Глава 5

У Гэрри чесались руки. Он был на волосок от того, чтобы не напасть на полицейского, теперь уже второго. Сидящего за столом в плохо освещенной комнате.

— Мы ехали. Потухли фонари, — третий раз, четко чеканя слова, говорил Гэрри. — Потом в нас полетели то ли камни, то ли магические сгустки.

— Точно сказать не можете? — спросил полицейский.

— Не могу. Я был занят. Это было нападение, и я прикрывал нас с Джулис…

— Вы видели нападающего? — безэмоционально уточнил полицейский и потер худую шею, словно устал.

— Нет. Было темно, но я понял, что нас атакуют магией.

— Как вы смогли это понять? — устало спросил полицейский. — У вас магия на уровне «факел»? А может быть, как у самого короля — «огонь»?

— Мой уровень… — медленно повторил Гэрри и покачал головой. — Я дракон!

Полицейский тяжело вздохнул.

— Ясно. И маг какого уровня на вас напал? «Искра», «свеча», «факел»?

— Понять уровень магии можно, только близко находясь к человеку, — процедил Гэрри, прекрасно понимая, что полицейский это знает и просто издевается. — А уж про искру я вообще промолчу. Каждый человек в королевстве имеет искру, каждый!

— Действительно, — сухо сказал полицейский как будто бы с каким-то намеком и прямо посмотрел на дракона. — Поэтому давайте еще раз пройдемся по якобы нападению.

— Это было нападение, без «якобы».

— Так точно, — поддакнул полицейский, но отложил в сторону листок с показаниями. — Вы ехали по улице. Стучали копыта, фонари создавали полумрак, рядом сидела милая девушка. Но почему-то никак не проявляла к вам благосклонности. И неожиданно вы ее спасаете. Да не просто так, а с помощью сильной, эффектной, буквально как фейерверк магии.

— Это было нападение! — рявкнул Гэрри. — А ваши фантазии…

— На самом деле не фантазии, — грубо перебил полицейский. — Думаете, вы первый дракон, который чуть не поджег пол-улицы? И какая удивительная вещь. Каждый раз в такой ситуации при драконе бывает девушка, и каждый раз нападение неизвестного, которого невозможно найти. Очень удобно.

Гэрри стиснул кулаки и на секунду прикрыл глаза. Он уже понял, что нарвался на того, кто не любит драконов. Теперь надо успокоиться и вытащить Джулис.

— Хорошо, — махнул рукой Гэрри. — Если все так, то самое время отпустить девушку. Она же явно не пользовалась огнем. А я пользовался, да еще таким, как вы сказали, эффектным.

— А мы это еще не установили, пользовалась она огнем или нет, — обронил полицейский и снова взял листок с показаниями. — До выяснения ей придется побыть в участке. Или пусть подождет того, кто внесет за нее залог.

— Да вы себя слышите?! Это же…

— Это законное требование, — отрезал полицейский и протянул лист Гэрри. — Вот здесь нужно подписать. И немного посидите за решеткой.

И дальше, что бы Гэрри ни говорил, ничего не помогало. Ему с трудом удалось заставить себя замолчать. Маркус часто говорил, что молчание — это самое важное умение, которым не овладел еще ни один дракон.

Гэрри пытался отвлекаться, но его изнутри просто жгло. Распирало где-то в районе груди. Он бы и зарычал, выломал решетку, пробил стену… если бы не наручники. Рокот пламени не утихал в ушах все два часа, что он сидел. Как там Джулис? Ее же не могли посадить к отъявленным головорезам, так?

Пекло, как так получилось, что они здесь? Он все пытался прокрутить вечер, чтобы это понять, но никак не мог. Образ Джулис за решеткой выбивал все мысли из головы. Что пугало еще больше.

— На выход, — коротко сказал полицейский, отпирая дверь.

Гэрри молниеносно оказался у решетки и чуть не сбил полицейского, который крайне медленно, на его взгляд, пристегивал ключи обратно к связке на поясе.

— Не спешите, все равно залог еще не оформили, — спокойно проговорил полицейский.

И все равно Гэрри спешил и, когда увидел брата, подписывающего документы, кинулся к нему.

— Маркус! Девушка! Джулис, ее должны отпустить! Ты должен помочь.

Брат быстро поднял глаза и кивнул. Маркус тут же повернулся к полицейскому и спокойно проговорил:

— Я хотел бы внести залог также за спутницу моего брата, Джулис.

— А вот этого не нужно, — отмахнулся полицейский.

— Почему? Хотите встретиться в суде?! — не выдержал Гэрри, за что получил укоризненный взгляд от брата.

— Залог может внести только родственник, потому что девушке еще нет двадцати лет? — предположил Маркус. — Или девушка против компании моего брата? Если дадите нам с ней переговорить…

— За нее уже внесли залог, — устало проговорил полицейский, не отрывая взгляда от бумажки, которую заполнял.

