Отчаянно петляя среди руин, я внезапно выскочил на открытое пространство. И едва успел затормозить перед зияющим непроницаемой тьмой провалом в земле, где небесный свет тонул где-то в глубине, высвечивая лишь узкими полосами верхний край отвесных щербатых стен. Один шаг, и…

Жуткая расселина тянулась в обе стороны насколько хватало взгляда, распахнувшись на шесть-семь метров в ширину и пень знает сколько в глубину. Короче — не перескочить.

Быстро сориентировавшись, я припустил вдоль края. Здесь путь словно был кем-то заботливо расчищен от обломков развалившихся строений и бежать стало легче. И как же здорово, что эффект после зелья практически устранил последствия травм. Увы, догонять по краю расселины тоже оказалось неплохо: дробный топот за спиной ускорился, и я с трудом подавил инстинктивную реакцию оглянуться. Видимость паршивая, лучше смотреть под ноги, иначе запросто можно навернуться. И хорошо, если просто грянусь мордой о землю, а не в проносящуюся в шаге справа пропасть. Да и не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться о сути преследователя. Ну а кто сказал, что бронехренец в локации водится в единственном экземпляре⁈

Увидев бегущий прямо на меня из темноты крупный приземистый силуэт, я едва не заорал от неожиданности, но с поразительной для себя самого прытью свернул под прямым углом в сторону от пропасти, не мешкая и не снижая скорости. И даже наподдал ещё. Где мне одолеть двоих, когда я и с одним еле справился⁈ Да и то ценой единственного мощного умения, которому перезаряжаться ещё сутки⁈

Бежать, только бежать…

Третьего броненосца, бодрой трусцой пыхтевшего навстречу по узкому коридору среди руин, я заметил, когда до него оставалось метров десять. Его силуэт почти не выделялся в черноте тени, отбрасываемой ближайшим каменным столбом, и лишь некое шевеление во тьме позволило его заметить вообще. Шевеление и топот.

Я развернулся на сто восемьдесят и рванул обратно, к пропасти.

Сердце трепыхалось в груди, как птица в силках.

Обложили! Нет сомнений, что этих тварей привлекла иллюминация «Последнего аргумента». Раз они добрались только сейчас, то видать, издалека пришлось переться. Вот лучше бы соклановцев так привлечь, а не монстров!

Сильно сомневаюсь, что на этот раз мне дадут спастись на каком-нибудь каменном возвышении. Да и подходящих укрытий при такой суматошной гонке, в темноте, не разглядишь. Если один броненосец сумел раздолбать каменный столб, то на что способны несколько? Вот именно — камня на камне не оставят. Так что, пока страх вызывает прилив сил, пока адреналин горячит кровь…

Всё это молниеносно мелькнуло в уме.

От решения, которое пришлось принять, волосы уже встали дыбом, а сердце ушло в пятки. Ничего, Филин, ничего, пока боишься, пока есть чем бояться — значит, ещё жив. Другого шанса уцелеть я в этот момент просто не видел. Или из-за паники мозги отказали.

Три десятка метров пролетел как камень из пращи. Вот уж действительно — второе дыхание, несколько минут назад едва костыли переставлял. Впрочем, говорить про скорость бега относительно мага — очень такая большая условность. Ну не созданы маги для спринта, по крайней мере вот я конкретно — не создан. Так что даже скорость чуть выше быстрого шага для меня уже бег. Говорил же Гонор, что надо тренироваться, прокачивать ранги «бытовых» навыков, да я разве кого слушаю… Дурак ты, Филин. Лопух и дурак. Вот тебе большая таблетка, разломи пополам, одна половинка от глупости, другая от лени, главное — не перепутай…

Нет, ну какой бред в голову лезет, какой бред…

Броненосцы, словно почуяв, что упускают добычу, прибавили прыти и пошли на сближение. Да и за спиной темп топота заметно возрос. Шума эти трое наделали — мёртвого разбудишь. Эхо прямо плескалось вокруг, далеко разбегаясь в ночи. А сколько их ещё среди ближайших развалин спешит поживиться в мою сторону — одному небу известно. Испытывать прочность своей шкуры на их зубах я желанием не горел.

Насколько успел заметить, перед поворотом к руинам ширина пропасти сужалась всего метров до пяти. Всего, да. Ага. Вполне возможно, я ошибся в оценке расстояния. Но переправу мне взмахом волшебной палочки никто не сотворит.

