Третье обвинение состоит в том, что мы якобы следуем стоическому пониманию предопределения и судьбы, утверждая, что все происходит по необходимому и деятельному постановлению Бога, включая падение Адама, которое, якобы мы так учим, Бог предопределил и пожелал.

Мы действительно говорим, что падение Адама произошло не только по предвидению Бога, но и по Его желанию и намерению. В этом утверждении нет ничего кощунственного, если вы, с уважением и открытым сердцем, позволите мне объяснить, почему и каким образом это так.

Воля Божия бывает двух видов – общая и частная.

Общая воля – это воля Бога, которая относится ко всему творению в целом, выражая Его желание о благополучии всего сущего, но не касаясь конкретных обстоятельств или действий отдельных существ.

Частная воля (в Писании называемая «хефец») – это воля, в которой Бог не только одобряет, но и непосредственно совершает какое-либо действие. Эта воля включает Божий замысел, в котором Бог прямо желает каких-то последствий, соответствующих Его намерению. Это не просто желание, а активное действие Бога, направленное к определенной цели в отношении чего-либо угодному Ему.

Предмет частной воли (или конкретное действие) обязательно последует за Ней как следствие за причиной. Например, когда Бог желает того или иного события, это не просто некое пассивное знание о будущем, а воля, которая непосредственно направляет события, предопределяя их.

И по этой частной воле мы судим, что Бог желает добра и не желает зла как такового. Это подтверждается словами из Псалма: «Ты Бог, не любящий беззакония» (Пс. 5:4). Здесь выражается убеждение, что Бог не одобряет зло в Своей сути, но допускает его как следствие более широких и высших планов, которые служат исполнению Его правды и правосудия.

Таким образом, Божье желание и Его намерение, которое приводит к падению Адама, не противоречит Его благости и святости. Оно происходит не потому, что Бог хочет зла или страдания, но как часть более глубокого Божественного плана, который включает в себя и свободу воли человека, и последствия греха, как необходимое условие для осуществления Божьей воли и Его правосудия.

Общая воля Бога проявляется двумя способами.

Во-первых, когда Бог не желает существования чего-либо и именно поэтому это не существует. То есть отсутствие чего-то в мире происходит по прямой воле Бога.

Во-вторых, когда Бог по определенным причинам решает не мешать чему-то произойти. В этом случае Он допускает событие, хотя напрямую и не одобряет его. То есть Бог не столько хочет само действие, сколько позволяет ему случиться, не препятствуя ему.

Проще говоря, общая воля Бога – это когда Он либо не дает чему-то быть, либо позволяет чему-то произойти, не вмешиваясь в происходящее.

Важно отметить, что, когда мы говорим, что Бог желал падения Адама, мы не утверждаем, что Бог хотел его непосредственно, как доброе или благое событие. Мы имеем в виду, что Бог позволил этому произойти. Ибо одно дело – желать чего-то как явления самого по себе, а совсем другое – желать, чтобы это событие состоялось в силу попущения, даже если оно не является благим в своей сущности.

Таким образом, когда мы говорим, что Бог желает совершения греха, мы не имеем в виду, что Бог совершает грех или становится его причиной, но лишь допускает его. Это попущение – не одобрение, а допущение, при котором Бог не вмешивается, не препятствует злу, когда Он мог бы это сделать, если бы пожелал. То есть Он не хочет, чтобы грех совершался, но не препятствует ему, по причине Своего замысла и премудрости для более широких целей, которые выходят за рамки этого события.

Если задуматься о последовательности явления Божественной воли, то все происходит следующим образом: первоначально Бог желает не препятствовать греху. И лишь как следствие этого попущения грех совершается. То, чему Бог не препятствует, происходит либо потому, что Он не хочет вмешиваться, то есть попускает это, при этом не одобряя само событие, например грех; однако это попущение ведет в итоге к благу, – либо потому, что Он хочет, чтобы это произошло. Тогда мы говорим, что это благая воля на благое дело, которое благо само по себе и ведет к еще большему благу в будущем. Таким образом, как никакое добро не может быть совершено, если Бог его не совершит, так и никакое зло не может быть предотвращено, если только Бог не воспрепятствует ему. Все, что происходит, происходит только по воле Божией, даже если это воля попущения.

