Я не ошибся. История Небесного Воинства Стражей Перекрёстка оказалась действительно интересной. Миссию по защите живых миров на драконов возложили… барабанная дробь… Ушедшие. Нуууу, почти. Де-юре драконов тоже можно отнести к Ушедшим. Они встали на путь Стражей ещё в ту пору, когда Ушедшие развивались в материнском мире и защищали соплеменников от проникающих извне тварей Перекрёстка. Именно тогда и зародился орден Небесного Воинства Стражей, уже после исхода переименованный в Небесное Воинство Стражей Перекрёстка.

Драконы стали, так сказать, боевым крылом этой странной разнорасовой цивилизации, которая первой вышла за пределы материнского мира и вступила на Перекрёсток. В ту пору живых миров было гораздо меньше, чем сейчас. И всё из-за мусорщиков. Эти не пойми откуда появляющиеся паразиты выискивали зарождающиеся на Перекрёстке островки жизни, вторгались в миры, а потом, словно саранча, пожирали всё подряд. Но мироздание — очень сложная штука. Однажды появилась раса, способная дать отпор внешним агрессорам. Раса, которая освоила рунную магию, магию Перекрёстка.

С тех пор Стражи Перекрёстка ведут непрерывную войну с мусорщиками. Драконы выступали в роли тарана, который очищал определённую местность, после чего учёные Ушедших создавали над наиболее перспективной территорией, где пересекаются естественные энергопотоки, защитную сферу, препятствующую проникновению мусорщиков, вокруг которой возводились сторожевые башни. Часть Небесного Воинства оставалась на страже. Драконы навечно связывали свою суть с островком будущей жизни и тем самым способствовали её зарождению, а созидатели Ушедших подключали сферу к единой сети, к системе. И уже потом система регулировала все процессы внутри сферы и способствовала появлению благоприятных условий для зарождения новой жизни. Система черпала энергию из рунной породы Перекрёстка и создавала материки, моря, океаны и леса, а Стражи вкладывали в мир частичку себя, чтобы наполнить их жизнью. Ну а Ушедшие двигались дальше.

Страж, с которым я разговариваю, точно не знает, сколько прошло времени с тех пор, как соплеменники покинули этот сегмент Колыбели Миров, но случилось это очень давно. Стражи стали свидетелями зарождения, развития и угасания жизни в подконтрольном мире. Местные жители переоценили свои возможности, и один из магических экспериментов с рунами привёл к жуткой трагедии. Они умудрились повредить защитную сферу изнутри, и в изолированную внутреннюю среду мира начал проникать токсичный воздух Перекрёстка, который медленно уничтожил всё живое, а жителей превратил в нежить.

Я не ошибся. Это именно тот мир, где мне довелось побывать. Мир, где глубоко под землёй длительное время пытались выжить остатки жителей, что ушли с поверхности умирающей планеты, но так и не преуспели. Сейчас это Город Мёртвых.

Чем сильнее мир, чем больше в нём жизни, тем сильнее его Стражи. Это — непреложный закон. Но закон работает и в обратную сторону. По мере гибели жизни на планете начали слабеть Стражи, и мусорщики постепенно начали брать над драконами верх. Сейчас пал один из последних защитников, и трое оставшихся не смогут продержаться долго. Этот мир обречён. Очень скоро мусорщики хлынут в него огромным потоком и за несколько лет поглотят всё до последней песчинки, и тогда давление на соседние сферы многократно возрастёт.

Вот почему Стражи сражаются до последнего. Чтобы дать собратьям немного времени. Обманки, которыми Стражи отвлекают мусорщиков от своих границ, помогают убрать от сфер часть врагов, но для переноса материи в каньоны требуется много энергии, и проводят такие операции не сказать чтобы часто.

— Ты ступил на опасный путь, потомок, — закончив краткий исторический экскурс, перешёл к сути так и не представившийся дракон. — Обретение силы не должно делать тебя слабее.

— Ты говоришь об этом, Страж? — сообразив, что имеет в виду дракон, указал я на перстень с оранжевой руной внутри.

— Да, — устало выдохнув, ответил ящер. — Именно это извращающее суть рунной магии умение и стало причиной падения моего мира. Ушедшие ограничили мощь рун не просто так. Рунное мастерство, доступное смертным, — это лишь малая часть силы рун, но рунным мастерам моего мира показалось этого мало. Они смогли частично снять запрет Ушедших и повысить мощь рун за счёт силы собственного интеллекта, но не учли, что цифры в параметрах — это не просто отражение достижений определённого пользователя, а константа, необоснованное изменение которой приводит к весьма печальным последствиям. Ты ещё очень юн, потомок, и не осознаешь, с какой фундаментальной силой вступил в игру. Послушай совет того, кто видел падение целого мира своими глазами. Избавься от опасного знания и восстанови баланс, пока изменения не зашли слишком далеко и не свели тебя с ума.

