Патрульные неуверенно переглянулись. Энтузиазма у них явно поубавилось: одно дело — трясти залетного бродягу, и совсем другое — связываться с благородным на жутковатой лошади, которая крошит камни, как сухари. Старший набрал в грудь побольше воздуха. Он уже открыл было рот, явно собираясь сказать что-то резкое, чтобы оставить последнее слово за собой и не уронить авторитет перед подчиненными.

Но договорить он не успел.

Мой некросканер, до этого мирно дремавший на задворках сознания, вдруг выдал резкий, отчетливый сигнал. Я перевел взгляд за спины патрульных и отчетливо ощутил, как совсем рядом, в густой тени леса, появились нежданные гости. Две тусклые, едва заметные точки некроэнергии. Обычные низкоранговые «Бродяги», тупые и медлительные.

Оставлять эту падаль бродить по округе не хотелось, да и возможность слегка развлечься за счет этих надутых стражей порядка выглядела слишком заманчиво.

Я мысленно потянулся к лесу, нащупал тонкие, оборванные нити управления и влил в обе цели порцию морт из своего источника. Ровно столько, чтобы взять их под контроль и заставить выйти на свет.

«Идите сюда, красавцы», — скомандовал я.

В кустах на обочине что-то громко, с треском ломающихся веток, ломанулось вперед.

Патрульные мгновенно обернулись на шум. Оружие со звоном покинуло ножны, кто-то нервно вскинул арбалет.

— Что за хрень! — взвизгнул один из стражников, отшатываясь.

Из зарослей, ломая сухие ветки, на дорогу неуклюже вывалились два мертвяка.

— Парнокопытные, — хмыкнул я. Я и сам, признаться, немного удивился. Некросканер ведь не передает визуальную картинку, а лишь показывает наличие мертвой энергии и примерный ранг.

Это оказались две лесные косули. Изрядно подгнившие, с облезлой шерстью, торчащими ребрами и пустыми глазницами, они выглядели жалко, но при этом весьма экзотично.

Интересные мертвяки. Обычно животные в Серой зоне гниют быстрее, чем поднимаются, если только их не обрабатывает кто-то целенаправленно. Эти, судя по всему, поднялись сами — классические «Бродяги».

Патрульные напряженно замерли, ожидая, что сейчас эти тупые куски мяса бросятся на них или, что еще вероятнее, просто споткнутся о собственные копыта и упадут.

Но у меня были другие планы на этот утренний спектакль.

Я не стал мелочиться и щедро влил в обеих косуль еще по порции морт, форсированно прокачивая их структуру. Кости животных сухо затрещали, мышцы под гнилой шкурой надулись, а ауры вспыхнули плотным, агрессивным светом. Из обычных, еле передвигающих ноги «Бродяг», они за пару секунд превратились в крепких, опасных «Матёрых».

— Господа патрульные, — я небрежно кивнул в сторону замерших на дороге тварей. — Разберитесь. Вы же тут порядок охраняете.

Старший выругался сквозь зубы и махнул рукой. Пятеро стражников, подбадривая себя криком, бросились на мертвых косуль с копьями наперевес.

Они ожидали, что твари будут медлительными. Это было их первой ошибкой.

Косули-Матёрые сорвались с места с пугающей скоростью. Первая легко увернулась от выпада копья, сбила стражника с ног мощным ударом костяного лба в грудь и лягнула второго задними копытами. Вторая косуля в прыжке сшибла с ног арбалетчика, прежде чем тот успел нажать на спуск.

Раздались крики боли, звон падающего оружия и отборный мат.

— Строй держать! — заорал старший, пытаясь организовать своих людей. — Руби им ноги!

Но «Матёрые» оказались слишком сильными и быстрыми для обычных деревенских увальней в форменных плащах. Они скакали между патрульными, нанося тяжелые удары копытами и с легкостью игнорируя скользящие удары. Вуди сел на ветку и, наклонив голову, наблюдал.

Вскоре стражи порядка, поняв, что ситуация выходит из-под контроля, начали позорно отступать, оттаскивая тех, кто попал под раздачу. Они быстро вскочили в седла и деру дали.

— Куда же вы убегаете? — удивлённо, с легкой издевкой спросил я, наблюдая за этим побоищем из седла Дорожки. — А как же защита мирного населения?

Бравый патруль, не обращая на меня внимания, развернулся и бросился наутек по тракту, надеясь спастись бегством.

