«Деловой Петербург» редко поставлял читателям сенсации, но для круглолицего юноши, одетого как преппи, чтение этой газеты было чем-то вроде рутины. Поселившись в массачусетском кампусе, он не бросил это занятие: заходил на сайт dp.ru и читал. Когда выпускник Университета Тафтса вернулся из Америки с дипломом и размышлял, с какого бизнеса взять старт, газета играла роль сводок с фронта.
За семь лет отсутствия Славы Мирилашвили город изменился: утихли войны за заводы, леса и пароходы, бандиты скрылись в подполье, «крышу» обеспечивали силовики. Еще до того, как Михаила Мирилашвили осудили за похищение похитителей его отца (Славиного деда), мальчика вывезли в Израиль. Он прибыл на Святую землю с выданным Гризом личным делом и попал в школу для детей дипломатов. Окончив ее, Слава захотел сменить континент и подался в американский университет.
Оставаться в Штатах выпускник Слава не желал – очевидно, что в России, где начался потребительский бум, незанятых ниш на рынке было больше. Семейный бизнес выстоял, управляющая компания избавилась от казино и сдавала недвижимость в аренду. Пока отец сидел, делами заправлял дед Михаил, с похищения которого началась их семейная эпопея.
Слава листал «Деловой Петербург», пропуская большинство заметок. Ему хотелось скорее добраться до полосы о молодых предпринимателях. Нет, про него там вряд ли написали, хотя первый опыт Славы был занимателен. Взяв в долю одноклассника Льва Левиева, отучившегося в канадском Университете Макгилла и поработавшего аудитором в Ernst & Young, он расставил платежные терминалы по принадлежащей его клану петербуржской недвижимости.
В 2006 году рынок поглощающих деньги автоматов взлетал, но компаньоны допустили математическую ошибку в маркетинговых расчетах и провалились. Так вот, полосу про отроков в бизнесе занимало интервью неизвестного чувака. Слава прочел лид, в котором говорилось, что этот человек создал сайт, где общаются студенты универа. Далее утверждалось, что персонаж зарабатывает на баннерной рекламе приличные деньги. «Прикольно», – подумал Слава, рассматривавший вариант с инвестициями в интернет.
Речь в «Деловом Петербурге» шла о Дурове, а историю с рекламой выдумала Эльнара Петрова, автор интервью. Тотем почти ничего не получал от форума. Просто Эльнара однажды уже спрашивала Дурова, как выиграть три Потанинские стипендии подряд, и, чтобы оправдать второе явление понравившегося героя на страницах газеты, продала редактору историю о бизнес-успехах студента. Дуров явился к ней «с этим своим саквояжиком», в черной бейсболке и пиджаке с набитыми поролоном плечами. Открыл рот и не закрывал два часа. Редактор названивал Эльнаре и кричал: «Гони его уже наконец!» – но та не могла прервать Дурова.
Этот факт странен сам по себе, так как я почти не встречал людей, произносивших в любую единицу времени больше слов, чем Эльнара. Позже она выйдет замуж за директора по разработке «ВКонтакте» Андрея Рогозова, я зайду к ним в гости, и мы будем вспоминать историю ее знакомства с Дуровым.
«Я поняла, что для Павла самое страшное, когда кто-то работает за зарплату, – говорила Эльнара. – Это осталось до сих пор, он щедрый, но опасается, что, если люди помешаны на бонусах, этих премиях, они перестанут гореть духом. Еще он был нетерпим к людям, которые медленно понимают сказанное и сами плохо говорят, медленно работают. Ну, ты понял».
Уходя, я пройду мимо кухни и услышу, как Эльнара моет в одиночестве тарелки и продолжает: «Ну да, Паша все твердил: хочу, хочу создать сообщество, объединять все больше, больше вузов. Конечно. Собрал кучу людей, а что с ними делать, непонятно…»
В общем, Слава впился в текст статьи. Пассаж, где публике предъявлялся герой, он перечитал несколько раз. Вспомнился Дом культуры с алкоголиками и евангелистами, набеги на пышечную, Тася с ее медяками, деликатно ползущий за спиной лимузин. Его одноклассник и друг Дуров замутил популярный сайт и теперь рассуждает со страниц газеты о личной эффективности и социальных проектах.
Слава понимал, что Дуров интуитивно следует за трендом. В нулевых появились и прогремели платформы LiveJournal (блоги), Myspace (страницы музыкантов с их композициями), Classmates (связи между старыми друзьями), Friendster (то же, но для всех подряд). В России успели стартовать «Одноклассники» – клон Classmates. Но больше всего Славе нравилась закрытая соцсеть Facebook, в которую могли попасть только учащиеся Лиги плюща и нескольких других американских университетов. Чтобы получить к ней доступ, он авторизовался через свою университетскую почту.
Facebook требовал указывать реальные имена и фамилии, а клонов, троллей и других бестий вычищал. Удостоившиеся чести пользователи обменивались личными сообщениями, публиковали фото, назначали встречи, подмигивали понравившимся персонажам и при этом видели, что нового произошло у друзей.
Дуров создал схожий ресурс для тех же студентов и владел вниманием 5000 человек в день. Слава взял трубку и набрал Льва Левиева. «Шалом», – отозвался Лев и прослушал композицию «Есть мегакрутой чел, школьный друг, очень умный, с суперпроектом, надо вытащить его поболтать». Возражений не последовало. Слава разыскал мейл Дурова и написал ему.
