Принцесса Вюртембергская Доротея-София-Августа-Луиза, в крещении великая княгиня Мария Фёдоровна. Родилась в Штутгарте в октябре 1759 г. Старшая дочь принца Фридриха-Евгения Вюртембергского.

Венчалась с великим князем Павлом Петровичем в сентябре 1776 г. По восшествии супруга Павла I на престол коронована с ним в апреле 1797 г.

В марте 1801-го овдовела.

Великая княгиня Мария Фёдоровна. 1782 г. Художник И.Г. Пульман с оригинала П. Батони

Возглавила многие благотворительные учреждения: больницы для бедных и вдовьи дома в Петербурге и Москве, дом Призрения в Гатчине и больницу в Павловске, Повивальный институт в Москве, Обуховскую больницу (с домом для умалишенных), богадельню и сиротский дом.

Покровительница женских учебных заведений в России, возглавила Воспитательное общество благородных девиц (Смольный монастырь), основала в Петербурге Екатерининский институт и училище солдатских матерей, Александровское женское мещанское училище в Москве.

Дети – великие князья и княжны: Александр, Константин, Александра, Елена, Мария, Екатерина, Ольга, Анна, Николай, Михаил.

После ранней смерти великой княгини Наталии Алексеевны Екатерина II озаботилась поиском для наследника новой избранницы. Доротею Вюртембергскую императрица видела в роли невестки еще прежде, до первой женитьбы сына, но принцессе тогда едва минуло четырнадцать.

Великий князь Павел Петрович, встретив юную Доротею в Берлине, был ею очарован, о чем и сообщал державной матушке: «Мой выбор сделан. Препоручаю невесту свою в милость Вашу и прошу о сохранении её ко мне. Что касается до наружности, то могу сказать, что выбором своим не остыжу Вас… Что же касается до сердца её, то имеет она его весьма чувствительное и нежное… Ум солидный её приметил и король сам в ней… Знания исполнена, и что меня весьма вчера удивило, так разговор её со мной о геометрии… Весьма проста в обращении, любит быть дома и упражняется чтением или музыкою, жадничает учиться по-русски (!), зная, сколь сие нужно».

Августейшее семейство императора Павла I. Начало 1800-х гг. Художник Г. Кюгельхен

Невеста прибыла в Петербург в августе 1776-го, и, приняв православие с именем великой княгини Марии Фёдоровны, в сентябре обручилась с наследником русской короны. Сентиментальная принцесса, воспитанная в духе Жан-Жака Руссо, став супругой цесаревича, ответила ему взаимностью. «Великий князь, очаровательнейший из мужей, – восторгалась она. – Дорогой мой муж – ангел. Я люблю его до безумия».

…И столь же сильно, до безумия, она скорбела о трагической кончине обожаемого супруга-императора.

Из воспоминаний Н.А. Саблукова:

«Императрица-мать не искала в забвении облегчения своего горя: напротив, она как бы находила утешение, выпивая до дна горькую чашу духовных мук. Самая кровать, на которой Павел испустил последнее дыхание… была привезена в Павловск и помещена за ширмами рядом с опочивальнею Государыни, и в течение всей своей жизни вдовствующая императрица не переставала посещать эту комнату».

Императрица Мария Фёдоровна

Мария Фёдоровна почтила своим присутствием Царскосельский лицей в день его открытия. Тогда, 19 октября 1811 года, юный лицеист Пушкин впервые мог видеть вдовствующую императрицу.

Вновь он встретит ее летом 1816-го в Павловске, где при Дворе вдовствующей государыни готовились дать блестящий праздник в честь молодой четы – великой княжны Анны Павловны и наследного принца Вильгельма Оранского. По августейшему замыслу величественная оратория должна была венчать праздничный июньский день, – понадобились стихи, достойные задуманного торжества. Выбор Марии Фёдоровны пал на придворного пиита Юрия Нелединского-Мелецкого, но муза к нему в тот час была неблагосклонна. В полном отчаянии и расстройстве маститый поэт пришел к Карамзину, и Николай Михайлович дал добрый совет: обратиться к одному, подающему большие надежды, лицеисту… Спустя всего два часа Александр Пушкин передал стихи незадачливому старшему собрату.