— Взять их, — коротко скомандовал я мертвым косулям.

Мёртвые косули помчались за беглецами. И, естественно, оказались гораздо быстрее отягощенных броней людей. Они нагоняли патрульных с каждым прыжком. Беглецы уже почти достигли поворота, когда прямо перед ними с небес камнем рухнула крылатая тень.

Вуди, мой верный костяной дятел, с громким, сухим клекотом завис, хлопая крыльями, посреди дороги, намертво перегораживая путь к отступлению.

Патрульные в ужасе затормозили, едва не натыкаясь друг на друга. Впереди — кошмарная костяная птица, сзади — две разъяренные мертвые косули. Выбор был очевиден.

Побросав тяжелое оружие и щиты, они с истошными воплями ломанулись прямо в густой лес, спасаясь от нежити в единственном доступном направлении.

Обе косули, повинуясь моему мысленному приказу, тут же устремились следом за ними в подлесок, ломая кусты.

Я подождал, пока крики патрульных стихнут вдали, и с улыбкой затянул ментальный поводок. Вложенные морты послушно потекли обратно в мой источник, оставляя после себя приятное чувство наполненности. Лишенные подпитки, косули на ходу сдулись, потеряли скорость и агрессию, мгновенно деградируя обратно до уровня медлительных, тупых «Бродяг».

— Ну, с обычными «Бродягами» эти бравые парни, наверное, всё-таки справятся, — философски заметил я, обращаясь к Дорожке.

Кобыла фыркнула в ответ, и мы продолжили наш путь в столицу. Действительно, если нет, то и нафиг Большому Луговью столько доблестной стражи, не умеющей себя защитить.

Утро определенно задалось.

К вечеру Дорожка вынесла меня к окраинам городка с поэтичным названием Кривые Ольхи. Ольхи тут и правда имелись, а вот кривыми были в основном местные нравы. Городок жил за счет торговли лесом и обслуживания тех безумцев, что решались пересечь Серую зону, поэтому публика на улицах подобралась колоритная: наемники, угрюмые лесорубы и мутные личности без определенного рода занятий.

Я спешился у самого приличного на вид постоялого двора. Вывеска «Уютный очаг» немного покосилась, но из открытых окон пахло жареным мясом, а не кислой брагой, что уже было хорошим знаком.

Трактирщик встретил меня у стойки. Это был грузный мужчина с сальными глазками и профессиональной, намертво приклеенной улыбочкой, которая почему-то совершенно не затрагивала верхнюю часть его лица.

— Добро пожаловать, господин хороший, — елейно протянул он, вытирая и без того чистую стойку несвежей тряпкой. — Комнату желаете? Или сначала отужинаете с дороги?

— И то, и другое, — ответил я, бросая на стойку пару серебряных монет. — Лошадь в стойло, овса ей не жалеть. И комнату получше. Вообще-то лошадке овес был ни к чему, но она умела мастерски мимикрировать под обычную кобылу, в том числе лениво поедая овес на глазах у конюхов.

Трактирщик ловко смахнул монеты в огромный карман передника.

— Сделаем в лучшем виде! А позвольте поинтересоваться, откуда путь держите в наши края? Далеко ли направляетесь?

— В столицу, — коротко ответил я.

— О, в саму столицу! — он всплеснул руками, хотя взгляд его оставался колючим и цепким, ощупывая мою одежду, оружие и дорожные сумки. — Должно быть, по важным торговым делам? Вы, простите за прямоту, не похожи на обычного купца.

— Господин дворянин Артур Горд, — представился я, чуть скривившись. Терпеть не могу этот обязательный местный политес.

Брови трактирщика поползли вверх, обнажая нездорово-желтые белки глаз.

— Дворянин? И без солидной охраны? Рисковый вы человек, господин дворянин Артур. Сами наверняка знаете, у нас леса неспокойные.

— Авось не обгажусь, — холодно отрезал я, давая понять, что допрос окончен. — Так что с комнатой?

— О, прошу прощения за болтливость! Лучшая комната на втором этаже ваша. Там даже своя банька имеется. Небольшая, но после дороги — самое то! Водичка в бочке свежая, родниковая, только-только натаскали.

Ужин оказался сносным, а вот комната и впрямь порадовала относительной чистотой. Примыкающая к ней каморка гордо именовалась банькой. Внутри обнаружилась огромная деревянная бочка, доверху наполненная приятно теплой водой.