Получив письмо, тот был весьма удивлен и рад. Старый товарищ, да еще с желанием и возможностями начать бизнес, – конечно, встречаемся!
Слава и Лев пригласили Дурова в офис семьи Мирилашвили на Тверскую улицу. Он, привыкший называть себя и своих коллег по форуму мафией, озираясь, шагал по коридору штаба, где сидели настоящие консильери. После приветствий и вопросов «за жизнь» он включил обаяние и быстро снял сомнения, работать с ним или нет. «Разбирается в дизайне, как Джобс, очень хорошо говорит, пишет речи и тексты», – обрисовал первое впечатление Левиев.
После абстрактных дискуссий о том, что следует строить в интернете, Слава и Лев повернули к Павлу ноутбук с открытым на нем Facebook. Не изучавший его доселе Дуров всмотрелся и явственно услышал щелчок.
Находка Цукерберга претендовала на гениальность: создать сообщество, где ты действуешь под реальным именем и отвечаешь за свои поступки. Да, жизнь постепенно перетекала в интернет, отражалась в блогах и форумах, но слома парадигмы не происходило. Люди привыкли воспринимать сеть как другую реальность и видеть себя там в льстящем им фантастическом ракурсе: выдуманные образы, псевдонимы, ники, аватары с героями фильмов и игр.
Должен был найтись кто-то, имеющий наглость взорвать легитимность инкогнито и заманить человека в сеть в его натуральном, библейском виде, без прикрытого срама, под настоящим именем. Не то чтобы Цукерберг совершил этот шаг первым, но, в отличие от «Одноклассников», он снабдил сайт удобным интерфейсом и сервисами, обслуживающими базовые человеческие потребности: общение, самопрезентацию, самореализацию. Аудитория Facebook идеально годилась для эксперимента: лучшие университеты мира, люди около 20 лет.
После просмотра Facebook компаньоны сказали впроброс, без конкретики: «Думаем, куда вложиться, и рады были бы делать бизнес с тобой». Дуров возвращался через Таврический сад и слушал себя. Ему еще ничего не предложили, не обещали, но внутри дрожала струна, сообщавшая спокойные и счастливые колебания. Их частота давала железобетонное ощущение, что теперь все будет хорошо, очень хорошо.
Дуров сошел в метро, прокатился, вынырнул, распахнул дверь в квартиру, включил монитор и надел наушники. В тишине звучала та же струна.
Когда все необратимо изменится и его война за независимость переживет апогей, в три часа ночи сбивающимся голосом, не таким твердым, как ему хотелось, Дуров скажет: «Вера в это ощущение не покидала меня очень долго. Появились "ВКонтакте", миллион долларов, на который мы спорили с Ильей, инвестиции – а я уже порадовался заранее и пережил, что все эти события произойдут».
Вскоре поступило предложение: продать сайт и написать на его основе русскоязычный клон Facebook. Форум оценили в 10 000 долларов. Дуров взял тайм-аут на размышления и набросился на тех, чье мнение считал полезным: соглашаться или нет?
Группа «Мафия» выступила скорее за сделку. «Паша, продай форум, купи машину!» – убеждала Дурова Эльнара, сыгравшая роль медийного Вергилия. «Не хочу машину, – отмахивался Дуров. – Меня укачивает».
Модератор факультета международных отношений Алексей Кобылянский вспоминал, что вариант с новым сайтом рассматривался как основной и споры велись вокруг названия: в частности, предлагался вариант StudentList. «Я был недостаточно прозорлив, чтобы самому вложиться», – добавил он.
Дуров отказался, хотя, сказав «да», получил бы контроль в создаваемой компании или существенно больше денег. Но он определял, как себя вести, по иным параметрам. Кобылянский сказал об этом так: «Если Павел и предприниматель, то нового толка. Он отодвигал деньги на второй план и концентрировался на социальном эффекте и ценности для потребителей. Это, кстати, послужило поводом для мифа, что "ВКонтакте" – проект ФСБ. Люди не понимали такой благотворительности».
Парадигма социальной сети требовала нового интерфейса, имени, кода. Дуров лично анонсировал форумчанам новый сайт, где люди взаимодействуют под реальными именами. Слава и Лев взяли время на раздумья и предложили Дурову несколько вариантов участия в предприятии, которому будет принадлежать написанная с нуля соцсеть. От зарплаты больше 100 000 рублей и крошечной доли до оклада 25 000 рублей и 20% бизнеса, включая возможность де-факто блокировать неугодные решения.
Дуров колебался: «Я хотел обеспечить свои финансовые потребности раз и навсегда». Они с братом жили с мамой, которая «как прорывной провинциал, любила деньги» и твердила, что пора зарабатывать больше трех копеек.
Известный венчурный капиталист Билл Дрейпер однажды сказал: «Даже не тратьте время на размышления в сторону стартап-бизнесов в стиле Кремниевой долины, если у вас в голове одна мысль: как прокормить семью или купить ранчо. Это масштаб малого бизнеса – достойного, важного, социального. Но не того, кто запускает большой проект. Он должен думать не о том, сколько денег "поднимет", а только о том, как изменит мир, – и мир, возможно, ему потом отплатит».
Итак, тотема подмывало разом избавиться от житейских проблем, но ему хватило выдержки предпочесть стратегическую выгоду сиюминутной. Дуров верил, что стоимость его сети будет исчисляться в миллионах долларов. Мысль о том, что он, архитектор и творец, станет лишь менеджером для своего детища, казалась невыносимой.