И на этот раз мне есть где разогнаться.

Вложившись на последнем участке по полной, я вихрем пролетел между бессильно клацнувших зубастых пастей. Изо всех сил оттолкнулся от края обрыва и сиганул во тьму. Миг отчаянного полёта в ночи над бездной, сердце гулко ухнуло в груди и остановилось, взгляд прикипел к едва видимым очертаниям обрыва с той стороны…

Я допрыгнул.

Почти допрыгнул.

Ситуация повторилась как в дурном сне — пальцы вытянутых вперёд рук царапнули по краю излома, а ноги уже пошли вниз, в темноту… Продолжая падение, я со всей дури приложился телом о стену. Всем телом. Зубы лязгнули, рывок едва не выдрал плечи из суставов, рёбра затрещали, но я всё-таки впился в край, словно пиявка, срывая ногти и раздирая подушечки пальцев в кровь.

Сил подтянуться не осталось, но я спасся. Спасся! Немного отдохну и…

Не знаю, что заставило меня резко повернуть голову. Не так-то просто оглянуться через плечо, когда обе руки заняты и ты болтаешься над пропастью как вывешенное для сушки бельё. Я не увидел врага — всего лишь мелькнувшую тень, несущуюся вслед за мной на эту сторону. И судя по траектории прыжка — явно удачнее, чем я. Время в эти секунды словно растянулось в несколько раз. Понятия не имею, куда снова делась магическая сфера, но над плечом её точно не было.

Из такого положения я совершенно ничего не успевал сделать.

Или…

Мысль сверкнула молнией — найти шанс там, где его нет. Откуда только сила взялась — судорожно вцепившись правой рукой в излом, я откинул тело назад. И вжался в поверхность расселины уже спиной, развернувшись лицом к монстру. Тем самым я повис на одной руке, зато сместился на полметра левее и оказался как раз на пути приземления броненосца. При прыжке монстр взял чуть правее, чтобы приземлиться рядом и сразу атаковать. А теперь он летел точно на меня. Хрипло выдохнув, я свободной рукой выхватил из болтающейся сбоку котомки кристалл и в последний миг этой же рукой инстинктивно закрыл лицо.

«Штормовой допинг» — интересное умение. Очень специфическое. Мне даже не довелось его толком опробовать, так как получил его на десятом уровне, перед уходом из песочницы. По описанию это умение самоподдержки, защиты. На первом ранге за счёт использования Кристалла Души оно восстанавливает 5% энергии и — самое главное — создаёт на одну секунду защитный воздушный вихрь, отбрасывающий врагов и отклоняющий удары. Казалось бы, что можно сделать за одну секунду, пусть даже ценой кристалла, верно?

Попытка пойти на осознанный риск при отчаянном положении, используя последние крохи тающего самообладания…

Попытка удалась.

Броненосцу мало не показалось. Всей бронированной тушей он брякнулся на меня как раз в тот момент, когда из кристалла вырвалась и завертелась воронка вихря. Вспышка в глазах. Лязг зубов. Плечо, локоть и запястье руки, которой держался за край, от силы рывка едва не порвало в куски. Но монстр словно врубился в упругую стену, отлетел и с испуганным рёвом ухнул по пологой дуге в пропасть.

На этом все сомнительно-положительные моменты закончились.

Я всё-таки сорвался.

Дикая боль, огнём протянувшаяся по спине широким шершавым языком, вышибла все мысли. Крик спазмом застрял в горле. Не сразу я осознал, что спасся чудом. Ещё чуть погодя дошло, когда осмотрелся, стараясь лишний раз не шевелиться, что чудо это весьма относительное. Как рухнул, так и замер — на узкой каменной ступеньке сантиметров сорок в ширину и чуть больше метра в длину. Отбил зад так, что не чувствовал. Не говоря уже о пылающей спине. Острые выступы усеивали отвесную щербатую стену как зубья на гигантской тёрке. Вот по ним и проехался в момент падения. Не меньше трёх метров сверху вниз. Плотная роба выручила лишь отчасти, ткань почти сразу противно прилипла к развороченным ссадинам. Да ещё и котомку чуть не расплющил, хорошо еще, набок сдвинулась, но теперь котелок в ней, застряв между моим телом и каменным выступом слева, впился острым краем точнёхонько в почку, твёрдо вознамерившись без операции и наркоза заменить мне внутренний орган.

