Одиннадцатиклассница Саша выпила водки, чтобы не было так страшно, а потом наглоталась таблеток. Она побоялась брать снотворное в поселковой аптеке, где работала их соседка. Поэтому Саша просто собрала в кучу все таблетки, которые нашлись дома. Саша глотала их по несколько штук зараз и запивала остатками водки, задыхаясь и закашливаясь. Вскоре пьяная Саша отрубилась. Потом она очнулась в собственной блевотине. Блевотина, словно позеленевший от старости мухомор, была усеяна пятнышками таблеток. Превозмогая слабость, Саша умылась, почистила зубы, убралась, вынесла мусор, замочила бельё и проветрила комнату. Когда родители вернулись домой, они ничего не заметили. Мать осторожно приоткрыла дверь в комнату дочери. Несколько секунд она всматривалась в темноту, пытаясь понять, спит Саша или нет, а потом так же осторожно прикрыла дверь. Потом родители пошли пить чай и думать, как жить дальше.

— Она совсем, что ли, долбанулась, 20 тысяч за какой-то телефон? — кипятился отец.

— Ну, может, что-нибудь придумаем, — пыталась утихомирить его мать.

— Живёт на всём готовом, вот и обнаглела. Сопля такая, палец о палец ещё не ударила, а 20 тысяч ей дай!

— Можно ведь в рассрочку взять, будем платить по тыще-две в месяц, — рассудительно предложила мать. Она устала и боялась пропустить сериал.

— Тоже мне, нашли, млин, олигарха, — уже более спокойно заметил отец, — тыщу-две, говоришь?

Засвистел чайник. Саша лежала, скрючившись под одеялом. Она слышала, как родители бубнят на кухне. Ей было муторно и страшно. И нужно было делать аборт.