Хм, неожиданный поворотец. Но что-то в словах стража не сходится.

— То есть скачок параметров вверх допустим, а обратный процесс под запретом? — вспомнив, как сильно подросли мои значения мудрости и интеллекта после поглощения знаний из кристалла Ушедших, спросил я.

— Чья вина в том, что ты использовал лишь часть текущего потенциала собственного разума? — по-стариковски кхекнув, задал риторический вопрос дракон. — Обстоятельства, при которых произошёл скачок, лишь заполнили пустующую, но уже существующую нишу. Обратный же процесс постепенно разрушает разум.

— Ладно, допустим, я хочу вернуть всё как было. Как мне это сделать? — в лоб спросил я.

— Выжечь ростки скверны сможет лишь истинное рунное пламя, потомок, — ответил дракон, а по моей коже пробежал холодок. Скверна. Так вот что почувствовал во мне инквизитор. Не Дар Ушедших, а осквернённое рунное искусство. — Я могу помочь тебе с этой проблемой, потомок. Моя искра почти угасла, но небольшой поток очищающего пламени я создать смогу. Конечно, если ты сам желаешь этого. Оступиться по незнанию может каждый. Признать ошибки и попытаться что-то изменить — лишь сильный. Но у всего есть цена.

— И какова же цена очищения? — напрягся я.

— Боль, потомок, — ответил Страж. — Очищающее рунное пламя не навредит материи, но ростки скверны уже проросли в твоё тело, и, если ты хочешь вернуться в свой мир, тебе в любом случае придётся потерпеть.

— В каком смысле? — сглотнул я, хотя уже прекрасно понимал, к чему клонит дракон.

— Мои братья не пропустят тебя в свой мир, если в тебе будет росток скверны, — не обманул моих ожиданий Страж. — Так что либо ты пройдёшь процедуру сейчас, либо у сторожевого поста в свой мир.

— Либо буду вечно скитаться по Перекрёстку, — с усмешкой добавил ещё один вариант я.

— Либо так, — подтвердил Страж.

— А как быть с уже созданными артефактами? — кивком головы указав на перстень, спросил я.

— Не имеет значения, — ответил Страж. — У любого оружия есть свой срок службы. Рано или поздно оно сломается, и если в мире не останется тех, кто сможет создать новое, то, значит, всё было сделано не зря.

— Я уверен, что не единственный, кто владеет этим знанием, — сообщил я. — Мне неизвестно, сколько учебников по рунной артефакторике было вынесено из Города Мёртвых.

— Этой информацией владеют Стражи твоего мира, и перед возвращением ты получишь от них задание, потомок. Скверна не должна распространиться и погубить ещё один живой мир, — будничным тоном проговорил дракон. — У меня осталось мало времени. Каково будет твоё решение?

— Я хочу избавиться от скверны, — принял решение я. — Но ты говорил, что тебе нужна помощь. Что я могу для тебя сделать?

— Ты можешь спасти моё дитя, — огорошил меня дракон.

— Дитя? — тупо повторил я.

— Да, — подтвердил дракон. — Не думал же ты, что Стражи бессмертны?

— Если честно, то думал, — смутился я.

— Нет ничего вечного, потомок, — усмехнулся дракон. — Стражам дарована долгая жизнь, но даже мы смертны. Мы чувствуем приближение последнего полёта и заранее готовим себе преемника. Как только дитя вылупится из яйца, его судьба будет навечно связана с этим миром. Я не желал своему ребёнку такой участи и замедлил его появление. Я прошу тебя забрать яйцо с собой.

— И что мне с ним делать? — нервно сглотнул я.

— Я прошу тебя пробудить дитя, когда ты вернёшься в свой мир, и помочь ему окрепнуть, — проговорил дракон, голос которого стал намного тише. Похоже, что силы Стража на исходе. — Всего несколько лет жизни в новом мире будет достаточно для установления прочной связи, и тогда у этого мира появится ещё один Страж.

— И как мне скрывать от всех здоровенного дракона? — не на шутку испугался я.

— Ооо, проблем с этим у тебя не будет, — улыбнулся Страж. — Материя весьма пластична, и дитя сможет принять любой вид.

— Хорошо, — кивнул я. — Я выполню твою просьбу.