Нельзя сказать, что существует нечто, что могло бы совершиться без Божьего провидения. Это было бы нечестиво, ибо Божье провидение никогда не бывает бездействующим. В этом проявляется Божественная мудрость: даже когда зло допускается, оно осуществляется в рамках большего замысла, который служит высшим целям Божьего правосудия и любви.

Для сего нашего суждения существуют многочисленные обоснования. Первое обоснование я вывожу из очевиднейших свидетельств Писания. «Сего, по определенному замыслу и предведению Божию преданного, вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили» (Деян. 2.23). Здесь важно понять, что Петр указывает, что не только страдания Христовы, но и сами злые деяния, совершенные людьми, происходят по Божьему предопределению. Это не означает, что Бог желал зла как такового, но что Он позволил этому случиться как части Своего плана. Предание смерти Сына Божия хотя и являлось ужасным преступлением, однако произошло по Божьему замыслу, поскольку оно было необходимым для исполнения высшей цели – спасения человечества.

Далее, в другом месте Писания сказано: «Собрались в городе сем, чтобы сделать то, чему быть предопределила рука Твоя и замысел Твой» (Деян. 4.27–28). Это подтверждает, что даже злые действия людей, направленные против апостолов, были частью Божьего плана, хотя они совершались по воле падшего творения. Бог не совершал этих злых действий, но попустил их, чтобы через них осуществить высшие цели правды и спасения. Таким образом, Божье предопределение не исключает человеческой воли и греховных действий, но все они подчиняются большому замыслу Бога, Который направляет даже зло к своей конечной цели.

Именно это имел в виду Августин, говоря: «Если Отец предал Сына, Христос – Свое тело, Иуда Искариот – своего Господа, то почему в этом деле предания Бог праведен, а человек виновен, если не на том основании, что все они совершили одно и то же дело, но причина, по которой они его совершили, была не одна и та же?»[90]

И нет никакого жестокосердия в том, если мы, говоря о падении Адама, будем следовать Священному Писанию в том же ключе. Когда Адам вкусил от запретного плода, он не просто совершил грех по своей воле, но совершил то, что было предопределено рукою и замыслом Божьим. Это, конечно, не значит, что Бог был автором самого греха, но что Его провидение и высший план включали в себя и этот момент. Именно о таком предопределении и говорим мы, ссылаясь на Священное Писание, что в этом нет кощунства. Это язык апостолов и Церкви, и поэтому мы можем использовать его с полным правом, не опасаясь, что это будет воспринято как нелепое или кощунственное утверждение. Даже если мы не можем понять, почему Бог допустил этот грех, мы должны признать, что Он попустил его как часть Своего замысла.

К этим свидетельствам я добавлю еще одно место из Первого послания Петра: «Если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые» (1 Петр. 3:17). Это утверждение может показаться странным с человеческой точки зрения, поскольку мы склонны считать, что наказывать людей за добрые дела – это явное нарушение Божьего закона. Однако Петр говорит, что даже страдания за праведность могут быть частью Божьего плана, и в этом нет никакого противоречия с Божьей правдой. Ведь, как мы видим, страдания могут быть средством для исполнения высших целей Божьего правосудия.

Теперь следует обратить внимание на пример из Ветхого Завета, когда Господь повелел Семею злословить Давида (2 Цар. 16.10). Это деяние, которое в человеческом понимании можно было бы трактовать как злое, на самом деле было частью Божьего плана. Слово «повелел» здесь означает «приказал» или «постановил», что указывает на два аспекта Божьего управления миром. Первый – через явленную в Откровении волю – то, что Бог делает через Свое слово и прямые указания, переданные людям, открывая Свою волю. Второй – через тайную волю, которая является выражением Его провидения или скрытого постановления, когда Бог так управляет всем сущим, что ничего не может совершиться без Его воли или вопреки ей.