Друзья обговорили детали: по 20% Дурову, Мирилашвили и Левиеву, 40% – Славиному деду, компании которого обеспечивали бэк-офис и тыл на случай приключений. Дуров становился гендиректором с правом вето.
Последнее пригодилось почти что сразу. Начав управлять проектом, Дуров стал блокировать различные идеи Славы и Льва: например, присоединить к соцсети интернет-магазины, то есть коммерческую площадку, которая приносила бы деньги.
Стратегию тройка основателей определила сразу: никакой монетизации и рекламы в первые несколько лет. За год надо набрать миллион пользователей. Все усилия следует приложить к тому, чтобы дать людям удобный инструмент коммуникации, чтобы они тащили в сеть друзей, и превратить ее в основное средство общения в интернете.
Слава взял кредит у отцовской фирмы и вложил в компанию 30 000 долларов. А Дуров еще летом на деньги, накопленные за три года, купил сервер для будущих проектов. Так стартап обеспечил себя мощностями. Оставалось придумать название, а затем написать код.
Но тотем сделал все наоборот.
Институт математики имени Макса Планка огласила трель телефона. За окном падали листья и играли оркестры – жители Бонна дегустировали классическую музыку на фестивале памяти Бетховена. Телефон пропиликал еще несколько раз, прежде чем появившийся аспирант взял трубку. Мужской голос спросил Николая Дурова. «Его нет, – вздохнул аспирант. – Что?.. Когда придет, сказать не могу. Он не появляется в какое-то определенное время».
За четыре года, которые Николай занимался высшей алгеброй в Германии и готовил диссертацию, родственники привыкли, что дозвониться до него трудно. Мобильная связь была дорогой, и мать пользовалась международной телефонной карточкой. Но коллеги все же сообщили Николаю, что ему названивают, и, когда после очередной трели поднял трубку, услышал голос брата.
«Я занялся новым проектом, – сообщил Дуров-младший и выдал параметры: – Социальная сеть для студентов: профиль, стена, на которой отображается личная активность, сообщения, фотозагрузчик и альбомы. Плюс важнейшее: поиск людей не только по институтам/школам и годам обучения, но и по факультетам. С чего лучше начинать?»
Николай не удивился. Он помогал брату с первого же написанного им куска кода (программа рисовала путь Сатурна, но планета почему-то вращалась вокруг Солнца по прямоугольной орбите). Когда брат придумал форум университета, Николай улучшал его движок, правил PHP-код, добавлял новые функции. Форум превратился в проект с приличной аудиторией, и Николай оптимизировал распределение нагрузки на сервер. Павел дорабатывал сайт, с большей охотой занимаясь пользовательскими интерфейсами и дизайном.
Но написать социальную сеть с нуля – это звучало как совсем другая история. Это было даже труднее, чем на 90% изменить старый сайт. Николай ответил: «Я сначала занялся бы библиотекой авторизации и входом на сайт, а потом прикрутил бы остальной функционал».
Времени на эксперименты у братьев не оставалось: «Одноклассники» стремительно росли и, что самое скверное, запустился прямой конкурент MoiFakultet.ru. Над ним трудились парни из МГУ якобы под руководством австралийских инвесторов. Дуров зарегистрировался там и стал разбираться, что же сотворили конкуренты.
Успокоился он быстро: парни привлекли всего 1700 пользователей. Они не заморачивались со своими фичами и полностью скопировали Facebook, начиная с того, что при регистрации требовали указывать почту на домене вуза. Это была явная глупость. Мало того что не каждый институт имел сайт и выдавал студентам е-mail, еще и редкий студент стремился получить этот почтовый ящик. Позднее MoiFakultet стал просить номер студбилета, но революции это нововведение не произвело.
Дуров начал кодить. Помимо правила реальных имен он ввел схожие с Facebook возможности, которые перечислил в телефонном разговоре брату. По неделе ушло на фото и опцию «назначь встречу». Одним из главных преимуществ он полагал максимально детализированный поиск по вузам и школам. Для последних он ввел поиск по литере класса: «А», «Б», «В» и т. д.
Александра Владимирова скрупулезно коллекционировала данные обо всех факультетах России и Украины, на которые Дуров серьезно рассчитывал. Если в открытых источниках информация не находилась, она звонила в Министерство образования или в ректораты институтов. База расширяла географию: Москва, Петербург, Новосибирск, Екатеринбург, Челябинск, Нижний Новгород, Самара. Затем Киев, Одесса, Харьков…
Название «ВКонтакте» пришло в голову сразу, без перебора вариантов. Оно звучало легко. Сначала Дуров хотел добавлять названия городов – типа «В Контакте С Хабаровском», но отказался от этой идеи.
Получившийся сайт в серо-синих тонах стал горючим сырьем, спиртовой таблеткой, валежником для костров амбиций интернет-спорщиков. Лейтмотив дискуссий всегда был неизменен: украл «человек в черном» идею Цукерберга или нет. «Тупоконечники» утверждают, что – раз взял основные решения – вор. «Остроконечники» отвечают, что идеи ничего не стоят и висят в ноосфере, срывай и надкусывай – главное, как их «докрутить».
Сам Дуров не видел в переработке чужих идей ничего предосудительного: «Стив Джобс учился и декомпилировал Sony, разбирая Walkman'ы. Если бы общество послевоенной Японии или Америки 1980-х относилось к заимствованиям так, как сегодня относимся мы, там могло бы попросту ничего не вырасти».
