Но являя собою заключительное звено в области видимого мира, касаясь самых последних ее границ и служа повторением ступеней его, человек в то же время по другой стороне своего бытия, именно — по своему сознанию, разумности и нравственной личности, если кратко сказать, по своему духу, — будет как бы выделяться из окружающей природы. В этом отношении человек станет исключительным явлением последней и начальною ступенью другого мира существ, — существ высших духовных, уходящих от него в беспредельность.

Таким образом, как существо телесно-духовное, человек будет представлять собою переходную ступень от существ материальных и чувственных к бесплотным духам, занимая между первыми самое высшее место, а между последними — самое низшее и последнее место, как первичная и начальная форма.

Нет, должны быть существа, по крайней мере, не в такой степени ограниченные плотью, пространством и временем, как человек. Если наша мысль могла придти к идее Ангела, составить о нем понятие, как о совершеннейшей, более, чем человек, духовной силе, то Творец, конечно, тем более силен продолжить линию разумных существ далее человека. И было бы в высшей степени непонятно, если бы Всевышний на человеке прервал идею совершенствования.

«Нет никакого разумного основания думать, — пишет Оливер Лодж, автор известной и интересной книги: «Катехизис для родителей и учителей», — что человек есть высочайшее разумное существо, что мир, который нам удалось изучить, населен существами высочайшими во вселенной. Это — необоснованная гордость ума, что мы, столь незначительные создания, которые едва в состоянии прозревать величие звездного неба, решаемся отрицать существование высших сил и высшего знания, чем наше».

Таким образом, и наблюдение над природой, и логика нашего разума, и гармония Божьего мира — все это говорит о том, что Ангелы существуют, что их бытие необходимо признать.

Если же допустимо существование более высших, чем человек, разумных сил, то отчего недопустимо существование беса, то есть злой, разумной силы?

Подводя итог всему вышесказанному, мы должны сказать, что и Священное Писание, и жизненный опыт, и теоретические построения — все это говорит о том, что существование бесов нельзя отрицать, что злые духи есть, что это реальная сила, и притом разумная, порой грозная сила, которая, по временам, вмешивается в человеческую жизнь и направляет ее к худым последствиям.

Но самым неоспоримым, самым ценным и важным доказательством бытия злых духов являются так называемые «бесноватые».

Беснование — одна из самых страшных, мучительных и, можно сказать, неизлечимых болезней. Когда именно появилась она и когда стала мучить и терзать людей — об этом никто ничего не знает. Так давно она появилась, так долго царствует она в мире.

Наибольшего развития и процветания беснование достигло во времена Христа Спасителя. Но и теперь оно довольно распространено, и теперь везде и всюду можно видеть несчастных больных, одержимых «духом злобы поднебесным».

Вот они-то и служат самым ценным, поразительным и неопровержимым доказательством существования злых духов, или же бесов.

Вопрос о бесноватых мы тоже, подобно вопросу о бесах, постараемся рассмотреть по возможности полно и обстоятельно, как со стороны религиозной, так и со стороны чисто научной.

Сперва о религиозной стороне.

С христианской точки зрения не может быть никакого сомнения в существовании бесноватых в той именно форме, в какой обыкновенно представляет их себе наш простой народ. Потому-то и Спаситель и ученики Его имели постоянные столкновения с бесноватыми, исцеляли их и описывали симптомы их состояния. По этим симптомам и теперь мы узнаем этого рода больных.

Вот две довольно яркие евангельские иллюстрации, которые как нельзя лучше объясняют нам характер данной болезни и свидетельствуют о полном тождестве бесноватых древнего и нового мира.

Один из народа сказал: «Учитель! Я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым: где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет... Иисус сказал ему: «...приведите его ко Мне». И привели его к Нему. Как скоро бесноватый увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену. И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства; и многократно дух бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам (Мк. 9, 17-22).

Еще пример.

Пришли на другой берег моря, в страну Гадаринскую. И когда вышел Он из лодки, тотчас встретил Его вышедший из гробов человек, одержимый нечистым духом; он имел жилище в гробах, и никто не мог его связать даже цепями; потому что многократно был он скован оковами и цепями, но разрывал цепи и разбивал оковы, и никто не в силах был укротить его; всегда, ночью и днем, в горах и гробах, кричал он и бился о камни (Мк. 5, 1-5).