Таким образом, Божье провидение действует как высший принцип управления миром, и ничто не происходит без Его воли. В Писаниях мы часто встречаем свидетельства того, что Бог управляет даже самыми мелкими событиями, чтобы все происходило согласно Его плану. Примеры этого мы видим в следующих местах Писания: «Я дам повеление и призову ассирийцев против этого города» (Иер. 34:22); «Кто это говорит: “И то бывает, чему Господь не повелел быть?”» (Плач. 3:37); и в стихах из Книги Иова: «Снегу Он говорит: “Будь на земле”; равно мелкий дождь и большой дождь в Его власти» (Иов. 37:6).

Эти свидетельства из Писания помогают нам понять, что в мире нет случайности. Все, что происходит, даже если оно кажется нам злым или несправедливым, происходит под управлением Божьего провидения, и даже в этом скрыта Божья мудрость и план.

Существует ошибочное представление о том, что Бог, создав мир и установив законы природы, отстранился от управления Своим творением, лишь изредка вмешиваясь через чудеса. Такой взгляд противоречит библейскому учению.

Как свидетельствует Евангелие от Иоанна, Христос говорит: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю» (Ин. 5:17). Это указывает на постоянное, непрерывное действие Бога в мире. Более того, в книге Бытие мы видим образ Духа Божьего, носящегося над водами (Быт. 1:2). Употребленный здесь глагол (רָחַף – рахаф) описывает действие, подобное тому, как птица высиживает яйца или парит над гнездом, охраняя птенцов. Этот образ говорит о непрестанной, бдительной заботе Творца о Своем творении.

При этом важно избежать двух крайностей. С одной стороны, нельзя впадать в деизм, представляющий Бога как часового, запустившего механизм мира и устранившегося от его работы. С другой стороны, нужно остерегаться пантеизма, отождествляющего Бога с миром. Библейское понимание состоит в том, что Бог, оставаясь трансцендентным (внеположным) по отношению к творению, одновременно имманентно (внутренне) присутствует в нем, управляя каждым событием – от движения галактик до биения человеческого сердца.

Каждый удар сердца, каждое движение атома происходит по воле и под управлением Бога. Как говорит Писание: «И волос с головы вашей не пропадет» (Лк. 21:18). Это не означает, что Бог и мир – одно и то же, но свидетельствует о том, что творение находится в постоянной зависимости от своего Творца, получая от Него жизнь и существование в каждый момент времени.

Следовательно, вполне можно сказать, что Бог постановил, чтобы Семей проклял Давида, и точно так же можно сказать, что Бог постановил падение Адама, хотя и не в абсолютном, но в относительном смысле. Это означает, что Бог не был автором греха, но Он допустил его как часть Своего предвечного замысла. Падение Адама, как и проклятие Давида Семеем, произошло не случайно, а было частью Божьего попущения, которое использовалось для реализации более глубоких целей, скрытых в Его провидении. Хотя Бог не желал самого падения, Он позволил ему произойти, чтобы осуществить Свою высшую волю.

Из этого следует второе обоснование нашего суждения. Бог желает попустить грех, но что значит «желать попустить грех»? Это означает не желать препятствовать ему и не даровать ту благодать, которая необходима для того, чтобы избежать греха. Тот, кто предвидит будущее зло и желает не препятствовать ему, когда может, и не дарует необходимой благодати для избежания этого зла, на самом деле желает, чтобы это зло свершилось. Это не означает, что Бог прямо желает греха, но что Он допускает его, позволяя его совершение по воле человеческой, что в конечном итоге служит более высокому Божественному замыслу.

