Дом встретил меня знакомым запахом пыли и всеми признаками того, что сюда давно не заглядывал ни один нормальный человек.

Примерно с прошлого вторника.

Впрочем, внутренние ощущения в подобных вопросах редко отличались точностью. Особенно когда последние дни состояли из чужих болезней, нападений, допросов и попыток разобраться, какая именно дрянь поселилась под лавкой Росса.

Я достал из кармана потёртый ключ и вставил его в замок.

Поворачивать не потребовалось.

Дверь едва заметно подалась внутрь от одного прикосновения.

Я замер, удерживая пальцы на холодном металле. Уходя, я точно запирал дом. Память могла подвести в мелочах, но не в вопросе безопасности собственного жилища.

Подозрительно.

Причём сильнее, чем хотелось признавать.

Я медленно убрал ключ и провёл ладонью вдоль дверного косяка. Под тонким слоем старой краски скрывалась небольшая алхимическая печать. Простейшая конструкция сохраняла энергетический слепок каждого, кто пересекал порог.

По крайней мере, должна была сохранять.

Знак отозвался слабым теплом.

Я прикрыл глаза и направил в него тонкую нить энергии.

Ничего.

Или почти ничего.

Внутри печати оставался слабый серый след. Слишком ровный и размытый для полноценного отпечатка. Человек либо вошёл с полностью погашенным источником, либо заранее знал о защите и воспользовался подходящим артефактом.

Оба варианта мне не нравились.

Я толкнул дверь и отступил в сторону, не выходя на линию возможного удара.

Тишина.

Никто не бросился навстречу с ножом. Из глубины дома не донеслось ни шагов, ни чужого дыхания. Даже доски под ногами молчали.

Активировав алхимическое зрение, я переступил порог.

Комната оставалась прежней. Потемневший стол, пара стульев, шкаф возле стены и узкое окно, через которое внутрь проникал тусклый вечерний свет. Пыль лежала почти нетронутым слоем.

Почти.

От двери к столу тянулись едва заметные следы сапог.

На столе лежал мешок.

Плотная ткань, перевязанная обычной бечёвкой. Поверх неё кто-то оставил сложенный вдвое лист бумаги.

Я не стал сразу прикасаться к находке. Сначала проверил окна, углы комнаты и соседние помещения. Затем прошёлся вдоль стен, изучая старые защитные знаки.

Ни одна печать не сработала.

Значит, незваный гость не ломал дверь и не использовал силу. Просто вошёл, оставил мешок и ушёл.

От этого спокойнее не стало.

Я вернулся к столу, подцепил записку кончиком ножа и развернул.

«Ты кое-что забыл».

Подписи не требовалось.

Почерк Платонова я уже запомнил.

— Какая трогательная забота, — я перевернул лист, но обратная сторона осталась пустой.

В мешке нашлись ракушки и куски кварца. Те самые материалы, которые я оставил у Платонова, когда занимался более срочными делами.

Ничего лишнего.

Никаких скрытых сосудов, печатей или вложенных посланий.

Всего лишь забытые ингредиенты.

Этот этап я уже прошёл, однако выбрасывать материалы не собирался. Ракушки пригодятся как основа для кальциевых составов, а кварц ещё послужит в алхимических установках.

Неприятно, что я вообще о них забыл.

Зато Платонов вернул всё без напоминания.

Правда, оставался небольшой вопрос: зачем он или его человек вошёл в дом, не оставив нормального энергетического следа?

Я сложил записку и убрал во внутренний карман. Позже стоило спросить его напрямую. Сейчас ответ всё равно не получить.

Зато вопросом защиты следовало заняться немедленно.

Надеяться, что никто не попытается ограбить, поджечь или просто разрушить дом, представлялось слишком смелым решением. После последних событий у меня появлялось всё больше знакомых, способных проверить эту теорию на практике.

Лучше потратить час сейчас, чем потом стоять над обугленными стенами и рассуждать, где именно допустил ошибку.

Я начал с двери.

Старая печать регистрации оставалась полезной, но слишком примитивной. Поверх неё лёг второй контур, реагирующий на попытку скрыть энергетический след. Затем добавил сигнальную линию вдоль порога. При нарушении она передаст мне короткий импульс через пространственное кольцо.

Окна получили отдельные узлы.

Защитить их от серьёзного удара я пока не мог, зато предупредить о вторжении — вполне. На рамы легли тонкие знаки, настроенные на движение чужой энергии и резкое изменение температуры.

Последним занялся огнём.

На потолочной балке пришлось вывести небольшой контур подавления. При сильном нагреве он высвободит запас воды из двух спрятанных сосудов и собьёт пламя хотя бы в одной комнате.

От полноценного поджога это не спасёт.

