Утром стояла прекрасная погода, небо сделалось чистым, голубым, красивым, а ласковое солнышко даже немного нагрело осенний Колдухин.

Лежа вчера вечером в своей кровати, я придумал план касательно большого страшного Пса.

Сегодня я попробую его реализовать. Получится, не получится, но, по крайней мере, избавлю посёлок от ночного ужаса. Прежде, чем испуганные местные жители не начали сходить с ума от этих звуков или пока Пёс, шастая по окраинам посёлка, кого-нибудь не слопал.

Вообще, когда у тебя есть план, жизнь становится проще, а действия — более осмысленными.

Расправившись с работой почтальона, я зашёл проверить наш будущий ДК.

Компания Виктора закончила проверку проводки и даже начала наносить штукатурку на стены. Получалось не особенно ровно, но у меня не было каких-то высоких требований. В конце концов, важнее была идея, чем такие мелочи как глубина колебаний плоскости стены.

Портреты «вождей», временно висящие на стеллаже, были протёрты чистыми тряпками и взирали на процесс с одобрением.

— Сегодня днём приедет обрезная доска, — громко сообщил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Банда Виктора, усиленная дядей Толей, который следовал своей концепции избегать ручной труд, восприняли эту информацию как должное.

— Это хорошо, а то после штукатурки у нас будет простой, — кивнул Виктор. — Мне расписаться в получении груза?

— Да, — подтвердил я.

— Слушай, Вадим, а что насчёт туалета? — подошла к нам Марина.

— А что с туалетом? — не понял я.

— Вот именно, что? Ты понимаешь, что нам некуда «ходить». Ну, ладно сейчас, пока идёт ремонт, а дальше? Ты же не предлагаешь нашей молодёжи, посетителям клуба, ходить в кустики?

У меня засосало под ложечкой. Об этом я как-то не подумал.

— Ну да, нас СЭС за такие шуточки порвёт на британский флаг. Да и перед гостями неудобно, — протянул я. — Есть предложения, как решать эту проблему?

— Есть пристроенное помещение с отдельным входом, — тут же отреагировала Марина.

— Его нельзя трогать, — моментально запротестовал технически подкованный Глеб.

— Давайте посмотрим, для начала, о чём речь, — предложил я.

Мы обошли склад и на той стороне, которая была отвернута от дорог и правда была «прилеплена» небольшая подсобка, которая открывалась одним из ключей комплекта и не имела двери в основной склад.

Мы её отперли и осмотрели. Внутри были ржавые лопаты самых разных образцов, истлевший диванчик, гнездо птицы под потолком и куча вентилей коммуникаций на задней стене.

— Ну и где вы собрались туалет тут притулить? — нахмурился Глеб, обращаясь к девушке.

— Не, Глеб, ну что ты упрямишься? Ну, вот тут унитаз поставим, тут раковину, зеркало, свет красивенький сделаем.

— Погоди ты про свет, — перебил её Глеб. — Туалет — это смыв, скажем так… продуктов жизнедеятельности. Куда ты собралась это всё смывать?

— Вниз. Прокопаем, трубы проложим…

— Это всё делается не так. К тому же тут вентиля, тут включение в систему отопления от администрации.

— А они работают? — задал вопрос я.

— Ну, воды в системе нет, но судя по состоянию, да. Склад был подключён к котельной администрации, от неё и грелся. А если ты попросишь Пал Семёныча, Вадим, то и этой зимой будет тепло. Надо батареи проверить на предмет течи, но в целом, это решает проблему.

— Ты мне батареями зубы не заговаривай, — громко возмутилась Марина. — Что с туалетом? Все согласны его тут делать?

— Нет, — мягко ответил я за Глеба. — Смысл в том, что под канализацию выгребную яму делать нельзя.

— И что ты предлагаешь? На почту бегать, к бабе Маше? — надула губки Марина.

— Ну, зачем к бабе Маше? — примирительно ответил я. — Хочу воспользоваться подсказкой — звонок другу.

— Какому ещё другу?

— Имя которого я наизусть не помню. Друг по расходованию денежных средств.

Я достал из кармана визитку менеджера магазина продажи строительных материалов.

— Привет, это Вадим, который доску обрезную покупал! — поприветствовал я менеджера, чьё имя не было написано на визитке, а на память я его не помнил.

— Доставка сегодня по графику, поторопить не могу, — тут же ответил менеджер, имея в виду закупленные материалы.

— Я не про доску… Слушай, мне тут, оказывается, туалет нужен на объекте.

— Без проблем. Кабинка синяя, стандартная, без реагентов — сорок восемь тысяч, есть в наличии.