Когда мы говорим о существовании греха в мире, важно понимать следующее: Бог не создает зло и не является его источником, но допускает его существование в рамках Своего замысла. Он дал человеку свободу выбора, и, когда человек выбирает грех, это происходит не потому, что Бог этого хочет, а потому, что Он позволяет человеку действовать свободно. При этом даже злые поступки людей Бог способен обратить к исполнению Своих благих целей, хотя мы, из-за ограниченности нашего разума, не всегда можем понять, как именно это происходит. Таким образом, грех существует не как нечто, противостоящее Божьей воле или нарушающее ее, а как то, что Бог сознательно допускает в мире, – то есть, не желая греха, позволяет ему быть. Это допущение является частью Его замысла о спасении всего человечества.

Именно так, и не иначе, считает Кальвин[91]: «Для многих звучит оскорбительно, когда говорят, что Бог хотел, чтобы человек пал. Но в чем, спрашиваю, состоит различие между попущением и волей у Того, Кто имеет право запретить, чтобы нечто произошло, и, даже более того, Кто держит все это в Своих руках?»[92]

То же самое утверждает Беза[93]: «Когда говорится, что нечто происходит против воли Бога, то есть против Его желания – не потому, что Он не может этого остановить, но потому, что Он не препятствует этому, – я отвечаю, что это все равно, как если бы кто сказал, что это происходит по Его желанию. Ибо то, чему Бог мог бы воспрепятствовать, если бы захотел, обязательно должно произойти, потому что, не препятствуя чему-либо, Бог желает, чтобы это произошло»[94].

Разные богословы по-разному объясняют допущение Божие (то есть когда Бог не препятствует чему-либо произойти). Можно выделить три отношения Бога к допущению у разных авторов:

Бог желает, чтобы это произошло, – то есть это событие соответствует Его замыслу.

Бог не желает, чтобы это произошло, – то есть Он допускает это вопреки Своему желанию.

Бог безразличен к происходящему – то есть не имеет ни положительного, ни отрицательного отношения к событию. В этом случае Он ни желает, ни противится тому, чтобы это случилось.

Каждый из этих вариантов нуждается в тщательном богословском осмыслении, поскольку от правильного понимания того, как именно Бог относится к происходящему в мире, зависит наше понимание Его природы и взаимодействия с творением.

Если согласиться с первым предположением, то есть что Бог не препятствует какому-либо событию, потому что Он желает, чтобы оно произошло, то мы будем правы, утверждая, что зло происходит по Божественному замыслу. Бог, попуская зло, может быть именно Тем, кто хочет, чтобы оно совершилось в рамках Его более великого плана. Это позволяет нам говорить о Божественном попущении как о действии, которое не противоречит Божественной воле, но является частью Божьего провидения.

Однако второе предположение, что Бог не препятствует злу, совершенно не желая, чтобы оно совершилось, абсурдно. Если бы Бог действительно не желал, чтобы зло совершилось, но при этом не вмешивался, то это означало бы, что Бог непоследователен. Бог не может быть в положении, когда Он ничего не желает в отношении греха, потому что это противоречит Его Божественной природе. Бог не может быть бессилен или безразличен к тому, что происходит в Его творении, особенно в отношении зла. Это мнение лишает Бога властности и постоянства, что противоречит библейскому представлению о Его всемогуществе и правде.

Третье предположение, с которым соглашаются такие богословы, как Петр Ломбардский и многие схоласты, заключается в том, что Бог в отношении греха не имеет ни положительного действия или желания, ни нежелания, а лишь отрицательное действие – нежелание препятствовать. То есть Бог не активно желает, чтобы зло совершалось, но и не вмешивается, чтобы ему помешать. Однако это учение предполагает, что большая часть происходящих событий в мире происходит как бы «по неведению» или «по небрежению» Бога, что неприемлемо в христианском учении. Бог не может быть бездействующим наблюдателем в отношении всего происходящего в мире, включая зло.

Эти рассуждения хотя и выглядят сложными, помогают понять важный вопрос: как соотносится Божье предопределение со злом и погибелью некоторых людей?

Суть аргумента такова: когда мы говорим о предопределении, мы видим два действия Бога:

Активное избрание некоторых к спасению.