Но несколько лишних минут иногда стоили дороже любой стены.

Закончив, я проверил каждый знак отдельно. Печати вспыхивали тусклым зелёным светом и быстро гасли, переходя в режим ожидания.

— Не крепость, конечно, — я вытер испачканные мелом пальцы о ткань. — Но хотя бы теперь сюда не войдут, не поздоровавшись.

В прихожей зажёгся свет.

После полутёмной лавки и холодного подвала обычная домашняя лампа неожиданно резала глаза. Я несколько секунд постоял возле выключателя, затем направился в душ.

Горячая вода быстро смыла пыль, засохшую кровь и остатки чужих зелий. Повреждённый бок отозвался тянущей болью, но швы держались. Чёрные прожилки после очищающего состава больше не появлялись.

Уже неплохо.

Я переоделся в чистую рубашку и свободные штаны, после чего вернулся в гостиную. Мешок Платонова отправился под стол, а на его место легли чистая ткань, стеклянные чаши и небольшая переносная горелка.

Теперь можно заняться тем, что я слишком долго откладывал.

Пока добирался до лавки, а затем разбирал найденное вместе с Россом, пространственное кольцо постепенно наполнилось полезными материалами. Ничего особенно редкого, но для первичного анализа хватит.

Я коснулся кольца.

Перед глазами раскрылся полупрозрачный список.

ПРОСТРАНСТВЕННОЕ КОЛЬЦО Состояние хранилища: стабильно Заполнено ячеек: 11 из 24

Ключевые алхимические растения:

Дополнительные материалы:

Пять растений.

Не слишком богатый запас, однако каждое сейчас имело значение.

Главный вопрос оставался прежним: откуда началось заражение в землях Житковых?

Из самой почвы?

Или земля лишь впитала последствия более крупного поражения?

Если источник находился глубже, лечение отдельных людей и животных лишь оттянет неизбежное. Заражение продолжит возвращаться через воду, растения и пищу.

Для начала требовалось определить хотя бы ведущий аспект.

Большого ума здесь не требовалось. Чёрные прожилки, холодная энергия и реакция на лекарское пламя прямо указывали на тьму.

Но очевидное предположение всё равно нуждалось в проверке.

Особенно когда речь шла о составе, способном поражать одновременно людей, зверей и землю.

Я извлёк из кольца небольшой запечатанный сосуд. На его дне лежал комок серой почвы, собранной возле дома Житковых.

Внешне она выглядела нормально.

Сухая, тяжёлая, с мелкими остатками корней.

Алхимическое зрение показывало внутри тонкие чёрные нити, но их природа оставалась неясной.

Я отделил примерно треть образца и пересыпал в стеклянную чашу. Затем добавил очищенную воду и медленно размешал кварцевой палочкой.

Жидкость быстро помутнела.

На поверхности проступила тонкая маслянистая плёнка.

Первой в чашу отправилась измельчённая дымная полынь. Она должна была связать токсические примеси и вытянуть их ближе к поверхности.

Следом добавил несколько волокон серебряного мха.

Раствор дрогнул.

По краям чаши прошла едва заметная серая рябь.

Я уменьшил пламя под сосудом и занялся остальными растениями. Корень ночницы пришлось тщательно зачистить от верхнего слоя. Красный вереск растёр в порошок, а из бутона горькой лилии извлёк только внутренние лепестки.

Подготовка заняла почти полчаса.

Не самая сложная работа, но торопиться здесь не стоило. Лишний кусок коры или слишком сильный нагрев могли смазать результат.

Когда раствор прогрелся, я добавил корень ночницы.

Жидкость сразу потемнела.

Вдоль стенок чаши поднялись чёрные прожилки, подтверждая присутствие аспекта тьмы.

Ожидаемо.

Я уже потянулся за чистым листом, чтобы записать результат, но серебряный мох неожиданно изменил цвет.

Не почернел.

Пожелтел.

Тонкая жёлто-зелёная полоса прошла через весь раствор, вытесняя тёмный осадок к краям.

Я замер.

Красный вереск ускорил разделение.

Раствор распался на два отчётливых слоя.

Нижний сохранял чёрный оттенок, соответствующий тёмному аспекту.

Верхний медленно становился мутно-зелёным.

Дымная полынь начала скручиваться, собираясь в плотный комок. Так она реагировала только на сильные токсические соединения.

Я добавил последнюю каплю нейтрального раствора.

Над чашей поднялся резкий, горький запах.

Системное сообщение вспыхнуло перед глазами.

[ПЕРВИЧНЫЙ АНАЛИЗ ЗАВЕРШЁН]

Исследуемый материал: почва Степень заражения: высокая

Ведущий поражающий компонент: Токсический аспект — 64%

Вторичный поражающий компонент: Аспект тьмы — 29%

Неустановленные примеси — 7%

Предварительный вывод: Заражение не является естественным накоплением тёмной энергии. Тёмный аспект используется как среда, усилитель или способ распространения токсина.

