Среди делверов начали распространяться тепло и свет, когда они поняли, что сделали слизни.

Как вирус в системе – нет, как распространяемый патч обновления, – свет ширился, оттесняя контуры тьмы.

Я была ошеломлена масштабом происходящего. Но больше всего меня потрясла готовность слизней прийти на помощь. Даже к делверам – после многих лет дурного обращения с их стороны. Готовность успокаивать боль делверов так же, как слизни научились делать это друг для друга.

У меня в сознании раздалась трель.

– Погибель! – воскликнула я. – Где ты?

Еще одна трель. На Вечеропесне, большой платформе в центре системы. В добрых пятнадцати минутах лета от Брез, станции куда меньших размеров, где сейчас находилась я. Погибели удалось освободиться.

– Как? – спросила я.

«Хитростью», – ответила она, послав мне цепочку образов.

Чем дольше я знала Погибель, тем лучше понимала эти образы. И переводила их в слова.

Погибель воспользовалась своим умением имитировать человеческую речь, когда попала в плен. Враги были изумлены и не посадили ее в ящик, а поместили в медицинский отсек. Там подавлялась цитоника и слизней, отобранных для изучения, можно было держать в хлипких клетках, не беспокоясь, что они телепортируются.

В хаосе сражения ученые наблюдали за происходящим на экранах в соседней комнате, поэтому ей удалось раскачать свою клетку и сбросить на пол, сломав замок. Затем она спряталась в ящике у двери и позвала на помощь, подражая голосу одного из ученых. Те прибежали, а она выскользнула из отсека, преодолев помехи, и скрылась в вентиляционной системе.

– Ух ты!

«Хитрость! – повторила она. – Я стала слизнем-шпионом!»

«Слизнем-шпионом!» – повторил М-Бот, подражая ее трелям.

– Иди ко мне, – сказала я.

«Прячусь, – возразила она. – Слизень-шпион очень хитрый. К тебе – не опасно?»

В этом я не была уверена. Я мало обращала внимания на мое тело в «где-то». Почему враги не напали на меня? Я заглянула в «где-то» и обнаружила, что они пытались. Похоже, Чет защищал меня. Делвер мог преодолеть любые ингибиторные помехи и был намного сильнее Брейд.

Я… больше не была связана с ним. Мы разделились на два разных существа, чтобы он мог указать делверам путь к исцелению.

Размышляя об этом, я услышала визг боли. Один из слизней, который помогал делверам, внезапно исчез.

Скад!

«Брейд поняла, что происходит», – сказал Чет.

Странно, но его голос снова стал знакомым – голосом человека, с которым я путешествовала по «нигде». Это… казалось таким правильным. Это был он, такой, каким он решил быть.

Я знала, что он личность, но что определяет личность? Способы взаимодействия души с миром.

«Мисс Найтшейд, это весьма удручающий поворот событий».

Брейд мстила единственным доступным ей способом – отыгрываясь на беззащитных. Я сдержала нараставшую ярость и связалась с тейниксом.

«Вам нужно перейти на другую сторону, – послала я ему мысль. – Не одному. Не только тебе. Всем вам. Пора».

Новые слизни вопили от боли, зажариваясь внутри собственных обиталищ. Они были в ужасе, но в те мгновения у меня не было времени утешать их.

«Вы должны отключить ваши ингибиторные поля, чтобы мы смогли прийти на помощь!»

На меня обрушился хаос голосов и образов. Пленники действовали вместе, поддерживая делверов, но теперь стали перепуганными отдельными личностями – и заставить их сосредоточиться было трудно. Некоторые прислушались ко мне и согласились, что пришло время сопротивляться. Они отключили свои ингибиторные поля. Но куда больше слизней поддались страху. Координировать их действия, поняла я, это как добиваться, чтобы во время бомбардировки тысячи людей, находящихся в одном помещении, покинули его и убежали в нижние пещеры.

«Что происходит?»

Я развернулась и обнаружила сотню тысяч делверов, смотревших на меня пронзительными, горящими белыми глазами.

«Брейд, – объяснила я. – Человек, с которым вы заключили сделку. Она поняла, что слизни помогают вам».

«Что? – сказали делверы. Их голоса ударили по мне, как силовая волна. – Что это означает?»

«Брейд казнит их, – объяснил Чет. – Убивает. Делает так, что их существование заканчивается в боли и огне».

Делверам понадобилось бесконечно малое мгновение, чтобы осознать это. Потом на меня обрушились слова, наделенные силой сталкивающихся гор:

«Она причиняет боль маленьким делверам?!!»