В этот день на занятиях призрак не появился. По крайней мере, на тех, где была я. Впрочем, смею предположить, что и на остальных его не было — иначе об этом обязательно написали бы в «Сплетнике». Уж что-что, а такое событие без внимания бы не осталось.

К счастью, свежий номер обнаружился на подоконнике в коридоре, и я немедленно в него вцепилась. Отошла в сторону и внимательно изучила от первой до последней строчки.

«А вы тоже заметили, что с Дарой Вайтстоун невозможно находиться рядом? Второкурсница темного факультета, которая до сих пор не научилась сдерживать ауру ужаса, вызывает вопросы, не правда ли?»

Я хмыкнула. Тоже мне, сплетня! Мало ли у кого что не получается! Второкурсницу с факультета призыва, которая путается в расчетах и вызывает неизвестно кого, тоже позорить будут? Хотя уж не знаю, что там у них с аурой ужаса, от дел темного факультета я далека. А вот если бы я нормально рассчитала тот злополучный контур. Да что теперь об этом!

«А еще пятикурсника Зейда Дракса видели выходящим от нее после отбоя».

Ого! Вот это да! Я даже присвистнула про себя. Этот Зейд Дракс, должно быть, очень ловок, раз умудрился проскочить мимо нашей Модесты. Искренне уважаю!

Я перевернула листок. Что там у нас еще?

«Лина Вейл, девушка из обычной семьи, получила направление на элитную практику — закрытый остров, куда попадают только самые привилегированные лица. Не связано ли это с Леоном Грейвеном?»

Я невольно вздохнула. Вот везет же некоторым — сразу на самую элитную практику, да еще и с такой интригой! Меня-то ни на какую не взяли, даже в самую захудалую дыру.

«Рэйнар Эшвуд начал охоту на кавалеров Теи Талвин. Любой, кто попытался пригласить её на летний бал, получает вызов на дуэль».

Ох, точно… Летний бал! Совсем про него забыла! А ведь он уже скоро…

Дальше сплетни были где-то такие же — кого куда отправляют на практику, кого видели вместе при пикантных обстоятельствах, кому светит выгодная партия, а кому — скандал. Я читала жадно и с каждой прочитанной строчкой тревога понемногу отпускала. Ни малейшего намека на сквернословящих полупрозрачного типа, который изрядно оживил скучноватую в целом лекцию. Впрочем, расслабляться было рано, вполне возможно, новости выходят с некоторой задержкой, и история о призраке будет в завтрашнем сплетнике.

Дальше мой путь лежал в библиотеку. Вот местечко, которое я за все время учебы так толком и не удосужилась посетить. То есть посещала, конечно, — раз в год получить учебники, это святое. Но ходить туда специально, искать дополнительную литературу, просиживать часами над толстенными фолиантами, чтобы найти хоть крупицу истины — нет, на такое у меня никогда не хватало терпения.

До сегодняшнего дня.

Библиотека встретила меня запахом старого пергамента, пыли и книжного клея. Вдоль стен до самого потолка громоздились стеллажи, уставленные томами в кожаных переплетах с золотым тиснением. Свет проникал сквозь высокие стрельчатые окна, и в его лучах танцевали пылинки, поднимавшиеся в воздух от каждого движения. Было тихо — так тихо, как бывает только в библиотеках и склепах.

— Здравствуйте, господин Кроу, — вежливо поздоровалась я, подходя к стойке.

— Новенькая? Первокурсница? — спросил древний, как сам этот мир, старик-библиотекарь, заставив меня покраснеть.

Ну да, конечно. Более усердных студентов он наверняка знает в лицо, а меня видит второй раз за все время

Я проигнорировала этот неловкий вопрос и с самой очаровательной улыбкой, на какую только была способна, попросила:

— Дайте мне, пожалуйста, что-нибудь о призраках.

— Что-нибудь? — приподнял седую бровь господин Кроу.

Действительно, неудачная формулировка — «что-нибудь». Ну а как еще?

Я бы, конечно, предпочла сказать прямо: «Мне нужна четкая инструкция, как найти, отловить и упокоить случайно вызванного мною призрака, и чем скорее, тем лучше».

Проще простого!

Но такого, разумеется, говорить нельзя. Да и просто просить книги, которые содержат в себе способы упокоения призраков, тоже вряд ли стоит.