— Ах ты ж сальная крыса, — беззлобно бросил я.

Идея была изящной, признаю. Трактирщик явно подрабатывал на стороне, продавая накопленную энергию на черном рынке.

Но он не учел одного: я не был ни обычным человеком, ни средним магом. Я был боевым некромантом. А мы с чужими артефактами разговор ведем короткий.

Вместо того чтобы выскакивать из воды, я перехватил тонкий поток силы, который пытался отщипнуть артефакт, и развернул его в обратную сторону. Структура накопителя дрогнула под моим напором, и он послушно начал отдавать мне то, что успел собрать с предыдущих постояльцев. Немного, морт двадцать, но мелочь, а приятно.

Вымывшись и переодевшись, я решил выяснить, чем еще промышляет наш гостеприимный хозяин. Короткий ментальный приказ — и Вуди, который до этого дремал на крыше конюшни, бесшумной тенью скользнул к окну на первом этаже, где находилась подсобка трактирщика.

Связь с птицей-разведчиком работала отлично. Картинка была смазанной из-за грязного стекла, зато звук передавался идеально.

— Он уже искупался поди, — донесся до меня приглушенный голос трактирщика. — Клиент тепленький, спать будет как младенец.

— Может, тогда прямо сейчас его и грохнем? — раздался второй, прокуренный голос. — Зачем ждать? Перережем горло в постели, тихо и чисто.

— Ты совсем тупой? — зашипел трактирщик. — В моем заведении? А репутация? Ко мне потом ни один приличный купец не завернет! Нет. Подкараульте его завтра на выезде из города. У Кривой балки, там самое удобное место. И только не забудьте про мою долю. Этот тип — дворянин, едет один, и он явно при нормальных деньгах.

— Ладно-ладно, не кипятись. Сделаем чисто. Завтра к обеду жди с долей.

Я лишь хмыкнун, разрывая связь с Вуди. Классическая схема. Провинциальный криминал в своем первозданном, незамутненном виде.

Заперев дверь на засов и проверив арбалет, я завалился на жесткую кровать и совершенно беспечно уснул. Если меня хотят убить только завтра на выезде из города, зачем портить себе здоровый сон сегодня?

Утро выдалось туманным. Я расплатился с трактирщиком, который провожал меня с доброжелательным лицом, вывел Дорожку и неспешным шагом покинул Кривые Ольхи.

Примерно через час езды лес впереди сгустился, а дорога сузилась, образуя естественное бутылочное горлышко. Та самая Кривая балка.

Их было четверо. Они выехали из-за деревьев совершенно открыто, преграждая путь. Выглядели как классические лесные душегубы: грязные кожаные доспехи, засаленные волосы и недобрые ухмылки.

— Доброе утро, господин хороший! — фальшиво-радостно крикнул старший из них, здоровяк с кривым шрамом через всё лицо. — Заблудились, поди?

— Доброе, — приветливо кивнул я в ответ, останавливая Дорожку. — Да нет, дорога здесь одна. И судя по всему, платная?

— Догадливый! — заржал другой бандит и тут же резко, без перехода, выхватил меч из ножен. Остальные последовали его примеру, пришпоривая коней. — Только тариф, господин хороший, сегодня вырос, уж извини.

Они мне даже понравились. Никаких долгих разговоров о тяжелой судьбе, никаких попыток взять в плен ради выкупа. Сразу за оружие и в бой. Профессионалы.

Жаль только, что их профессионализм разбился о мою кобылу-сверхмутанта. Дорожка даже не дала мне достать клинок. Она просто рванула вперед. Первый бандит отлетел в кусты вместе с лошадью после таранного удара грудью. Второму я мимоходом всадил арбалетный болт в глаз. Оставшиеся двое попытались развернуться, но Дорожка уже догнала их, раздробив одному ключицу копытом, а второго я аккуратно снял с седла ударом клинка. Вуди сегодня оказался не у дел — просто сидел на ветке и внимательно смотрел на эту быструю разборку.

Через минуту всё было кончено. Четыре трупа лежали на примятой траве.

Я спешился, потянулся и подошел к здоровяку со шрамом, у которого в глазу торчал мой болт.

— Хорошие ребята. Работящие. Жаль, что глупые.

Выдернув болт, я привычным жестом влил в каждого из свежих жмуриков по десятку морт. Глаза трупов синхронно распахнулись, наливаясь тусклым зеленым светом. Они неуклюже поднялись на ноги, ожидая приказа.

