Пророчества, поверья – все они обретают смысл лишь тогда, когда кто-то начинает в них верить и своими действиями осуществляет предсказанное. Поэтому ни одна душа не услышит от меня тех слов, которым я однажды стал свидетелем. Ибо если я ошибаюсь, да хранит нас тогда создатель…
– Мелина? – тихо позвала Делла. – Мать твою, если ты здесь и просто решила позлить меня…
– Ой, да ладно тебе, – послышался небрежный, мурлыкающий голосок, а затем Мелина появилась в черном бархатном кресле напротив. В руках она держала ярко-красное яблоко. Откусив щедрый кусок, она облизала чувственные губы.
Делла несколько раз выдохнула про себя. Этой мирийке все же удалось скрыться и не попасться Эмилиану и его демонам. Но Делла загнала подальше эмоцию, чем-то напоминавшую восхищение.
– Слишком мрачно здесь, не находишь? – Мелина придирчиво изучала помещение, облаченное в полумрак.
– Я привыкла. Это место очень похоже на…
– Риналию.
Делла кивнула, проследив за ее взглядом, и еще раз осмотрела комнату.
Наверное, ей следовало бы немедленно возненавидеть эти покои, но она не могла. Они так напоминали о доме.
Делла содрогнулась. Да, теперь она считала своим домом Риналию.
Ее взгляд скользнул по стенам, отделанным привычными темно-бордовыми панелями, по черному мрамору с красными прожилками на полу, а затем переместился на кровать с балдахином огромных размеров – она явно предназначалась не только для сна. Сколько же демонов могли на ней уместиться?
– Пока ты болтала со своим принцем ада…
– Он не мой, – бросила Делла.
У нее бешено заколотилось сердце, и она опасалась, как бы ее не стошнило прямо на Мелину.
В тронном зале, находясь рядом с Эмилианом и глядя в лицо, столь неотличимое от любимого лица мужа, Делла сохраняла спокойствие. Она притушила все эмоции и не позволила сердцу пропустить даже удар. Но сейчас она ослабила внутренний контроль, иначе ее попросту бы разорвало на части из-за сдерживаемых чувств.
– Уверена? – услышала она вопрос Мелины. – Я помню, как ты говорила, что Кэллам и Эмилиан абсолютно неотличимы друг от друга. А учитывая, что в разуме твоего принца несколько недель разгуливал его злобный близнец…
Делла задумалась. Риналец, которого она видела в тронном зале, был ей совершенно чужим, однако она не испытывала того странного чувства, как в последний вечер с Кэлом, когда внутренний голос пытался предупредить ее. Но тогда она отмахнулась от всех тревожных звоночков.
Что, если это был он?
Нет…
– Я разведала, где находятся темницы. Поэтому отвлеки принца, чьим бы он ни был, а я обыщу подземелье. – Мелина швырнула надкусанное яблоко в вазу с фруктами и прищурилась от тусклого луча, который источала единственная люстра из красного хрусталя.
Делла поджала губы.
– Тебя точно никто не заметит?
– Я тайно присутствовала на всех важных встречах в Виане и на особо секретных собраниях людей с ринальцами. Поверь, никто меня не заметит. – Увидев ее ошеломленный взгляд, Мелина пояснила: – А ты думаешь, Дарнил просто так сразу доверился Нику? Мы уже знали все о союзе вианцев и ринальцев, только Дарнил искал правильный способ донести эти сведения до отца.
Несколько мгновений в покоях стояла тишина.
– Что с тобой случилось? Как ты во все это ввязалась? – спросила Делла, даже не надеясь услышать ответ. Если ей приходилось делиться с давней противницей своими планами, то и Мелина должна была о себе хоть что-то рассказать.
Но та лишь поднялась с кресла, прислонилась к каминной полке из черного мрамора и стала рассматривать подсвечники искусной работы.
– Не думай, что раз я согласилась помочь, то вдруг начну откровенничать.
Делла поняла: разговор дальше не имеет смысла, поэтому распахнула дверцы шкафа, cнизу доверху набитого всякими нарядами, и достала первое попавшееся черное платье.
– Ты собралась идти в этом? – Мелина поморщилась.
– А что не так?
– Если правда желаешь отвлечь мужчину, надевай то, что слева.
Делле не хотелось этого признавать, но мирийка была права. Первое выбранное платье – c узкими рукавами, высоким воротом и пышным подолом – оказалось слишком простым, даже строгим. Без малейшего намека на оголенную кожу и прозрачность тканей.
