Аллерд уже не впервые доказывал, что он обыкновенный популист. В баронстве Газбо он самодовольно объявил, что намерен платить нам гонорары — в точности, как профессионалам. Целый медяк за каждую единицу эфира! И эти деньги мы можем тратить на развлечения и личные вещи — мы ведь не какие-нибудь рабы, как внушал нам ужасный Гельт, а практически наемные рабочие! Разве что с тем отличием, что не можем уволиться или отказаться от выполнения приказа, но кто на такие мелочи внимание обращает?

Кое-кто в ряду одобрительно загудел — некоторым давно не терпелось обзавестись монеткой, чтобы после трудной недели пропустить стаканчик в трактире. Кей же шепотом отметил:

— Медяк? Это примерно в сто раз меньше, чем получали за добычу настоящие шахтеры.

— Ну это логично, — безразлично отозвалась я. — Нас создавали для экономии этой статьи расходов, а не наоборот. Зато гляди, как лояльность повысилась — хватило и крохи.

Гельт стоял рядом и все слышал, однако мы уже привыкли спокойно критиковать министерство при нем — поначалу было даже забавно, как он то краснеет, то бледнеет, но возразить ничего не может.

Кей оставил эту тему и перешел к другой:

— Майор Шверг снова на тебя похотливо пялится. Он уже создает тебе проблемы или только готовится их создать? Припугнуть его не получится, надо устранять тихо и очень чисто.

— Не вмешивайся, мой дорогой, с этим и сама справлюсь, — заверила я, ничуть не тревожась. — Не вечно же мне под твоим теплым крылышком сидеть и даже для такой ерунды привлекать.

На это Гельт уже промолчать не мог — он с трудом сумел не завопить во все горло:

— Вы спятили, Дорны? Вы на что такое намекаете — на убийство и возможные домогательства? Да такое немыслимо по уставу! А если даже и возможно, если вы на сто процентов уверены, то необходимо как можно скорее отправить письмо в министерство и изложить суть проблемы! Там ему быстро хвост прижмут.

— М-да-а-а, — весело протянул Кей. — Оливер-Оливер, какой же вы у нас наивный вояка. Ваше министерство спит и видит, как бы поскорее решить проблемки практически несуществующих людей. Оно же просто олицетворение справедливости! Ладно эти дураки, — он неопределенно кивнул в сторону радующихся шахтеров, — но вам-то что еще непонятно? И успокойтесь, никто Шверга трогать не станет, мы ведь не животные. Если не спровоцирует, конечно, — и окончательно уничтожил его лучезарной улыбкой.

Бедному Хорьку можно было только посочувствовать — внутренняя борьба вымуштрованного чувства долга и реальных обстоятельств всякий раз отражалась на его лице. Он бы и хотел нам что-нибудь приказать, но и полномочий таких больше не имел, и не мог определиться, как поступать правильно.

***

Шахта незнакомая, богатая на ресурс, трехуровневая, хотя спускаться дальше второго яруса нам настрого запретили, желательно вообще остаться на первом — генерал Аллерд сейчас был сосредоточен на сохранении бойцов. На каждый рейд выделялся час — сколько успеют собрать, столько медяков на всех и получат. Отряд Волка поставили последним, и новое начальство точно понимало несправедливость расстановки: каждой следующей группе будет сложнее, чем предыдущей. Поэтому вся восьмерка отряда Жука так громко и радовалась, когда их отправили в самом начале — максимум, что им грозит, парочка смелых шестиног, эфир можно собрать и не отходя далеко от подъемника. А вот люди Мякиша, коим следовало спускаться перед нами, тряслись и хмуро поглядывали на своего командира, не без оснований тревожась. Сам он от страха затряс двойным подбородком, из-за которого и получил такое прозвище. Мы же пожали плечами и отправились ставить палатку, чтобы устроить себе комфортный семичасовой отдых перед работой. Распределение не удивило — генералу хочется побыстрее избавиться от Гельта, а тут даже формально придраться не к чему.