— Кто? — удивленно воскликнул Гэрри.

— Отец, наверное… Хотя фамилии разные. Неважно. Девушка уже спокойно пьет чай дома. И ваше дело будут рассматривать через три дня. Скорее всего, отделаетесь минимальным штрафом за хулиганство.

— За хулиганство? — снова взбеленился Гэрри. — Это было нападение!

Полицейский вздохнул и всучил Гэрри бумажку со штампом, где были написаны дата и время суда. Затем полицейский посмотрел на Маркуса.

— На этом все.

Гэрри попытался снова возразить и рванул к полицейскому, но Маркус оттеснил его к двери. Они с братом были одного роста, да и комплекции примерно одинаковой, но Гэрри всегда проигрывал брату в драках. И сейчас тоже, несмотря на то что Гэрри готов был свернуть горы, возмущался и рвался к полицейскому, брат довольно быстро вытолкал его за дверь. А там вообще перехватил за локоть и поволок по улице к одинокой лошади, запряженной в какую-то телегу не лучшего вида.

— Ну и что это такое? — строго спросил брат, останавливаясь у повозки, которую освещал фонарь.

— На нас напали! Я…

— Меня больше интересует, почему ты хотел начистить морду полицейскому. Ты даже замахнулся, — рассудительно заговорил Маркус. — Член Совета, перспективный инженер — и собирался, как последний пьяница, махать кулаками.

— Маркус, на нас с Джулис напали. А этот… — Гэрри все же сдержался и не назвал полицейского тем, кем он был, — даже не записал это в свои бумажки!

— Потому что, видимо, не чувствовал никаких следов нападения, — сообщил Маркус и подтолкнул Гэрри к повозке. — О нападении заявишь на суде, и они откроют еще одно дело. Тогда полицейский перепроверит твои слова, но вряд ли что-то найдет.

— Вот именно! Потому что время будет упущено!

— Поэтому мы сейчас поедем к месту, где все произошло, и сами посмотрим, — подытожил Маркус, беря в руки поводья.

Гэрри тут же проворно сел рядом с братом, только чуть не свалился. Вдвоем сидеть на телеге было неудобно.

— Не мог найти что-то более комфортное, — проворчал Гэрри.

— Вот сделаешь своего летуна, будет у нас свое, комфортное и, надеюсь, незаметное. А пока поблагодарил бы лучше за то, что твой брат смог найти ночью что-то неприметное и никому не нужное, чтобы вытащить тебя из тюрьмы.

— И почему всегда надо незаметное?

— Потому что, — отрезал Маркус, намекая, что безалаберный брат мог бы уже запомнить, что состоит в Совете. И лучше, чтобы другие члены Совета знали меньше о его похождениях, а если и что-то узнавали, то намного позже, чем это нечто произошло.

Они прибыли под тот самый фонарь, под которым все началось, точнее, который потух. Гэрри как раз закончил свой короткий рассказ о нападении, и Маркус спрыгнул на землю.

— Значит, ты думаешь, что в вас пуляли камнями? — спросил он, рассматривая мостовую под фонарем.

— Раскаленными камнями, — поправил Гэрри. — А чтобы раскалить камень, нападать должен был «факел», не «искра».

Маркус медленно дошел до следующего фонаря, все еще смотря под ноги.

— Но я здесь не вижу ни одного камня, — заметил он.

— Так я же их спалил к чертовой матери. Они летели на бешеной скорости.

— Вот поэтому полицейский ничего и не записал. Даже если в полиции заведут еще одно дело, вряд ли это что-то даст.

— Почему? Если они пригласят «пепел», — возразил Гэрри и, повернувшись к брату, закончил: — Или мы просто сделаем все сами, без них. А когда найдем того, кто нападал, хорошенько его тряхнем.

Маркус хмыкнул и задумчиво потер подбородок. Магия пепла была, пожалуй, самой редкой. И страшной. Ждать, что в самый обычный полицейский участок направят человека, который по следам пепла может восстановить ход событий, не приходилось. Магов с уровнем «пепел» в королевстве было чуть больше десятка. И служили они в основном королю. Довольно удобная магия, что сказать. По пеплу можно восстановить ход событий, а если что-то не нравится, то и в пепел превратить. Без огня и эффектов.

Брат потер запястье правой руки и, вздохнув, присел на корточки.

— Ну, посмотрим. — Он простер руку над мостовой, буквально в сантиметре от камней. И внизу будто что-то зашевелилось.

Гэрри победно сжал кулаки. Он знал, что сейчас частички пепла будто поднялись. Видел это не раз и знал, что брат теперь смотрит, откуда они взялись и чем были.