Отвечая на прямой вопрос о копировании, Дуров не отрицал, что произвел на свет клон. Когда закрытая версия «ВКонтакте» уже была запущена, на форуме физфака разгорелась дискуссия с парнями из MoiFacultet.ru, сравнимая с самыми кассовыми драками на форуме истфака:
Автор: durov 03.12.2006, 23:33
Ребята, важное объявление.
Данный сайт создан на профессионально низком уровне и имеет десятки дыр, через которые хакеры могут узнать вашу личную информацию. БД со всеми личными данными, внесенными на moifakultet, продается в интернете за 800 долларов. Я бы не поверил этому, если бы мне не предложили купить базу данных, от которой я, разумеется, отказался. Но я отказался, а кто-то согласится.
Почему предложили мне – я один из создателей проекта ВКонтакте.ру. Этот сайт, как и moifakultet, является клоном американского сайта facebook.com, однако мы создаем наш, российский сайт со своей спецификой и рядом функций. Если вас заинтересовал moifakultet, но вам не нравятся баги, слабая функциональность, корявость в альтернативных браузерах и т. д., я советую использовать ВКонтакте.ру.
Друзья, если вы посмотрите сайт и согласитесь, что vkontakte.ru – проект более серьезный и профессиональный, прошу пригласить туда друзей и предупредить их о том, о чем я рассказал. Для всех нас очень важна ваша поддержка – без нее проект и все наши старания бессмысленны. Пожалуйста, напишите, что вы думаете об этом.
Автор: durov 04.12.2006, 7:44
UPDATE!
Только что мне рассказали, что администратор сайта moifakultet.ru теперь обвиняет нас в том, что мы его якобы злостно взломали. Приехали, называется…
Мы сотрудничаем с серьезной командой по информационной безопасности, которая с нами работала некоторое время, – они не занимаются нелегалом. Как оказалось, moifakultet взломали хакеры, которые как-то узнали о работе над параллельными проектами и решили «через них» подзаработать. Продать дыры одного сайта владельцу другого, и наоборот. Они связались через нашу команду со мной и предложили купить БД незадачливого конкурента. Не получилось – нам это просто не надо. Не уверен, что та сторона была бы настолько же великодушна, но я хакеров послал. А теперь в благодарность распространяются байки про то, что «они нас взломали».
Автор: Данила 04.12.2006, 12:58
Новый проект Павла и Николая Дуровых стартует с криминальной хакерской атаки и плагиата!
КРИМИНАЛ. Наш сайт (MoiFakultet.ru) 01.12.06 подвергся криминальной хакерской атаке со стороны команды Павла Дурова. Документальное свидетельство (заказ на взлом сайта) смотрите в Яндекс-блогах: http://blogs.yandex.ru/search.xml?how=tm&rd=2&text=moifakultet.ru (сейчас ничего криминального по этой ссылке найти невозможно. – Прим. авт.).
Вот цитата текста объявления Павла или его подручного: «Большая просьба проверить два сайта на уязвимость: vkontakte.ru и moifakultet.ru. Если найдете во втором сайте серьезные дырки, с меня $. Заранее спасибо».
После этого 01.12.06 наш сайт был взломан и прекратил работать на 1 сутки…
Возможно, часть мейлов была похищена и будет в дальнейшем использована для увеличения аудитории сайта вконтакте.ру.
ПЛАГИАТ. До хакерской атаки Павел с братом отличились тем, что оперативно скопировали наш сайт. Убедиться в этом также просто: достаточно посмотреть на дату регистрации нашего сайта: (domain: MOIFAKULTET.RU, created: 2006.08.14) и на дату регистрации домена vkontakte.ru (domain: VKONTAKTE.RU, created: 2006.10.01). А после этого сравнить сами сайты.
И то и другое – неправомерные деяния по российскому праву…
Выводы о чистоплотности организаторов сайта и о доверии к ресурсу делайте сами. Для нас очевидно: Павел и Николай не брезгуют никакими методами…
Автор: durov 04.12.2006, 13:02
Не надоело сыпать клевету и ложь?
Ребята, посмотрите сайт facebook.com и оцените, что кто у кого скопировал и когда =]
В СОТЫЙ РАЗ ПОВТОРЯЮ: Я ЭТОГО НЕ РАЗМЕЩАЛ И РАЗМЕЩАТЬ НИКОГО НЕ ПРОСИЛ.
Хватит фантазий.
Умейте отвечать за свои дырки, а не валить все на злые силы.
В суд подадим за клевету!
Автор: Данила 04.12.2006, 13:30
Достаточно прочитать эти две ссылки, чтобы стало все понятно.
Павел просто дружит с криминальными элементами, которые ломают неугодные сайты. При этом в частном разговоре по «аське» Павел признал, что размещал заказ. Да что тут говорить, все и так видно… Заказ размещен, сайт взломан, наши пользователи уже на его сайте… Не надо быть Шерлоком Холмсом…
Автор: durov 04.12.2006, 14:15
Простите, что Вы несете???
Извините, я больше не могу выдержать этого бреда… Надеюсь, Вы успокоитесь и перестанете во всех Ваших грехах винить только меня. Бог видит – я Вам не вредил.
Перед остальными могу только извиниться за этот грязный базар. Надеюсь, все эти разборки никому не испортили настроение.