Я вообще проспала до самого клича. Из нас только Хорек не смог расслабиться — сидел возле входа, словно нес караул. Да и Кей уходил, чтобы послушать разговоры вернувшихся. Никаких жутких новостей не принес: в первых трех отрядах ни одного погибшего, в четвертом — сразу трое тяжелораненых, в пятом — один труп, а дальше он уже и не спрашивал. Шахту несколько лет не зачищали, монстров много, но и эфира достаточно — замучаешься собирать. Главное, не поддаваться жадности и не пытаться нахапать больше, чем вмещается в рюкзак. И даже эти результаты говорили о том, что подготовка у всех значительно выросла. Тем не менее не совсем было ясно, что генерал будет делать с группами, где без жертв не обошлось — мы только-только укомплектовались, а теперь некоторые восьмерки превратятся в семерки, а то и шестерки… Наверное, ничего не будет делать — оставит эти решения на свободную волю шахтерам. Ведь хоть что-то нам должны оставить, чтобы мы ошибочно продолжали считать себя людьми.

В сопровождении солдат мы подошли к подъемнику и наблюдали, как седьмой отряд в полном составе проходит досмотр. Мужчины шумно радовались, хлопали друг друга по спинам, а Мякиш, который вообще никогда к нам симпатии не проявлял, от благостного расположения духа расщедрился на совет:

— Ничего страшного! Первый уровень почти полностью зачищен, не идите по центральному тоннелю — он гораздо опаснее, так как в конце спуск на второй ярус. А там и сверху эфира хоть попой ешь!

Один из его приятелей расхохотался:

— Ты и задом жрать успеваешь? То-то едва в проходе не застрял! Теперь ясно, как ты на армейских харчах умудряешься не худеть!

— Завали хлебальник, Сыч, а то я тебя сейчас завалю…

Кей не стал прерывать шутливую перепалку в явно сплоченной команде, просто кивнул в качестве благодарности за информацию и пошел к корзине первым.

В шахте мы осмотрелись — под землей всегда разные тоннели и маршруты, но все равно обстановка кажется примерно одинаковой. И сразу хочется приглушить голос. Поэтому Лода прошептала:

— И куда мы сейчас?

— На второй уровень, конечно, — улыбнулся ей Кей, полностью проигнорировав рекомендацию Мякиша. — Не приведите боги, задержимся, кто-нибудь спустится нас проверить и увидит, чем мы тут занимаемся. — Он повернулся к самому широкому коридору, осветив путь нагрудным фонарем, и перешел на привычный сухой тон: — Двигаемся быстро. Скорпион, правый фланг. Комар, левый. Гиена и Паук — замыкающие. Хорек, на вас Татья — если на ней будет хоть царапина, я так начну царапаться, что мало не покажется.

Гельт лишь сжал крепче двуручный меч и сделал шаг в сторону Татьи — он лучше всех других понимал, что в боевой обстановке приказы главного не обсуждаются. Но вот у Руперта это пока на подкорку вбито не было, поэтому он еле слышно спросил:

— Подожди, ты уверен? Ты ставишь безрукого, полуногого лекаря под защиту неодаренного? Рисковый ты парень, Волкодорн.

Кей даже не обернулся, чтобы отвесить Руперту подзатыльник, он хмыкнул:

— Какой ты все-таки идиот. Боевой опыт в сто раз важнее твоей магии. Все, вперед!

Проще всего было просто пробежать весь первый уровень, но из-за Татьи мы были вынуждены передвигаться медленнее. Женщина уже могла ходить без костыля, но все равно сильно хромала. Мякиш не соврал — в начале вообще никаких трудностей не возникло, а после начали нападать шестиноги. Мы не зря столько тренировались — отряд был защищен со всех сторон, и атаки даже не снижали нашу скорость. Я едва не присвистнула, когда Гельт мгновенно снес голову высоко подскочившей шестиноге. А ведь этот человек видит подземную тварь впервые в жизни, но у него ни один мускул на лице не дрогнул. Кей снова оказался прав: капитан с ним занимался лично перед дуэлью с Лиамом, брат его навыки успел оценить, а реакция на стресс нарабатывается далеко не только в шахте. Мне только в этот момент стало понятно, что наш отряд не спас «неодаренного слабака», а усилился опытным и весьма надежным человеком.

Вспомнив о Лиаме, я поинтересовалась, сбивая хлыстом очередного монстра с направленной траектории:

— А где Северт? Он не брал силу из нашей связки — может, не смог сюда проникнуть?

