Весь мой отряд уже стоял перед зданием, будто бы друзья прямо в окна выпрыгивали, лишь бы успеть. Запыхавшийся от гонки Гельт пытался отдышаться в стороне. Удивительно, но даже за пару минут они успели разработать хоть какой-то план — Лода громко заорала:

— Нас с Татьей тоже в карцер!

Татья подпела, чтобы добавить накала:

— Мы быстро вправим мозги этой малолетке — Мина больше не посмеет нарушать правила! Майор, обещаем, она не доставит вам больше проблем!

Шумели и Руперт с Вирнеем. Да так активно шумели, что и сами напрашивались на заточение. Аргументы они выдумывали зря — Швергу лишние глаза в подвале не были нужны. А идея была проста как банный лист — если меня поместят в карцер не одну, то майор со мной наедине не останется. Вряд ли он готов выставлять свои «ухаживания» напоказ, до этого еще дозреть надо. Друзья подставлялись, чтобы связать ему руки.

На крики собралось много народа: и шахтеры, и военные, и боевые маги, обычно сопровождавшие генерала Аллерда. Правда, самого его пока не было — толстяк вообще нетороплив и наверняка прибудет позже остальных.

Шверга эта театральная постановка, нарушающая все планы, очень разозлила:

— Ну-ка прикройте рты, развели тут псарню! Вы думаете, я без вас не разберусь, кого и как наказывать?!

Выступил и Кей, до сих пор молчавший:

— Майор, не сочтите за наглость, Гиена и Татья просто пытаются предупредить будущие нарушения. — Не представляю, чего ему стоило это спокойствие и вежливость, только в черных глазах растекалась тьма.

Шверг тоже умел держать себя в руках, и от недавней вспышки ярости быстро не осталось и следа. Он неожиданно тепло улыбнулся моему брату, повернулся к ближайшему магу и довольно меланхолично приказал:

— Активировать им браслеты. Пусть остальные посмотрят, стоит ли со мной так разговаривать.

Я не дышала, с ужасом наблюдая, как все мои товарищи корчатся от боли на земле. Один Кей только покачнулся, с гигантским трудом выпрямился и окатил майора еще большей ненавистью. Невыносимые страдания только крепче сжали его челюсти, но взгляд исподлобья обещал Швергу такие кары, что он позавидует тем, кого сейчас мучает с таким наслаждением.

Отменил приказ майор лишь при появлении генерала Аллерда, хотя тот как будто собирался вначале расспросить о происходящем, а не останавливать пытку.

— Позвольте доложить! — Шверг вытянулся по струнке.

Вот только генерал просто отмахнулся и заявил:

— Разбирайся сам. Если я буду в каждую мелочь вникать, то с ума сойду. А сейчас время завтрака.

— Да, генерал! — ничуть не удивившись, отозвался майор.

Мы воочию видели подтверждения своих домыслов. У майора неограниченные полномочия, он занимается всей рутиной и принимает решения, а генерал… Ну, он на то и генерал, чтобы случайно не вспотеть. Здесь же не какой-нибудь далекий Рубеж, где такие погоны получают лишь истинные герои королевства. Там каждый виден как на ладони: ленивые, трусливые и хитрые на вершину не пробьются.

Шверг самодовольно улыбнулся и сухо поторопил рядовых:

— Что застыли? Ведите Скорпиона в карцер. — Он сделал короткую паузу, посмотрел на застывшего в стороне Гельта и добавил: — И этих тоже на три дня — только в соседний. Пусть подумают о своем поведении. Во всем их отряде только Хорек не нарушает дисциплину, молодец!

Мы поняли все сразу. Бывший капитан лишь на секунду опустил голову, но сразу поднял и устало улыбнулся. Майор в любом случае вывернул бы ситуацию против него, он даже Кея устраняет, хотя тот не произнес ни единого грубого слова. Впрочем, как и остальные. Но теперь Гельт останется в одиночестве, и указанные три дня точно не проживет.