Допущение того, что другие идут к погибели.

Ключевой момент в том, что даже «допущение» погибели – это не простое бездействие Бога, а часть Его суверенной воли. То есть, когда Бог «допускает» чью-то погибель, это не означает, что Он просто «отошел в сторону» или что это происходит помимо Его воли. Скорее это другой способ осуществления Его воли.

Почему это важно? Потому что мы должны объяснить наличие зла в мире. Мы должны, на выбор:

признать, что зла вообще не существует (как в буддизме), или

признать, что зло существует независимо от Божьей воли (что противоречит Его всемогуществу, или

сказать, что Бог безразличен к злу (что противоречит Его святости).

Если мы говорим, что причина зла только в свободной воле падшего творения (человека или ангелов), то мы сталкиваемся с серьезными логическими и богословскими противоречиями:

Это противоречит библейскому учению о том, что Бог активно ограничивает зло в мире. Мы видим множество примеров в Писании, где Бог напрямую вмешивается, чтобы остановить или ограничить зло: от Всемирного потопа до удержания Авимелеха от греха с Саррой.

Если зло зависит только от свободной воли творения, тогда возникает вопрос: почему Бог ограничивает одни проявления зла, но допускает другие? Мы не можем понять этот принцип, потому что:

– это превышает возможности нашего понимания;

– это не раскрыто нам в Писании;

– это противоречило бы самой природе Бога как суверенного Правителя.

Жизненный опыт показывает парадоксальную вещь: зло может процветать даже там, где присутствуют все внешние признаки праведности: искренняя вера, любовь к Богу, религиозное усердие, внешняя праведность.

Поэтому мы приходим к важному выводу: существование зла нельзя объяснить только свободной волей творения. Необходимо признать, что зло существует в рамках Божьего допущения. А поскольку Бог – суверенный Правитель, то даже Его допущение не может быть пассивным или безразличным, оно всегда является частью Его активной воли и замысла.

Это не делает Бога автором зла, но показывает, что даже зло находится под Его суверенным контролем и служит Его высшим целям, хотя мы не всегда можем понять, как именно.

Поэтому учение о двойном предопределении говорит: Бог действует двумя способами:

Через прямое действие благодати для спасения одних.

Через допущение погибели других, которое тоже является частью Его суверенного замысла.

При этом важно понимать: хотя Бог допускает зло и погибель некоторых, Он не является автором зла.

Скорее Он включает даже зло в Свой больший замысел, направляя все к конечной цели – явлению Своей славы как в милости к одним, так и в справедливом суде над другими.

Это сложное учение помогает сохранить как абсолютную суверенность Бога над всем происходящим, так и Его святость и непричастность ко злу.

Само попущение Божие – это не просто отсутствие действия, а уже выражение определенной воли. Когда Бог не препятствует чему-либо, Он не просто не вмешивается, но Его воля заключается в том, чтобы это событие происходило. Попускание зла – это не «нейтральная» позиция, а действие, в котором Бог решает не вмешиваться, зная, что это часть большего плана. Таким образом, попущение является активным актом Божьей воли, а не просто безразличием или невниманием.

Если бы мы утверждали, что попущение – это просто отсутствие воли, то это привело бы к пониманию Бога как эпикурейца, то есть как безразличного наблюдателя, что является нечестивым представлением. Эпикурейская модель Бога, который не вмешивается в дела мира, противоречит христианскому учению о Божьем всевластии и Его активной роли в истории человечества.

Поэтому следует вернуться к первому предположению, а именно к тому, что зло происходит по постановлению Бога в том смысле, что Он попускает его как часть Своего провидения. Однако, несмотря на это, вина за зло не может быть возложена на Бога. Бог праведно и свято действует, даже когда Он позволяет людям совершать зло, потому что, во-первых, это часть Его высшего замысла, а во-вторых, Бог дает людям свободу воли, через которую они сами делают выбор, совершают зло или добро. Божье попущение не делает Его соучастником зла, потому что Он всё управляет для исполнения Своих святых целей.