— Кабинка… А есть что-то более… Как бы сказать — капитальное, красивое, удобное.

— Удобное…

Я ожидал, что он сейчас посоветует мне построить отдельное строение и не морочить голову, но он не был бы в таком случае продавцом, потому что так он мне продаст только клеть кирпича и немного смеси.

— Есть удобное. Туалет модульный автономный, модель Т-пятьдесят семь, такой покупают богатые застройщики. По сути, блок-сооружение, утеплённое, с полом, раковиной, радиатором, унитазом и сушилкой. Пу-пу-пу… Повиси немного.

Возникла пауза, в ходе которой мой собеседник остервенело бил по клавишам.

— Стоит четыреста сорок тысяч, но есть бывшие в употреблении за сто девяносто.

— Не надо нам бывших в употреблении. Новый давай. Есть в наличии?

— Привезём из Краснодара, но по полной предоплате. Заявка, оплата и доставка до объекта в твоём Колдухине. Но он идёт без монтажа. Рекомендую выкопать яму и отлить по горизонту бетонный фундамент. К туалету идёт полный комплект разрешительной документации и сертификаты.

— Я тебя услышал. На днях подъеду, оплачу и закажу.

Завершил вызов и понял, что на меня смотрят одновременно шесть пар глаз. Весьма удивлённых глаз.

— Чего? — не понял их реакции я.

— Вадим, ты готов оплатить четыреста тысяч за, мать его, сортир⁈ — озвучил общее ощущение дядя Толя.

— Получается, что так. Ну а что? Марина права. Вы же понимаете, что нас СЭС закроет, если мы не обеспечим санитарные требования. Тут нельзя сбить из дощечек сортир и надеяться, что это «прокатит». Нет, надо сделать один раз и на уровне.

— Мы, конечно, с тобой не спорим, но ты того… умеешь удивлять, — сказал Виктор.

— Давайте сменим тему. Я знаете, что хотел сказать до поднятия гальюнного вопроса? Предлагаю сегодня вечером всей честной компанией шашлык, костёр, гитару.

— Тут, в ДК?

— Нет, у Виктора на участке. Ты как отнесёшься к такой идее? Погода сегодня чудесная, когда ещё такая же будет?

— Ну, Вадим, ты же помнишь у нас денег… куры… Короче не помню, как правильно, но денег на вечерину нет.

— Ничего, я всё куплю, не переживай, — успокоил я Виктора. — С тебя место и вопрос организации.

— Тогда я ничего не имею против, — спокойно ответил Виктор. — Однако кушать шашлык без пива по меньшей мере глупо.

— Нет проблем, пиво тоже будет. Виктор, то, что вы с ребятами больше цыганскую дрянь не потребляете — уже достижение.

— Тогда договорились. Мы постараемся побыстрее сегодня раскидаться, а ты привози всё что нужно, мы как пионеры — всегда готовы.

Наш маленький музыкальный ансамбль «Амбар-Драйв» и их творческий наставник заслуживали премии. Зарплату им никто не платил, так что вместо традиционной премии будет корпоратив.

Но это, конечно, была только половина причины для пиво-шашлык-пати. Вторая заключалась в том, что мне надо было убрать их из помещения.

Я съездил в райцентр на районный рынок «Восход», и закупился громадным количеством свежайшего мяса. Впридачу также помидоров, огурцов, специй и прочего по мелочи, после чего на оптовой базе купил четыре ящика пива.

Пиво они заслужили, оно добавит праздничности.

Подготовка к якобы спонтанному празднику только часть моего плана относительно Пса.

По дороге в Колдухин неожиданно отозвался мегалит. Я думал, он хочет поблагодарить меня за борьбу с уровнем несчастья в посёлке, однако он уведомил об активности в его непосредственной близости.

«Зафиксировано появление чужаков. Уровень тревоги — низкий».

Я прикинул, что это, наверное, прибыли те Барсуки, о которых предупреждал Макс и свернул на грунтовку к дамбе.

Завод встретил меня привычным молчанием, прерываемым лишь гулом ветра между пустыми корпусами.

Притормозив у пожарной каланчи, я открыл окно автомобиля и задействовал свою магию.

Подниматься наверх, к лежбищу Котлярова, мне было лень, а узнать тут ли он, хотелось.

Я открыл баклажку воды в салоне и вылил граммов сто прямо на дорогу, через открытое окно.

Были бы лужи, не стал бы заморачиваться с баклажкой, а так возил её с собой. Мало ли когда вода понадобится?

Сформировав из воды созвездие толстых капель, я направил их наверх, к верхней части каланчи.