Поэтому она потянулась к темно-бордовому платью и почему-то улыбнулась, представив жестокий и в то же время вульгарный образ. Узкий лиф без рукавов был отделан россыпью рубиновой крошки, а глубокий вырез доходил почти до пупка. Струящаяся юбка с двумя разрезами по бокам обнажала бедра. Типичный наряд модниц в Риналии.
– Ты, получается, еще до рождения была связана с принцами ада? И теперь они оба хотят тебя? Забавно, – вслух рассуждала Мелина и, казалось, не ждала никаких ответов. Она тем временем заглянула под кровать, в комоды, даже отдернула шторы, будто там мог прятаться слуга Эмилиана. – И ты тоже хочешь обоих?
Делла на миг замерла, а затем показала тонкую красную линию на левой руке.
– Это все дьявольская метка, а не я. Именно она порождает желание. Вероятно, когда настоящий Эмилиан коснется меня, мне будет сложно сопротивляться. Но я люблю Кэла и знаю, что метка здесь ни при чем.
– А он тебя любит?
Делла отвернулась, избегая ответа на этот вопрос.
Она знала, что Кэл питал к ней глубокие чувства, но он никогда не говорил ей о своей любви, впрочем, как и она ему.
– Не могу не признать, что близнецы дьявольски хороши собой. Но ринальский генерал им нисколько не уступает, – сказала Мелина излишне невинным тоном.
– Мне кажется или Алин таки не дает тебе покоя?
– Я потеряла любовь всей своей жизни. Имею я право забыться с горячим привлекательным демоном?
Делла поморщилась и хмуро посмотрела на мирийку. Та, покачивая бедрами, приблизилась к гардеробной и с напускным любопытством начала разглядывать наряды преисподней.
– Послушай, Алин многое пережил… Избавь его от своих поползновений. И вообще, ты ему неинтересна.
Мелина демонстративно повернула голову и обаятельно улыбнулась ей.
– Откуда тебе знать?
– Он не терпит… В общем, ты не в его вкусе. – Делла чуть не сказала то, на что не имела права. К счастью, она вовремя исправилась. Какой бы искусной шпионкой ее спутница ни была, ей ничего не известно об истории Алина. Это его тайны…
Делла предполагала, что Мелина ответит дальше. И не ошиблась.
– Ох, ринальский генерал становится еще интереснее.
Делла не могла сказать, что до конца ее раскусила. Эта мирийка привыкла носить маску поверхностной капризной девушки, которая время от времени ублажала Дарнила в постели. Однако Делла помнила выражение ее лица, когда та упоминала о взгляде Алина, и не сомневалась: Мелина и сейчас продолжала вести свою игру. Несмотря на игривый тон, в ее голосе отчетливо слышались серьезные нотки. Даже очень серьезные.
– Хватит прикидываться, будто тебя не заботят чужие чувства. Ты прекрасно осознаешь, кто такой Алин и какую боль ему приходится терпеть. Он вынужден терпеть ее прямо сейчас…
– А ты, смотрю, совершенно не видишь разницы между тем, когда говорят серьезно, а когда пытаются разрядить обстановку. – Голос Мелины ожесточился, как и выражение лица. – Оно и понятно, ведь твоей компанией всю жизнь были старая нянька да книжки.
Эти слова задели Деллу. Но она не стала говорить, что не только видела, но и слышала разницу в ее голосе.
– Я просто не считаю происходящее поводом для шуток, и вообще…
В покои вдруг постучали, оборвав ее на полуслове.
– Дьявол, исчезни! – шикнула она на Мелину.
Дверь моментально распахнулась, и в проеме застыл демон по имени Корнель. Глаза у него были жестокими и безжалостными.
Делла мысленно собралась.
– Вас не учили ждать разрешения войти? Я могла быть раздетой!
Демон посмотрел на нее с презрительной усмешкой, словно этот факт его совершенно не заботил.
– Мне показалось, я слышал голоса.
– Я разговаривала сама с собой. Выбираю платье для ужина, – раздраженно бросила Делла, моля всех Творцов, чтобы Мелина ничем не выдала своего присутствия. – Что думаете? – Она приложила к себе платье.
Корнель проигнорировал вопрос, осматриваясь по сторонам, а потом вдруг задержал взгляд у шкафа, где недавно стояла мирийская шпионка.