Больнее, чем от активированного браслета, нам стало, когда Оливер Гельт совершенно бодрым голосом обратился к Кею, который едва не рванул в его сторону:

— Исполняй приказ, Дорн! А я вас тут подожду, потому что я молодец. Не переживай, честь отряда не посрамлю. Ты только это… позаботься о своих волчатах, хороших ребят ты собрал. Заметил, я впервые тебя похвалил? Шагай уже, сынок, и никогда не оглядывайся.

Кей тяжелым взглядом провел по рядам шахтеров, будто все еще на что-то надеялся. Но потом кивнул и без понуканий пошел в карцер первым. При боевых магах и с браслетами на руках бунт был бы погашен за считанные секунды. Да и смысл бунтовать? Чтобы кроме Гельта потерять и всех остальных? Мы уже полгода бесправные работяги, вот только даже у бесправия есть множество граней.

***

Карцеры обустроены отлично — заключенный должен ощутить полную изоляцию от внешнего мира. Вероятно, друзья, запертые в соседней камере, пытались до меня докричаться, но я слышала лишь весьма приглушенные звуки — и даже не уверена, что они раздавались справа, а не откуда-нибудь сверху. Успокаивалась тем, что им там, по крайней мере, не скучно, а уж единственную лежанку на пятерых как-нибудь поделят. Им не привыкать к тяжелым условиям — нам всем не привыкать.

Кусок пресного хлеба — уже почти привычная трапеза, я даже по инерции поблагодарила сержанта и только потом вспомнила, что железное окошко открывал не знакомый подчиненный Гельта, а какой-то другой человек — наверняка один из множества рядовых, которые для нас оставались безымянными и безликими. Вот уж не думала, что буду невольно скучать по прежней охране. И, вспомнив об изменившихся порядках, спустила кусок в унитаз, чтобы не соблазнял. Добавить что-нибудь в еду заключенному в карцере легче легкого. А три дня и на одной воде можно протянуть — благо, новое начальство не додумалось отключить умывальник, или же это было технически невозможно.

То, что Шверг явится, сомнений не вызывало. Он сам определил не столь уж длинный срок, поэтому медлить не станет. Свои действия я продумать не могла, поскольку единственным вариантом были просто разговоры, но при четком понимании, что разговоры не помогут. Однако ничего не происходило. По моим прикидкам, прошли почти сутки, прежде чем тяжелые засовы заскрипели.

Майор вошел в карцер с подносом в руках — деликатесы на тарелках источали невозможный аромат, а небольшое пирожное одним только видом наполнило мой рот слюной. После целого дня без еды такую реакцию вызвала бы и миска каши, но Шверг сразу бил тяжелой артиллерией.

— Ну здравствуй, Мина-Скорпиончик! Ты, наверное, проголодалась? Сиди-сиди. Тут даже стола нет? Разве такая красавица заслуживает подобного обращения?

Он сейчас чему удивляется — собственному же наказанию? Шверг поставил поднос прямо на пол перед лежанкой и приглашающе махнул:

— Угощайся. Ты меня немного разозлила, но сейчас я остыл. Будь послушной девочкой, и обещаю, что больше никогда на тебя не разозлюсь.

Я не смотрела на яства, чтобы не отвлекаться. Даже крошки съесть нельзя — если не в хлебе, то в этой еде точно намешаны какие-нибудь сюрпризы. Смотреть на Шверга было неудобно — мужчина завис надо мной, а мне не хотелось подниматься с лежанки, на которой я так удобно расселась. Однако говорить я старалась твердо и уверенно:

— Здравствуйте, майор. Где же вы так задержались? Судя по блеску в глазах, вам не терпелось меня навестить.

Он притворно вздохнул:

— К сожалению, дела навалились. К тому же погиб один из шахтеров.

— Дайте угадаю — Оливер Гельт с позывным «Хорек»? — недрогнувшим голосом уточнила я. — И что же с ним случилось? Глупая драка в столовой, или сам вдруг случайно напоролся на острый предмет?

— Что ты! — он вскинул брови. — Подобные жертвы были возможны только при прошлом руководстве! Все гораздо прозаичнее: плановое посещение ближайшей шахты. К сожалению, отряд Волка почти в полном составе отсутствовал, а в одиночку даже первый подземный уровень не одолеть. Банальное стечение обстоятельств.