Не знаю, сколько времени я просидел, вдыхая и выдыхая от боли через раз, с ужасом глядя в черноту зияющей под ногами пропасти. Время теряет всякое значение, когда ты на волосок от смерти, а затянувшаяся пауза всё никак не желает заканчиваться. Темнота сгустилась сильнее, свет небес словно увяз в самом воздухе. Противоположная стена утонула во мраке. Загнавшие меня в ловушку твари на той стороне расселины тоже пропали из виду. Расстояние и изломы камней приглушали звуки, но все равно хорошо было слышно, как они там бесятся наверху. От злости, что не смогли меня сцапать. Ну, хоть одну на перерождение отправил. Слабое утешение…

Да свалите уже оттуда, думать мешаете!

Связь с клыканом, сопевшим в котелке внутри котомки, что даже забавно, не прервалась. Вот же живучая… мелочь. А дальше-то что? Вот что дальше⁈

Судорожно сцепив зубы и стараясь не заорать, повернул голову направо, налево. В шее хрустнуло. Стена отвесная. Ни трещин, ни выбоин, за которые можно зацепиться пальцами. Я ведь ни разу не скалолаз и не умею перемещаться по отвесным стенам, используя для опоры любые неровности. Даже если умудрюсь встать и выпрямиться в рост, доверху не дотянусь. А ведь встать и повернуться лицом к стене на столь узкой ступеньке — тоже проблема. Зараза. Я здесь долго не высижу. Стоит расслабиться, допустить малейшую неосторожность — и кирдык. Улечу в пропасть.

Из одной задницы в другую, хоть плачь, да только не поможет…

Так, нужно успокоиться. Стараясь двигать только руками и не тревожить разодранную спину, я аккуратно снял с пояса флягу, хлебнул. Очень хотелось сделать ещё один глоток, побыстрее сбить боль, но я совладал с секундным порывом. Пользы от второго глотка, если делать без положенных пауз, вдвое меньше, чем от первого, третий и вовсе станет ядом, навесив неприятный дебафф «Интоксикация». У применения зелья тоже свои откаты — две с половиной минуты. Но засиживаться нельзя однозначно. Страшно же до колик торчать здесь каждую лишнюю секунду. А страх, как известно, заставляет делать глупости. Вроде прыжка через пропасть.

Так что всё-таки можно сделать⁈ Думай! В котомке есть верёвка, на которой вместо подстилки дрыхнет питомец… Надежда вспыхнула и погасла. А толку? Как её закинуть на край? Как там закрепить? Надо было тогда уж и крюк какой-нибудь прихватить из песочницы, чтобы соорудить «кошку». Угу, задним числом все умные.

Погоди-ка. В момент прыжка я толком ничего разглядеть не успел, но вроде видел небольшое деревце метрах в двух от края. И хотя нет крюка к верёвке, но есть… Блоха! Может, идея и не очень, но ничего лучше всё равно нет.

Минут десять ушло на то, чтобы предельно осторожными движениями вытянуть из зажима котомку, развязать горловину, достать питомца, положить на колени (хоть бы не гавкнулся вниз), вытянуть из котелка верёвку, развязать узел. Пока проделал все эти манипуляции, взмок хуже сапёра над незнакомым взрывателем. Ещё несколько минут ждал, когда питомец стряхнёт остатки долгого сна — без сомнения, передержал его без выгула. Наконец Блоха чихнул — вроде негромко, а эхо пошло гулять между стен расселины так, будто расчихалась целая стая. Тссс!

Очухавшись, щенок инстинктивно попытался вырваться из крепко сжимающих его тельце пальцев, но тут же присмирел от мысленного приказа. Посадив Блоху на плечо, я заставил его крепко вцепиться зубами в складку на вороте робы, а затем приступил к выполнению самой тяжёлой части задумки. Теперь бы самому не гавкнуться, пока выпрямляюсь и выкручиваюсь носом к стенке…

Ну надо же. Что-то не то с сознанием от страха творится. Вроде только что сидел, а уже стою лицом к стене, вжимаясь в неё грудью. Причём уже полностью размотанная верёвка одним концом привязана к запястью, а другой конец в зубах держит клыкан. Цепляясь когтями за ткань на рукаве робы, щенок перебрался на отставленную в сторону ладонь. Ладно… Теперь осторожно поднимаем руку вверх — насколько хватает роста. Я ещё немного отодвинул ладонь в сторону пропасти, давая малявке более подходящий угол для прыжка, и тут же до боли вжал пальцы другой руки в какую-то выбоину, чтобы не качнуло назад, в пустоту.

