[ Время выполнения второго этапа: 44:09]

— Не нравится мне это, — обронил Гонор, хмуро сдвинув брови при взгляде на тьму в провале, возле края которого мы остановились всей группой.

Его кольчуга выглядела новенькой. Таким же «с иголочки» казался двуручный молот в сильных руках. И кинжал на поясе. Даже шлем, повреждённый в последней схватке, чудесным образом избавился от вмятин. Мы-то ожидали, что клирик возродится в «стартовом» прикиде, как в Песочнице — майка, шорты, кеды — и одевать его придётся заново в то, что сумеем добыть. Что, ясное дело, стало бы серьёзной проблемой. Но иногда ошибаться бывает крайне приятно.

Видимо, сам переход через межмировой портал послужил привязкой текущего снаряжения и оружия к душе игрока. Хотя нет, скорее всего, это произошло при активации первой ТС. Это означало, что со смертью мы можем потерять лишь новые, не привязанные к душе находки, а совсем уж голыми не останемся. Радует. Прямо окрыляет.

Репликация почему-то коснулась не всего имущества. Гонор спустился от Колыбели без фляг — и я их ему уже вернул. Возможно, непрофильное снаряжение Система не посчитала важным для сохранения. Надеюсь, вещмешок клирика дожидается нас там, где мы его спрятали вместе с другими трофеями, так как он тоже не воссоздался.

После рассказа Гонору обо всем, что произошло с момента его смерти, недолгого совещания и приёма Каспера в клан, мы со скоростью хромающего клыкана пустились по следу трупного голема, и полчаса спустя путь привёл нас именно сюда — на край пропасти.

Такого широкого пролома в этой локации нам видеть еще не доводилось. Словно кусок местности провалился в преисподнюю, оставив после себя яму площадью примерно в пятьсот квадратных метров с отвесными каменными стенами. Вместо воды эту бездну заполняла непроницаемо-чёрная субстанция. Тьма выглядела плотной и вязкой, словно нефть, её покрывала какая-то радужная плёнка. Она жила своей жизнью, медленно колыхалась, распространяя рябь и едва заметные волны.

А ещё её уровень заметно поднялся. Когда я едва не сорвался в пропасть в первый день, тьма поджидала меня на глубине в четыре-пять метров. Сейчас же до неё было чуть меньше двух. В этой тьме совершенно ничего не отражалось: ни облаков, плывущих над нами по небу, ни обломков стен, окружающих этот провал. Да и наших отражений, хотя мы стояли на краю, разглядывая жутковатое явление, на гладкой чёрной поверхности не было. В общем, это была Тьма с большой буквы — нечто, не подвластное идентификации, но определённо опасное.

Система Тьму никак не обозначала. Ни строчки информационного сопровождения, хотя даже вода здесь имела статус «вода». Словно эта субстанция — прорыв из другой реальности, не подвластной самой Системе. Глядя на эту пакость, я испытал лишь одно желание: отойти от края подальше.

— Не только тебе не нравится, — скупо кивнул Каспер, изучающе рассматривая провал. — Я чувствую угрозу. Чем бы это ни было… лучше не касаться.

— А может, эта Тьма и была той силой, что похоронила эту локацию? — Я зябко передёрнул плечами, маскируя за пренебрежительной усмешкой безотчётно возникший страх. — А сейчас просто находится в спящем режиме, пока нечего жрать?

— Я бы попросила не нагонять жути, — стоящая рядом Рыжая шутливо ткнула меня кулаком в бок. — И без того проблем хватает.

Кстати, к собственной тайной радости, я всё чаще замечал такие моменты… Как бы это объяснить? Пока мы были с девушкой вдвоём, это ничего не значило, но сейчас нас четверо, а она всё равно как бы невзначай постоянно оказывалась рядом именно со мной. Любопытно, что сыграло роль? Изменение внешности? Характер? Или то, что мы остались на приличное время вдвоём и могли рассчитывать лишь друг на друга? А может, следует учитывать всю смесь этих факторов? Да пень его знает. Я просто рад, что она выбрала меня. А так как отношения — штука хрупкая… Откуда знаю? Опять же — пень его знает. Что-то из прошлой жизни. В общем, торопить события не стоит.