— О, на это я бы даже не рассчитывал. Сучонок умеет удивлять, — протянул Руперт то ли негодующе, то ли восхищенно.

Однако Лиама нигде не было. Мы нашли спуск, помогли Татье и спрыгнули сами. Расчистили для себя небольшую пещеру, избавившись от растолстевшей домарины, и приготовились к главному. Здесь уже обязанности расписывать не нужно — я вмиг принялась колдовать огонь, пока Кей и Руперт готовили ингредиенты. Остальные спешно собирали эфир — кроме наших нужд, необходимо что-то сдать начальству, чтобы к нам не возникло вопросов.

— Вы что творите? — заподозрил Гельт неладное. — Подождите, что вы тут магичить собрались, мерзавцы мелкие?!

— Воруем у министерства что можем, — весело оповестил его наш талантливый вор. — Эх, жаль, что вам чистая мана без надобности — без резерва в ней нет смысла. А так бы тоже в долю вошли.

— Да вы спятили! — как можно громче шептал капитан, у которого постоянно вылетало из головы, что он разжалованный. — Точно говорят — горбатого могила исправит! Вы хоть представляете, сколько это стоит, черти? Эй, придурки, на меня посмотрите! Ау! Нет, я плюну на свое положение и составлю рапорт…

Разумеется, на него и не думали обращать внимание, продолжая заниматься делом. Первые собранные пузырьки пошли на очистку. Кей закинул в рот первый, удовлетворенно кивнул — дескать, все отлично, вторую дозу протянул Татье. Она уже была в курсе по моим объяснениям, поэтому мешкать не стала.

Через несколько секунд она очень низко опустила голову, согнулась вся, плечи высоко подняла. Я испугалась:

— Татья, ты в порядке?

Женщина ответила не сразу:

— Рука болит… Так болит, будто иголки в нее втыкают… Аж дышать трудно, как больно…

Я недоуменно посмотрела на брата.

— Может, плохо очистили?

Он не ответил — наоборот, начал улыбаться, словно услышал нечто приятное. Хотя до конца объяснила сама Татья:

— Я же вообще ее ниже локтя не чувствовала, а она… болит! Я будто пальцами сжимаю раскаленное железо! — И только сейчас в ее сдавленном хрипе послышались восторженные ноты.

— На это и был расчет, — заверил Кей. — Чистая мана укрепляет твои каналы, а магия уже самостоятельно устраняет все неполадки. Вряд ли одна доза излечит твое тело до конца, повреждения слишком серьезные, но еще один или два похода в шахту — и ты станешь сильнее, чем когда-либо раньше. Кто следующий? Вирней, не надоело еще быть на первом ранге? Я бросаю — лови. Да не ртом, чудик! Ладно, не подбирай, сейчас следующий очистим. Татья, я же сказал не… А, ты правой рукой его подняла?!

— Перекоси меня погонами… — простонал позади нас Гельт. — Это же… это же… чудо! Вот же недоноски, такое чудо сотворили… То есть вы в шахте свои делишки обустраиваете, а монстры вам и не помеха? Насколько же сверху вся ситуация-то не видна… Бедное-несчастное министерство ресурсов, раз его даже такие молокососы во все дыры нахлобучивают…

По всей видимости, рапорт он уже писать не собирался.

Моя очередь была последней. Я не так уж давно взяла третий ранг, до четвертого пока далековато, но чистая мана значительно ускорит этот процесс. Однако стоило мне только поднести эфир к губам, как прямо перед носом возникли пальцы и ловко перехватили пузырек.

— Ты все-таки явился, — обреченно произнесла я.

— Конечно, — ответил Лиам, закидывая в рот мою ману. — Некоторое время наблюдал за вами — никак не мог понять, что здесь делает ваш капитан, и до сих пор не понимаю. Судя по всему, он каким-то образом теперь с вами, а остальное мне безразлично.

Кей собрался, вскинул оба коротких меча и настороженно предупредил:

— Мы не будем нападать, если ты не будешь. Ты взял свою долю, все честно, можешь быть свободен до следующего похода.