Я медленно отложил кварцевую палочку.

Значит, ошибся.

Тьма не создавала поражение.

Она лишь помогала ему распространяться, а основой служило что-то другое.

— Яд… — я устало выдохнул и посмотрел на мутно-зелёную поверхность раствора. — Нехорошо. Очень нехорошо.

Тёмный аспект оказался лишь оболочкой. Он удерживал токсин в почве, помогал проникать в растения и скрывал его от обычных способов диагностики. Выжечь тьму лекарским пламенем можно, но сам яд после этого никуда не исчезнет.

Для полноценного лекарства требовалось понять источник заражения. Пока же я мог приготовить только временный очищающий состав, способный убрать признаки поражения и не позволить заразе распространяться дальше.

Я отлил часть раствора в чистую колбу и заново разжёг горелку.

Основой послужил серебряный мох. Он должен был вытянуть тёмный аспект из почвы и лишить яд защитной оболочки. Следом добавил растёртую дымную полынь, связывающую токсические примеси, и несколько тонких срезов корня ночницы.

Красный вереск ускорил реакцию. Внутренние лепестки горькой лилии удержали состав от распада.

Раствор медленно посветлел.

Мутная зелень ушла, сменившись почти прозрачным оттенком. На дне собралась вязкая чёрная взвесь, в которой переплетались остатки тёмной энергии и связанного токсина.

Я уменьшил нагрев и пропустил через колбу слабую волну лекарского пламени.

Стекло дрогнуло. По поверхности жидкости прошла бледная зелёная сетка, затем втянулась внутрь.

Перед глазами открылось системное окно.

[АЛХИМИЧЕСКИЙ СОСТАВ СОЗДАН]

Предварительное название: Очищающий раствор

Класс: экспериментальный

Назначение:

— устранение внешних признаков заражения;

— извлечение тёмного аспекта из почвы;

— связывание токсических примесей;

— временное замедление повторного заражения.

Эффективность очищения: 54%

Внимание: состав не устраняет источник поражения.

При сохранении внешнего источника возможно повторное заражение.

— Уже лучше, — я добавил несколько капель в чашу с почвой и отставил колбу в сторону.

Реакция началась почти сразу.

Чёрные прожилки стянулись к центру, побледнели и начали оседать на дно. Маслянистая плёнка исчезла, земля постепенно вернула естественный серо-коричневый оттенок. Даже горький запах ослаб, оставив после себя лишь лёгкую сырость.

Алхимическое зрение больше не показывало заметных очагов тьмы.

Внешне образец очистился полностью.

Однако радоваться оказалось рано.

В глубине отдельных крупиц сохранялись едва заметные следы токсина. Состав вытягивал заражение и убирал его последствия, но не менял причины появления. Если источник продолжал подпитывать землю, через несколько дней всё начнётся заново.

Можно очистить участок.

Обработать колодец.

Убрать чёрные прожилки у растений и облегчить состояние заражённых животных.

Но без понимания природы яда всё это напоминало попытку вычерпать воду из лодки, не закрыв пробоину.

Я разлил состав по трём небольшим пузырькам и запечатал их воском. Одного хватит для демонстрации, второй пригодится для повторного анализа, третий останется на случай непредвиденной реакции.

Теперь оставалось донести результаты до Житковых.

И желательно объяснить им, что очищенная земля ещё не означает решённую проблему. Пока источник заражения оставался неизвестным, их хозяйство продолжало находиться под угрозой.

Я накрыл образец стеклянным колпаком, погасил горелку и убрал записи в пространственное кольцо.

До спальни добрался уже на одном упрямстве. Рана тянула, мышцы ломило, а мысли всё ещё возвращались к повреждённому кольцу.

Я опустился на кровать, собираясь лишь ненадолго прикрыть глаза.

Голова только коснулась подушки и темнота накрыла меня раньше, чем я успел снять сапоги.

* * *

Долго поспать не вышло.

Где-то посреди ночи я проснулся от непреодолимого желания выпить воды. Горло пересохло так, что первый глоток пришлось буквально проталкивать внутрь. Осушив кружку, я умылся холодной водой и поднял взгляд на зеркало.

— М-да, помотало, — я провёл ладонью по лицу, разглядывая серые круги под глазами и побледневшую кожу.

Раз уж встал, стоило заняться другим не менее важным делом.

Я вернулся в комнату, сел за стол и поднял левую руку к свету. По основанию кольца тянулась тонкая трещина. Металл сохранял слабое тепло, а глубоко внутри иногда проходил едва заметный энергетический импульс.