— Может, ты и прав, Филин. Вряд ли это совпадение — то, что наш покровитель связан со Светом, — задумавшись, Гонор безотчётно провёл пятерней по коротко стриженным волосам на затылке. Его шлем болтался на завязках возле пояса. — Жаль, что таких умений у нас пока маловато.

— Значит, развивать их стоит в первую очередь, — деловито кивнула Рыжая, поднимая в руке лук, окутанный едва заметным мерцанием.

«Пересвет» в режиме нон-стоп прокачивали все, включая Каспер, тоже принявшего нашего божественного покровителя без малейших колебаний. Очень практичный тип. Усиления лишними не бывают, а прогресс даётся лишь упорным трудом. Нельзя не отнестись серьёзно к испытанию, от которого зависит наша жизнь.

Как ни оттягивай неприятный момент, его всё же не избежать.

Глядя на наши колебания, Каспер пожал плечами и решил проблему за нас. С блондинкой эмоциональные узы его не связывали, так что он, не колеблясь, подошёл к её изувеченному телу и запустил команду на распыление. То, что от неё осталось, обнаружилось на краю пропасти — изувеченный кусок плоти с торчащими наружу костями, без головы и обеих рук. Похоже, голем успел её основательно пожевать, прежде чем бросить. Куда делся сам голем и почему не доел «ужин» — неизвестно. Рыжая предположила, что он просто слишком увлёкся и не успел вовремя увидеть своим уцелевшим глазом возникшую на пути пропасть. Ну, туда ему и дорога; беспокоиться о восстановлении прислужника будем, если получится договориться с Местью после возрождения. Но я на всякий случай предпочитал думать, что тварь ещё жива. Лучше перебдеть.

Кстати, оружия на месте гибели Мести мы не нашли, предположив, что лук зацепился за тело, когда труп уволок голем. Но и по пути ничего не обнаружилось. Жаль, не получилось качнуть на имуществе Алисы «Ассимиляцию». Оглядываясь назад, я припомнил, что лишних вещей с Алисой не было изначально — видимо, где-то припрятала на всякий случай, чтобы врагам не досталось. Продуманная. Нам достался лишь пустой колчан. Стрелы могли вывалиться по дороге, пока голем почём зря тряс тело хозяйки, но, скорее всего, колчан опустел ещё до её гибели. Тогда становится понятнее, почему Алиса медлила с зачисткой следующей ТС. Лишившись стрел, Месть для компенсации нехватки боеприпасов растила из голема машину для разрушения. И всё равно не преуспела, так как одиночки здесь не выживают. Ей нужно было это понять раньше, и осталась бы жива.

Минуту спустя, подобрав оставшийся после распада тела кристалл души (к счастью, остаточной массы тела на создание кристалла хватило), мы отправились дальше.

* * *

[ Время выполнения второго этапа: 41:25]

До злополучной ТС №4, где наш клирик отдал душу Системе, мы добрались уже после наступления темноты, проделав остаток пути под светом звёзд.

Протащив мимо песчаниковых статуй тело броненосца из последнего уничтоженного пака, мы с Гонором с громадным облегчением сбросили тяжеленную тушу на площадку. Каспера наш клан-лидер сразу отправил на поиски дров — доламывать перекрытия в ближайших руинах. Рыжая занялась разделкой, а я разворошил свой тайник и притащил пред очи клирика припрятанные вещички. Радовало, что никто за всё это время на них не польстился — и в самом деле, кому они могли понадобиться в этой глуши? Ящеры появлялись лишь при активации ТС, а безмозглым броненосцам броня и оружие игроков были без надобности.

Подарки Гонору пришлись по душе. Перетащив новое имущество под свет очага, где Рыжая уже разожгла огонь, он минут десять поочерёдно ощупывал панцирь, щит и булаву с такой нежностью, словно величайшую драгоценность, которую боялся уронить.

Последний вояж вышел утомительным. Когда приготовления были закончены, мы просто молча опустились вокруг костра. Я следил за прожаркой нанизанного на прутья мяса, прокачивая кухаря. Каспер подрезал ногти любимым кривым кинжалом, по необходимости подбрасывая в пламя топливо из добытых в руинах обломков. Рыжая проверяла стрелы, а Гонор, в десяти шагах от костра, отрабатывал приёмы новым вооружением, привыкая к весу булавы и щита.