— Спасибо тебе, потомок, — благодарно прикрыв здоровенные жёлтые глаза, проговорил дракон. — И ещё один момент. Я не хочу, чтобы мои кости поглотили мусорщики. Забери их себе, уверен, ты придумаешь как ими распорядиться.

— Эмммм, ладно, — немного смущённый такой странной просьбой, ответил я.

— Я рад, что встретил тебя, потомок, и прощай, — проговорил Страж, затем поднял голову, раскрыл пасть, в глубине которой всё сильнее разгоралось фиолетовое пламя, а потом без предупреждения выдохнул.

Пожалуй, не буду подробно описывать свои ощущения. Страж не обманул. Было больно. Охренеть как больно. Казалось, что пламя выжигает не скверну, а частички моей души. Хм, а может быть, эта зараза как раз там и поселилась? Ладно, чего уж теперь.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда сознание вернулось и я смог подняться на ноги, то обнаружил рядом с собой угольно-чёрный скелет дракона, в центре которого светилось золотом покрытое чешуёй яйцо и такой силой от него веяло, что у меня по коже аж толпы мурашек забегали.

Фуууух, вот это встрясочку мне устроил Страж. Так, а что там с моими параметрами? Показатели мудрости и интеллекта вернулись к прежним значениям. Значит, сработало. Дракон сделал обещанное и действительно выжег из моего цифрового профиля запретное знание. Ладно, у меня ещё будет время хорошенько обмозговать всё случившееся. Мусорщики не могли не почувствовать смерть Стража и скоро будут здесь.

Сделал несколько десятков скриншотов с разных ракурсов, чтобы зафиксировать в электронной записной книжке правильное расположение всех костей. Видимо, дракон намекал на моё ремесло конструктора некротической плоти, когда говорил о том, что я найду его костям применение. Мечты о собственном костяном драконе, похоже, только что получили шанс воплотиться в жизнь.

Подняв с земли одну из многочисленных чешуек дракона, начал спешно формировать руны пространственного хранилища. Как основа для артефакта чешуйка оказалась хорошей. В связке с руной-усилителем одного пространственного хранилища будет достаточно для упаковки всего скелета дракона, так что ни одной косточки я тут не оставлю. У меня всё в дело пойдёт.

Сами чешуйки распихал по седельным сумам Мора и своему инвентарю. Там ещё оставалось немного места. Хорошо, что я заблаговременно усилил их рунами. Что значительно увеличило их вместимость. Эх, мне бы ещё по пустоши пробежаться, да самые интересные кости мусорщиков прикарманить, но там как пойдёт. Слишком сильно рисковать всё же не стоит.

Мусорщики появились на горизонте довольно быстро, но к этому времени я уже успел закончить все намеченные дела. В этот раз тварей собралось раз в пять больше. Нечего и мечтать остановить такую толпу в одиночку. Вряд ли оставшиеся в строю Стражи бросят свои участки обороны, так что вскоре защита этого мира окончательно рухнет. Надо скорее возвращаться домой и перенастраивать портальную сеть Ушедших. Посещать Город Мёртвых больше нельзя, надо создавать новую точку для сопряжения порталов, хорошо, что у меня в распоряжении теперь есть необходимый кадр. Осталось только пробудить юного дракона, и молодой Ушедший не допустит прорыва мусорщиков из обречённого, осквернённого мира своего предка.

На этот раз особо скрываться я не стал и полетел к ближайшей сфере прямой наводкой. Мусорщики пытались меня перехватить, среди этих падальщиков есть и летающие особи, но не преуспели. Во-первых, маскировка работала, и засечь моё приближение врагам удавалось не сразу, ну а во-вторых, рунные стрелы разили тварей без промахов. Зачем преследовать кусачую цель, когда можно полакомиться плотью павшего соплеменника. Мусорщикам плевать, что жрать.

Свой мир я опознал издалека. Один огромный континент и множество мелких островов, разбросанных по океану. В самом центре — вытянутый вдоль экватора овал центральной провинции, окружённый барьером Ушедших. Такое не спутаешь ни с чем.

Меня встречали. Трое драконов выдвинулись навстречу и потребовали приземлиться на вершине сторожевой башни старшего Стража. Смысла спорить я не видел, поэтому послушно направил Мора в указанную сторону.

Сторожевые башни драконов впечатляли своими габаритами. Пара сотен метров в высоту и диаметром метров пятьдесят. Изготовлены из ровных серых блоков породы Перекрёстка и светятся рунными печатями, словно новогодние ёлки. Между соседними башнями мерцает фиолетовое энергетическое поле. Серьёзно у них тут всё с защитой. Ни одна мышь, в смысле мусорщик, не проскочит.