— О нет, дружище, — издевательски произнес Лиам. — Я здесь не только за долей, но и чтобы Мина не приняла свою. Не допущу, чтобы она стала сильнее. В идеале хотелось бы, чтобы она осталась слабейшей среди шахтеров, но, к сожалению, с этим я опоздал.

— А-а, — понимающе отозвалась я. — Ты все о моих будущих страданиях. Тебе мало того, что я от этой службы никуда не денусь?

— Мало, милая, мне всегда будет мало. Разве что станет достаточно, когда ты, искалеченная и обездвиженная, останешься на дне шахты, и меня не окажется рядом, чтобы тебе помочь. Хотя и тогда я расстроюсь, что ты мучилась недостаточно.

Я в эти нелепые споры вступать не собиралась. А Кей едва сдерживал злость, хотя пытался говорить ровным тоном:

— Не глупи, Северт, ты не сможешь контролировать Мину вечно. Когда там уже твой выпуск? Я буду отмечать каждый день в календаре до этой даты.

— Рад, что ты спросил, — тот изображал веселье, хотя я видела в серых глазах лишь усталость и равнодушие. — Есть план завалить диплом. Я как раз пропустил достаточно, чтобы не возникло подозрений. И поскольку до сих пор мои результаты были безупречны, ректор войдет в мое положение и позволит проучиться в академии еще год, чтобы наверстать упущенное. Я пока не решил, как поступлю, но очень хочется остаться неподалеку от вас еще на целый год.

От подобной вероятности мои глаза расширились, а Лода вообще обреченно охнула. Год?! Да он способен из нас вытянуть все жилы и за пару месяцев, а уж год — это, считай, почти бесконечность.

— У тебя других дел нет? — выдохнул Кей. — Что тебе сделала моя сестра, раз ты даже не хочешь возвращаться домой ради мести, чертов ублюдок?

— Одно предупреждение, Дорн. — Лиам вытянул указательный палец. — Сегодня я решил, что только один из вас пострадает, и даже уверен, кого бы ты выбрал. — Он многозначительно посмотрел на застывшего Гельта. — Но не провоцируй меня.

Мой брат знал, как должен вести себя командир в случае угрозы — ни в коем случае не показывать страха. Поэтому и сказал безмятежно:

— А ты не думай, что смог нас запугать. Никого из своих людей я выбирать не стану — я же не жестокий маньяк, как некоторые. Отряд, построение номер два!

Мы бросились к отточенной позиции. Лиам вообще связь с реальностью потерял, раз считает, что все вместе мы не сможем его сдержать и выдадим кого-то из друзей, лишь бы от него на сегодня отделаться. Не знаю, на что он рассчитывал, но атаковать в лоб все-таки не стал, а просто усмехнулся:

— Тогда двое.

Он ударил не по центру, а закрутился вихрем в левый фланг. Вирней, осознав, что Лода под угрозой, нарушил построение и попытался задвинуть женщину себе за спину, и поэтому тоже попался — с его первым рангом никакой возможности противостоять и не было. Вихрь утих внезапно, с потолка посыпалась черная крошка на то место, где еще мгновение назад стояла эта пара. Вирнея и Лоды в пещере не было — впрочем, как и Лиама. Просто снес их, вышвырнул в проход и испарился в неизвестном направлении.

Мы не запаниковали. Кей сжал челюсть и молча показал на выход — будем искать друзей, пока не найдем. Сам вышел вперед и остервенело всадил меч в голову принюхавшейся домарины. Животина дернула жирным хвостом, сбивая на подлете хирну. Руперт метко снял следующую. Второй уровень шахты — это не легкая прогулка, здесь нет места ни для волнения за приятелей, ни для осечек.

Еще две крупные домарины подняли туши и поползли в нашу сторону. Мы так же молча перестроились для отражения атаки, хотя диспозиция была не в нашу пользу. Однако сделать выпад монстры не успели, они рухнули от одновременного удара по обоим сзади. Лиам выдернул мечи из толстых черепов, выпрямился и отработанным движением заправил их крест-накрест в ножны за спиной. Мы остановились, не представляя, зачем он вернулся, да этот мерзавец и не ждал вопросов:

— Ваши приятели на третьем уровне. Поспешите, а то один из них слабак, а вторая, кажется, в шоке. Ну, что уставились? Игра уже началась. Или нападайте на меня. Видишь, Кей, выбирать-то все равно пришлось, а ты отказывался.