Скорее всего, родной «подростковый» молот ему больше не понадобится. Урон одноручной булавы 21-го уровня был на треть выше, чем у его устаревшей десятиуровневой двуручки, к тому же теперь он мог взять в освободившуюся руку щит — критически важная прибавка для роли группового танка. Да ещё и панцирь сел на него как родной, словно подстроившись под габариты нового хозяина. Три вещи в сумме прибавили клирику шесть десятков единиц Силы, а это солидная цифра.

Блоха нетерпеливо пихнул лобастую голову под руку, отвлекая от мыслей, и жадно принюхался к жаркому — пришлось его отогнать, игнорируя обиженное фырканье. Вот же гурман нашёлся… Сырое мясо его уже не привлекало, теперь норовил ухватить «десерт» с костра. Проделки духовной связи? Перенимал мои вкусы? Оставалось лишь радоваться, что это не взаимно и меня пока не тянуло на сырое.

Неплохо мы сегодня поработали. С одной стороны, мы просто следовали логике своих классов, отрабатывая взаимодействие в новом составе и заодно выясняя возможности Каспера. С другой — как же это классно, работать вчетвером. Инвиз «ночного клинка» — это нечто: тридцать секунд невидимости с десятисекундным откатом. Каспер практически постоянно пропадал из виду, двигаясь впереди группы, а над ним высоко в небе реял Задира, помогая мониторить обстановку. Да и другие способности Каспера радовали — он идеально подходил на роль добивающего, превращая врагов в гарантированные трупы. Видимо, и у почившей Мести инвиз тоже был с быстрым откатом, поэтому она с таким успехом его применяла в схватке.

Все эти три часа мы работали на пределе. Обнаруженные по пути паки сносили подчистую, а если и соседние прибегали на шум — прихватывали и соседей. Уровни мобов не превышали 21-го, так что обошлось без сюрпризов.

После первой же «Малой благодати» от Гонора Блоха осмелел и стал активнее в каждой схватке. В последнем бою, достигнув 10-го уровня, он умудрился вцепиться в заднюю лапу броненосца и рывком застопорить тушу, едва не протаранившую каменный насест, с которого я разил мобов. При росте под метр в холке мой пет уже весил немногим меньше меня самого и начинал внушать неподдельное уважение. Приятно осознавать, что мои мучения с его взрослением не прошли даром — прогресс налицо.

Были и другие хорошие новости: я взял 17-й уровень (48663/100300).

[ МИССИЯ: БРОНЕНОСЦЫ-3. Прогресс: 36/40. Награда: 20 000 Опыта, 3 ОУ]

Осталось найти и уничтожить один пак, чтобы закрыть это проходное задание, но не ночью же шататься. Опыта за него давали всего-ничего, как за пак мобов, но очки умений на дороге не валяются.

У остальных членов группы результаты интенсивной пробежки по руинам разнились. Уровень Гонора поднялся до 18-го, Рыжей до 17-го не хватило, образно говоря, плевка, а Каспер с трудом перевалил через 21-й — чем выше планка, тем весомее суммы требовались для очередного скачка. Тем не менее, все остались в прибытке. Питомцы отстали лишь по одной причине: они довольствовались дозой опыта от хозяев, самостоятельно прикончить таких врагов им пока не светило, а групповой опыт шёл исключительно игрокам.

Задира пока взял лишь восьмой уровень, зато теперь мог применять все четыре начальных умения. На практике удалось проверить лишь два: постоянно работал «Зоркий взгляд», а пару раз выручала «Шоковая терапия». А вот для «Кровавого пира» (ядовитый укус, восстановление здоровья за счёт вражеской крови) броненосцы не подходили — слишком толстая кожа, которую пет не мог прокусить, не говоря уже о панцире. То же самое касалось «Стального крыла» (резкий бросок с рассекающим ударом) — крылан был мелковат для таких атак. Пока мелковат. Посмотрим, как пойдёт против ящеролюдов.

Темнота за кругом безопасности теперь не казалась враждебной. Алиса устранена, броненосцы сюда не сунутся. И всё равно на душе неспокойно. Ладно, для разнообразия поверю, что ночь будет тихой.

Утром планируем сделать следующий марш-бросок и активировать ТС №5 (пятую по расположению, но седьмую из восьми необходимых для второго этапа). Сразу после неё вернёмся к Колыбели, заберём Алису — если будет кого забирать — а затем отправимся на ТС №7, чтобы воспользоваться сервисной функцией.

