная девка, да как ты посмела захватить мой дом?!

Обворожительная улыбка красавицы резко сменилась гневом, перемешанным с ужасом. Ее изящные руки вцепились в шею Чжэн Ми и принялись сдавливать с огромной силой. Неужели это злой дух, пришедший из загробного мира мстить за несправедливости, которым подвергся при жизни?

От перемены у Чжэн Ми душа в пятки ушла, в панике она во весь голос принялась звать Цзиньчань. Тут она почувствовала резкий запах крови, и глаза округлились от ужаса – платье красавицы было насквозь пропитано алой кровью!

– Госпожа Чжэн, госпожа Чжэн! Проснитесь! – оклик Цзиньчань вернул Чжэн Ми в реальность.

Девушка схватилась за грудь, с трудом переводя дыхание, и провела рукой по шее – ей все еще казалось, что она задыхается. Чжэн Ми огляделась по сторонам и посмотрела в окно – платаны отбрасывали густую зеленую тень, мгла под ними точно скрывала некую ужасную тайну. Этот сон начал сниться ей через полмесяца после переезда в императорский дворец. Как же страшно!

Если бы от этого не зависела жизнь отца, Чжэн Ми бы ни за что не согласилась переступить порог этого зловещего места, пропитанного ложью, насилием, кровью и предательствами. В тот вечер Чжэн Цецзун, притворившись обычным посетителем, нашел ее в Башне Сбора Плодов. Крепкий и обычно грозный мужчина упал перед ней на колени, похожий на мертвеца, и принялся убеждать ее предать супруга, отдаться императору и так спасти жизнь и будущее своего родителя.

Приспособленчество и малодушие отца Чжэн Ми презирала от всей души – как это может называться мужчиной? Однако выбора у нее не было – он все еще был ее отцом. Только предав мужа, Чжэн Ми могла спасти его. За что она оказалась перед таким выбором? Почему ей выпало стать спасительной соломинкой, глотком живой воды для отца?

Переодевшись в новое платье, она тайно прибыла в роскошный Дворец Долгой Осени. Наискосок через плетеное кресло лежал государь – правитель целой Поднебесной выглядел подавленным и удрученным. Его взгляд, брошенный на нее, был полон высокомерия и бессердечия.

«Самые расчетливые мужчины неизбежно влюбляются в самых наивных женщин», – как мантру твердила про себя Чжэн Ми.

Чистосердечно улыбнувшись и приняв спокойный вид, девушка поклонилась. В глазах императора тут же сверкнули искры чувства. Радостно хлопнув в ладоши, он удовлетворенно осмотрел ее. Каким бы ни было его положение, он оставался мужчиной, а пока ни один мужчина не смог избежать ее чар – все поголовно падали ей в ноги. Чжэн Ми гордилась своими женскими приемами, они были испробованы на практике множество раз и никогда не подводили ее, отчего девушка только больше мнила о себе.

Только очнувшись от кошмарного сна и воспоминаний, Чжэн Ми всмотрелась в свои руки – ей показалось, что они обагрились кровью.

– Нет, так не пойдет. В этом месте нечисть водится, я не могу жить тут! – девушка принялась стучать по одеялу, все еще не оправившись от страха.

Жизнь отца уже была вне опасности, а помирать в стенах императорского дворца от козней злого духа Чжэн Ми не собиралась.

– Госпожа, да откуда нечисти взяться средь бела дня? – Цзиньчань подумала, что девушка бредит, и спокойно принялась готовить для нее наряд.

– Мне ночью приснился злой дух женщины, она была в красном платье… Ох, то было кровавое платье! Молодая девушка в пропитанном кровью платье, она хотела задушить меня! – речь Чжэн Ми была бессвязной.

– Ох, неужели здесь умер кто-то? – от страха Цзиньчань тоже побелела и замерла, не в силах продолжать работу.

– Поди скорее, найди служанку, которая уже давно во дворце, и расспроси ее, не произошло ли чего-то необычного во Дворце Долгой Осени. Неужели эти бессердечные твари специально поселили меня сюда, чтобы навредить? – Чжэн Ми пришла в негодование, вспомнив, как коварно выглядели лица служанок, когда те убеждали ее поселиться во Дворце Долгой Осени, говорили, что тут не о чем будет беспокоиться.

