— Кай…

Рогеда извинилась. Она просила меня понять… И уповала на перспективы что их ждут.

Она много говорила. Слишком много. Но все ее слова были пусты. Главного я так и не услышал. А еще — она пахла другим мужчиной.

Друзья стояли рядом, тоже извинялись, и это было неприятно. Как мне, так и им.

— Мы же тебе там не нужны, Кай, — бормотал Титий, говоря о Плеши и надеясь, что я кивну, но я просто молчал. Стоял и слушал.

— Ты сам сказал — в лесу что-то происходит. Там опасно! — Упрекнула меня Ирга. — Мы очень-очень тебе благодарны. Правда. За все. Но что ты можешь нам дать? — Вместо извинений атаковала она меня.

Титий ее перебил.

— Кай! Не слушай ее! Она не то говорит. Все получилось спонтанно. Рогеда за нас поручилась и вот, — развел он растерянно руками, не зная, куда их деть.

— Мы хотим стать бакалаврами и это наш шанс… — Нахмурилась Ирга и посмотрела на меня исподлобья. С вызовом.

Шанс…

Я продолжал молчать. Думал.

— «Убей их, убей!» — Шептал Чужеблуд, но он тот еще советчик.

— Я не сержусь. А расстроен я из-за того что вы скрывали от меня свои планы.

— Извини.

Последние минуты извинялся только Титий. Ирга и Рогеда как подсказывала мне хеморецепция считали что я все равно их прощу.

Уже простил — в этом они правы. Но не забыл и уже не забуду… Ни-ко-гда.

Что касается их планов — сомневаюсь. Допуск к подходящему источнику магии они, допустим, получат, но мне ли не знать что этого недостаточно? Это лишь малая часть пути. Ступенька. Нет! Ничего у них не получится. Я их вылечил, а не застелил цветами дорожку к могуществу.

Говорить им что теперь у них во врагах Повелитель Мух и его слуги, я не буду.

Ситуация Рогеды отличается. Она только стала учеником и работа здесь ей и правда может помочь. Не стать бакалавром — в это я не верю. Но вот укрепить фундамент — несомненно.

А еще, как я внезапно догадался, подчистить за собой хвосты и засунуть свой нос в личное дело, вытравив из него лишнее и добавив что-то от себя. Ее Атолл Основания Затухающих Светлячков… Семья Фиск.

Хитрая лиса!

— «Вероломная!» — Влез в мои мысли Чужеблуд. — «Они все тебя использовали, не забывай об этом, хозяин. Тот запах…» — Напомнил он мне, словно я мог об этом забыть.

Наше прощание затянулось, и они ушли, разбрелись по кабинетам — обещав держать со мной связь, а я… я должен был навестить департамент железных дорог. Прояснить ситуацию.

Неприятно. Меня направили к Фегу.

Поторопился! Нужно было выждать несколько недель или даже месяцев, не напоминать о себе, а теперь поздно. Я уже здесь. В душном кабинете на пять персон. Открытое настежь окно не помогает. Ветер качает цветы в вазах на подоконнике, но он не в силах выдуть поселившуюся тут смурь и дисфорию.

— Чего тебе?

Развернуться и уйти? Ну уж нет.

— Моих помощников перевели работать сюда, в мэрию и я остался без магической поддержки. Должность требует от меня мобильности, но теперь я привязан к Плеши Ведьмы. Департамент об этом знает?

— Мы оповещены о ситуации, — с высоты своего положения, не скрываясь, злорадствовал Фегъ. — Департамент о вас позаботится, — растянул он губы в улыбке больше похожей на пожелание сдохнуть в ближайшей канаве.

Черты его лица исказились, и щетина на лице проросла шерстью.

Несмеяна и Юкона сидевшие за другим столом, сделали вид что меня здесь нет, а когда я на них посмотрел — отвели взгляд.

Вот теперь мне точно нечего здесь делать. Придется подождать. Если никого не пришлют — обращусь через его голову к тому, кто стоит над ним.