При свете дня это выглядело обычно очень любопытно, иногда даже посторонний человек мог увидеть некие образы из пепла. Кого-то это, правда, пугало, но Гэрри в детстве даже играл с братом в эти образы. Он что-то сжигал, а брат потом показывал путь, например, бумажного кораблика. И сам кораблик иногда проступал в следе пепла.

Сейчас ничего такого не было. Маркус довольно быстро поднялся и прошел в самый конец темной улицы. К утопающему в ночной черноте углу за одним из домов.

— Вот отсюда летели камни, — буднично сообщил Маркус.

Гэрри зажег огонь на ладони, чтобы все подробнее рассмотреть. В целом ничего примечательного. Даже ни одного камня не валялось. Только низ дома у самой мостовой был покрыт то ли мхом, то ли плесенью. И часть этой плесени будто была стесана. Виделся даже некий след от широкого каблука. Словно человек резко отпрянул.

— Тут кто-то стоял… Но ты не сможешь это подтвердить, да? — заключил Гэрри.

Маркус пожал плечами. Потом сложил пальцы, расправил и словно потянул невидимую веревку на себя. Что-то шевельнулось под ногами, но тут же затихло.

— Скорее всего, мужчина, не слишком высокий. И не слишком тяжелый, — проговорил брат и тяжело вздохнул. — Ладно, едем. Заодно пораскинем мозгами, кто мог на тебя напасть.

— Или на Джулис. Я же был не один, — заметил Гэрри.

— Зачем кому-то нападать на девушку? — Маркус снова взялся за вожжи. — Логичнее, что напали на члена Совета.

— А ты думаешь, дело в Совете?

— Думаю, да. Самое простое и логичное объяснение. Тебя видели на балу рядом с мастером Фером, потом напали… Как бы предупредили? — с сомнением закончил Маркус и продолжил будто сам с собой: — Но почему после? Логичнее, если бы мне что-то предложили до вашей встречи. Или же меня запугали еще до того, как состоялся бал.

— Тебя запугаешь, — пробормотал Гэрри, но тоже задумался. — До нападения мы говорили с Дюраном.

Маркус удивленно повернулся к брату. Даже в свете фонаря были видны его округлившиеся глаза.

— Ты сам пошел к Дюрану, чтобы поговорить о проекте? — с осторожной надеждой спросил Маркус.

— Нет, конечно, — усмехнулся Гэрри. — Это твой мастер Фер послал к нему Джулис.

— Подожди, ее фамилия Гарер? — вдруг уточнил Маркус. — Помощница Фера?

— Да.

— Ясно.

— Что ясно?

— Что тебе ничего не светит.

— Это еще почему?

Маркус выразительно промолчал. А Гэрри вдруг сам понял. Джулис наверняка осознавала, что Гэрри ее заметил только на балу, где не было ни одной свободной и симпатичной дамы. В то время как они с ней до этого встречались нос к носу минимум раз десять на том самом Совете, а Гэрри проходил мимо.

— Интересно, кто все же внес за нее залог? И как она смогла связаться с кем-то? Мне разрешили написать родственнику только спустя час. И посыльному я отдал все деньги. А за них можно было доставить десяток сообщений.

— Она «свеча», — просто сказал Маркус. — Попросила снять наручники и связалась.

— То есть зажгла огонь на пальце и передала слова кому-то, у кого тоже была зажжена свеча? — пораженно проговорил Гэрри.

Не то чтобы он не знал, что могут делать люди с уровнем магии «свеча» и, что поразительно, никто другой. Их главное умение заключалось в том, что через огонь они могли говорить с другим человеком, держащим обычную свечу. Правда, далеко не все «свечи» хорошо владели этой техникой. А тех, кто владел, быстро разбирали тайные службы. Все же выгодное умение для шпиона. Или шпионки. Тем более что девушек-«свечей» по статистике было больше.

— Да. Думаю, Фер сам ее забрал… А вы, значит, с ней ходили к Дюрану?

Гэри рассеянно кивнул. Все думая об умении Джулис.

— И что же граф, на стороне Фера? Или нет?

— Вроде бы да… Скажи, Маркус, а Джулис вообще как относится к драконам?

— Спокойно, — ответил Маркус. — Так же, как и ко всем другим людям, которые работают с ее начальником. Во всяком случае она ни разу не вела себя как те странные девушки, которые пару раз появлялись в Совете в качестве помощниц кого-то.

— Какие странные девушки?

— Я же рассказывал, помнишь, когда меня за день пытались поцеловать раза четыре. Причем разные дамы, — проговорил Маркус, но, видя непонимание на лице Гэрри, со вздохом продолжил: — Полтора года назад была нашумевшая статейка об истинных парах и драконах. Там говорилось, что если поцеловать дракона, то можно стать его истинной парой. И вертеть им как хочешь.