Если этот полупрозрачный негодяй где-нибудь объявится или того хуже, начнет постоянно мелькать то тут, то там, библиотекарь явно вспомнит, что какая-то девица, которая месяцами не захаживала за книгами, ни с того ни с сего заинтересовалась именно упокоением призраков. И тогда мое инкогнито окажется под угрозой.

— Ну да, мне нужны сведения для факультатива, — я предпочла соврать. И вроде получилось неплохо, хоть я и не продумывала «легенду» заранее, а сочиняла на ходу. — Вот, готовлю доклад о призраках, и мне нужно дать разностороннюю информацию. Коротко о том, кто они такие, откуда берутся А еще можно про ошибки при призыве — это, наверное, самое интересное! Ну и о том, как случайно призванных призраков находить, как потом от них избавляться

Старик бросил на меня подозрительный взгляд поверх очков. Я мысленно обругала себя. Ну да, конечно. Последние два пункта для ознакомительного доклада как раз необязательны. Нужно быть внимательнее! Я тут же исправилась, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно:

— Хотя это не так важно… Лучше всякие курьезные случаи по этому поводу, чтобы доклад был интереснее. Да, пожалуй, курьезные случаи — это то, что надо. Кому нужны все эти техники, верно? — я улыбнулась.

Ох, надеюсь, что среди курьезных случаев и техники затешутся тоже. Иначе мне конец.

Библиотекарь укоризненно покачал головой, но с места сдвинулся — отправился к стеллажам, шаркая мягкими войлочными туфлями.

— Учеба — дело серьезное, а вам, студентам, все бы веселиться и сказки рассказывать. Что это вообще за тема для доклада? Призраки, кому они нужны? — ворчал он, выставляя на стойку книгу за книгой.

Тома были один толще другого, с потрескавшимися корешками и выцветшими названиями.

— Совершенно не нужны, — согласилась я с ним, между прочим, совершенно искренне.

Настолько не нужны, что чем скорее от них избавишься, тем лучше! Но этого я вслух говорить не стала. Воровато оглядевшись по сторонам, я сгрузила книги в сумку и плотно ее застегнула. Мне совершенно не хотелось, чтобы кто-то случайно увидел, чем именно я интересуюсь.

Я уже выходила из библиотеки, когда услышала шепоток за одним из дальних стеллажей. Две девушки оживленно обсуждали кое-что любопытное, и я невольно замедлила шаг.

— И представляешь, назвал меня белобрысой хтонью! А еще тупицей и неумехой! А потом сказал: «Кто вообще придумал допускать женщин до образования? Учиться не хотят, только наряжаться и глазки парням строить. И юбка выше колена, фу».

Я замерла как вкопанная. Что-то мне эта лексика напоминала. Очень знакомый набор выражений. Оставалась, конечно, слабая надежда, что все это ей сказал кто-то другой — какой-нибудь особо консервативный преподаватель или студент с дремучими взглядами. Да только шансов на это было исчезающе мало. Никто из преподавателей не стал бы так оскорблять студенток, тем более что чуть ли не половина преподавательского состава в нашем университете — женщины. Ляпнешь такое — и наживешь себе сразу уйму врагов. А уж представить себе студента, который будет возмущаться тем, что у девушки юбка выше колена, я и вовсе не могла.

— А ты ему что? — спросила ее подружка, судя по тону — сгорая от любопытства.

— Что-что Я так обалдела, что только стояла с открытым ртом. А когда хотела возмутиться, он уже раз — и исчез. Прямо в воздухе растворился!

Я горестно вздохнула. Нет, это точно не преподаватель и не студент. В нашей академии, конечно, и те, и другие магически одарены, а некоторые и очень щедро. Но исполнить такой фокус — раз и исчезнуть, мало кому по силам.

Что ж, придется признать очевидное: призрак стал серьезной проблемой. И разговоры о его появлении уже пошли. Чем быстрее я найду способ от него избавиться, тем лучше.

Я ускорила шаг и поспешила в свою комнату. Говоря откровенно, завтрашний призыв меня тоже волновал, но не так чтобы очень — там-то я буду под присмотром преподавателя, и вряд ли что-то сможет пойти не так. Магистр Монтевер, не позволит, чтобы случилось что-то неприятное и непредвиденное. А вот изучить взятые в библиотеке материалы следовало очень и очень срочно!