На выходе из мэрии я услышал чей-то громкий, шипящий смех, показавшийся знакомым, и обернулся. А когда понял кого вижу — передумал уходить и присоединился к компании магов стоявших неподалеку и, как и я в упор рассматривающих группу иноземцев, ожидающих кого-то в фойе.

Спросил.

— Это кто?

И напоролся на агрессию.

— А тебе какое дело?

— Фил, — успокоил огрызнувшегося на меня бакалавра его знакомый и тот перестал вызывающе давить взглядом и, отбросив руку друга, что тот положил ему на плечо, отвернулся.

— Это делегация Империи Плеть, — подсказал мне один из клерков мэрии в ранге ученика. Один из тех что стоял здесь и мрачно взирал на развязный смех женщины выделяющейся красотой и опасностью сквозящей в каждом, даже самом простом движении. — Проездом. Их ждут в Девяти Башнях.

Завязался спор, а я стоял, слушал и смотрел на нее…

— Плохие времена, — сплюнул прямо на пол другой работник мэрии. — В газетах этого не напишут, но после войны за передел влияния во внешних морях, мы знатно огребли.

— Заткнись!

— Сам заткнись и разуй глаза! Мы не удержали самые важные острова и теперь у Союза проблемы!

— Те острова были просто сырьевым придатком!

— Идиот! Золото! Там добывали золото!

— Оба заткнитесь, — процедил злой бакалавр.

А она не изменилась…

Именной ранговый перстень в форме сердечка с зеленым камнем в оправе (младший магистр) — сверкал на ее пальчике подсвеченный ее внутренней силой. Легкое красное платье облегало фигуру. Босоножки. Она выглядела юной кокеткой, а не опасной сумасшедшей.

Гадюка.

Она обернулась, окинула нашу компанию взглядом, и улыбнулась, взбесив этим невежливого бакалавра, что итак был на грани.

И это произошло. Крик.

— СДОХНИ, ДРЯНЬ!

С его рук в ее сторону полетело песчаное веретено, и я почувствовал близость его Атолла к своему — как глупого и надоедливого, нелюбимого двоюродного брата, но упустить такую шикарную возможность я не мог. Я вдохнул в его атаку пыль, стараясь сделать это незаметно, а с учетом паники — это у меня получилось, и песчаное сверло что неслось в сторону иноземцев приобрело новые свойства и тут словно все с ума посходили! Ученик справа от меня усилил эту атаку своей молнией, тоже исподтишка, но скрываясь куда хуже. А глупый неофит просто выстрелил в противников ледяной пулей.

Время словно остановилось.

Гадюка хищно облизнула раздвоенным языком верхнюю губу — заставив ту заблестеть от влаги, сложила губы трубочкой и выдохнула нам на встречу розоватое облако — «полное безумие!» — в котором увязли большинство атак, но только не веретено…

Перед тем как ее прикрыл другой младший магистр из их делегации, я успел увидеть мимолетный испуг на ее личике.

Досадно! Песок укрепленный пылью сожрал мрак.

Гадюка пришла в себя, разозлилась и начала плести какое-то сложное заклинание, складывая перед собой фигуры из пальцев рук. Распаленная брошенным вызовом, она была опьянена охватившим ее жаром мести, и выглядела, э-э-э… Горячей? Желанной? Притягательной?

Кто-то выкрикнул:

— Бей их!

Не ожидая от себя этого, я тоже прокричал:

— ВСЕ! ЕСТЬ! ПЫЛЬ!

Многие обернулись, посмотрели на меня и понеслось:

— ЗА ОКЕАНИЮ! ЗА ПАВШИХ! ЗА НАШИХ ДЕТЕЙ!

И призыв был услышан.

Взрывы. Цементная крошка. Запах крови. Грохот и треск потолка зазмеившегося трещинами. Отчаянные крики. Раненых оттаскивают в сторону, но они упираются, упрямо повторяя — ЗА ОКЕАНИЮ.