Значит, они просто отправили его в шахту — скормили тварям. Без магии выжить было невозможно, будь он хоть трижды опытным воякой. Что ж, из всех возможностей это еще и не худшая гибель — капитан умер в сражении. И, по всем отчетам, он просто пал при выполнении задания министерства ресурсов, детали в формальных бумажках можно и опустить.

Я неотрывно смотрела на лицо майора, пытаясь разобраться с чувствами. Гельт ведь даже другом нашим не был, противный солдафон, я устала мысленно проклинать его за эти месяцы, а претензий к нему накопилось выше потолка карцера. Тогда отчего же сейчас так тошно? Ответ ясен — из-за несправедливости происходящего. Подобное всегда выжигает душу больнее всего.

А окончательно раздавило собственное бессилие, ведь это был первый случай, когда мои сверхусилия ни к чему не привели. Я хотела спасти господина Тайта, хозяина постоялого двора, — и я его спасла. Я вознамерилась вылечить Лоду — и женщина здорова. Я придумала, как вытащить Гельта из смертельной опасности — и… И он прожил чуть дольше недели. Сейчас я смотрела не в глаза майора — сквозь них я видела все проклятое министерство ресурсов и утопала в трясине сложных ощущений. Кажется, в этот момент я даже чувства Лиама осознала: это действительно трудно, когда ненавидишь всем сердцем, но не имеешь возможности даже пальцем пошевелить.

— Последний вопрос, моя сладкая девочка, — приторно прошептал Шверг. — А с какой стати вы вдруг начали прикрывать этого подлеца? Неужели забыли, как он вас мучил и убивал ваших друзей?

Я произнесла сухо, все еще не в силах вынырнуть со дна сдерживаемой ярости:

— Все познается в сравнении, майор. До вашего появления капитан Гельт виделся чертом, а после стал считаться едва ли не святым. Вам даже пришлось убеждать отряд Мякиша, чтобы напали на него, поскольку без денег и угроз всем шахтерам было лень мстить бывшему начальнику — вот ровно настолько его в наших рядах и ненавидели.

— Да-а, развел он тут бардак, — вынес странный вердикт Шверг. — Кстати, твой наглый братец на тот же вопрос ответил короче: «Вам назло», за что они все почти десять минут корчились от боли. Ваши браслеты — настоящая магическая находка, всем языки прижимает.

Сказав это, он протянул ладонь и коснулся кончиками пальцев моей щеки. Я не дернулась и не отстранилась. Как можно спокойнее произнесла:

— Вы ведь понимаете, что я могу вам руку не только сломать, но и выдернуть из плеча? Все кровью тут заляпаете, а мне потом в этой грязи еще два дня сидеть.

Он пальцы не убрал — наоборот, провел по скуле и улыбнулся еще шире.

— Какая смелая девочка. Ты, кажется, не в курсе, что я тоже маг — и у меня третий ранг. Или ты любишь подраться, чтобы разгорелась страсть? Так я не против. Здесь ты в любом случае от меня никуда не денешься.

Я действительно об этом не подумала. У прежнего начальства магии не было, но, в принципе, ее наличие у военных не является редким чудом.

— И у меня третий, — призналась я, так и не отрывая взгляда от его лица и стараясь не морщиться от прикосновений. — Только меня учили побеждать огромных монстров, а не просиживать штаны в штабе и издеваться над беззащитными.

Я молниеносно оказалась рядом с ним, вывернула протянутую руку и впечатала мужчину лицом в грязную стену, не представляя, что делать дальше. Коса обвила его шею, но до хруста позвонков так и не сдавила. И ублюдок прекрасно понимал, что выбора у меня нет, поэтому вместо болезненного стона выдал громкий смех. Казалось бы, одинаковый третий ранг, но на поверку — вообще не одинаковый. К сожалению, мое преимущество не давало никаких выходов. Я уже под его хохот осознавала, что зря на него напала, и притом не было идей, как поступить иначе.

— А у меня седьмой, — меланхолично произнесла пустота за моей спиной. — Ну, раз мы тут рангами меряемся.

— Уже седьмой?! — я больше изумилась этому факту, чем появлению Лиама в карцере. — Вижу, что время твоей невидимости значительно увеличилось.