Айя оставалась внутри.

Одно это уже вселяло осторожный оптимизм.

— Айя, ты меня слышишь? — я коснулся трещины кончиком пальца и замер, прислушиваясь к кольцу.

Ответа не последовало.

Ни голоса, ни привычного движения энергии. Только слабое тепло стало чуть заметнее, подтверждая, что духовное воплощение ещё существовало.

С соколёнком всё выглядело сложнее.

Я не знал, что произошло с ним за последнее время. Жив ли он, бодрствует или погрузился в сон вместе с Айей. Самостоятельно открыть внутреннее пространство кольца и вытащить его наружу я пока не мог. Для этого требовалась либо помощь змейки, либо значительно более глубокое понимание самого артефакта.

Разбирать повреждённую печать наугад не хотелось.

Одно неверное движение могло оборвать связь окончательно.

Оставалось самое простое, верное и одновременно сложное решение.

Заняться собственным источником.

За последние дни я потратил огромное количество энергии. Лечил, сражался, создавал составы, работал с печатями и поддерживал повреждённое тело. При этом почти не распределял накопленную силу и давно не погружался в полноценную медитацию.

Продолжая в том же духе, я мог застрять в ранге новичка до глубокой старости.

А это долго даже для алхимика.

Я опустился на пол, скрестил ноги и выпрямил спину. Несколько медленных вдохов помогли успокоить пульс. Посторонние мысли постепенно отступили, оставив лишь ровное движение энергии внутри каналов.

Источник отозвался сразу.

Сила двигалась тяжело и неравномерно. В отдельных участках каналов скопились плотные узлы, оставшиеся после частых перегрузок. Я медленно разглаживал их, направляя энергию по кругу и заставляя проходить через всё тело.

Первый оборот дался с трудом.

Второй прошёл ровнее.

На третьем боль в боку отступила, а дыхание стало почти незаметным.

Время потеряло значение.

Энергия раз за разом проходила через источник, очищала каналы и возвращалась обратно уже плотнее. С каждым полным кругом внутреннее давление росло, но не причиняло боли. Напротив, тело постепенно привыкало к новому объёму силы.

В какой-то момент кольцо на пальце отозвалось.

Тонкая нить энергии потянулась от источника к артефакту. Я не стал её обрывать. Поток оставался слабым и не мешал медитации, однако часть накопленной силы уходила внутрь.

Значит, Айя всё ещё поддерживала себя за счёт моего источника.

Не лучший признак.

Но пока существовала связь, оставалась и возможность её восстановить.

Через несколько часов внутри источника что-то едва заметно сдвинулось. Последний плотный узел распался, и энергия свободно прошла по каналам.

По комнате разошлась синеватая волна.

Она скользнула по полу, стенам и потолку, на мгновение подсветив недавно нанесённые защитные руны. Стёкла тихо задрожали, после чего дом снова погрузился в предрассветную тишину.

Перед глазами раскрылось системное окно.

[РАЗВИТИЕ ИСТОЧНИКА]

Текущий этап: Новичок, девятый ранг

Стабильность источника: 91%

Пропускная способность каналов: повышена

Энергетические застои: устранены

Накопление для следующего перехода: 78%

Следующий этап: Ученик

Рекомендация:

— продолжить стабилизацию источника;

— избегать критических перегрузок;

— завершить восстановление повреждённых каналов.

Я медленно открыл глаза.

За окном уже светало.

Получалось, в неподвижности я провёл около четырёх часов. Ноги затекли, спина ныла, однако внутри сохранялась приятная ясность. Девятый ранг новичка. До перехода к ученику оставалось совсем немного.

И это несмотря на раны, истощение и всё, через что пришлось пройти за последние дни.

Наш уговор Айя продолжала выполнять даже сейчас, практически лишившись возможности связаться со мной. Она помогала развивать источник и стабилизировала движение энергии.

Радовало это ровно настолько же, насколько беспокоило.

Змейка использовала часть моих резервов, чтобы поддерживать собственное существование. Пока источник восстанавливался быстрее расхода, опасности не возникало.

Но как долго она сможет продержаться?

И сколько энергии потребуется, если повреждение кольца продолжит расширяться?

Ответов не появилось.

Я провёл большим пальцем по треснувшему металлу. Внутри снова прошёл слабый тёплый импульс.

— Потерпи ещё немного, — я опустил руку и поднялся с пола. — Разберёмся.

Задаваться вопросами можно сколько угодно, но без нужных знаний это ничего не изменит. По крайней мере, пока.

Впрочем, я знал, кто мог помочь разобраться с повреждённым кольцом. Оставалось лишь добраться до этого человека и убедить его заняться моей проблемой.

Похоже, пришло время посетить место, куда следовало наведаться ещё несколько дней назад.