– Сэр, – произнес стоящий рядом с Беккой Беовульф, – ваш последний приказ…
– Подтвержден командованием, – ответила Бекка, ощупывая правой рукой карту. – Перейдите на свой транспорт.
– Мы не можем бросить «Непокорный»! – воскликнул Беовульф.
– С остальными маневрами справится компьютер. Выполняйте приказ, лейтенант.
Шаги так и не зазвучали. Бекка собиралась повторить приказ, но вдруг почувствовала, что молодой человек обнимает ее. Внезапное, неожиданное тепло в это трудное время.
– Идите, – сказала Бекка. – Сейчас же.
Последний военный из тех, чей пост был на мостике, отступил. Когда он пошел по коридору, не устланному коврами, его шаги зазвучали громче.
Осязая карту, Бекка убедилась, что истребители выполняют ее распоряжение – беспорядочно мечутся, словно в панике. Но на самом деле они приближались к ингибиторным станциям позади корабля. Пилоты разговаривали со слизнями, умоляли их.
Они оставили «Непокорный» – недавно восстановленный символ их народа – в одиночестве, без защиты. Бекка убрала руку с карты и встала. Под ногами захрустел новый ковер. Бекка смотрела вперед, на свою противницу, зная, что Брейд там, за бортом корабля, за вакуумом, наблюдает за ней оттуда.
– Давай, – сказала Бекка. – Ты бросила все силы, чтобы убить меня. Я здесь.
Корпус «Непокорного» сотрясался: корабль вел заградительный огонь по запрограммированной схеме, залп за залпом, и отступал, но слишком медленно. Из четырех двигателей работал только один, из еще одного летели искры. Бекка сама приказала произвести там взрыв. Классический обманный маневр – притвориться, что оборудование выходит из строя из-за слишком высокой нагрузки.
Да, «Непокорный» – символ. И как символ он кое-что олицетворяет. Идею, которая не умрет, сколько бы кораблей ни было потеряно.
Вражеская военачальница не понимала этого, судя по тому, какие силы она бросила на один-единственный корабль. Бекка словно своими глазами смотрела на то, что надеялась увидеть ее далекая противница: истребители разбегаются от флагмана, транспорты спасаются бегством. «Непокорный» – такая заманчивая добыча – берется в кольцо.
– Ну давай! – сказала Бекка, разворачивая корабль, будто собиралась ретироваться. – Ты уже поверила, что победила меня. Теперь приди и добей. Я жду.