Я бы лично этот маяк пропустил и сразу штурмовал ТС №8, но Рыжая загорелась желанием сменить ник, да и Гонор не возражал, тоже заинтересовавшись возможностью скрывать информацию о своём текущем статусе. Ну а где бы ещё Алиса получила такую возможность, как не на этом маяке?

Но пока — ТС №5. Пусть теперь нас четверо (без учёта петов), задачка явно будет непростой. Проблему по дороге мы, можно сказать, обсудили вдоль и поперёк, и пришли к выводу, что Месть всё-таки придётся возрождать. Я даже украдкой медиатор подкинул, и тот дал подсказку — в судьбу Алисы не вмешиваться. То есть — пусть всё идёт своим чередом. Но и остальные спутники пришли к решению, что за блондинку пусть болеет сама Система. Нет — значит, не судьба, обойдёмся без её голема.

Ценный расходник, единственный кристалл души, разумнее приберечь для гарантированного воскрешения соклановцев, мало ли что может случиться. И так слишком много времени потеряли из-за всех этих танцев с бубном — смерти Гонора, вынужденного ожидания его возвращения и попыток договориться с той, кто договариваться не желает. К тому же, если запустить реанимацию принудительно, то срок возрождения Алисы сдвинется в большую сторону, а время критично. Не вернётся блонди — значит, придёт новый игрок, и очень даже возможно, что без тараканов в башке.

Неожиданно я поймал себя на мысли, что нахожусь здесь всего несколько суток, а ощущение такое, будто всю жизнь провёл среди руин. Высокая плотность событий и постоянная опасность словно удлиняли время. Первые дни больше всего напрягала как раз сплошная застройка, с редкими вкраплениями условно свободного пространства возле расщелин и рек. Сейчас вроде как с этим фактом примирился морально, теперь среди развалин даже уютно кажется, а вот на открытой местности возникает ощущение, что надо срочно свалить, пока не прилетела вражеская стрела или заклинание. Такая вот деформация сознания в соответствии с реальностью, данной в окружении.

— Хотелось бы мне, чтобы этого не было, — с неподдельным сожалением вздохнула Рыжая, наблюдая за игрой языков пламени.

— Ты о чем? — переспросил Гонор за её спиной, оторвавшись от любования своей новой булавой.

— Об Алисе.

Я кивнул. Рыжая, пожалуй, больше всех радовалась, когда Месть откинула копыта, но эмоциональный запал давно прошёл, злость и мстительность поутихли. Наша лучница вообще девушка отходчивая, обиду долго в душе не держит. За что и лю… ценю. А смотреть на останки блонди там, возле края пропасти, и впрямь было неприятно. Но лично для меня — не настолько, чтобы сожалеть. Она — наш противник, и немало нам насолила. Сама напросилась — сама получила.

— Когда эмоции преобладают над разумом, человек не в состоянии остановиться, даже если понимает, что может вести себя неразумно, — негромко обронил Гонор, с задумчивым видом похлопывая булавой по ладони.

— Это ты такую мягкую формулировку подобрал, желая сказать, что она спятила? — съязвил я.

— Она не спятила, — упрямо покачал головой клирик.

— Угу. Она просто тебя убила, — фыркнул я. — И несмотря на это, в твоё отсутствие мы пытались с ней говорить снова. Вполне разумные доводы приводили. Увы, на неё это не действует.

— Так и я об этом. Некоторые слышат лишь то, что желают слышать, — тяжело вздохнул Гонор.

— Ну а как тогда быть, философ ты наш⁈

— Не можешь изменить проблему — измени отношение к этой проблеме. Например, будем считать Месть инструментом, с которым произошла… поломка. Не сможем её починить — отправим в пыльный ящик.

— Вот как? — Я хмыкнул. — Полагаешь, эти метафоры действительно облегчат дело? Если человека считать вещью, а его убийство — отправкой в чулан, то всё станет проще?

— Ну и чего ты добиваешься, всё усложняя? — слабо усмехнулся клирик. — Или только у тебя монополия на особую чувствительность? Алису ведь даже не ты убил, а Каспер. Я же, на минуточку, был причиной гибели Кирпича. Поделиться, что я ощутил в тот момент?

— Спасибо, мне и своих переживаний хватает.