Раньше, до того, как стать администратором мегалита, мне нипочём не давалось филигранно управлять каплями на расстоянии более десяти метров. Зато сейчас капли послушно летели, но не вниз, как завещал сэр Исаак Ньютон, а вверх.

Остановившись, подобно крошечным дронам, около окна в верхний ярус каланчи, я стал ощупывать окно на предмет щелей. Вскоре достаточно быстро нащупал одно такое, продавив через него капли таким образом, что мои маленькие агенты оказались внутри, в помещении.

После этого я сформировал из них «линзу», вытянутую как человеческий глаз, сплошную каплю воды, на которой задействовал простое, но полезное заклинание стихии воды «око».

Око позволяло мне смотреть через эту линзу как через обычный глаз. Изображение плохонькое, но ничего, это же не кино.

Закрыв свои глаза, я покрутил «оком» и осмотрел помещение. То, что я увидел, меня порадовало.

«Жилец», то есть Котляров, свою башню покинул, уехал. Сподвигли ли его мои слова или он увидел, как по заводу шастает большой пёсик, но результат налицо.

Котляров забрал радиоприёмник, солнечные панели для зарядки телефона, собрал свой нехитрый скарб… Хотя и не весь, что-то он аккуратно сложил в три деревянных ящика и даже свернул постельные принадлежности, словно собирался сюда при случае вернуться.

Я постарался запомнить, что надо бы появиться туда и прибрать все следы пребывания Котлярова. Мало ли, кто и что найдёт, вопросы будут… Не люблю я эти вопросы, ни к чему это. Хвосты надо по возможности подчищать.

В любом случае, увиденное меня радовало. Значит, Котляров из завода съехал и можно ждать его официального посещения, знакомства и включения в работу с Максом.

Я говорил Максу, что он просто человек? Надо будет ему прямо сказать, чтобы Бобр лишнего не брякнул.

Я развеял «Око», превратив его в туман и тронул УАЗ вперёд, в центр завода.

Не знаю, как называются проходы между корпусами, которые в прошлом даже были заасфальтированы (а теперь через трещины вовсю росла травка), я был склонен называть их «улицы». Так вот, на одной из улиц я увидел двух человек, которые неторопливо брели, словно туристы на экскурсии.

Я припарковал свою «Буханку» поодаль и прежде, чем направиться к ним, обратился к мегалиту и осмотрелся. Мегалит был спокоен. В сущности, он попросту отвык, что кто-то шастает поблизости, ведь сектанты обитали в районе АБК, не бродили по всему заводу. К тому же они были просто людьми, а не изучающими окрестности двоедушниками.

Некоторое время я бессловесно общался с мегалитом, на уровне ощущений и убедился, что он скорее позитивно настроен, чем нервничает и вернулся к «гостям».

Пройдя по улице, я нагнал «туристов».

Они оказались моложе, чем я ожидал. Оба в модной спецодежде. Комбинезончики, каски, наколенники, нарукавники, кармашки, планшеты. Небось, готовы лазать по коммуникациям.

С планшетами в руках, они оживленно жестикулировали. Один, повыше, с быстрыми, бегающими глазами, другой чуть пониже, более основательный, но тоже суетливый и дёрганный. Когда я подошёл, они синхронно обернулись. Их взгляд на мгновение задержался на моей потрёпанной машине на другом конце «улицы», затем скользнул по мне, будто оценивая, послать меня через губу или всё-таки поговорить.

— Добрый день, — сказал я, стараясь придать голосу деловой тон. — Купалов. Департамент контроля по развитию территории.

— Чего? — переспросил тот, что повыше.

— Говорю, это я владелец завода, мне Макс Бобр про вас звонил.

— Аааа… Понятно. Ну да, он предупреждал, что тут землевладелец экстравагантный. Но мы как-то ожидали образ поэта Серебряного века, шарф, берет, разговоры про полутона цветов, ожесточённого монолога про цветовые решения при реконструкции завода.

— До гудка мне цветовые решения, ребятки. Я не поэтесса Цветаева, а скорее Печкин в молодые годы. Меня, кстати, Вадим зовут.

— Георгий, а это Павел, — ответил тот, что пониже, его голос звучал немного нервно. — Мы из клана Барсуков… Мы здесь для предварительной оценки, чтобы понять, что можно интегрировать в новый проект, а что под снос. Предварительные работы, предпроект, оценка, осмотр, материал для дизайна…

— Предпроект, значит, — я кивнул, обводя взглядом исполинские, поросшие сорняками конструкции. — Ну, валяйте. Открывайте всё, что хотите, ходите, где хотите. Но днём. Ночью тут… собаки шастают.