– Его высочество просит поторопиться. – Он кивнул на пятна гари у нее на руках. – Вам, между прочим, не помешало бы принять ванну. Негоже пачкать такое платье. У вас час.
– Добро пожаловать, Делла, – раздался низкий бархатистый голос, заставивший ее вздрогнуть.
Эмилиан сидел в кресле у камина, одетый в ту же самую одежду, в которой предстал перед ней в тронном зале час назад. Его лицо наполовину скрывала тень. Поза выглядела раздражающе непринужденной, но при этом источала властность.
Он подался вперед и окинул ее собственническим взглядом, скользя по каждому уголку тела так, будто имел на это полное право.
Наряд она и вправду выбрала подходящий. В нем Делла чувствовала себя более уверенной. Предложение Мелины отвлечь мужчину соблазнительным платьем явно сработало – голодный, обжигающий взгляд на ее теле подтверждал это. Она словно очутилась в клетке с высшим хищником. Хотя так оно наверняка и было.
Еще в детстве она слышала истории о том, что перед очарованием демона сложно устоять, даже если он уже находился рядом и собирался атаковать. Но представляли ли эти люди, как сложно будет тому, кто окажется связанным с самим принцем ада гребаной дьявольской меткой?
Делла мимолетно оглядела комнату, почти утопающую во мраке. У окна стоял круглый стол с двумя стульями. Его стеклянная поверхность ломилась от обилия блюд, а по центру горели свечи в изящных золотых канделябрах.
Делла фыркнула. Как романтично.
Свечи и огонь, что потрескивал в камине, были единственным источником света в зале. Делла подняла голову и смогла различить на потолке крылатых воинов в облаках и красном пламени. Ангелы и демоны сражались друг с другом, а у их ног валялись отрубленные головы. В центре кровавой бойни на коленях стоял ангел, которому отсекали крылья.
Поежившись, Делла снова перевела взгляд на стол и заметила среди блюд ее любимый шоколадный торт и пирожные.
Он и правда немало времени провел в разуме Кэла.
– Ты ешь человеческую пищу? – вдруг спросила она.
Эмилиан сдержанно рассмеялся.
– Я могу есть обычную еду. Но предпочел бы пару глотков твоей крови.
Мерзавец!
– Высшим демонам в аду ведь не нужна еда?
– Не нужна. Но она приятна на вкус, – небрежно ответил он.
– Откуда все это здесь? – Делла кивнула на стол и обилие блюд.
– Мой отец сотворил целый народ. Ты всерьез считаешь, что пища станет проблемой?
На самом деле ей было неинтересно, откуда в аду взялась человеческая еда. Она спрашивала просто так. И не сомневалась, что в этом месте еще не раз столкнется с необъяснимыми и не совсем обычными вещами.
– Если я вынуждена оставаться с тобой, мы можем вернуться в Риналию?
– Исключено. Пока отец странствует, я правлю адом вместо него, – ответил Эмилиан, хотя звучало так, будто ему было ненавистно подобное положение.
Ясно. Получается, подземный мир и все, что окружало этого демона, сейчас принадлежало ему, включая саму Деллу.
– Раз ты здесь, значит ли это, что Кэл правит в Риналии? – предположила она. Ее голос был притворно небрежным, хотя внутри у нее все кричало. Делла пыталась обуздать чувства, и даже глубоко в себе.
Неважно, как хорошо она научилась держать лицо, близнецы умели буквально ощущать эмоции. Она могла обмануть Дарнила, но не принцев ада.
Эмилиан не ответил.
Его полностью красные глаза сияли так, словно он уже знал каждую ее мысль. Отыскал каждую запрятанную эмоцию. Или просто желал впиться клыками в ее плоть. Кэл говорил, что укус мог быть как приятным, так и наоборот, и Делла понятия не имела, что сейчас выбрал бы Эмилиан: доставить ей удовольствие или причинить боль.
Однако она не чувствовала страха, по крайней мере, пока демон находился на своем месте и не думал приблизиться к ней.
– Забавно. Я пугаю даже самых мерзких исчадий ада, но ты не боишься меня, – сказал он, словно и правда считал ее мысли.
– Ты слишком высокого мнения о себе и своем умении вселять страх.
Эмилиан поднялся с кресла и медленно подошел к ней, будто зверь, подкрадывающийся к добыче. Он остановился не слишком близко, но и недостаточно далеко. Делла не представляла, какие силы помогли ее сердцу не сбиться с ритма.