Неужели они думают, что она держится за место супруги императора? Чушь! Ну почему ее отцом оказался Чжэн Цецзун? Ее судьба была в руках отца, Чжэн Ми любила его, а потому у нее не было возможности улизнуть от его контроля.

Все предметы обихода во дворце, сделанные из редчайших, драгоценных материалов, были ей абсолютно неинтересны. Чжэн Ми не подозревала, что поставит жизнь Юйвэнь Сюна под угрозу – она подвела его. Но, с другой стороны, она всего лишь слабая женщина, что она могла поделать? Отказаться подчиниться отцу и пойти за мужем? Нет, она бы не смогла, от родственных чувств не отказаться – кровь гуще воды. Если чья-то голова должна полететь с плеч, значит, это будет голова мужа.

Отрешенно откинувшись на спинку кресла, Чжэн Ми погрузилась в себя. Мысли скакали от одной к другой, пока она обдумывала свою будущую жизнь. Каковы ее шансы на выживание во дворце, где интриги и кровь в порядке вещей?

В покои зашла Цзиньчань в сопровождении толстой престарелой служанки, одетой в потрепанное платье. Чжэн Ми подняла глаза и окинула толстушку взглядом. Та держалась с достоинством, лишь выражение лица было несколько унылым – интересно, кому из супруг она прислуживает?

– Госпожа Чжэн, я привела сестрицу Циннур, она раньше служила при Дворце Утренней Зари. Она уже давно при императорском дворе, вы можете лично расспросить ее.

Чжэн Ми заметила, что взгляд у Циннур был ясным, она была совершенно не похожа на прочих служанок, скрывавших яд в сердце под пышными одеждами. Это успокоило девушку, и она приказала Цзиньчань отобрать несколько пар новых юбок и рубашек в подарок Циннур. Поблагодарив Чжэн Ми, та присела на табуреточку у ее ног и приготовилась отвечать на вопросы.

– Супруга Чжэн, вам невероятно повезло – только вошли в императорский дворец и уже стали хозяйкой Дворца Долгой Осени. Как прекрасны тени на стенах, которые отбрасывают платаны в теплых весенних лучах! – изумленно и с некой долей зависти восклицала Циннур, оглядывая убранство дворца.

Слушая изысканные и поэтичные похвалы служанки, Чжэн Ми догадалась, что та уже очень давно при дворе, и приободрилась.

– Супруга, которая жила здесь прежде, вероятно, была очень любима его величеством?

– Верно, государь любил ее больше всех, только потому она и смогла поселиться здесь. Однако вскоре после переезда его величество своими руками забил ее здесь до смерти, – Циннур указала рукой на платаны за стенами дворца – в самую густую тень.

– Что?! – единогласно воскликнули Чжэн Ми и Цзиньчань.

– Так вот в чем дело, теперь все понятно, – загадка, мучившая Чжэн Мин, оказалась разрешена.

Девушка сидела совершенно растерянной – не станет ли она следующей жертвой? Если любовь сильна, то ненависть к человеку будет разрушающей. Чувства мужчины к женщине переменчивы, легко переходят из одной крайности в другую.

– Моя госпожа говорит, что в прошлом государь был великим героем, дорожившим чувствами и ценившим долг. А как он получил императорский трон, то его будто подменили, он стал бесчувственным, подлым, словно уже и не подвластен себе, – Циннур растерянно поглаживала новую одежду, голос ее был полон безграничной тоски по прошлому.

– Твоя госпожа? – Чжэн Ми вдруг опомнилась.

У девушки мороз пошел по коже от одной мысли о жизни при дворце, где никогда не знаешь, когда тебе придет конец. От изначального плана остаться во дворце не осталось и следа – Чжэн Ми была полна решимости всеми правдами и неправдами сбежать из этой золотой клетки.

– Моя госпожа – это хозяйка Дворца Утренней Зари, супруга Цин Няоло. Супруга Цин славится своими способностями к танцам и пению, ее восхваляют не только за красоту, но и за таланты, – улыбка Циннур была странной, у Чжэн Ми кровь в жилах застыла от одного взгляда на нее.

– Как-нибудь я непременно навещу твою госпожу, супругу Цин, – из учтивости произнесла Чжэн Ми, провожая Циннур.