— Когда убиваешь такого же, как ты сам, — насупившись, упрямо продолжил Гонор, — в тебе… словно что-то умирает, Филин. Неприятное чувство. Почти такое же неприятное, когда умираешь сам.

Вот же неженка… Не думал, что за суровым характером нашего лидера прячется такая ранимая душа. Но шутки шутками, а в чём-то он прав. В смерти и воскрешении ничего приятного действительно нет. Мне самому только недавно перестали сниться кошмары о Кращере. Но что-то чересчур наш здоровяк загоняется с совестью, даже как-то странно — до сих пор я считал его более толстокожим, чем любой из нас. Лично я считаю, что сожалеть в данной ситуации — неправильно. Мы сделали всё, что от нас зависело, чтобы привести Алису в чувство. Не бросались на неё оголтело, едва увидев, а пытались поговорить, образумить. Рискуя жизнью, между прочим. Вот только доводы разума на неё не подействовали, так что моя совесть чиста, а за чужую я не в ответе.

— Ладно, Гонор, — я примирительно хмыкнул, не желая сейчас продолжать эту скользкую тему. — Будем гнобить броненосцев, а существа разумные пусть дохнут без нашего участия.

Тихий шелест крыльев, и на моё колено увесисто плюхнулось мохнатое создание кило под пять. Острые когти легко пробили кожаную штанину, болезненно впившись в кожу. Я зашипел и уже поднял было руку, чтобы прогнать Задиру прочь, но крылан стремительным движением распахнул пасть, полную игловидных клыков, цапнул с краю шампура кусок скворчащего мяса — аж брызги жира полетели во все стороны, — и сразу перелетел поближе к хозяйке. Выругавшись, я едва успел подхватить шампур, чуть не упавший в костёр.

Задира и раньше выглядел как исчадие ада в миниатюре — красные глаза, зубастая пасть, когтистые лапки и не менее когтистые крылья, — а сейчас окреп и заматерел, увеличившись вдвое. На плечо Рыжей он больше не садился, опасаясь навредить хозяйке заметно выросшими когтями. Зато с остальными, в случае чего, не особо церемонился. Но я не в обиде. Надо признать, что как весьма полезная разведывательно-боевая единица, свою кормёжку он отрабатывал на все сто.

— Любит он тебя, Филин, — рассмеялась Рыжая.

— Ага, конечно, — я тоже не удержался от смешка. — Мясо он моё любит, а меня по-прежнему на дух не переносит. Защитничек.

— Так это же хорошо, Филин, — Гонор издал нечто, смахивающее на ослиное ржание. — Признание кулинарных заслуг, как-никак, раз даже пет твоей стряпнёй интересуется.

— Знаешь, Гонор, ты неизменно радуешь звуком своего голоса, когда веселишься, — не остался я в долгу. — У тебя просто чудесный смех. Проверь-ка уши — ещё не подросли, чтобы соответствовать любимому нами образу?

— Какому ещё образу?

— Копытному.

— Сам ты… Поговори мне ещё, юморист.

— Слышь, Каспер… — ухмыльнувшись, я перевёл стрелки на нашего нового соклановца. Пламя костра выхватывало его лицо из темноты слева от меня бледно-жёлтым пятном; из-за своей странной внешности он казался форменным привидением. — А что почувствовал ты, когда прикончил Месть? И вообще, чего ты как не родной, всю дорогу молчишь? Расскажи о своём Лике. Любопытно же, чем твоя Песочница от нашей отличается. Про нашу мы ведь тебе уже рассказали.

— Я не просил, — ровным тоном ответил «клинок».

Может, и правильно, что он редко улыбается. От его специфических улыбочек мороз по коже. И вообще, такое впечатление, что у него лицевые мышцы для тонких эмоций просто не приспособлены, отсюда и мимика такая… словно искусственная. Расовая особенность? Но Система чётко говорит, что он «человек», хотя определённо из какой-то иной, неземной, пусть и «человеческой» ветви.

— А куда планировал попасть перед тем, как оказался здесь?

— Название мира, в котором ты не был, и куда вряд ли попадёшь, ни о чём тебе не скажет.

Вот же флегматичная зараза… Не колется, как ни старайся.

— Слушай, Каспер, а как насчёт взаимного доверия? Или тебе по барабану? — Я решил проявить настойчивость.