– Начинаю понимать, почему так сложно противиться дьявольской метке. – Он одарил ее хищным оскалом.
– Животное, – бросила она, но с места не сдвинулась.
– Говоришь, будто совсем не против, чтобы эти зубки покусали твою нежную кожу. – В его голосе звучали дразнящие нотки, а это не предвещало ничего хорошего.
Делла на миг прикрыла глаза и взмолилась Творцам, чтобы они не дали ей совершить убийство.
Ее взгляд задержался на его чувственных губах, на которых заиграла усмешка. Соблазнительная дьявольская усмешка! Делла начала проклинать себя за то, что отвлеклась на нее. Эта усмешка, точно как у Кэллама, всегда выводила ее из себя.
Ей ни в коем случае нельзя поддаваться влиянию метки или пьянеть от собственной страсти. Однако взгляд ее скользнул ниже, на красные линии его дара, что виднелись под наполовину расстегнутой рубашкой. Они тянулись по грудным мускулам и рельефным рукам и поднимались к шее, становясь все тоньше и не затрагивая очертания подбородка. Казалось, от ее внимания они набухли и запульсировали, и Делла поймала себя на том, что ей безумно хочется прикоснуться к ним своими пальцами и губами.
То, кем он являлся на самом деле, не мешало ей с упоением разглядывать его. Она понимала, что не выносит Эмилиана и в то же время испытывает к нему влечение. Внизу ее живота стало жарко.
Клятая дьявольская метка! Деллу не должен возбуждать этот садист!
Или тут действительно крылось что-то еще…
Умение Кэла быстро менять маски каждый раз вызывало у нее раздражение и, чего уж врать самой себе, желание. Другое желание. Кэллам был закрытой книгой, прятался за множеством личин, и Делла хотела пробиться через его защиту, узнать его настоящего.
Что, если они с братом похожи больше, чем она предполагала?
Плевать на гребаную метку! Делла не могла поверить, что вообще думала об Эмиле в подобном ключе, поэтому спросила:
– Какой ты на самом деле, Эмилиан?
– У тебя будет предостаточно времени, чтобы это узнать.
– Чем вы похожи с братом, помимо внешности?
– Как много вопросов. А мы еще даже не приступили к ужину. – Он отошел, увеличивая расстояние между ними, и протянул руку. – Моя дорогая, прошу к столу.
Делла шагнула вперед, не обращая внимания на протянутую руку.
– Тебе ведь известно, что происходит на земле? Не верю, что тебе плевать на судьбу Риналии, – сказала она, когда опустилась на один из двух стульев.
– Ты права. У нас с отцом разошлись мнения относительно судьбы поднебесного мира. В любом случае тебя это не касается. – Эмилиан сел напротив и тут же забыл о веселье. Теперь его лицо абсолютно ничего не выражало, а взгляд стал таким же безжалостным и жестким, как и в их последнюю встречу на берегу.
– Ринальцы – твой народ, ты должен…
– Я ничего тебе не должен, Делла. Не заблуждайся. Влечение, которое я испытываю, не дает тебе власти надо мной. Я в любой момент могу взять то, что пожелаю. Могу запереть тебя в покоях и брать, когда и как захочу. Поэтому будь благодарна за свободу, что имеешь сейчас.
Хренов ублюдок!
Но Делла не собиралась действовать осторожно, не боялась бросить вызов принцу ада. А он о своих словах пожалеет.
Одним изящным движением она встала, вскинула руки вперед, и вокруг тела Эмилиана удавкой обвились кровавые путы. Затем она снова взмахнула ладонью, и алый вихрь прижал его вместе со стулом к ближайшей стене.
Эмилиан не пытался ни сорвать путы, ни освободиться. Он вообще ничего не делал, просто наблюдал за ней. Делла приблизилась к нему, нарочито покачивая бедрами, и повелела путам сильнее затянуться вокруг его тела. Кровь мелкими бисеринками сочилась прямо из ее пор, капая на мраморный пол.
Делла подняла ногу и поставила ее на край стула прямо между его крепких бедер. Она и не думала скрывать торжествующую улыбку. Пусть знает, на что она способна. Но в глазах демона не было гнева, лишь едва сдерживаемый животный голод.
– Ты прав, Эмилиан, – сказала она. – Однако ты забыл, что благодаря дьявольской метке во мне живет твоя сила, которую я могу брать, когда и как захочу.