— Да, что-то такое припоминаю, — пробормотал Гэрри, который не просто помнил, но и пользовался тем, что некоторые девушки сами бежали к драконам. Правда, это быстро надоело, да и интерес от самих женщин схлынул.

А о том, что брата кто-то целовал, он забыл. Маркус вообще не производил впечатления человека, которого интересуют случайные поцелуи. Ну и традиционно девушки его побаивались. Взрослый, рассудительный, еще и вечно со щетиной. Черной. В отличие от братьев он был брюнетом.

Вроде бы такие мужчины, особенно когда с деньгами, популярны, но не в случае Маркуса. Он был правильным. А в большинстве случаев его называли нудным. Как Маркус веселится, никто не видел даже в семье. Хотя чувство юмора у него, кажется, было. Ну просто без него непонятно, как он мог спокойно жить с двумя младшими братьями, которые что ни день, то куда-то влезали.

— Маркус, — начал Гэрри, собираясь с духом. — А ты веришь в то, что писали в газетенках о драконах? Что по поцелую можно определить свою истинную пару?

— Нет, — просто ответил Маркус, даже не поворачиваясь к Гэрри.

— Почему?

— Потому что это не подтверждается ни одним драконом.

— Наши родители живут так, будто они истинные. Там любовь и все такое. И никто из них даже не смотрит на других. Наш дядя вот тоже.

— А наш прадед, помнится, ходил налево с регулярностью, о которой сложили семейную балладу, — заметил Маркус.

Гэрри помялся, но все же продолжил:

— А если я скажу, что со мной произошло нечто похожее вот на… эту истинность? Я вижу девушку и не могу больше ни на кого смотреть. Я беру ее за руку и не хочу отпускать. И голос у нее прекрасный, и внешность идеальная… А при мысли, что ей могли навредить, я хочу спалить полгорода. Вот это как? Это же ненормально!

Маркус философски пожал плечами.

— Если бы я тебя не знал, то заподозрил бы в тебе поэта, — проговорил он.

— Мар!

— Еще не думал написать об озерах ее глаз и глубинах души? Или декольте?

— Ты совсем?!

— Ну я ж не знаю, как у вас, поэтов, принято — о душе или декольте.

Гэрри насупился и отвернулся.

— Я думаю, ты просто влюбился, — миролюбиво сказал Маркус.

— В том-то и дело, что не просто, — проговорил Гэрри. — Со мной такого никогда не было.

— Ну со всеми сначала не было, а в какой-то момент начинает происходить.

Гэрри недовольно посмотрел на философствующего брата. И вдруг понял, что они поехали куда-то не туда. Не к Маркусу и не к самому Гэрри.

— Это мы где?

— Это мы у дома твоей Джулис. Насколько помню, они с отцом живут над его аптекой. Как-то Фер рассказывал о том, как у него появилась помощница. Что, мол, его друг аптекарь искал, чем бы занять молодую, энергичную и сообразительную девушку, пока она еще не вышла замуж.

— Она собирается замуж? — от этой мысли внутри у Гэрри все похолодело.

— Не знаю. Но если подумать, у Фера она работает не первый год и, если бы был жених, вряд ли бы он одобрил работу у мужчины, как и согласился ждать больше года.

Гэрри бы точно не согласился. И после этой мысли ему стало совсем плохо. Он думает о женитьбе… Что дальше? Потом он пойдет выбирать свадебное платье? Тьфу ты, свадебный костюм! Повяжет волосы лентой и пригласит гостей, чтобы потом поцеловать…

Последняя мысль неожиданно теплом прокатилась по телу.

— Давай зайдем, узнаем, дома ли девушка.

— Дома, — ответил Гэрри, уже добрую минуту рассматривающий силуэт в окне второго этажа. Это была Джулис, он знал. Силуэт медленно отдалялся от полупрозрачной шторы, потом снова приближался. Словно кто-то просто ходил. Или говорил. Оправдывается перед отцом за позднее возвращение?

— Все равно, давай зайдем поговорим.

— Нет! — Гэрри резко забрал поводья у брата. — Не сейчас.

— Почему?

— Ты опять начнешь говорить, что я влюбился, и просить сочинить стихи.

— Я не просил, упасите силы небесные, — пробормотал Маркус, снова забирая поводья и разворачивая лошадку. — Я думал, что твоей душе нужно выплеснуть любовь на бумагу, иначе из тебя начнут выпрыгивать сердечки и кружева, как из конвертов влюбленных женщин.

Гэрри от души двинул брата локтем, но тот лишь ухмыльнулся. А Гэрри быстро повернул голову, впиваясь взглядом в окно, теперь уже без силуэта. И снова отвернулся. Нет. Он не будет сочинять стихи.

Он завтра придет и поцелует Джулис.

Гэрри снова покрылся холодным потом и вместе с тем почувствовал удовольствие. Может быть, завтра его отпустит. Это был бы лучший вариант.