— Ладно, — Каспер с тихим шелестом тряхнул своими многочисленными косичками, чуть усмехнувшись. — Кое-что скажу, но после тему закроем. Договорились?

— Идёт! — С готовностью подтвердил я. С дурной овцы, как говорится, хоть шерсти клок. Или в данной ситуации поговорка не годится?

— Лик… Это аббревиатура. Полностью звучит как Лесная Исправительная Колония.

— Серьёзно? И такое бывает? И как ты там оказался?

— Не помню.

— Как это знакомо. В Дивносаде было то же самое.

— Никто не помнил, из тех, кто там был. А отребья там хватало. Но одно я чётко усвоил, когда находился в Лике: нам придётся самим доходить до смысла своей новой жизни, Система ничего не разжёвывает. Знания, выстраданные самостоятельно, имеют большую ценность, чем выданные даром.

— А поконкретнее?

— Не обращай на этого обалдуя внимания, — улыбнулась этот пепельной морде Рыжая. — Продолжай.

— Я уже умирал в ВИКС окончательной смертью, — невозмутимо выдал Каспер. — Похоже, натворил дел, не принимая всерьёз карму. Лик — это второй шанс, и по какой-то причине игроки его иногда получают. Может, жребий выпал, системный, а может, натворил я не так уж много, прежде чем потерял последний сейв. В общем, теперь я твёрдо намерен выжить, а значит, лучше обходиться без крайностей. Обещаю, что вас я не подведу… иначе подведу себя. Ещё раз.

Мы с Гонором и Рыжей невольно переглянулись, обмозговывая подобное признание. Вот тебе и номер.

— Убийство Мести Система крайностью не сочла? — с живым интересом уточнил я. — Никаких штрафов не получил?

— Нет. Поступок был верным. Жёсткость — оправданной. Теперь я достоин доверия?

— Возможно, — задумчиво кивнул Гонор. — Но есть у меня одна идейка, которая, надеюсь, всех нас устроит…

— Погоди, а как…

— Не лезь к человеку, Филин, — остановила меня Рыжая. — Захочет — расскажет. Договаривались же. Меня вот больше волнует, как «починить» нашу Месть, раз она нам всё-таки скорее нужна, чем нет.

— Выставим ей ультиматум, — усмехнулся клирик.

— Не прокатит. Уже было, и вон что вышло…

— Не перебивай, Филин. Выставим ей ультиматум на Колыбели, в момент возрождения. Она будет одна, без голема, а нас будет четверо, и укрыться ей будет негде. Все козыри у нас. Если снова заартачится… То мы знаем, что делать.

— И что, думаешь, сработает? Дважды не получалось, и вдруг опять?

— Слышь, юморист хренов… Вот и посмотрим. Достал уже своими вопросами. И вообще, ложитесь все спать, лично я с ног валюсь. Филин, первый час дежуришь ты. Каспер, ты второй. Рыжая, ты третьей. А я не дежурю. У меня больничный. И вообще, я командир. Да и танкование притомило… Как только найдём в клан более подходящего танка, сразу сложу с себя эти полномочия. Не моё. Всё, утром, на свежую голову, поговорим.

На том и порешили. Расправившись с ужином, все улеглись прямо на плиты возле очага, а я остался бодрствовать, продолжая перебирать в утомлённом событиями дня сознании нерешённые проблемы. Смерть Мести не принесла нам особых бонусов по опыту, а вот её кольцу я мог найти отличное применение. Привязки к душе прежней хозяйки у вещицы не обнаружилось, значит, находка местная, и её вполне можно интегрировать в сет. Но пока я этого не сделал. Почему? Всё просто. Сомнения:

[ «Удачная находка» (редкий предмет). Тип: магическое кольцо. Эффект: увеличивает Разум и Удачу носителя на 5 %.]

Неплохо. С ростом Разума числовой эквивалент от 5 % тоже будет расти, но… я же не буду носить это кольцо вечно. На старших уровнях наверняка найдётся что-то более интересное. С «Удачей» и вовсе непонятно. Такого параметра у меня нет. Да ни у кого из наших нет. А 5 % от нуля — тот же ноль. В этом и загвоздка. Раз магосфера после включения в сет никак не изменилась, значит, и другие предметы останутся без изменений. А вдруг кольцо с более значимыми бонусами выпадет уже завтра? А присоединить предмет к сету можно только раз. Так может, набраться терпения и всё-таки подождать более подходящего случая?