Мы знаем, что Бог заранее знал о грехопадении Адама до того, как оно произошло. Следовательно, мы должны признать, что это событие входило в Божий замысел, – иначе пришлось бы утверждать, что существуют вещи и события, неподвластные Его провидению. Некоторые говорят, что зло предопределено Богом лишь в том смысле, что Он направляет его к определенным целям: к явлению Своей славы, спасению верующих и осуждению нечестивых. Я согласен с этим, но считаю, что это лишь часть истины. Божье провидение охватывает абсолютно все происходящее в мире – не только результаты действий, но и сами намерения и способность действовать. Ни сатана, ни нечестивые люди не могут не только достичь желаемого, но даже начать что-либо делать без Божьего позволения и воли. Было бы неправильно думать, что хоть что-то, даже самое незначительное, может существовать или происходить вне того, что Бог, будучи всегда благим и справедливым, предопределил от вечности.

В-четвертых, давайте послушаем суждение Древней Церкви. Августин говорит: «Не совершается ничего, кроме того, совершения чего желает Всемогущий – или дозволяя, чтобы это совершилось, или Сам делая это»[95]. И еще: «Иногда человек по доброй воле желает нечто такое, чего не желает Бог. И, напротив, может случиться, что человек злой волей желает того, чего Бог желает доброй волей… Есть большая разница между тем, чего приличествует желать человеку, и тем, чего приличествует желать Богу; есть большая разница и между тем, с какой целью каждый соотносит свою волю, в зависимости от чего она получает или не получает одобрение»[96]. И еще, в комментарии на 148-й псалом: «Знай, что все, что случается здесь вопреки нашей воле, происходит не иначе как по воле Бога, по Его провидению, распоряжению, назначению и закону»[97]. Тертуллиан[98] говорит: «Бог предузнал все вещи, располагая их, и расположил их, предузнавая их»[99]. Иероним[100] говорит: «Должен ли я сказать, что нечто совершается без Тебя и что нечестивый столь много может сделать без Твоей воли? Конечно, было бы кощунством так думать»[101]. И еще: «Какое бы добро или зло ни вершилось в мире, оно вершится не случайно и не без промысла Божия, но по Его суждению»[102]. Гуго Сен-Викторский[103] говорит: «Если скажут: Бог желает добра, то слышать такое человеку приятно, и эти слова не вызывают беспокойства совести. Если же скажут: Бог хочет зла, то тяжело такое слышать, и благочестивому уму сложно принять в отношении благого Бога, что Он хочет зла. Ведь, как кажется, когда говорят, что Бог хочет зла, тем самым говорят только о том, что благой Бог любит зло, что Он одобряет превратное… Поэтому благочестивый ум отвергает такие слова: не по той причине, что сказанное сказано нехорошо, а по той причине, что сказанное хорошо понято нехорошо. В действительности же здесь не просто что-то говорится, но в сказанном подразумевается что-то еще, – то, что не говорится, а именно, что Бог хочет, чтобы зло было, но не хочет самого зла… И однако Он хочет, чтобы зло было, но при этом Он не хочет ничего, кроме добра, поскольку само по себе то, чтобы зло было – это добро; но Он не хочет самого зла, поскольку само зло – это не добро»[104]. И еще: «Когда Он делает добро и попускает зло, в этом проявляется Его воля, ибо Он желает, чтобы было то, что Он делает или попускает»[105]. И еще: «И замысел Бога – это Его воля, и действие Бога – это Его воля, и попущение Бога – это Его воля»[106]. Катарин[107] говорит: «Нам не нужно опасаться признать, что Бог желает греха, как говорит и блаженный Августин, но не в том смысле, что Он желает греха именно как греха и зла, а в том смысле, что Он желает его как добра, то есть или как наказания за грех и возмездия нечестивым (ибо таково намерение Бога, и это добро, а не зло), или как самого по себе греха, который становится поводом к добру в Его возлюбленных и избранных»[108].