Поэтическое посвящение принцу Оранскому, будущему королю Нидерландов, произвело отрадное впечатление на августейшую фамилию. Награда, присланная императрицей Марией Фёдоровной – золотые карманные часы с гравированным на циферблате идиллическим швейцарским пейзажем, – предназначалась юному дарованию Александру Пушкину.

А сам поэт то единственное стихотворение, явленное миру волею царственной заказчицы, считал грехом юности.

Знакомец Пушкина, бывший лицеист Сергей Комовский, свидетельствовал в своих мемуарах, что приятель «удостоился получить от блаженныя памяти Государыни Императрицы Марии Фёдоровны золотые с цепочкою часы при Всемилостивейшем отзыве». Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы подобострастно принял от вдовствующей царицы столь дорогой подарок. И, по рассказам, юный поэт то ли в ярости, то ли в расстройстве (ведь согрешил – написал стихи на заказ!) наступил на часы – «разбил нарочно об каблук». Видно, сделаны они были на совесть, что еще раз доказывает их истинное швейцарское происхождение, так как впоследствии часы исправно служили Александру Сергеевичу.

Не раз любовался поэт швейцарским пейзажем, гравированным на циферблате золотых карманных часов, подаренных императрицей.

…После смерти Пушкина Наталия Николаевна подарила памятные часы (надо полагать, ей нелегко было расставаться с семейной реликвией) Василию Жуковскому – именно он, один из самых близких друзей поэта, и остановил их в скорбное мгновение…

Пройдет не столь много времени, и пушкинским часам суждено будет совершить путешествие в Швейцарию и Германию с новым владельцем. Потом они окажутся у Гоголя, после кончины писателя перейдут к его сестре Ольге, от неё к племяннику Николаю Быкову. И когда тот женится на Марии Пушкиной, внучке поэта, часы станут общим семейным достоянием.

Часы, подаренные императрицей Марией Фёдоровной лицеисту Александру Пушкину и остановленные В. Жуковским в минуту смерти поэта. Фотография. (Из собрания Всероссийского музея А.С. Пушкина)

Мария Александровна в годы Гражданской войны отдала их в числе других фамильных раритетов в полтавский музей на хранение, оставив себе лишь цепочку от старинных часов. Её она любила надевать на шею, поверх платья: нарядной, с золотой цепочкой, и осталась она в памяти своих многочисленных внуков.

В год столетия со дня смерти Пушкина часы из Полтавы доставили в Москву, на юбилейную выставку, и затем они вновь оказались в Северной столице, в доме-музее на набережной Мойки. Золотые царские часы, вобравшие в себя счастливейшие и самые горькие минуты жизни поэта.

…Упоминаний об императрице Марии Фёдоровне на страницах пушкинских рукописей немного. Однажды осенью 1824-го поэт вспоминает о ней, как попечительнице учреждений для дворянских детей, именуя её совсем уж по-свойски – Марией.

«Не знаю, получил ли ты очень нужное письмо, – спрашивает Пушкин Жуковского, – на всякий случай повторю вкратце о деле, которое меня задирает заживо. 8-летняя Родоес Сафианос, дочь грека, павшего в Скулянской битве героя, воспитывается в Кишиневе… Нельзя ли сиротку приютить? она племянница русского полковника, следственно может отвечать за дворянку. Пошевели сердце Марии, поэт! и оправдаем провиденье».

Пушкин не оставляет надежд помочь сироте и сам настойчиво «шевелит сердце» друга, имевшего при Дворе большое влияние: из сельца Михайловского летят письма в Санкт-Петербург, в Аничков дворец. Неизвестно, чем завершилось то давнее ходатайство поэта. Хочется верить, – не чуждая состраданию императрица приняла к сердцу судьбу сироты-гречанки и определила её в один из основанных ею институтов…

Императрица Мария Фёдоровна. (Из собрания барона Э. Фальц-Фейна)

Скончалась Мария Фёдоровна в Петербурге в октябре 1828 года, погребена в Петропавловском соборе.

На кончину сердобольной императрицы откликнулся Василий Жуковский:

Больниц, богаделен, воспитательных домов, коим покровительствовала покойная императрица, было столь много, что для управления ими пришлось учредить особое ведомство. Пройдет много-много лет, и старший сын поэта генерал Александр Пушкин будет награжден юбилейным знаком «Ведомства учреждений императрицы Марии». Как почетный опекун.