С другой стороны, если ориентироваться исключительно на бонус при сборке ⅗ предметов сета (удвоение количества магических зарядов), то любое кольцо будет в тему, даже не особо важны характеристики самого предмета. Я невольно ухмыльнулся. Гонор в сердцах обложил матом, когда узнал о моих шести зарядах, ведь у остальных только три, и развитие количества у них пока не предусмотрено — это я специально выяснял. Так что я уже выгляжу как читер, а если заряды удвоить, то меня, боюсь, и вовсе проклянут все, даже Рыжая, несмотря на всю свою симпатию.

Но шутки шутками, а я всё-таки пока решил не торопиться, немного выждать. Хотя бы ещё сутки, для очистки совести, чтобы локти не кусать. Всё-таки устал я за день, аж ног не чувствую, и голова как в вате. Зато Блоха как заведённый — наоборот, с наступлением темноты активизировался, так и шастает кругом, вынюхивает, высматривает. Ну, мне в таком состоянии дополнительные органы чувств в виде пета точно не помешают. Кстати, надо бы Медиатор спросить насчёт кольца, он точно не соврёт…

Пришёл в себя от лёгкой тряски за плечо.

Оказалось, что лежу на боку, а рядом добрым молчаливым привидением возвышается Каспер, который меня и разбудил. Почему добрым? Ну, несмотря на кинжалы в обеих руках, горло не перерезал, значит — добрый. Машинально бросив взгляд на потухший костёр, чертыхнулся. На таймере стояло три утра, уже светало.

Зараза, всё-таки задремал.

Ещё бы — с момента появления в Самшитовом городе я почти не спал за эти трое суток. Тут я обратил внимание, что не только Каспер, а все без исключения проснувшиеся соклановцы ведут себя подозрительно тихо и настороженно.

Рыжая сидела рядом на корточках, напряжённая, как тетива лука, который сжимала в руках, готовая в любой момент вскочить для стрельбы. Каспер в инвиз пока не уходил, но видно, что тоже на стрёме. Да и Гонор стоял при щите и булаве, молча вглядываясь куда-то за пределы круга.

Глядя на них, я сразу подобрался, потянулся за посохом. Магосфера оторвалась от земли и послушно взмыла над плечом. Блоха обнаружился недалеко — возле статуй, тоже принюхивался к неизвестной угрозе, но границы защитной зоны не пересекал, выполняя отданное перед ночёвкой распоряжение.

Несколько минут я молча ждал продолжения банкета, но время шло, а ничего не происходило. Ночной сумрак таял прямо на глазах, отступая перед резко набирающим силу рассветом — солнечные лучи всё сильнее разгорались над руинами, окаймляя изломы огненной линией и прогоняя тени. Красиво.

Филин: «Ладно, что случилось? Кто-нибудь может внятно объяснить, чего мы, как истуканы, застыли?»

Гонор: «Выговор тебе случился, Филин. С такими охранниками и врагов не надо».

Филин: «Ближе к делу, ворчунидзе».

Лисич ка: «Задира засёк какую-то тварь в темноте несколько минут назад. Жаль, разглядеть толком не успели, я пока проснулась и подключилась к его зрению, гость ушёл. Но это явно не броненосец. Нечто другое. Уж очень быстро испарился. Словно его рассвет прогнал».

— Понял, спасибо, — я перешёл на голос, поднимаясь и отряхиваясь от прилипшего к одеянию мусора свободной рукой — вторая была занята посохом. — В общем, обычная паранойя. Здесь зона безопасности, между прочим, если кто забыл. Её только ящеролюды могут пересекать. Можно было вообще никого не оставлять на дежурстве. Перестраховщики.

— Лучше быть живым параноиком, чем мёртвым раздолбаем, — покровительственно изрёк Гонор. — Ладно, десять минут на сборы, и в путь, бродяги!

Естественно, Гонор не обратил внимания, с какой обидой на него смотрит Блоха. Вот прямо до глубины души клыканчика задел. Ведь мой «парень» бдел, не смыкая глаз, пока хозяин отдыхал. Так что кто ещё тут раздолбай…

Филин: «Забей, мелкий. Главное, что я в тебя верю, остальное не важно».

Блоха: «Пор-рвау!»