Безумие!

К нам присоединяются все новые и новые работники мэрии и, не разбираясь в ситуации лупят всем чем могут по ушедшим в глухую оборону представителям Империи Плеть, а я, понимая, что долго так продолжаться не может и скоро здесь появятся «взрослые», понукаемый начавшим осторожничать Чужеблудом смещался к выходу.

— Стой!

Мне показалось или Гадюка обращалась ко мне?

Перебегаю дорогу и запрыгиваю в трамвай.

Обернуться меня заставило лишь одно слово, перебившее всеобщий гвалт, но наполненное такой силой и первобытной яростью, что…

— МЕРЗЛОТА!

Все звуки стихли. Сражающиеся (с обеих сторон), порушившие фойе — превратились в статуи — напомнив мне о сквере замерзших воспоминаний.

Из «Альманаха силы» я знаю что мэр города маг льда. Наверно это он. Старший магистр.

— «Беги отсюда. Авось о тебе и не вспомнят, дурак».

И я побежал. Вышел через несколько остановок, купил билет на поезд и исчез.

— «Все есть пыль!» — Капал мне на мозги всю дорогу Чужеблуд, гнусаво повторяя мои слова и отравляя меня своим ядом красноречия.

Слушая эфир, где очевидцы с захлебом и восторгом рассказывали о маленьком бунте и разразившемся скандале — я узнал что жертв удалось избежать. Раненых уже ставят на ноги. Идут разбирательства. Ищут подстрекателей — прошлась под моей кожей волна дрожи — а все Чужеблуд со своим повторяющимся — «все есть пыль».

— «Не каркай!»

— «И не надейся. Тебя запомнили».

Он был прав. Не успел я доехать до Плеши, как со мной связались.

— Бежишь, мальчик с гусеницей?

Я узнал этот голос и тень разума и подскис.

— Выполняю ваш приказ, госпожа младший магистр. Отбыл к месту службы. О чем вы? Не понимаю…

Молчание.

— Не хочу тебя видеть, ты еще хуже Локи, — процедила женщина, и глава департамента. — Выплатишь штраф. В городе до новых распоряжений не появляйся. Делегация из Империи жаждет мщения, и ты попал в число тех, кого они хотят видеть в гробу. Особенно одна пылкая особа. Очень настойчивая.

Я кашлянул.

— Понял.

— Понял он, — передразнила она меня точь в точь Чужеблуд, хоть я этого и не видел, но уверен ее всю перекосило, а возможно она даже приложила ладонь ко лбу, чтобы понять, не поднялась ли у нее температура. — Сиди тихо! И вот еще что… Несмеяна передала мне твою просьбу, — в ее голосе я уловил… ехидство? — Может это и к лучшему. Магов, даже неофитов — нет. Жди нового выпуска из школ, бакалавр.

— Так до него год!

— Ты правильно понял. Сиди в своей Плеши и ни ногой оттуда! Приказ уяснил — Проблема?

Это что, мое новое прозвище?

— Уяснил.

Ее тень разума пропала и я выдохнул. Легко отделался.

Сидеть в Плеши я не собирался. Это рушит мои планы. Да и вряд ли у младшего магистра найдется желание и хватит ресурсов следить за мной — сделал я вывод из ее же слов, иначе бы департамент выделил мне в помощники хотя бы одного самого завалящегося неофита-неудачника.

— Мня? — Переглянулась через поля шляпы улитка, заглядывая мне в лицо своими глазками на хоботках.

Череп-оберег, шляпа-гриб, а теперь и улитка, явно обладающая какими-то способностями. Грязный источник магии с изрядной примесью жизни ее изменил, не мог не изменить. Вопрос как? И чего мне стоит ожидать в будущем от этого странного, пережевывающего листик, создания?

Я прямо какая-то ходячая аномалия притягивающая все странное.

— «Ты ребенок, сующий руки в огонь…»

Ворчание Чужеблуда я пропустил мимо ушей.