Он медленно скользнул взглядом вверх по ее обнаженной ноге, видевшейся в глубоком разрезе юбки.
– Ты волнующе бесподобна.
Его слова всколыхнули в памяти уже прожитое мгновение. С Кэлом… А взгляд, которым демон смотрел на нее, говорил о том, что его мысли сейчас очень даже непристойные. От возбуждения по ее телу пробежала дрожь.
– Признаюсь, меня еще никто не связывал моей же силой. А ты шалунья, Делла. Мне нравится. – Эмилиан продолжал неспешно осматривать ее формы, ерзая на стуле, и при виде внушительной выпуклости у него под брюками грудь Деллы наполнилась трепетом. – Я хотел просто поужинать с тобой. Но мы можем сначала и поиграть.
Небесные Творцы! Последние слова он произнес так, словно только и ждал этого мгновения. Порочное желание, витавшее между ними, лишь сильнее толкало к опасному шагу.
На долю секунды Делла в замешательстве нахмурилась, а потом согнула палец, и кровавые путы обвились вокруг шеи Эмилиана, стягивая горло. Она подняла ногу выше и слегка надавила на его выпирающее возбуждение. У него вырвался хриплый, низкий рык.
– Еще раз посмеешь угрожать тем, что возьмешь меня силой, и осуществлять угрозы тебе будет нечем.
В ответ демон наградил ее знакомой плутовской усмешкой, и Делла заметила в его глазах что-то похожее на восхищение.
– Ты дьявольски исключительна, маленькая мышка.
Она открыла рот, чтобы ответить ему, но слова замерли на кончике языке. Все ее нутро почувствовало… его. Поэтому Делла отошла от Эмилиана, вновь села за стол и сняла с него путы. Она потянулась к графину с вином, даже не подумав стереть с кожи кровь, что совсем недавно сочилась из ее пор.
– В Риналии твой брат мне кое-что пообещал. Могу я рассчитывать, что ты выполнишь его обещание?
Эмилиан, вернувшийся за стол, едва заметно напрягся. Он долго молчал и странно смотрел на нее, прищурив глаза. Наконец он принял расслабленную позу и сказал:
– Я слушаю.
– Ритуал кровавого пробуждения, – сказала она, наполняя бокалы себе и ему.
– Я бы никогда не стал препятствовать ринальцу раскрыть свою сущность. Если хочешь, мы проведем ритуал уже через неделю.
Наверняка это была очередная ложь, которую ей предстояло услышать не раз.
– Завтра.
– Завтра?
– Это будет проблемой для старшего принца ада?
– Вовсе нет. А ты хитрая, маленькая мышка, – промурлыкал Эмилиан соблазнительно нежным голосом и отсалютовал ей бокалом вина.
– Не называй меня так, – отозвалась Делла, не скрывая своего презрения к происходящему.
Уголок его чувственных губ изогнулся в слабой усмешке.
– Только брату это позволено?
Она не посчитала нужным отвечать на вопрос.
– Я просто хочу раскрыть свою сущность и стать сильнее. – Ее тон был холодным, как и подобает ринальцу, но Эмилиана это ничуть не смутило. Напротив.
Он пристально изучал ее, словно пытался разгадать чрезвычайно сложную загадку.
– Мне кажется, ты сильнее, чем думаешь. Просто иногда забываешь об этом. – Он выпил бокал залпом.
Делла прикусила язык, чтобы не охнуть и не высказать вслух подозрение. С того самого момента, как заговорила с принцем ада в тронном зале, ее не покидало странное ощущение. Она испытывала не просто влечение. Этот мужчина будто неосознанно подавал ей сигналы.
Эмилиан немало времени пробыл в разуме Кэла, и сейчас перед ней вполне мог бы находиться клятый садист, умело манипулирующий ею. Или же все это время Делла видела своего мужа, чей разум сломали, но воспоминания сами собой вырывались наружу. И, возможно, он этого даже не осознавал.
Делла снова встала и приблизилась к нему на пару шагов. Инстинкт кричал вернуться на место, но внутренний голос подсказывал одно: она поступает правильно.
– Что ты делаешь? – Он резко откинулся на спинку, едва не опрокинув стул и расплескав несколько капель вина на темно-бордовую рубашку.
Напряжение между ними нарастало.
– Собираюсь кое-что проверить.