– Странно, все фигуры до этого были каменные, а эта железная… – нахмурился Тандан.
– Но именно у неё нет глаза, – подметила я.
Тандан со словами: «Ну, кажется, нашли», полез к голове химеры.
Глава 16.
Стоило ему только вставить шар в глазницу, как внутри железного монстра что-то щёлкнуло, и из его пасти вырвалась струя пламени. Как же хорошо, что буквально за мгновение, мы с Леоной отошли, рассматривая рельефный и мускулистый бок чудища. Тандан ругнулся сквозь зубы, а мы вскрикнули от неожиданности. На этом метаморфозы не прекратились, с глухим скрежетом монстр начал подниматься на задние лапы, и за его спиной распахнулись крылья. Они были невероятны! Они горели в лучах солнца ярко-синим пламенем! Невероятное оперение восхищало. Это было настоящее произведение искусства.
– Хм… зачарованный метал… – спрыгнув с монстра, сказал Тандан. – Очень интересно…
– Его секрет унесли с собой ушедшие, есть несколько старых записей, там говориться, что он и вовсе был принесён из другого мира…
Мы с интересом разглядывали преобразившегося монстра. Стоящий на задних лапах, он казался ещё более страшным, как будто собирался наброситься, или прыгнуть… прыгнуть… а куда прыгнуть? Оглядевшись по сторонам, пытаясь проследить траекторию прыжка, взгляд зацепился за почти незаметную в зарослях арку. Стоило шагнуть в арку, как дикий холод сковал изнутри. Он не пускал, не давал идти дальше, и только когда горячая рука Тандана прикоснулась к плечу, я смогла выдохнуть.
– Сандра, ты чего?
– Не знаю, как только я шагнула, тут же застыла, даже дышать не могла, а ты прикоснулся, и всё прошло.
– Магия? Магия ушедших?
– Может быть… А где мы?
– Во внутреннем дворе старого замка…
– Нет, смотри… – указала я на открывшийся перед нами вид.
Вокруг, куда не кинь взор, простирался город – старый, древний, забытый, покинутый город. Мертвый город… Только ветер с тихим шорохом гонял опавшую золотистую листву.
Это был очень странный город, он как будто выцвел, потерял все краски, поблёк от времени и одиночества. Он грустил, тосковал, и ждал… ждал и умирал… и уже не надеялся…
Мы шли без особой цели, просто шли мимо прекрасных зданий, фонтанов, гуляли по лабиринтам улиц, паркам, скверам, горбатым мостам, заходили в дома… Мы искали… Пятый день… Шел пятый день нашего пребывания в этом странном городе. День сменялся ночью, а выхода не было, та арка, через которую мы прошли сюда исчезла. Но даже не это было самым страшным. Нам не хотелось пить, есть, или спать, мы не уставали, но стоило только Дану отпустить мою руку, как я замирала статуей. Живой статуей. Вот это, действительно, очень страшно. Так и бродили мы целыми днями по городу, взявшись за руки. Я очень переживала за Леону, ребёнок остался совершенно один, далеко от дома, но Дан меня успокоил.
– Она умная девочка, сможет дозвониться до Сэма или Тины. Не переживай, мы выберемся отсюда, и всё будет в порядке. Слышишь? Всё будет в порядке.
Сначала мы пытались искать выход, потом, начали исследовать город, методично, от здания к зданию. Ничего. И вот сегодня я предложила просто идти. Идти куда глаза глядят. Город был чист, ни одной пылинки или соринки, не считая опавшей листвы. В домах, где мы пережидали ночи, были уютные спальни, великолепные гостиные, залы, кухни, кабинеты, убранство, мебель, а магические светильники загорались, стоило только подойти к той или иной комнате. Всё было очень чистым, посуда, камины, полки, даже простыни были свежими, но всё это было каким-то неживым. Не было милых безделушек, картин, цветов, всего того, что придаёт уют и говорит о том, что тут есть жизнь. Каждую ночь мы останавливались в разных домах, не похожих друг на друга ничем. Планировка, архитектура, убранство, стиль – не повторялось ничего. Даже фонари, горевшие на улицах по ночам, отличались друг от друга, у каждого дома, сквера, парка, или моста, они были разными… Весь город был произведением искусства. Завораживающим и страшным.
– Смотри, а это что? – указала я на огромное красивое здание.
– Похоже на дворец. Пойдём, посмотрим?
– Пойдём, – пожала плечами.
Это действительно оказался дворец. Перед ним была огромная площадь в окружении величественного парка. Кстати, деревья тоже неживые, они были каменные, а золотистые листья, укрывавшие весь город, действительно были золотыми, из тончайших пластинок золота. Так и шли мы, пиная ногами никому не нужное, немыслимое богатство. Белоснежный дворец потрясал своей красотой, крышу его держали тысячи гигантских колон. Он был сказочным. Анфилады коридоров украшены росписями и лепкой, с потолка свисали огромные люстры, разбрасывая хрустальные блики. Он был весь как будто из кружева, белого и невесомого. Мы шли по бесконечным пустым залам, любовались этой красотой, как вдруг застыли как вкопанные.