«Facebook подсказал не как надо делать, а как не надо, – объяснял Дуров. – "Одноклассники" тоже. Важно было понять, от чего избавиться. Я понял, что главное – стартовая страница пользователя. Человек хочет видеть свой профиль, а не ленту происходящего у друзей и предложение разных возможностей, как у Facebook. Надо выводить личную страницу как стартовую, чтобы человек загружал больше личных данных, чтобы лепил идеального себя».
Догадка Дурова не была слишком оригинальной: с момента возникновения социальных сервисов стало очевидно, что у человека возникают отношения со своей страницей, профилем. Люди не только загружают новые фотографии, но и периодически редактируют данные, любимые цитаты, предпочтения, создают свой образ. Но ставить как стартовую страницу сам профиль и стену – это была чисто российская находка.
Разобравшись с функционалом, Дуров ломал голову над дизайном. На мониторе мерцали варианты. Малкольм Икс кричал в наушниках: «Мы покажем, как проснуться и начать настоящую революцию! Хватит трепать языком. Нам нужны не разговоры, нам нужны действия!»
Логотип? Без наворотов, что-то лаконичное. Наберем «ВКонтакте» шрифтом Tahoma. Теперь цвет. Мы не должны вызывать ярких негативных эмоций. Какие цвета никого не бесят? Синий, белый, серый. Что ж, мы будем чуть серыми, но узнаваемыми. Выпуклая буква всплыла в его сознании откуда-то из воспоминаний об уроках Руткевича.
«Тёма Лебедев может ругать наш логотип, – рассказывал мне Дуров, уворачиваясь от идущих по Невскому прохожих. – Ну и что? Леонардо да Винчи, наверное, тоже ругал строителей древнеримских дорог – типа почему их будто по прямой прокладывали, а строители создавали инфраструктуру». На светофоре у Казанского собора (между прочим, копии римского Святого Петра) Дуров, помолчав, снял кепку, быстрым движением пригладил волосы и водрузил ее обратно: «По крайней мере, я никогда не копировал, не применяя мозг».
1 ноября 2006 года «ВКонтакте» открылась для узкого круга пользователей. Первые аккаунты с соответствующими номерами id распределили между владельцами и группой «Мафия». Где-то со второго десятка примкнули старые форумчане. Id1 принадлежал, конечно, Павлу Дурову, а id2 – Александре Владимировой.
Впрочем, конкуренты из MoiFakultet.ru тоже не спали и расширяли аудиторию. Дуров понимал, что ему предстоит не просто внедрить элегантный и понятный инструмент взаимодействия людей друг с другом. Надо было затащить во «ВКонтакте» незнакомую с ним, университетским демиургом, аудиторию. Для этого следовало отстроиться от образа петербургского локального ресурса.
Специалисты только что образованного IT-сообщества «Хабрахабр» были единодушны: новую социальную сеть создавать бессмысленно, так как эта тема на 146% исчерпана сетями «Мой круг» и «Одноклассники». «Как это часто бывает, эксперты хорошо предсказывали прошлое», – смеясь, вспоминал Дуров.
Он списался с форумом «Дубинушка» физфака МГУ. Он даже купил у физиков рекламные баннеры – не столько ради рекламы, сколько ради лояльности москвичей. Раньше многих гуру social media он сообразил, что прямая реклама среды, где люди коммуницируют без преград, бессмысленна. Работает только искренний интерес, только сарафанное радио.
Активность на форумах МГУ выстрелила. Конечно, во «ВКонтакте» регистрировалось больше питерцев, но московская диаспора также росла. Через месяц Дуров открыл соцсеть для всех. Единственным требованием к новичкам он выставил наличие приглашения от уже зарегистрированного пользователя. Эта мера втыкала решетку перед мордами троллей и придавала проекту флер элитарности, что заставило устремиться во «ВКонтакте» тысячи студентов – хотя бы одним глазком поглядеть, что там внутри.
Я услышал о «ВКонтакте» весной 2007 года на вечеринке бывших одноклассников. Когда школьные товарищи уже прощались и одной рукой залезали в пальто, кто-то крикнул: «А давайте зафрендимся в социальной сети! Чтобы не теряться». Несколько человек отреагировали: клевая идея, давайте в «Одноклассниках», мы там уже есть. Пара умников сказала: нет, LiveJournal интереснее. Но внезапно две отличницы (детсадовская воспитательница и бухгалтерка) предложили: «Лучше во "ВКонтакте", там легче искать людей по школам/классам/факультетам – годам выпуска. Можно еще встречи назначать и фотоальбомы составлять!» На том и остановились.
Именно такая аудитория – не программисты, а люди, оценившие удобство и интуитивно понятный интерфейс связи со старыми знакомцами, – повалила тысячами в день.
«"ВКонтакте" трудно было бы сделать человеку не из студенческой среды, – писал Дуров. – Я делал ее для себя». Первые два месяца он лично отвечал на вопросы юзеров, а потом передал эту работу id2.
Население «ВКонтакте» за два месяца выросло до 100 000 живых душ. Внизу каждой страницы стояла подпись «Павел Дуров» с активной ссылкой на личную страницу id1.
Праздный люд, сидящий за чашкой кофе на Невском, не мог понять, чем занимается этот юноша: темные волосы, небритые щеки, строгое черное пальто. Версии были такими: драгдилер, продавец гербалайфа, мормон, свидетель Иеговы[8]. Юноша сидел в «Кофехаузе» уже несколько часов, и все это время к нему стояла очередь из студентов. Они подходили, представлялись, молодой человек искал их в списке, проверял паспорта, вытаскивал из-под полы небольшие коробочки и вручал их пришедшим. На соседнем стуле лежали пакеты, и, пока они не кончились, «мормон» выдавал их всем, кто прошел проверку.