Георгий посмотрел на часы:

— Думаю, что часа через четыре мы закруглимся и уедем. Макс нам что-то говорил про важность какого-то памятника.

— Он немного спутал, но это ничего. Пойдёмте. У вас в работе есть система или вы пока что просто бродите? Осваиваетесь?

— Есть, конечно. Каждый капитальный объект — фото с двух ракурсов и если получается, то изнутри. Сделаем 3D модель при помощи нейронки, на её основании уже будет первичный демо-проект на утверждение инвестору. Потом мы начнём геодезию. Проверим грунты, осмотрим фундаменты, прочен ли бетон и будут ли стены надёжно стоять. Потом разнесём это всё по единому плану, по геодезии, координаты присвоим.

— Но ведь проект вроде как есть? — спросил я, пока мы шли к пересечению улиц.

— Есть, Вадим, — вздохнул Павел, — но он «эн-десят лет имени последнего съезда партии» года, там допускаемые погрешности в пару метров и половина зданий поименована таинственными сокращениями. Вот, например, что значит «железный склад»?

— Наверное, склад из железа, из стали. А что?

— А то, что его нет, там просто участок, поросший сорняком.

— Так, наверное, в девяностые его цыгане украли.

— Шутите, Вадим? Строение сорок метров на тридцать два? Это же не кони⁈

— Ребят, вы как с другой планеты. Наверное, он и правда был железным, они его распилили и вывезли, а то, что вы видите, это поросший сорняком фундамент. Кстати, коммуникации постигла та же судьба. Всё, что не сгнило — украли. Точнее, наоборот: всё, что не украли…

— Мы поняли, что у вас тут средневековье, чума и воровство. Это памятник?

Мы остановились около мегалита. Визуально: кирпично-бетонный постамент с выцветшим вымпелом ордена Трудового Красного Знамени. Надо сказать, что прятался он настолько искусно, что даже находясь рядом, двоедушники не понимали, что он не просто кирпич и бетон, поросший мхом у основания.

— Не памятник, а орден, которым награждён завод. Юридически завод пережил несколько реорганизаций, но по-прежнему имеет право носить эту награду.

Проектировщики переглянулись:

— Да как скажешь, землевладелец. Награда несуществующей страны.

— Э, полегче, приятель! У нас в стране до сих пор более половины жилых домов — это то, что построено при стране рабочих и крестьян. Когда капиталисты в вашем лице построят столько же, тогда и поговорим. Награда существует и я хочу, чтобы она тут стояла. Для этого её надо вписать во все ваши концепции, 3D-модели и прочие планы.

— Да без проблем, дядя, — пожал плечами Павел. — Мы не хотели тебя обидеть. Считай, это ретро арт-объект на центральной площади будущего комплекса.

— Арт-объект, — усмехнулся я от его слов. — Пусть будет арт-объект. Главное, чтобы он сохранился. Орден вместе с фундаментом… важен. При строительстве его обнесём заборчиком.

Павел тем временем осматривал здание малой конторы, уродливый бетонный ящик, который, казалось, был построен наспех и так же наспех забыт.

— Вот это здание, — он постучал по стене. — Для оформления старых накладных, тогда, в мохнатые годы, вероятно, оно было необходимо. И расположение логичное. Там склады, там проходная, тут отгрузка. Но в новой логистике будущего завода оно совершенно не вписывается. Его можно снести, расчистить место.

— Или оставить, — сказал я, прежде чем он развил свою мысль, — Я бы хотел оставить его под офис. Мне нужно место, чтобы быть рядом со всем этим… с моим арт-объектом, — я снова взглянул на стелу, ощущая, как древняя сила откликается на мои слова. — Совсем рядом.

Они переглянулись, равнодушно пожали плечами:

— Тоже без проблем. Тут половина зданий не нужна. С другой стороны оставлять просто пустые здания внутри комплекса глупо.

— Не глупо, а ресурс роста. Максу понадобится завтра какое-то ещё производство развернуть, то вот они, готовые площади.

— Ладно, учтём. Но мы тогда, Вадим, будем говорить, что это твои, как землевладельца, пожелания.

— Без проблем. Вы вообще можете многое валить на меня.

Проектировщики повеселели. Судя по всему, проблемные моменты на заводе действительно были. Появившаяся возможность спихнуть некоторые из них на капризы землевладельца упростит им жизнь.

— Пойдёмте, покажу вам ещё кое-что. Важное для логистики. Вы же комплексно работаете?

Я повёл их к мосту через шуструю, но достаточно узкую реку Малая Атаманка. Мост представлял собой жалкое зрелище. Центральные плиты просели и разошлись, обнажив провал, в котором плескалась вода.