– Благодарю супругу Чжэн за доброту. Моя госпожа подверглась опале, государь забросил ее, вам нет нужды навещать ее, – вежливо отказалась Циннур, словно скрывая что-то. Это еще более укрепило Чжэн Ми в решимости покинуть дворец.

Девушка придумала способ заставить государя постепенно потерять к ней интерес: она решила надоесть ему так, чтобы он сам выгнал ее из дворца.

– Ваше величество, я все никак не могу привыкнуть к жизни во Дворце Долгой Осени. Надеюсь, что ваше величество проявит милость и определит мне другое место проживания, – взмолилась Чжэн Ми, лежа рядом с государем после очередного раунда страсти.

– Это и так самый роскошный дворец, а тебе все мало? – потеребив ее за кончик носика и потрепав по волосам, шутливо пожурил девушку Юйвэнь Ху.

– Может, я лучше перееду во Дворец Утренней Зари? – Чжэн Ми не решалась рассказать ему правду о духе женщины, приходившем к ней во сне во Дворце Долгой Осени.

– Дворец Утренней Зари? Не пойдет, там уже давно никто не жил, в нем скопилось слишком много негативной энергии. – Юйвэнь Ху застыдился, опустил глаза и почесал голову нефритовой шпилькой.

– Но ведь дворец такой большой, неужели в нем не найдется места для маленькой девушки вроде меня? Ваше величество, и вы еще говорите, что любите меня? – Чжэн Ми отвернулась, оставив Юйвэнь Ху смотреть на ее нежную белую спину.

– Ах ты нахалка, еще упрямишься! Идем спать, у меня еще много важных дел завтра. – Юйвэнь Ху повернул ее лицо к себе, коротко поцеловал в губы, точно клюнул и, зевнув, в полном изнеможении откинулся на подушки.

Пламя свечи, горевшей у постели, слегка колебалось. Чжэн Ми тоже устала. Юйвэнь Ху обнял ее обеими руками за талию, не давая ей возможности выбраться. Они почти уснули, как за стенами раздался хриплый голос Ло Шэньли, громко кричавшего:

– Ваше величество, беда! В Ледяном дворце супруги Цин случился пожар! Тушить уже поздно, здание развалилось, боюсь, что супруга Цин…

– Боишься, что она дотла сгорела? Чего шумиху из ничего устроил? Ей уже давно помереть пора было. Моя голова занята другими более важными делами, мне страной управлять.

Притворившись спящей, Чжэн Ми продолжала неподвижно лежать под пологом. Услышав новость о гибели супруги Цин, Юйвэнь Ху нисколько не изменился в лице, не показал и капли грусти, он лишь отчитал Ло Шэньли, а затем снова прижал Чжэн Ми к себе и продолжил безмятежно спать.

Храп Юйвэнь Ху резал девушке уши, она вздрагивала от каждого его вздоха, не в силах заснуть. С нескрываемым отвращением она перевернулась на другой бок. Бессердечный, беспринципный правитель, одинокий, никем не поддерживаемый государь. Да он просто всеми силами оттягивает свою неизбежную смерть, о его дряхлом теле даже вспоминать не хочется. Ну уж нет, просто так она его не отпустит, он будет мучиться, она уж постарается досадить ему!

Во Дворце Долгой Осени и Дворце Утренней Зари она жить не может, хорошо, ну так пусть он ей новый построит – разве государь не говорил, что любит ее больше всех? Мужское обожание кратковременно, и Чжэн Ми намеревалась воспользоваться тем сроком, что был отведен его чувствам к ней, и замучить императора!

– Ваше величество, в ваших руках вся Поднебесная, я восхищаюсь вами больше, чем кем-либо! Может, вы построите для меня новый загородный дворец, такой, чтобы всем красавицам на зависть был? Так вы и покажете искренность своих чувств ко мне, ну разве не здорово? – Утром за завтраком Чжэн Ми пустила в ход оружие обольщения: треть кокетства, треть шантажа, треть подначивания.

– Чтобы построить роскошный дворец, потребуется много денег, материалов и работников. Боюсь, что некоторые консервативные чиновники будут против, примутся критиковать меня за расточительство, – нерешительно отказал Юйвэнь Ху.