Это был Лев Левиев, и раздавал он не гашиш, а айподы. Идея конкурса родилась у Славы: кто пригласит во «ВКонтакте» больше друзей, получит джобсовский плеер. Дуров тогда еще не использовал устройства Apple, но дизайн айподов и идея ему понравились.
По другой версии, эту идею отцы-основатели взяли у MoiFacultet. Правда, у тех количество разыгрываемых плееров ограничивалось десятками. Слава перешиб конкурента числом. Отец дал ему как бы взаймы около 30 000 долларов, и в числе прочего на эти деньги компаньоны купили тысячу айподов.
«ВКонтакте» успела обрести поклонников, и двое из них – откуда-то из области – напечатали футболки с фосфоресцирующим логотипом сети и прислали на Тверскую. Лев прихватил их с собой в кафе. Под конец раздачи голова шла кругом, но страдания дорогого стоили. Решающий для интернет-проекта набор early adopters, то есть закладка фундамента будущей аудитории, прошел на ура.
Новый год друзья отмечали в победном расположении духа. Цель – миллион пользователей к ноябрю 2007 года – казалась вполне достижимой, но уже в феврале сайт рухнул.
Месяцем ранее, раскинувшись, как патриций, на подушках, консультант по высоким нагрузкам на серверы Олег Бунин затягивался кальяном и пускал дым в потолок кафе. Внешне больше напоминавший менестреля – кудри, кованый амулет на шее, никаких пиджаков и галстуков, – он внимательно слушал чайников, затащивших его сюда.
Парни не рубили в предмете, но выглядели забавно. Старший брат, более замкнутый, обращаясь к собеседнику, в глаза почти не смотрел. Думал долго, говорил мало, жестикулировал неуклюже. Младший, наоборот, был подвижный, речь поставлена, вопросами попадал в точку, но при этом не лез в лидеры, подчеркивая, что техническими задачами в их соцсети заведует брат, который как программист гораздо круче него.
Встреча происходила в кафе «Рубаи». Еще несколько лет «ВКонтакте» придется обходиться без офиса, и Дуров с программистами будут обсуждать дела в кафе и ресторанах на Невском. Лишь через год тотем купит квартиру под офис.
Окутанный дымом Бунин растолковывал братьям азы: как хранить на серверах и раздавать с них информацию, какие надо учитывать особенности при расчете необходимых мощностей, масштабировании системы и т. д.
По тому, как быстро заказчики схватывали идеи, менестрель чувствовал, что долго консультировать их не придется. Но он не предполагал, насколько быстро они въедут в тему. Николай выигрывал олимпиады по программированию, и укрощение растущего в геометрической прогрессии трафика для него оказалось задачей сложной, но решаемой.
Бунин посоветовал использовать сервер Apache в комбинации с сервером Nginx. Через несколько часов от Николая пришла весточка: я установил эту конфигурацию, посмотрите. Бунин изумился, поскольку Nginx обычно настраивают полнедели. Еще больше его поразило, что Дуров-старший все настроил правильно.
Консультант «подкрутил параметры», и первая версия запустилась. «Дуровы все быстро поняли и через три месяца перестали советоваться, – резюмировал Бунин. – Мы показали, куда копать, и они перекопали нас».
Я разговаривал с ним в кулуарах конференции HighLoad. «ВКонтакте» прислала туда разработчика Олега Илларионова, и битком набитый зал задавал ему недоуменные вопросы по системе распределения нагрузок на серверы. Некоторые решения не то что не приходили никому в голову, но даже после его объяснений яснее не стали.
«Когда общаешься с обычным человеком, почти всегда представляешь, что он ответит, – говорил Бунин. – Павел постоянно думал по-другому и масштабно. Знаете, как Цукерберг в фильме "Социальная сеть". Когда девушка его отвергла, приятель хочет посочувствовать, а он уже думает о своей сети: "Пора расширяться". Дуров такой же».
Эти слова Бунина повторяли разные деятели российского интернета. Способность думать иначе стала краеугольным камнем дуровской команды, спровоцировала изменения личностей ее участников и привела к неминуемому конфликту с окружающей реальностью. Но тогда, первой зимой «ВКонтакте», сентенции Дурова свидетельствовали лишь о его оригинальном уме. Для интернет-тусовки соцсеть выглядела не более чем любопытным проектом с бодрым основателем.
Дуровы советовались с консультантами, но вызывали их все реже. «Какие-то вещи я сразу сделал как считал нужным, – рассказывал Николай. – Например, Бунин советовал хранить фотографии на одном домене и пропускать все через один сервер. А я предложил отдавать фото с того сервера, где они находятся».
Счетчик посещаемости крутился как бешеный, пока однажды февральским вечером Павел Дуров не набил в браузере vkontakte.ru и не обнаружил вместо соцсети «ошибку 502». Вход на сайт для пользователей оказался закрыт.
Дуров набрал телефон хостинг-провайдера. Трубку взял дежурный инженер.
– Алло, привет. Мы висим.
– Привет, сейчас разберемся. (Пауза.) Так. Идет огромный поток запросов к сайту, волна полтора гигабита. Канал забился.
– Есть идеи, что делать?
– Если честно, нет.