Дыра вниз где-то очень близко, иначе Северт не успел бы унести двоих и вернуться. Но это не значит, что есть хоть секунда на размышления. Кей рванул вперед мимо него первым, за ним поспешили остальные. Даже Татья неслась во весь опор — от недавней хромоты не осталось и следа. Не знаю, как в подобном случае поступили бы в другом отряде, но мы держимся на том, что каждого своего вырываем из лап смерти. Это и есть тот клей, который всех нас крепко держит рядом.

Однако меня Лиам схватил за плечо, резко дернул на себя и тут же отпихнул к стене.

— А ты куда собралась? Я ведь не могу допустить, чтобы ты погибла.

Я посмотрела в уже опустевший тоннель, кое-как совладав с желанием предпринять еще одну попытку прорваться. Лиам не позволит — и это от него даже не зависит. Медленно вдохнула, пытаясь обуздать нервы, и перевела взгляд на обидчика.

— Ненавижу тебя, — хотелось бы говорить совершенно спокойно, но вряд ли это получалось. — Ты убил Гарольда, а теперь еще Лоду и Вирнея. Ты же в курсе, что они ни в чем не виноваты?

Лиам подставил ладонь к щеке и прошептал, будто делился какой-то тайной:

— По секрету, их я еще не убил. Наоборот, позаботился о них. Доставил прямиком под бок белесого червя. Рядом с ним безопасно, вы ведь изучали, к нему даже туповатые домарины не приближаются. У Кея сейчас четвертый ранг? Справится. Если успеет, конечно.

Я держала себя в руках, а то, что челюсть задрожала, в счет не идет. Белесый червь никогда не поднимается выше третьего уровня шахты, слишком крупный. Передвигается очень медленно, слепой, как все подземные монстры, еще и глуховат, шейные позвонки не слишком прочные — можно уничтожить одним хорошим ударом. Это делало бы белесого червя почти безопасным для шахтеров, если бы не мощная аура нестерпимого ужаса, которую он излучает. Шестиноги и домарины научены не попадать в границы действия такого фона — он парализует и обездвиживает добычу. Но маг четвертого уровня вполне способен справиться с таким влиянием. Вот только у отправленных туда первыми Лоды и Вирнея отнюдь не четвертый…

Лиам оценил мою реакцию по выражению глаз и легковесно продолжил:

— Поэтому пока им грозят только незабываемые впечатления — поговаривают, низкоранговые маги испытывают такое, что их потом в чувство часами привести не могут. Видишь, твоя светлость, я вовсе не убийца. Просто надеюсь, что когда-нибудь все люди поймут, как опасно находиться рядом с тобой, и отстранятся. Готова к полной изоляции? Меня бы это порадовало.

— Отличный план, только нереалистичный, — проговорила я. — Кей от меня никогда не отвернется, остальные не отвернутся от Кея, потому что рядом с ним безопаснее всего. Что бы ты ни творил, это приведет только к нытью Руперта. Но и он никуда не денется, потому что мы все ближе, чем родственники.

— Ясно. Очень жаль, — ответил Лиам. — Тогда приглашаю тебя на романтическую прогулку до подъемника. Там своих недородственников подождешь.

Без дополнительных понуканий я развернулась и направилась к дыре, ведущей на первый уровень. И не только потому, что Лиам и силой меня утащит куда угодно, просто если время выйдет, то именно я крикну охране, чтобы немного повременили — заявлю, что произошел обвал, и остальные скоро будут. Заткнула кнут за пояс, выпрямила спину и просто пошла. Не дергалась, когда рядом со мной замертво валились шестиноги, с писком сгорали хирны и отлетали в стены домарины, сотрясая всю шахту. И голос не приглушала, не боясь привлечь внимание хоть целой стаи, поскольку за мной шагал куда более страшный монстр. Мне и пальцем не нужно шевелить, ведь Лиам не допустит, чтобы меня кто-то прикончил — и я искренне наслаждалась этой невольной властью над ним.