В одном из залов на белоснежном троне сидела женщина, невероятно прекрасная, ослепительная в своём величие. И три голоса слились воедино…
– Богиня?!
– Мама?!
– Сынок!!!
Это было невероятно давно, так давно, что об этом остались только легенды. Красивые легенды, без капли правды… не помнит никто, кто они и откуда появились, даже они сами. Наделённые невероятной силой, они могли всё. Им подвластны все стихии, они творят новые миры, заселяют их любыми созданиями, где-то считаются богами, где-то королями, где-то могучими волшебниками, а где-то просто обычными людьми… хотя сами себя они зовут – демиурги…
– Понимаешь, – тихо рассказывала Рэя. – Демиурги создают материю и физический мир, магию и духовный мир. Демиург, будучи сущностью выше бога, обладает безграничной властью и в своём мире способен проникнуть даже в духовную реальность. Демиург способен создавать, формировать и преобразовывать мир, исходя из своих замыслов и целей. Особенно одарённые демиурги при помощи только одного своего воображения, знаний и технических навыков, могут создавать не только новые миры, но целые системы миров… Мой мальчик всегда был очень сильным… Мы с Кроносом всегда знали, что ему уготовано великое будущее. Он творил вдохновенно, в каждом его творении была не только жизнь, в его творениях была магия. Он создавал удивительные миры, он мог подарить их любому – преподавателю, другу, девушке из параллельной группы, мне, отцу, кому угодно. По его наработкам создавались целые ареалы. Целые вселенные… и в каждом его творении все его создания обладают свободой, волей, они могут идти по любому из путей развития… но есть и другие демиурги, есть те, кто подвержен, так сказать, своеобразному искажению. Демиург может создавать и манипулировать миром по своему усмотрению, что может привести к искажению реальности и созданию ложных представлений. В таком случае мир, ну или миры, созданные демиургом, могут быть лишены автономии и быть подчинены только его воле. И сила демиурга используется для собственной выгоды, подавляя исходные цели и свободу других существ. В итоге, наша сила может являться, как силой творчества и развития, так и потенциальным источником искажений и притеснений. Важно найти баланс между силой и этическими принципами…
– Нас было шестеро, я, Гадес, Дон, Фина, Гер, Дита.
– Подожди-подожди, Гадес? Тот, который, Аид? Бог подземного царства? Фина? Это Афина что ли?
– Да.
– А Дон?
– Посейдон.
– Посейдон, Афина, Аид, Дита, это Афродита, как я понимаю, Гер, это Гермес получается? А Ты Донер? Донер… Донер… ДОННЕР! Гром?! Гром! Гром и Молния! Ты Зевс?!
– Эм-м-м… да. Я Зевс.
– Сынок? – подняла идеальную бровь Богиня. – Ты не представился своей девушке?
– Ма-а-ам, не начинай. Я представился. Я Тандан Донер.
– Ты врал! Врал всё это время! Отпусти! Отпусти меня немедленно! – попыталась я вскочить с колен этого мерзавца.
– Ты опять станешь статуей.
– Не станет, – улыбнулась Богиня и швырнула мне в грудь золотую молнию.
Я даже испугаться не успела, так всё быстро произошло. Прошив мою грудь насквозь, молния тут же впиталась, и меня окутало золотое сияние. Золотые искры вздыбили волосы, по коже прокатилась жаркая золотая волна, засветившаяся огнями на кончиках пальцев.
– Ну, знаете! Предупреждать надо! – возмутилась я.
– Сандра, дорогая…
– Дорогая?! Дорогая?! – взвилась я. – Ты лгун, наглый, беспринципный лгун! Прикидывался обычным инспектором! Стал даже чуть-чуть бароном и лордом! Ты мне всё время врал, водил меня за нос! Ты вовсе не лорд и не инспектор, Ты бог! ЗЕВС!!! ТЫ БОГ!!!
– Я НЕ БОГ! – заорал Дан в ответ. – МЕНЯ УБИЛИ! Убили! Убили! Те, кому я верил! Кого считал друзьями! Чьи жизни спасал! Кого любил! Понимаешь! Убили меня, маму, отца! Всех нас! Предали и убили! Это я тебе должен был рассказать? Что мои друзья испугались за своё могущество и предали меня!
– На самом деле, мы не боги. Мы творцы… – тихо сказала Рэя. – Боги, в том смысле, который вы вкладываете, это смотрители миров, которых могут создавать сильнейшие из нас. Мы рождаемся с силой, но она разная, у всех своя. Мне подвластны камень и металлы. Кронос создавал просто великолепных химер и пространственные карманы… А Дан… Дан создавал миры…
– Я мог создать планету, звёзды, солнце, спутники, атмосферу, воду, а мои друзья, – кривая ухмылка, – бывшие друзья, заселяли её людьми, эльфами, дриадами, гоблинами… Любой расой, какую только могли создать или придумать, или взять за образец чью-то разработку. Дон был без ума от воды и всего, что с ней связано, Фина – от животных, Гер – от огня, Дита – от воздуха, Аид мог успокоить любую душу, он мог отсрочить смерть, ненадолго… Мы были очень дружны, с первого курса Академии…
– А что? Есть Академия, где учат демиургов?