Звонить в Бонн поздно, брат наверняка ушел из лаборатории. Пальто, штиблеты, ключ, деньги, такси. Дуров ворвался в прохладную комнату со стеллажами, нашел свои серверы и сам их перезагрузил.
Волна шла из Китая, Южной Америки, Украины. Даже если передать провайдерам списки IP-адресов, участвовавших в атаке, чтобы их заблокировали, все равно шансы на успех мизерны. Соперник не идиот и будет атаковать с других компьютеров.
Утром Дуров известил брата о беде, и они начали суматошно перебирать способы защиты. Сначала арендовали маршрутизатор, который идентифицирует врага. Зная провайдера, можно его блокировать, но, опять же, провайдеров-то тысячи… Ночами Павел созванивался с Николаем, который еще не дописал диссертацию, и они ломали головы, что бы предпринять. Атаки продолжались, усиливаясь к ночи. Особой популярностью пользовался вечер пятницы, когда в офисе провайдера оставался только дежурный. На форуме СПбГУ жаловались, что «ВКонтакте» лежит, сочувствовали, но ничего посоветовать не могли. Слава и Лев вели свое расследование, и им даже слили переписку с исполнителями атаки, однако установить заказчика не удалось.
Дуров написал письмо юзерам:
В течение прошедшего дня (18.02.2007) активность доходила до фантастической отметки в 2 млн запросов в минуту. Это позволило предположить, что весомая доля запросов была создана искусственно для того, чтобы часть пользователей не смогла попасть на сайт. 95% из этих искусственно создаваемых запросов шли из-за рубежа.
Также мы получили серию новых коммерческих предложений, часто смешанных с угрозами. Мы по-прежнему отклоняем предложения людей, которые хотели бы превратить студенческое сообщество в обычный бизнес. «ВКонтакте» никуда и никому не будет продаваться.
Строго говоря, атаки были разновидностью проблемы высоких нагрузок на сайт. Но здесь советы Бунина – да и ничьи – не помогали. Дуров спал по несколько часов в день, метался, злой, с мутными глазами, между серверной и компьютером. Наконец он наткнулся на статью в журнале «Хакер» о том, что некий сисадмин написал на языке Perl программу, которая вычленяет IP-адреса нападающих, и затем сервер блокирует их. Операция происходит каждые три секунды.
Статья подтолкнула их с братом к созданию своего защитного кода, и Николай написал нечто похожее. Протестировали, доработали, опять протестировали, снова доработали – пока не удалось частично купировать атаки. Нервотрепка продолжалась, но задача начала решаться.
Дуров размышлял, кто мог быть заказчиком. Предположим, конкуренты из MoiFacultet. Простите, но один час такой атаки стоит 500 долларов, а «ВКонтакте» подвергали DDOS-набегам сутками. Откуда столько денег у стартапа? К тому же средства явно эффективнее вложить в продвижение, серверы. Вряд ли это австралийцы и компания. Но кто же?
Пока Дуровы боролись с хакерами, акционеров долбил иной тип атакующих: инвесторы. Стартап, запустившийся без рекламы и набравший 100 000 юзеров, привлек внимание всех, кто хоть немного разбирался в интернете. Одни хотели сотрудничать, другие – приобрести компанию. Дуров в этих встречах не участвовал, отдувались Слава и Лев.
Установка звучала просто: не отдадим никому не то что контроль, даже блокирующий пакет. И вообще, сделка нужна вам, инвесторам, а не нам; мы растем и с каждым днем увеличиваем свою стоимость.
«ВКонтакте» вела переговоры с разными деятелями, от Романа Симонова из Delta Private Equity Partners до отца «Одноклассников» Альберта Попкова и его партнеров – латвийцев из Forticom. Некоторые предложения звучали заманчиво, но Слава и Лев отвергали их, загипнотизированные верой Дурова, что можно продаться позже и тому, кто предложит наибольшую сумму и при этом гарантирует минимальное вмешательство в управление «ВКонтакте».
Впервые искренне заинтересовавшее их предложение партнеры услышали в апреле. Слава позвонил Павлу и сообщил, что ему наверняка будет интересно поприсутствовать на встрече с Юрием Мильнером.
Знаменитый венчурный капиталист, впоследствии инвестировавший в Facebook, Twitter, Groupon и других передовиков интернета, в 2007 году был не так известен. Но то, что он собрал под знамена своего Mail.ru «Одноклассников» и игровой холдинг Astrum, интриговало даже дилетантов. Мильнер не напирал на основателей. Его предложение звучало как «встретимся и поговорим», а не «продавайтесь, или запустим свою сеть и сотрем "ВКонтакте" с лица земли».
Переговорщики собрались на Тверской и уселись за столом. Светящийся доброжелательностью Мильнер, не выспавшийся из-за атак Дуров в черной водолазке и черных брюках, очень деловые и вежливые Слава и Лев.