– Ах, неужели вы не хозяин всего и всех в Поднебесной? Речь-то всего лишь о постройке дворца, а ваше величество уже отнекивается. Что ж, я так погляжу, вашу любовь ко мне даже сплетни чинуш подточить способны, – ехидно насмеялась над ним Чжэн Ми – ей никакого дела не было до его затруднений.

Император сам неустанно твердил, что души в ней не чает, ну так пусть любит ее так, как она хочет – а она хочет, чтобы это обожание можно было увидеть, потрогать. Пустые сладкие речи не интересовали Чжэн Ми.

– Ох, супруга моя ненаглядная! Какие же колкие слова способен говорить твой прелестный ротик, в самое сердце ранила меня. Ты права, это всего лишь дворец, я попробую все устроить. Эх, если бы не сгорела Башня Искушений, разве бы ты, лиса хитрая, стала бы насмехаться надо мной, говорить, что я ни на что не способен? – Юйвэнь Ху был крайне милостив и терпелив к выходкам Чжэн Ми.

Девушка догадалась, что он полюбил ее именно за своенравный характер, за способность открыто говорить о своих желаниях, за бойкость и жизнерадостность, за страстность и дерзость.

– Пока старое не уйдет, новое не появится. Ваше величество, может, и построите новый дворец на месте Башни Искушений? Только не называйте снова Башней Искушений, новое название должно быть величественней. Назовите его Дворец какого-то там Величия – вот это будет достойно вашего высочайшего положения!

Аккуратно черпая ложкой сладкий отвар из меда диких пчел, Чжэн Ми кормила им государя. Ну какой мужчина захочет сопротивляться ее искусительным чарам? Она была намерена осуществить невозможное.

– Супруга, а ты верно говоришь, вот это по существу сказано! Добро. Ло Шэньли, прикажи главе уезда Чжэн Цецзуну немедленно приступить к поискам лучших во всей Поднебесной ремесленников и строителей, пускай предложит хорошую плату. Я намерен построить дворец, какого мир еще не видывал. Он будет называться… Хмм… Имя ему будет Дворец Божественного Величия!

– Ваше величество, вот это действительно поступок, достойный мудрого правителя! – достигнув цели, Чжэн Ми радостно проводила государя, отправившегося принимать чиновников.

Только вот радость ее была преждевременной.

После обеда, медленно бродя по саду дворца, она заметила, что сочно-зеленая тень от платанов слишком густая – в темноте казалось, что там открывается дверь в мрачный потусторонний мир. Чжэн Ми тут же приказала Цзиньчань завесить деревья фонариками, чтобы с наступлением ночи можно было любоваться на море огней.

– Госпожа Чжэн, супруга Чжугэ, хозяйка Дворца Белоснежных Цветов, прислала свою служанку Юцао с поручением. Она приглашает вас вечером присоединиться к ней во Дворце Белоснежных Цветов, принять участие в пире в честь летнего солнцестояния.

– Пир летнего солнцестояния? А это что-то новенькое! Я так погляжу, в этом тихом дворце еще те черти водятся, мастерицы своего дела. Что же, воспользуюсь этой возможностью повидаться с прочими благородными супругами, посмотрю, чем они отличаются от девок из публичного дома Хуаньцайгэ! – выслушав доклад Цзиньчань, Чжэн Ми загорелась азартом.

Всю вторую половину дня она провела прихорашиваясь и наряжаясь. Убежденная, что прочие супруги непременно разоденутся, точно павлины – роскошно и красочно, она решила сделать обратное. Чжэн Ми надела рубашку из черного шифона, накинула на плечи иссиня-черный шелковый шарф, ярко-красную плиссированную юбку в пол, губы подчеркнула алой помадой – изящно и со вкусом.

Чжугэ Люйюнь из Дворца Белоснежных Цветов была одета в тонкое платье цвета молодых, еще зеленых колосьев пшеницы. С ее локтей свисала белая шелковая шаль, вившаяся позади, пока девушка суетилась на ступеньках перед дворцом, встречая гостей.

Чжэн Ми обратила внимание, что хотя ее фигура была тонкой и нежной, лицо Чжугэ Люйюнь было исполнено надменности, свободолюбия и осознания собственного превосходства. «Императорские супруги совершенно не похожи на других», – восхищенно подумала про себя Чжэн Ми, приветственно кланяясь хозяйке вечера.