– Ну, да. Мало иметь силу, надо ещё уметь ею распоряжаться, и знать надо очень много. Нельзя просто из газа и пыли создать планету, надо рассчитать всё – массу, сколько и каких элементов добавить, притяжение, полюса, скорость вращения оси, скорость движения планеты в пространстве…
– Я поняла. Ты очень умный и талантливый. И что дальше?
– Я не знаю, когда это случилось, когда началось. Мы дружили, создавали новые миры, мы работали всегда слаженной командой. По окончании академии мне предложили место преподавателя, я очень много лет учил других. Иногда мы собирались и творили очередной проект. Это занимало много времени, отнимало много сил, но и результат был всегда превосходным. И вот однажды я создал мир…
– Дан гений, он творил не просто миры, он создавал магические миры… никто не мог этого. Обычно после создания мира все творцы прибегали к мощным артефактам и амулетам, и в мирах появлялись так называемые места силы… а Дан… у него получалось закладывать магическую составляющую в магнитное поле планет. Он гений… и однажды гений превзошел самого себя… Дан смог воссоздать утерянную технологию. Демиург может создать мир, но рано или поздно, мир начнёт тянуть силы из своего создателя. И как бы мы не хотели, мы не могли оставаться в созданном мире навсегда… Мы возвращались в наш исконный мир. А Дан создал мир, в котором мы смогли жить бесконечно долго. Этот мир. Ваш мир.
– Я перенёс сюда свою лабораторию, мама помогла построить город…
– Калле?
– Да. Калле…
– Они напали ночью, Кронос умер сразу… я… я тоже почти умерла.
– Они думали, что я уснул, в тот день я был в лаборатории, как обычно. Когда я работал, то всегда пил амброзию, она придавала сил… кто подсыпал яд, не знаю. Яды нас не убивают, они действуют на нас как снотворное, вот только я опрокинул половину бокала на пол. Толкнул нечаянно… Поэтому и проснулся, когда приковали меня к жертвеннику. Обычного демиурга в любом из миров можно убить, а создателя в его мире убить практически невозможно. Создатель и его мир как сообщающиеся сосуды. Демиург может выкачать собственноручно созданный мир досуха… разрушить… как и мир демиурга. В любой момент я мог уничтожить свои творения, вот только я даже не думал о таком. Мне и в голову не могло прийти такое… Меня приковали и собирались провести один ритуал, проще говоря, казнить. Фина, зачитав нелепый приговор, увидела, что я проснулся, и спросила, не хочу ли я напоследок рассказать, как я смог сотворить мир, где демиурги живут как дома… я даже сначала не понял, что происходит. Думал это розыгрыш… пока Гер не начал рубить своим огненным мечем мне руки… Вот только они забыли, что я создал десятки миров, да я их дарил, но всё равно, я был их создателем… Я выкачал их все… погубил все созданные мной миры… но я смог вырваться… и смог их убить… всех их… я изгнал всех остальных… волей своей, волей создателя изгнал всех демиургов из своего мира. Сил хватило только на то, чтобы закрыть этот мир, полностью оградить от любого демиурга…
– Всплеск был такой силы, что я смогла не умереть… не жить в полном понимании этого слова… но и не умереть… до конца. Кронос не только создавал химер, он мог создавать такие вот пространственные карманы, они вне времени, вне жизни. Очнувшись, я обнаружила пустой город, тело Кроноса и умирающего сына. Моих сил хватило только на то, чтобы перенести Дана в точку силы, ту самую точку, откуда был сотворён мир… и оставить ему подсказки. Те самые подсказки, что ты нашла, моя милая. Подсказки, как вернуть его былую силу… Я надеялась, что он скоро очнётся, скоро придёт в себя… но он так долго был в коме… так долго… мой мальчик…
– Я очнулся семьдесят лет назад… не помнил ничего… две недели приходил в себя… воспоминания накрыли, когда увидел статую Богини… когда увидел маму… я вспомнил всё… сутки стоял на коленях перед статуей… крохи силы вернулись через неделю… я стал магом, да очень сильным, но простым магом. Я хотел уйти… хотел умереть… но однажды во сне я увидел маму…
– Я сразу почувствовала, что ты очнулся… я чувствовала твою боль… поэтому и пришла к тебе… за столько лет в этом месте я научилась творить маленькие чудеса…являться в нужный момент нужным людям… помогать… дарить капельки силы… совсем маленькие… и тогда появлялись талантливые архитекторы, или писатели, или музыканты…