Шверг под заклинанием усыпления сразу обмяк и свалился мешком под стойку унитаза. Лиам все так же монотонно ответил, будто мы здесь собрались для того, чтобы оценить его достижения:

— Двенадцать минут. Зашел вместе с ним. И дальше бы не показывался, но время закончилось. И что же ты будешь делать дальше, твоя светлость?

Я тяжело вздохнула и покачала головой.

— Не знаю. Разве что снова уповать на твое вмешательство. Если убью его, то отсюда уже не выйду. Если не убью… то все равно убью, потому что герцогиня Росс скорее погибнет, чем позволит к себе прикоснуться нелюбимому мужчине. Я уж про такую падаль молчу, — я пнула бездыханное тело в бок и услышала тихий лязг металла. — Ключи у него в кармане, могу сбежать. Но браслет активируется с любого расстояния.

Лиама ничуть мое положение не угнетало, судя по непроницаемому выражению лица. А заговорил он абсолютно безразлично:

— Чисто теоретически я мог бы разрядить твой браслет — уверен, для этого не требуется какой-то слишком высокий ранг, а уж моего с лихвой хватит. Надо только добыть заклинание — оно такое же, как для зарядки. И точно где-то записано, поскольку начальство у вас меняется чаще, чем твоя прическа. Вот только я не вижу ни одной причины это делать — браслет ведь не убивает, а делает тебе очень больно, что не может не радовать.

— О, вы с этим куском свинины могли бы подружиться, у вас много общего, — оценила я, указывая взглядом на майора.

Наклонилась, обыскала карманы Шверга и вынула связку ключей. Смело шагнула к двери, даже не покосившись на Лиама. Он никуда не денется — усыпит охрану в коридоре, потому что прямо сейчас я подвергаю свою жизнь риску. Так и случилось. Я беспрепятственно прошла до самого выхода из подвала и выглянула наружу. С определением времени не сильно ошиблась — с момента ареста прошло часов двадцать, и сейчас на улице стояла ночь, но небо уже подернулось предрассветной дымкой. В действительности этот период считается у воров самым благоприятным, поскольку люди спят крепче всего — общение с Рупертом бесследно не прошло.

Бесшумно проскользнула к главному входу — его и раньше не запирали, и теперь необходимости не видели, ведь круглосуточные тренировки шахтерам не запрещают. Миновала лестницу и оказалась в столовой — обычно шумная, она сейчас пугала глухой тишиной. Без труда нашла запасы продуктов. Набила живот так, что внутри неприятно заныло, напихала сладкие булки в карманы до отказа — на костюме оттопыренная эластичная ткань была очень заметна, но меня это не смущало. От сытости настроение немного улучшилось, однако плана в голове так и не родилось. Охрана видела, как Шверг проходил ко мне! И охрана, когда очнется от заклинания, должна видеть, как Шверг уходит живым и невредимым, любой иной вариант мне не поможет. Но тогда он вернется уже завтра.

Лиама я не замечала нигде, хотя постоянно озиралась. Я даже мельком его присутствия не ощущала. Интересно, он смог себя заставить уйти или все-таки наблюдает издали, не совершу ли я фатальную ошибку? Сама вероятность последнего здорово прибавляла мне храбрости.

Весь первый этаж — это апартаменты нового начальства. Генерал живет в покоях Гельта, Шверг, скорее всего, по соседству. Военных теперь так много, что они и половину второго этажа под свои нужды заняли: все равно свободных спален хватало, а шахтерские отряды переселились таким образом, чтобы занимать две соседние комнаты. Я на миг остановилась у лестницы вниз, а потом уверенно зашагала по коридору.

Нужный ключ в связке нашелся не сразу, а еще я очень боялась громко звякнуть, поэтому времени ушло еще больше. Но в конце концов кабинет был отворен. Я руководствовалась самой простой логикой — капитанский кабинет теперь буквально обязан быть генеральским. И пусть я не Руперт и даже не Вирней, но с ключами и в такое время было бы преступлением не рискнуть. Осмотрела все полки, взялась за ящики рабочего стола. А как я узнаю, что нашла именно нужное? С другой стороны, а какие другие заклинания должны быть непосредственно под рукой главнокомандующего? Оно хранится в головах боевых магов, но раз подчиненных меняют, то и заклинание выдается снова. Сердце колотилось в ушах все громче и быстрее, ведь я не имела представления, когда смена караула. А спящая охрана в коридоре перед карцерами насторожит кого угодно до такой степени, что положение всех нас ухудшится еще сильнее.