О том, что будет, если у Блохи не получится, старался не думать. Отключил голову. Питомцу, похоже, и вовсе этого делать не пришлось. Судя по тому, как он беспечно топтался всеми четырьмя лапками по раскрытой ладони, под которой чернела равнодушная тьма, у него страха не было в принципе — просто нечем было бояться. Или он куда более безбашенный, чем я…

Роба пренеприятно натянулась на лопатках. Я и так старался не дышать глубоко, чтобы ткань не слишком сильно елозила по разодранным ссадинам, но сейчас прямо зубы стиснуть пришлось, чтобы не дёрнуться лишний раз. Иначе — прощай равновесие.

Вдохнуть-выдохнуть. Мысленно помолиться божествам текущей локации об удаче. Команда на старт, и…

Аж пробрало до позвоночника от мгновенного озноба. Потому что даже этот пушистый и почти невесомый комок в момент прыжка превратился в увесистую гирю, едва не столкнувшую меня в бездну. Но главное — Блоха не подвёл. Полностью оправдал свою кличку суперским прыжком. Я лишь краешком глаза успел увидеть, как крохотное тельце косым росчерком взвилось вверх и утянуло за собой солидный отрезок верёвки, прежде чем окончательно исчезнуть за обрывом.

Получилось!

Главное, чтобы теперь клыкана кто-нибудь там не сожрал… А ну заткнись, Филин! Думай позитивно!

Вот же дурацкая привычка — ругаться на самого себя, но это нередко помогает собрать мысли в кучку. У меня их много, дурных привычек. Ну а у кого их, откровенно говоря, нет? Мы их холим и лелеем с самого рождения, с трудом избавляясь от некоторых с возрастом, но большая часть просто становится неотъемлемой чертой характера…

Видимо, от страха на философию потянуло.

Зажмурившись, я вдруг «прозрел» — перед внутренним взором забрезжила смутная картинка, размытая, словно сквозь залитое водой стекло. Глазами пета. Невероятно. Такого в песочнице не было — развитие духовной связи на фоне нервного потрясения?

Теперь осталось лишь мысленно представить, как мой клыкан, не выпуская конца верёвки из крепко стиснутых челюстей, бежит к невидимому сейчас для меня деревцу, что я и сделал. Блохе при таком крошечном размере эту верёвку тащить — всё равно что мне корабельный трос, но отважная мелочь справилась.

Верёвка быстро разматывалась, убегая вверх за край обрыва. Добравшись до деревца, клыкан начал бегать вокруг него, наматывая кольцо за кольцом на ствол толщиной с кулак. Путаясь, ошибаясь раз за разом, но не оставляя попыток, он усердно возился минуты три, но всё-таки с моей посильной мысленной помощью завязал узел.

Прикинув, кому ещё помолиться, чтобы удача не оставила и на сей раз, я потянул верёвку на себя. Сперва несмело, просто проверяя. Потом сильнее. Держит. Накинул пару колец на поясницу и крепко затянул узел, что само по себе было непростой задачкой — приходилось прижиматься к стене всем телом, чтобы не сверзиться в пропасть. Затем начал подъём…

Даже вспоминать не хочу, чего натерпелся, пока изображал альпиниста без страховки. Потратив еще глоток зелья, отлёживался в паре метров от края довольно долго, приходил в себя. На пузе, само собой — чёртова спина разболелась ещё пуще. Клыкан с неуёмным любопытством носился вокруг, изучая кусты и камни. Даже успел несколько раз помочиться на спасшее нас деревце. И на верёвку, которую я не успел отвязать. Но сейчас я готов был простить всё что угодно. Нужно уметь радоваться таким минутам, наслаждаться ими сполна. Вытащить нас обоих из такой глубокой задницы я уже и не надеялся, если честно.

Наконец, когда спина более-менее залечилась, я заставил себя присесть и пошарил в котомке, но с досадой вспомнил, что мясо уже сожрал раньше. Ну да. Основные запасы остались у Гонора, он должен был нас встретить, а я много с собой прихватить не смог бы при всём желании, вот и портанулся налегке. Планировал откормить питомца на подножном корме уже здесь. Хочешь рассмешить судьбу — расскажи ей о своих планах…

Блоха ткнулся в мою ладонь носом, задрал мордочку и, обиженно посмотрев мне в глаза, возмущённо тявкнул.