– Супруга Чжэн, ну вы и прелестница, просто обворожительно выглядите! Все во дворце шепчутся о вас, точно сумасшедшие. Супруга Чжэн, вы воистину прекрасны, только небожительницам разве что уступить можете. Такую красоту лучше один раз увидеть, чем сто раз слышать о ней. Природа невероятно наградила вас, я покорена, – от слов Чжугэ Люйюнь Чжэн Ми словно растаяла.

Следом за хозяйкой она вошла во Дворец Белоснежных Цветов. Покои были изящно и элегантно обставлены: с карнизов окон свисали тонкие зеленые занавески и более плотные шторы, по углам были расставлены вазы сине-белого фарфора, из которых ввысь тянулись грациозные белые цветы лотосов, источавшие тонкий аромат. От такого убранства на душе становилось легко и приятно, и впрямь изысканное место!

– Прибыла супруга Мэй, – раздался с улицы громкий голос служанки.

Чжэн Ми пристально вгляделась за стены дворца – все-таки до этого у нее не было возможности познакомиться с прочими обитательницами императорского гарема.

– Сестренка Люйюнь, ты по полному праву можешь считаться сведущей в красивой и правильной жизни. Как же я ждала твой пир в честь летнего солнцестояния! Так, ну что тут у тебя есть вкусненького, чем бы я могла поживиться?

До слуха Чжэн Ми долетел голос, похожий на пение соловья, сопровождаемый ароматным дыханием зимнего холода. Подняв голову, она пересеклась взглядами с супругой Мэй, только что вошедшей в покои. Внешность вновь пришедшей поразила Чжэн Ми – это действительно была величайшая красавица, какую она видела в жизни! С ног до головы одетая в белое, супруга Мэй выглядела изумительно, как весенний цветок северных границ, чистый и одинокий. Настоящая диковинная ледяная красавица. Какой же мужчина окажется способен растопить ее ледяное сердце? Про себя Чжэн Ми предположила, что этот мужчина – точно не его величество.

– Чжэн Ми приветствует супругу Мэй, – грациозно поклонилась она Мэй Сюэи.

– Как же повезло его величеству, что он приобрел вас, такую невероятную красавицу, – в тоне Мэй Сюэи Чжэн Ми услышала глубокую досаду на то, что при всей своей красоте не сумела добиться такого же успеха, хоть государь ей вовсе и не нравился.

– Прибыла супруга Мужун, – Чжугэ Люйюнь еще не успела провести Мэй Сюэи на отведенное ей место, как раздался голос служанки, оповещавшей о прибытии новой гостьи.

Чжэн Ми поднялась со своего места. Имя супруги Мужун ей было давно знакомо. Род Мужун из Дундучэна отличался благородным происхождением и славной историей. Но самое главное – именно у нее были наибольшие шансы стать императрицей.

– Приветствую супругу Чжугэ, супругу Мэй, супругу Чжэн. – Цзялянь, одетая в светло-лиловую рубашку и плиссированную юбку, укрытая алой шелковой шалью, легко, словно лодка, скользящая по поверхности воды сквозь туман, вошла в зал, сохраняя достоинство в каждом движении.

Чжэн Ми почтительно взглянула на нее. Хотя Мужун Цзялянь и была самой юной из всех супруг, но каждый ее шаг, каждый жест был полон величия, торжественности, присущих хорошо воспитанным знатным девушкам.

Чжэн Ми и Мэй Сюэи сели по левую сторону, Чжугэ Люйюнь и Мужун Цзялянь расположились с правой стороны, а главное место за столом пустовало, дожидаясь государя. Тот должен быть приехать чуть позднее.

– Когда солнце приходит в самую северную точку, день становится очень длинным, а ночь – очень короткой, это и называется летним солнцестоянием. Предел есть пик. Дорогие дамы, давайте поднимем кубки, чтобы призвать летний ветер, и вкусим деликатесы из лотоса, которые я тщательно приготовила для сегодняшнего пира в честь летнего солнцестояния, – торжественно произнесла Чжугэ Люйюнь.