На вершине башни меня ждал, кхм, человек? По крайней мере, выглядит мужчина во впечатляющем чёрно-фиолетовом чешуйчатом доспехе как обычный человек. Видимо, это и есть анонсированная моим знакомым Стражем трансформация материи. Очень удобно, надо признаться. Можно принять облик любого разумного. Драконам, наверное, всё равно, а гостю говорить с себе подобным намного комфортнее.

— Приветствую тебя, Солт. Моё имя — Аэлир, я предводитель Небесной тысячи, что стоит на Страже этого мира, — первым заговорил дракон. — Отрадно видеть тебя в добром здравии. Я надеялся, что ты сможешь отыскать путь домой.

— Так ты знал, что меня выбросило из обычного хронопотока на Перекрёсток? — удивился я.

— Стражи знают о подконтрольном мире всё, — ответил Аэлир. — Я вижу, ты уже очистил свою душу от скверны.

— Да, меня уже просветили насчёт оранжевых рун, — угрюмо кивнул я, вспомнив, через что пришлось пройти, чтобы избавиться от этого знания. — Вам надо предупреждение крупными буквами через систему всем пользователям отправлять. Почему вообще не закрыть доступ в тот мир?

— Мы не вправе вмешиваться в естественный ход бытия, — ответил Аэлир. — Мы Стражи, а не пастыри.

— Но если скверна распространится, то вы однажды погибнете, — возразил я.

— Значит, на то будет воля судьбы, — пожал плечами дракон. — Не всякая жизнь проходит испытание временем, и это нормально.

— Но задание по уничтожению запретных знаний ты мне всё равно выдашь, — хмыкнул я.

— Я дам тебе информацию, — ответил мне такой же ухмылкой Аэлир. — А уж что с ней делать — решай сам. Скверна ещё не успела сильно расползтись по этому миру, но если не выкорчевать её ростки, то его постигнет та же судьба, что и мир боевого брата, чей потомок находится в твоём пространственном хранилище.

— Я так понимаю, ваш брат нарушил какое-то правило, — нахмурился я. — Надеюсь, у моего подопечного в будущем не возникнет проблем?

— Никаких проблем, Солт, — улыбнулся своим мыслям Аэлир. — Когда твой подопечный установит прочную связь с миром, я с радостью приму его в мою Небесную тысячу. Но пока молодой Страж не наберёт силу, он будет уязвим. Имей это в виду, Солт. Завладеть секретами рунной магии захотят многие.

— Ни одна чешуйка с тела не упадёт, — пообещал я, и Аэлир в голос рассмеялся.

— Ты молодец, иноземец, — посерьёзнел дракон. Мда, ничего от этих Стражей не скроешь. — Побольше бы таких людей, и мир стал бы чуточку лучше. Ладно, перейдём к сути. Нам известно, что через межмировые порталы было перемещено двадцать семь источников осквернённых знаний, — демонстративно взглянув на меня, проговорил Аэлир. — Двадцать находятся в руках Мёртвого Герцога, но нежить не может пользоваться рунами, даже осквернёнными, а готовые артефакты разрушатся после первого применения. Из оставшихся семи источников пять, включая твой, — справочники для начинающих, один продвинутый и один экспертный. Владеют ими высокопоставленные аристократы из разных королевств. Вот их имена.

Аэлир махнул рукой, и перед глазами возник список из семи имён, включая моё собственное, а потом без моего участия мигнула иконка, сигнализируя, что информация добавлена в записную книжку.

— Если осквернённый справочник сменит владельца, имя в списке изменится, — добавил Аэлир.

— А как быть с теми, кто уже изучил осквернённые руны? — задал вопрос я.

— Они не важны, — спокойно ответил дракон. — Изучить осквернённую руну можно лишь из справочника. Не будет источников этого знания — не будет и проблем. Те, кто владеет такими рунами, когда-нибудь умрут, а изготовленные ими артефакты выйдут из строя. Осквернённые руны нестабильны и при частом применении быстро разрушают артефакт.

— Прежде чем покинуть этот мир, я постараюсь уничтожить все источники осквернённого знания, — пообещал я. — Слушай, а нельзя такой же списочек с именами обладателей Даров Ушедших заполучить?

Аэлир расхохотался и строго пригрозил мне пальцем. Эхх, по всей видимости, это означает «нет». Ладно, придётся с этим вопросом как-нибудь разбираться самому.