Впоследствии умение Мильнера заключать сделки стало легендой. Он умел мгновенно разобраться, с кем имеет дело. Стартапу с неочевидной перспективой мирового господства он предлагал рыночную цену. Вот как описывал это основатель LiveInternet.ru Герман Клименко:
Он приходит и говорит: «Вы будете стоить 20 млн долларов, а я вам дам два». Вы говорите: «Да? Ну и на х… пошел!» И уходите домой. А у вас, допустим, безработная жена и зарплата 300 долларов в месяц. Ну или неважно сколько. И вы жене говорите: «Знаешь, дорогая, ко мне сам известный инвестор пришел, 2 млн долларов обещал. И я ему сказал "На х… пошел"». Жена начинает пилить, и через две недели вы сами позвоните и скажете: «Ну ладно, пять!» А инвестор знаете что ответит? «Один!» Вы скажете: «Как же так! Вы обещали хотя бы два!» А он уже передумал…
Если же Мильнер видел блестящее будущее и пассионарных основателей, то назначал цену выше рыночной. Это было частью прославленного стиля DST Deal – сделки, при которой инвестор гарантирует невмешательство в дела компании, не настаивает на месте в совете директоров, а главное – не парит мозг сложносочиненным контрактом, довольствуясь документами на трех листочках. Опять же, не скряга и не торгуется, как на базаре.
Сын академика Мильнера, советского экономиста, бывший физик, работавший в одном институте с академиком Сахаровым, Юрий пришел к своему пониманию будущего, наткнувшись в 1999 году на обзор перспектив интернет-бизнеса от аналитикессы банка Morgan Stanley Мэри Микер. К тому времени он окончил Уортонскую школу бизнеса, поработал во Всемирном банке и брокерской компании Михаила Ходорковского[9].
Кстати, этот олигарх был для Мильнера чем-то вроде кумира. Поэтому тролль Дуров не признался инвестору, что после отправки Ходорковского в тюрьму он повесил дома в туалете тяжелую раму с портретом олигарха, чем эпатировал математиков, заходивших в гости к брату.
Осознав, что интернет – это среда будущего, а вести в ней бизнес – великий вызов, Мильнер открыл свою компанию. В 2006 году она преобразовалась в холдинг Mail.ru. Стратегия его заключалась в том, чтобы сожрать все перспективные коммуникационные проекты в российском интернете и окрестностях. Мильнер понял, что деньги идут вслед за разными формами взаимодействия людей, и начал скупать соцсети.
Позже, когда он начал инвестировать в мировых гигантов, Кремниевая долина переполошилась: вести дела как Мильнер считалось фриковством! Во-первых, не принято инвестировать в компании на стадии перед IPO. Во-вторых, принято рассчитывать цену не на основе прибыли, а на основе востребованности идеи в будущем… Впрочем, Мильнер крутил чужие деньги: с ним сотрудничал металлургический и телекоммуникационный магнат Алишер Усманов. Поговаривали, что тот полез в интернет и медиа по просьбе власти, чтобы контролировать каналы доставки контента, его производителей и саму информационную среду будущего.
Первый вопрос Мильнера к Дуровым касался трафика: «Как справляетесь с нагрузками на серверы?» По воспоминаниям Левиева, Павел был совсем неопытным переговорщиком и почти никогда до этого не общался с бизнесменами. Но тут тотем почувствовал, что инвестор серьезный, и включил свое умение нравиться. Если бы кто-то взялся составить рейтинг боев по интеллектуальному карате, эта дуэль, выглядевшая как мирная беседа, туда точно вошла бы. Два талантливых пиарщика – Мильнер и Дуров – проводили взаимную разведку боем.
Тотем не стал раскрывать карты и ответил, что с нагрузками хлебнули дерьма, но сейчас все в порядке. Мильнер сочувственно выслушал и задал второй вопрос: «Как раскручиваетесь?» Дуров ответил «органически» и добавил, что не считает необходимым тратить деньги на рекламу – айподы и полоса в студенческой газете «Сачок» не в счет. Если проект кому-то нужен, молва о нем разлетится подобно эпидемии. Несмотря на атаки, аудитория «ВКонтакте» продолжала расти в геометрической прогрессии.
Мильнер приезжал в Петербург еще несколько раз, и в одной из бесед промелькнула информация, что директор Mail.ru Дмитрий Гришин считает «ВКонтакте» конкурентами. Гришин запускал соцсеть на основе почтового сервиса Mail.ru под названием «Мой Мир». Кроме этого, DST в рамках своей «коммуникативной» стратегии приобретала долю в «Одноклассниках».
Дуров не придал мнению Гришина большого значения, так как считал конкуренцию благотворной, но однажды сопоставил даты визитов Мильнера и атак на сайт и увидел, что они практически совпадают. Впрочем, железных доказательств того, что инвестор санкционировал проверку «ВКонтакте» на прочность через менеджера подконтрольной ему компании, Дурову получить не удалось.
Первая встреча закончилась безоблачно. Дуров Мильнеру понравился. Человек в черном сознавал, как интернет меняет человеческие жизни, какие потребности он удовлетворяет, и не стремился быстрее накосить бабла. Последнее для Мильнера было важным, так как он понимал, что проекты, выжимающие копейку, рано или поздно начинают раздражать пользователей, и они уходят.
Летом речь зашла о конкретных условиях. Мильнер оценил «ВКонтакте» в 40 млн долларов. Стороны начали торговлю, и здесь на первый план вышел Слава. Он заявил, что соцсеть стоит 60 млн. Свою позицию он отстаивал настолько яростно, что Мильнер согласился отдать 15 млн за долю в 24,99%. При этом капиталист выбил себе право ее увеличения до 49%.
Сделку оформили быстро, изящный договор в стиле DST Deal был подписан в июле. Если бы теперь Перекопский предъявил Дурову старый потешный счет – мол, где заработанный миллион, – тот показал бы ему бухгалтерский баланс. Но Перекопский вспомнил о том споре не скоро, потому что будущее, вырисовавшееся после альянса с Мильнером, ослепляло своим блеском гораздо сильнее золота.