Чжэн Ми увидала множество яств, выставленных на столе. Приготовленные на пару цыплята с грибами, завернутые в листья лотоса, – питательное и полезное для фигуры блюдо; густая рисовая каша с листьями лотоса, полезная для кожи; лотосовое вино, спасающее от жары; легкие лотосовые пирожные – все выглядело восхитительно и источало изумительный аромат, от которого непроизвольно текли слюнки. Девушка втихомолку позавидовала необычайной одаренности Чжугэ Люйюнь – она прекрасно готовит и способна изящно подать блюдо, превратить его поедание в настоящее искусство. Этот навык заслуживает похвалы.

– Сестренка Мужун натура утонченная, а сестренка Люйюнь – настоящая умелица. Этот кубок – за вас, – Мэй Сюэи подняла винный кубок с узким носиком, приложила его к прелестным вишневым губам и принялась жадно глотать содержимое.

Чжэн Ми была уверена, что неплохо дружит с выпивкой, но, увидав легкость, с какой Мэй Сюэи осушила кубок, признала свое поражение.

– Сестрица, а ты умеешь выпить. Я для начала хочу выпить с новенькой. Супруга Чжэн, ты и я по кубку, что скажешь?

Чжэн Ми почувствовала, что у Чжугэ Люйюнь есть какое-то скрытое намерение. Проиграть ей она не могла, а потому, взяв в каждую руку по кубку, обворожительно улыбнулась:

– Сестренка, ты выпей один кубок, я а – два, в самый раз!

Чжугэ Люйюнь нахмурилась.

– А я и не догадалась, что супруга Чжэн не только исключительная красавица, но и редкостная любительница выпить.

Чжэн Ми улыбнулась, но промолчала, а затем большими глотками осушила оба кубка под одобрительные хлопки Цзялянь и Сюэи. Чжэн Ми как раз обдумывала, что бы такого сказать, чтобы показать свою скромность и подчеркнуть, что ей еще многому стоит научиться у прочих девушек, как Чжугэ Люйюнь воспользовалась напавшим на нее хмелем, чтобы высмеять.

– Супруга Мэй, хочу по секрету у тебя спросить, как женщина у женщины. Кто же все-таки доблестней – Бог войны или его величество? – Люйюнь злорадно улыбалась, даже не скрывая, что это провокация.

Чжэн Ми замерла и смущенно облизнула губы. Ах эта гадина, очевидно же хочет пристыдить ее за то, что у нее было два мужа.

– Супруга Чжугэ, супруга Чжэн не по своей воле оказалась в такой ситуации. Сестры, мы столь редко вот так все вместе собираемся, ну зачем нам заводить разговор на такие неприятные темы? Сестренка, я штрафую тебя кубком вина, хозяйка не может так себя вести. – Мужун Цзялянь подняла винный кубок, встала и направилась к Люйюнь.

Чжэн Ми с благодарностью кивнула Цзялянь и села на свое место, не смея продолжать спор.

– Сестренка Мужун, а ты, конечно, мастерица острые углы сглаживать. У каждого своя судьба, и наша доля тоже – у кого-то радостная, а у кого-то тягостная. Что же, ради тебя, нашей будущей императрицы, я принимаю этот штраф, – холодно хмыкнула Чжугэ Люйюнь и, закатив глаза, косо взглянула на Чжэн Ми.

Та отвернулась и чокнулась с Мэй Сюэи, в душе не поверив в услышанное – кто это сказал, что именно супруга Мужун станет императрицей?

– Кхм, дорогие супруги! Как у вас тут все изысканно! Вот пришел взглянуть, что за лотосовый пир устроила моя Люйюнь, что у вас всех аж слюнки потекли? – в зал быстро вошел Юйвэнь Ху, одетый в легкий парадный халат и императорскую корону, и с громким смехом уселся на свое почетное место.

Соблазнительно покачивая бедрами, Чжугэ Люйюнь приблизилась к Юйвэнь Ху, лицо ее источало радость. Подняв винный кубок двумя руками, она очаровательно и кокетливо произнесла:

– Ваше величество, вы опоздали, штрафую вас этим кубком!

– Ха-ха! Дорогие супруги, кто из вас примет штраф вместо меня? – Юйвэнь Ху притянул Люйюнь и усадил ее подле себя, принял из ее рук кубок и покачал им перед тремя оставшимися девушками.