Оказалось, что определить искомое легко — я попросту не смогла прочитать буквы на найденном листке. Переписала их на клочок бумаги знак за знаком, но вслух они не произносились именно в этом порядке, как будто язык отказывался поворачиваться. Чем это может быть, кроме как заклинанием, неподвластным моему третьему рангу? То самое или другое — мы проверим позже.

Чинно вышагивать я уже не могла — сдали нервы. Поэтому неслась в подвал во весь опор, радуясь нашей новой обуви. Она не только добавляет прыгучести, но и не издает звуков, — генерал Аллерд и не подозревал, что оказал нам помощь не только для шахты. Перепрыгнула через растянувшегося на полу охранника, притормозила лишь возле низкого окошка, через который передают еду. Приоткрыла и прошептала:

— Ребята, вы в порядке?

— Мина? — тотчас отозвался Кей, будто вовсе не спал. — Ты как выбралась?

— За меня не переживай, мой дорогой, — заверила я, хотя немного кривила душой. — Вы все целы?

— Целы, — прошептал он неуверенно. — Только издевательства Шверга и его ручного мага плохо сказываются на Лоде, она… Ладно, сестра, не важно. Ты о себе позаботься.

Я просунула несколько смятых булок в щель, за ними и клочок бумаги.

— Почти уверена, что это разрядит ваши браслеты. Судя по длине созвучий, похоже на то, что шептали при активации, когда цепляли браслеты нам на руки. Если не сможешь произнести, повышай ранг!

— Что?!

Это было важно — я не знала, как выпутаюсь, поэтому было необходимо передать столь ценную находку Кею. Продолжать разговор я побоялась и направилась к следующей двери. Облокотившись на противоположную стену со сложенными на груди руками стоял Лиам. Он довольно громко произнес — ему-то точно известно, есть ли риск быть кем-то услышанным:

— Не устаю тебе удивляться.

Я вошла в свой карцер, обернулась и с улыбкой произнесла:

— Спасибо за подсказку про заклинание, Лиам. Ты вообще уже много раз помогал, переоценить такое невозможно. Без тебя я бы точно страдала! Живи с этим.

И захлопнула дверь, не отрывая взгляда от его глаз. Невидимость невидимостью, но через стены он проходить не умеет, да и нельзя во всем полагаться на него — это может и расслабить. Прислушалась к мирному сопению Шверга и запихнула связку ему в карман. После чего улеглась на свою лежанку и с удовольствием вытянулась.

Он разбудил меня воплем уже очень скоро — я едва-едва задремала:

— Что ты со мной сделала, гадина?! Да ты представляешь…

— Это ментальная атака, майор, — придумала я объяснение. — Сделаете хоть шаг в мою сторону — я повторю. Только в следующий раз заодно и отпинаю вам хозяйство до синевы. С насильниками так и надо поступать, но я даю вам шанс на исправление.

— Да ты… Да… — Он будто захлебывался злостью, но угроза все-таки сработала — ко мне он приближаться не стал. Правда, быстро собрался с мыслями: — Тебе конец! Я ведь хотел по-хорошему — в нормальные условия тебя переселить, жизнь твою улучшить. А теперь я так с тобой позабавлюсь, что ты пожалеешь! Думаешь, я не приду сюда с боевыми магами или с артефактами, дрянь?! Молись всем богам, чертовка, но доброты больше не жди!

Вот и пусть приходит — и с магами, и с артефактами, лишь бы дал выспаться. Чем больше шума он устроит, чем больше людей посвятит в свою извращенную личную жизнь, тем вернее вмешательство Лиама или даже их высочеств. Уж последние-то в стороне не останутся, когда правда всплывет. Живой я все равно не дамся, а мой труп всем этим мерзавцам так аукнется, что я потом даже в компании богов буду смеяться.