— Значит так, — сказал я, обращаясь к своей новой неживой свите. — Возвращаетесь в трактир «Уютный очаг». Заходите прямо через парадную дверь. Находите хозяина. И передайте привет вашему другу. Можете даже чаевые не оставлять.

Мертвяки-бандиты, пошатываясь, развернулись и побрели обратно в сторону Кривых Ольх.

Я залез в седло, мысленно пожелав трактирщику хорошего дня и крепких нервов, когда к нему ввалится его же неживая карательная команда. Отпуск всё-таки продолжался.

* * *

Трактир «Уютный очаг»

Утро в трактире выдалось на редкость тихим.

Хозяин «Уютного очага» стоял за пустой стойкой и меланхолично натирал стакан несвежей тряпкой. Посетителей еще не было — лесорубы ушли на делянки до рассвета, а редкие наемники отсыпались после вчерашней попойки.

Трактирщик был в прекрасном расположении духа. Правда, с утра его немного расстроил артефакт в купальне — накопитель почему-то оказался абсолютно пуст, словно выгорел изнутри. Но это было лишь мелкой неприятностью на фоне грядущего куша. Тот щеголеватый столичный дворянчик с надменным лицом покинул город ровно по графику. А значит, ребята у Кривой балки уже сделали свое дело.

Петли входной двери протяжно скрипнули.

Трактирщик вскинул голову. На пороге показались четверо. Их кожаные куртки были перепачканы землей, а шаги звучали как-то странно — тяжело, шаркая, словно они все разом оттоптали себе ноги. Но главное — подельники вернулись и не кинули трактирщика. Здоровяк со шрамом шел первым.

Трактирщик отложил стакан и проворно выкатился из-за стойки, потирая пухлые руки.

— Грабанули этого юнца⁈ — радостно осклабился он, подходя ближе. — Ну что, где моя доля? Много у него с собой было? Есть чем поживиться?

Здоровяк со шрамом ничего не ответил. Он просто шагнул навстречу и внезапно, с нечеловеческой скоростью, впился зубами прямо в пухлую шею трактирщика.

Брызнула горячая кровь. Хозяин заведения захрипел, выпучив глаза от боли и непонимания, попытался оттолкнуть подельника, но тут же трое остальных молча навалились на него с трех сторон. Они повалили визжащего мужчину на засыпанный опилками пол. Не было ни ругани, ни дележа добычи. Только жадное, влажное чавканье и треск рвущейся плоти.

Некромант, отправивший их сюда, дал предельно четкий приказ. У этих посыльных было важное задание: не просто убить, а не оставить в черепе хозяина ни унции мозгов, чтобы эта сальная крыса потом случайно не восстала в виде бесхозного мертвяка. И бандиты, ставшие идеальными исполнителями чужой воли, подошли к задаче со всем усердием, методично вскрывая голову своего бывшего нанимателя.

Когда с трактирщиком было покончено, в зале воцарилась тишина.

Четверо мертвяков медленно поднялись на ноги. Их одежда насквозь пропиталась свежей кровью, а приказ в их мертвых головах подошел к своему логическому завершению. Оставался лишь последний пункт программы, заложенный заботливым лордом Гордом.

Здоровяк со шрамом подошел к массивному дубовому столбу, подпиравшему потолок, и с размаху ударился об него головой. Потом еще раз. И еще. Остальные трое последовали его примеру, используя каменную кладку камина и углы тяжелых столов.

Спустя пару минут глухие удары стихли. Четыре тела с проломленными черепами рухнули на пол рядом с изувеченным трактирщиком. На этом их короткая посмертная жизнь окончательно закончилась.

* * *

Ферма Горда, Большое Луговье

День на ферме Нордов шёл своим чередом, пока тишину утреннего двора не нарушил отчетливый, быстрый перестук копыт. Кира, набиравшая воду у колодца, нахмурилась. Гости в Серой зоне редко приносили с собой хорошие новости. Разглядев на тракте знакомый форменный плащ, она резко повернулась к возившемуся неподалеку Фролу.

— Фрол, прячься! Живо, — скомандовала она негромким, но не терпящим возражений тоном.

Бывший адепт замер с охапкой хвороста в руках и растерянно моргнул:

— Зачем? Кто там? — спросил он, пока Кира внимательно вглядывалась вдаль, на холм за воротами.