Такими же точно чертами характеризуются и современные «бесноватые». Они тоже бьются о камни, о землю, о церковные плиты и помосты, отличаются колоссальною физическою силою, кричат, богохульствуют, бранятся, испускают пену.

Таких больных Иисус Христос называл «бесноватыми», их болезнь приписывал врагу человеческого рода и единственным средством избавления от нее считал пост и молитву (Мф. 17, 21).

Это видно из следующих мест Священного Писания. В Евангелии от Марка, например, говорится, что приводили к Нему многих бесноватых, и Он исцелял их, изгнавши многих бесов, и не позволял бесам говорить, что они знают, что Он Христос (Мк. 1, 34). Вообще рассказывается, что Он проповедовал в синагогах, по всей Галилее и изгонял бесов. Двенадцати Своим ученикам, при послании на проповедь, Он дал власть изгонять бесов, чем они и воспользовались (см.: Мк. 6, 13).

О Марии Магдалине известно, что из нее Господь изгнал семь бесов (см.: Лк. 8, 2). Наконец, среди тех знамений, какие обещаны были Христом верующим в Него, изгнание бесов, нужно заметить, поставлено на первое место (см.: Мк. 16, 17).

Если так, если Господь на бесноватых смотрел как на людей, одержимых злым духом, то, значит, и мы, стоя на истинно христианской почве, должны прежде всего признать существование бесноватых как таковых, а затем и то, что их состояние — болезнь от нечистого, злого духа, то есть от беса.

Но противники христианской веры, видимо, без бою не хотят сдаваться. Они начинают придумывать всевозможные объяснения, толкования, которые в большинстве случаев так далеко отстоят от истины, как небо от земли. По временам отрицают буквальный смысл Священного Писания и трактуют его как аллегорический, метафорический, мистический. Словом, пускаются на все, лишь бы не согласиться с религиозными взглядами на бесов, ибо это «смешно, старо, простовато».

Они, например, вот что говорят по поводу евангельских повествований об исцелении Иисусом Христом тех или иных бесноватых.

«Да, Христос исцелял бесноватых, страдавших и телом и душой. Только это исцеление нельзя понимать в том узком, одностороннем виде, в каком обыкновенно представляют его ортодоксальные богословы. Дело в том, что в данном случае под бесами разумеются человеческие страсти, злые навыки, порочные стремления, которые, будучи олицетворены в образе бесов, изгонялись Христом силою Его могучего нравственного влияния на всех людей без разбора.

Так, когда, например, говорится о Марии Магдалине, что из нее Господь изгнал семь бесов, то этот факт чудесного исцеления должно представлять себе таким образом: Иисус Христос Своим могучим нравственным влиянием исцелил ее от семи тяжких и смертельных грехов, среди которых блуд стоит на первом месте».

С такого рода постановкой вопроса, безусловно, согласиться нельзя. Такому толкованию прежде всего противоречат следующие слова Христа Спасителя: Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И пришед, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и вошедши живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого (Мф. 12, 43-45; Лк. 11,24-26).

Далее. С такой точки зрения совершенно немыслимо объяснить следующие чудеса Иисуса Христа.

Гадаринский бесноватый, увидев Иисуса издалека, прибежал и поклонился Ему, и, вскричав громким голосом, сказал: что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? Заклинаю Тебя Богом, не мучь меня! Ибо Иисус сказал ему: выйди, дух нечистый, из сего человека. Испросил его: как тебе имя? И он сказал в ответ: легион имя мне, потому что нас много. И много просили Его, чтобы не высылал их вон из страны той. Паслось же там при горе большое стадо свиней. И просили Его все бесы, говоря: пошли нас в свиней, чтобы нам войти в них. Иисус тотчас позволил им. И нечистые духи, вышедши, вошли в свиней; и устремилось стадо с крутизны в море, а их было около двух тысяч; и потонули в море (Мк. 5, 7-13).

Спрашивается, если под бесами разуметь человеческие пороки, то как они могли войти в стадо свиней и потопить его в море? Как они могли заклинать Иисуса Христа не мучить их? Как они могли отвечать Господу на все вопросы и называть свое имя? Как они могли просить у Спасителя разрешения войти в стадо свиней?

Нет, такой прием истолкования никуда не годится. Он только приводит к курьезам, к смешным и нелепым выводам.