— Извини, малявка, — виновато вздохнул я. — У нас тут экстрим, сам видишь. И нам бы ещё заныкаться куда-нибудь до утра.

А действительно, чего это я расселся у всех на виду? Глянув на ту сторону пропасти, где бродили молчаливые тени броненосцев, я похолодел. Так как никого из них не обнаружил. Свалили. А я ведь не знаю, насколько далеко тянется в обе стороны расселина. Что, если где-то есть переправа? Или узкие места, где перескочить — не проблема?

И тут я обнаружил свою магосферу, лежавшую на самом краю пропасти. Дунь — и свалится. Нет, это что-то невероятное, я был уверен, что она улетела в пропасть! Прямо гора с плеч! Чудо из чудес!

Торопливо поднявшись на ноги и машинально поморщившись, когда ткань одеяния на спине сдвинулась, срывая подсохшую корку крови на заживающих ранах, я не стал заострять на этом внимание. Руками магический артефакт трогать не рискнул — хватило дистанционного контакта. Рука Судьбы плавно взмыла в воздух и вернулась на законное место. Теперь я снова при оружии, и этот факт согрел душу, но энергетический поводок нужно тренировать, совсем слабый.

Блоха попытался увернуться от моей руки, но не преуспел. С жалобно-возмущённым тявком питомец снова отправился в котомку, котомка — за спину, а сам я торопливо двинулся вдоль края расселины, высматривая подходящие для укрытия развалины.

Двойной эффект бодрости — от зелья здоровья и от «Штормового допинга» — уже сходил на нет. Для более приличных результатов «допинг» нужно развивать, а это дело не одного дня, а то даже и месяца. Но от дальнейшего использования зелья без уважительной причины стоит воздержаться — если и дальше такие приключения продолжатся, надолго фляги не хватит. По сути, зелье мне жизнь спасло, надо экономить.

Хотелось плюнуть на всё и рухнуть здесь же, на поросшие колючей травой и потрескавшиеся плиты, чтобы забыться в омуте чёрной усталости этак на часик минимум. Увы, или к счастью, но остатки голоса разума всё же не позволили этого сделать, особенно после того, как с таким трудом выгрыз право на собственную жизнь.

Задумавшись о насущных проблемах, я не заметил, как потерял из виду пропасть и оказался среди руин. Растерянно остановился, оглядываясь. Всё-таки от подкрадывающейся усталости мозг уже начинает отключаться сам собой. Не замечаю, куда шагаю.

Но когда осмотрелся, где нахожусь, то настроение чуть-чуть поднялось. Оказалось, я впервые набрёл на почти не разрушенное строение. Практически уткнулся в него носом. Тёмные проёмы окон смотрели подозрительно и неприветливо — внутри слишком легко застать врасплох, так что я и не собирался устраиваться на ночлег в этой древней «конуре». А вот на заросшей кустами и низкорослыми деревьями крыше дома, где даже в темноте отлично видна густая шапка растительности, — можно рискнуть. Правда, вьющиеся по стенам растения оказались хлипковаты, подёргал — половина сразу оторвалась.

Ухмыльнувшись, достал клыкана из котомки, верёвку ему в зубы, бросок. Блохе явно понравилась эта игра. Куда лучше, чем сидеть в котелке.

Минуту спустя, не забыв убрать за собой верёвку, я уже обживался на крыше, устраивая себе гнёздышко среди пышных кустов. Местечко для непродолжительного отдыха — в самый раз. Прежде чем улечься, некоторое время напряжённо вслушивался в окружающую тишину. Шорох трущихся веток и шелест травы от лёгкого дуновения ветерка казались донельзя уютными, домашними. Ведь я не слышал топота лап. Как же иной раз мало нужно для счастья.

Пока прислушивался, Блоха успел обследовать все укромные места на крыше общей площадью примерно пять на четыре метра. После чего, вполне довольный собой и жизнью, питомец прискакал обратно и выжидательно уставился на меня, ожидая приказаний. С голодным блеском в глазах.

— Потом будешь развлекаться, — виновато вздохнув, я погладил питомца подушечками пальцев по крошечной головёнке. — Охраняй, ладно? Почуешь опасность — в драку не лезь, сразу буди меня…

И, наконец, я позволил себе вырубиться.