— Капитан-сканер. Тебя он точно заметит, — коротко бросила Кира, указывая подбородком в сторону ворот. — Ты же некромант, у него Дар на твой фон мигом сработает.

— Не сработает, — тихо, но с некоторой профессиональной обидой возразил Фрол, не желая ронять авторитет своей бывшей секты. — В Ордене нас в первую очередь учат маскироваться и скрывать свою суть. У меня по скрытности твердая четверка была.

— И все же иди проверь грядки, — отрезала Кира, не желая рисковать.

— Хорошо, — обреченно вздохнул парень и шустро растворился в глубине огорода.

Кира пошла к воротам, пошла сама встречать капитана. Осадив коня, он придирчиво оглядел ожившее хозяйство, покосился на покачивающиеся у забора подсолнухи, которые втянули пасти в состоянии сна и выглядели как обычно, и наконец остановил свой цепкий, липкий взгляд на Кире.

— Доброго дня, красавица, — Роджер попытался слащаво улыбнуться, но в его глазах читалось явное раздражение. — А где твой невозмутимый хозяин? Мне сообщили мои патрульные, что господин дворянин Артур покинул поместье и направился на запад. Скорее всего, в столицу.

Кира спокойно вытерла руки о фартук, ни единым жестом не выдавая внутреннего напряжения.

— Возможно, у него появились какие-то дела в столице, — ровно ответила она.

— Или он отправился к графу Брисману, — с намеком предположил Роджер, сильнее наклоняясь с седла. — Вообще-то это именно я сообщил господину Артуру, что его разыскивают столичные вельможи. Рисковал, между прочим, служебным положением. Так что мне по всем законам чести полагается доля награды, которой одарят его Брисманы за спасение дочки.

— Я ничего не знаю, — сухо ответила Кира.

Этот холодный отпор и явное нежелание блондиночки идти на контакт окончательно взбесили капитана. Роджер разозлился, резко соскочил с коня и, тяжело ступая сапогами, подошел к ней почти вплотную, собираясь надавить авторитетом власти.

— Ты мне зубы не заговаривай, я… — начал он, угрожающе нависая над ней.

Но договорить патрульный не успел. Из тени ближайшего навеса с резким, свистящим свистом вырвалась гибкая зеленая плеть. Хлесь! Лиана с размаху хлестнула его по лицу, оставив на щеке горящий багровый след.

— Твою мать! — Роджер с криком отшатнулся, хватаясь за эфес меча и дико оглядываясь по сторонам. — Что за хрень⁈

Его полный ужаса взгляд уперся в массивную фигуру, беззвучно соткавшуюся из предвечерних теней. Неподалёку стоял Олег. Одетый во всё черное, с глухой кожаной маской, полностью закрывающей лицо, он выглядел как элитный столичный ликвидатор.

— Это ещё кто такой? — заикаясь от нахлынувшего страха, выкрикнул капитан, пятясь назад к своей лошади. — Откуда он взялся⁈

Мертвяк медленно сделал шаг вперед. Воздух вокруг него странно завибрировал, наполняясь тяжелым, давящим фоном концентрированной магии.

— Позвольте представить, это Олег, наш работник, — спокойно произнесла Кира, пока немой великан буравил незваного гостя тяжелым взглядом.

Капитан судорожно глянул на свой поисковый амулет на шее, но прибор просто зашкаливал, выдавая безумный коктейль из чудовищной физической мощи и древней природной энергии.

— Маг-друид? — ошеломлённо, теряя остатки спеси, переспрашивает Роджер. Его глаза едва не вылезли из орбит от глубокого шока. — Откуда у Артура в гвардии целый маг-друид⁈ Да такие люди на вес золота!

Кира посмотрела на совершенно бледного офицера, который уже судорожно цеплялся за луку седла, и спокойно произнесла:

— Вам пора. Господин Артур вернется — тогда и будете с ним разговаривать.

Олег, словно запечатывая её слова, недвусмысленно покачал в воздухе тяжелой, покрытой острыми шипами лианой. Плеть живой змеей скользнула по траве, готовая к новому удару.

Роджера дважды просить не пришлось. Окончательно сломав свои провинциальные стереотипы о «бедном северном дворянине», капитан в панике взлетел в седло, круто развернул коня и с бешеной скоростью умчался прочь по тракту, даже не думая оглядываться.