Наконец, вся, так сказать, соль разбираемого возражения сокрыта в могучем нравственном воздействии Христа Спасителя на окружавших Его больных. Но не нужно забывать того, что исцелял бесноватых не только Христос, не только Его ученики и апостолы, но и люди, не имевшие на то никаких полномочий от Божественного Учителя и посему, должно полагать, не имевшие никакого нравственного влияния.

Иоанн сказал Иисусу: Учитель! Мы видели человека, который именем Твоим изгоняет бесов... и запретили ему, потому что не ходит за нами. Иисус сказал: не запрещайте ему, потому что никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня, ибо кто не против нас, тот за нас (Мк. 9, 38-40).

Правда, в ответ на это нам могут сказать, что человек, изгонявший бесов именем Христа, тоже пользовался влиянием и доверием в своей среде, почему и он исцелял так называемых «бесноватых».

Допустим, мы на время согласимся с этим. Допустим, что означенный человек имел великую и могучую нравственную силу, при помощи которой благотворно действовал на всех душевнобольных. Но вот вопрос — почему апостолы не могли одно время исцелить бесноватого? Неужели они не обладали потребной силой нравственного воздействия? Быть этого не может. Однако они оказались бессильными изгнать беса из одного больного человека. Значит, тут дело не в нравственном воздействии, а в чем-то другом и речь идет не о человеческих слабостях, пороках и беззакониях, а о действительно существующих бесах.

В этом не может быть никакого сомнения. Посему, с религиозной точки зрения мы должны признать, что в бесноватых живет и действует злой дух, бес, который мучит и терзает человеческую душу и делает ее поистине больною.

Если же мы придем к другому какому-либо заключению, ничего общего не имеющему с христианским взглядом по данному вопросу, то мы окажемся в резком противоречии с учением и делами Иисуса Христа.

Теперь перейдем к научному решению затронутого нами вопроса.

По нашему мнению, то есть по мнению всех православных христиан, бесноватые — не кто иные, как люди, одержимые злым духом, который, тяготясь своим мучительным существованием в аду, стремится разными способами слиться с другими разумными существами, обитающими на земле, то есть с людьми.

Совсем иначе рассуждают рационалисты. Они говорят, что бесноватые это — нервнобольные люди, одержимые суеверною, безумною идеею (idee fixe), будто бы в них живет и действует диавол. Причем эта идея является для них не более как средство по обвинению всех испытываемых ими мук нервного страдания, всегда сопровождающегося страшным угнетением духа, потерей власти над собою и возникающей отсюда неожиданностью и непроизвольностью душевных движений — мыслей, чувств и желаний, всегда тоскливых, мрачных, угнетающих и подавляющих.

Такого воззрения на бесноватых придерживается помимо всем известных свободомыслящих рационалистов (например: Павлюс, Неандер, Вейцзеккер, Шенкель, Кейм, Штраусс, Барт, Гольцманн, Винер, Де-Ветте и многие другие ученые) и такой, по-видимому, ортодоксальный мыслитель, как Фаррар.

Посмотрим, насколько основательны и убедительны доводы, приводимые рационалистами в защиту своего объяснения.

Говорят: «Демономания (вид истерии) — обыкновенная, естественная болезнь, поддающаяся правильному системному лечению. Это доказывается тем, что в древности, на Востоке, существовали экзорцисты, которые посредством особых заклинательных формул и путем употребления целебных корешков и курений изгоняли из бесноватых нечистых духов».

В ответ на такое возражение мы должны сказать следующее. Экзорцисты действительно существовали. Даже во времена Христа Спасителя они были (см.: Мф. 9, 33-34; 12, 27; 17, 16, 19). Но они ничего общего не имеют с Божественным Учителем. Напротив, решительно во всем, даже в способах изгнания бесов, существует между ними громаднейшая разность. Так, экзорцисты, как мы видели, и как свидетельствует Иосиф Флавий в труде «Иудейская война», исцеляли бесноватых «корешками и курениями». А Иисус Христос никаких искусственных приемов не употреблял и бесов изгонял только словом. Затем, как справедливо заметил Неандер в книге «Жизнь Иисуса Христа», экзорцисты исцеляли болезнь не навсегда, а только на известное время с неисключением рецидива. Между тем Спаситель изгонял бесов навсегда. Дух немый и глухий — говорил Он, — Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него (Мк. 9, 25). Вот почему исцеления Иисуса Христа всегда вызывали в очевидцах чрезвычайное изумление.