Чжэн Ми не понимала, что скрывается за этой выходкой. Кубок вина был пустяком для нее, но, боясь, как бы Чжугэ Люйюнь не выкинула чего-нибудь, замешкалась. Мэй Сюэи опередила ее:

– Ваше величество, я приму штраф.

– Я тоже готова, – поднявшись с места, звонким голосом жаворонка ответила Мужун Цзялянь.

Увидев это, Чжэн Ми тоже поспешно повторила за ней:

– Ваше величество, и я тоже.

– Ха-ха-ха! Молодцы, все вы – достойные супруги правителя. Кстати, я собираюсь построить Дворец Божественного Величия, что вы думаете на этот счет? – Увидав покорность девушек, Юйвэнь Ху самодовольно расхохотался и сам осушил кубок.

Выпив, он отставил посуду и пристально осмотрел каждую из своих женщин. Чжэн Ми никак не могла понять причин его резкой перемены – с какой целью он открыто заявил о дворце перед лицом всех супруг? Что он задумал?

– Ваше величество, вы хотите построить Дворец Божественного Величия для новой супруги Чжэн? – ледяным голосом спросила Чжугэ Люйюнь, переполнившись плохо скрываемой завистью.

У Чжэн Ми холодок по спине пробежал – неужели его величество сообщил обо всем Люйюнь?

– Верно. Супруге Чжэн непривычно жить во Дворце Долгой Осени, а Дворец Утренней Зари пустует уже давно, поэтому я считаю, что заселяться в него тоже не подобает. Ну так не лучше ли будет построить новый дворец на месте прежней Башни Искушений?

Слушая диалог Юйвэнь Ху и Чжугэ Люйюнь, Чжэн Ми ощущала себя как в центре яростного сражения. Неужели эти двое спелись, чтобы вот так нанести ей удар?

– Супруга Мужун, а что ты думаешь? – Юйвэнь Ху повернулся к безмолвной до сих пор Мужун Цзялянь.

– Ваше величество, я слишком невежественна, чтобы ответить. Государь, вы так дальновидны, как вы решите – так и будет правильно, – лицо Мужун Цзялянь осталось хладнокровным, она ничем не выдала своих истинных чувств.

Чжэн Ми опешила – разве долг супруги государя в том, чтобы всецело соглашаться с его предложением? У супруги Мужун ни напористости, ни приемов нужных нет, и она еще в императрицы метит?

– Супруга Мэй, ты что скажешь? – Юйвэнь Ху остался недоволен пустыми словами Мужун Цзялянь.

Он словно требовал одобрения, и тут Чжэн Ми поняла, в чем дело. Видимо, император не может единолично принять решение о строительстве Дворца Божественного Величия.

– Ваше величество, простите мне мою дерзость, но я попробую предположить. Неужели во Дворце Долгой Осени поселился злой дух? Возможно, это неупокоенный дух какой-нибудь из прежних хозяек? Может, стоит пригласить монаха, попросить провести обряд очищения? Так, пожалуй, супруга Чжэн сможет там жить.

Неужели и Мэй Сюэи не одобряет строительства Дворца Божественного Величия? До Чжэн Ми наконец дошло – какой к чертям лотосовый пир в честь летнего солнцестояния? Это просто западня, повод насмеяться над ней! Однако Чжэн Ми не собиралась покорно подчиняться приказам.

– Ваше величество, давайте выпьем, – Чжэн Ми встала, подняла кубок вина и осушила его.

В желудке забурлило содержимое трех кубков. Она взглянула на государя, на его расчетливое мясистое лицо. Старик, заигравшийся во власть.

– Ми, дорогая. Дворец Божественного Величия будет построен, но не сейчас. Предложение супруги Мэй разумно. Я прикажу Шанъян Чжэньжэню провести магический обряд во дворце. К тому же у тебя есть я, тебе совершенно нечего бояться.

Государь врал.

Охмелевшая на голодный желудок Чжэн Ми пристально уставилась на Юйвэнь Ху. Она видела его насквозь, но раскрывать его ложь или присоединяться к ней не собиралась, а лишь презрительно наблюдала.

А что, если все вокруг – один сплошной обман? Да и есть ли в императорском дворце место истинным чувствам и доверию? Или остались только мрак и пороки? Чжэн Ми не знала ответа.