— Знаешь, а ведь я всю жизнь называла ее «матушкой», — я будто просто рассуждала вслух. — Принимала ее, понимала, жалела. Я ведь от титула хотела отказаться, но Шелла так меня поддерживала, такие правильные слова подбирала… Знала же, стерва, что король отказ не примет, заподозрит давление, и тогда уже ее отпрыску ничего светить не будет. Каждое произнесенное ею слово было выверено до идеальной точности. И кто бы догадался, что подкупленный ею женский доктор лишил меня девственности? Это на случай, если что-нибудь пойдет не ее плану, и моим словам не поверят. Представляешь, она готовилась за несколько лет до того дня, когда опоила меня и подложила в мою постель бедного конюха, которого тем же утром и убили? Ни за что, просто так. Ведь если бы не убили, то он продолжал бы кричать о подставе.

Я сделала паузу, ожидая хоть какой-то реакции. Лиам через некоторое время проговорил:

— Ты могла все это и выдумать, твоя светлость. А наличие у тебя девственности я пока проверять не собираюсь.

Видимо, его еще не проняло, а доказательств у меня как не было, так и нет. Поэтому я просто продолжила:

— Когда ее стража передавала меня наемнику, Шелла предложила ему со мной поразвлечься перед убийством. Она свою герцогиню, ее властительницу подарила грязному мужлану в качестве подстилки. Меня спасли боги и суеверия. Но я совру, если скажу, что мне пришлось легко. Шелла — образец двуличия. Для тебя святая, для всех остальных — хладнокровная циничная змея. И, знаешь ли, я вижу между вами сходства. Ты тоже перед принцем и принцессой совсем не такой, как перед другими людьми. Кровь не водица, да, Лиам Северт?

Остановилась, поскольку теперь следовало подняться на уровень выше. Он взял меня за шкирку и просто запрыгнул вместе со мной на первый ярус. Тотчас отпустил и подтолкнул в спину, чтобы шла дальше. А ответил уже после долгой тишины:

— Будь это все правдой, ты рассказала бы мне раньше — сразу, когда мы встретились. Мой отец погиб на Рубеже, Итан Росс для него был выше богов и королей. Как бы я ни относился к его дочери, но в любом случае помог бы.

Я громко рассмеялась.

— А кто ты такой, чтобы я тебе доверяла? Я не знала тебя точно так же, как ты не знал меня. И разве ты бы поверил? Ты даже сейчас не веришь, а если бы о таком заявила незнакомка? И как бы ты мне помог — самолично убил бы свою мамашу?

— Разумеется, нет, — сухо опроверг он. — Тебе твоя месть была важнее потерянного положения? Не будь ты такой импульсивной, сейчас, возможно, была бы снова герцогиней, а мама… ну, мама могла бы просто жить где-нибудь в другом месте. Ведь в конце концов она тебя не убила — а может, и не собиралась, ведь ей достаточно было освободить твое место для меня? Задумал бы я твое убийство, никакие боги и суеверия тебя бы не спасли.

Под светом нагрудного фонаря уже различался подъемник. Поэтому я притормозила и повернулась к парню. А ведь он вовсе не глуп, но никак не понимает, что меня не устроил бы любой исход, при котором Шелла жива и здорова. Как и его никогда не устроит ее гибель, что бы она ни натворила. Противоречие между нами непреодолимо, но самое смешное — никому из нас и не нужно его преодолевать.

Я просто взяла его за руку и в ответ на его недоуменный взгляд пояснила:

— Тлен. Пора взять еще часть. Кстати, как там мои каналы?

Да, я относилась к нему не как к человеку, а как к бездушному инструменту для решения своей проблемы, раз уж не получается от него полностью избавиться. Лиам справился с эмоциями, не вырвал ладонь, а опустил голову и прислушался к ощущениям.

— Становятся лучше, количество тлена постепенно уменьшается, — прокомментировал через несколько секунд, убрал руку и совсем тихо добавил: — Вот бы тебе хоть на миг представить, как я теперь живу. Спасаю тебя, помогаю тебе, хотя хочу совершенно другого. И везде ты. Куда ни повернусь — ты. Вообще бы глаза не открывать, но даже за закрытыми веками ты. Если в итоге я сойду с ума, то это будет самым предсказуемым финалом.

— Я бы посочувствовала тебе, Лиам Северт, если бы из-за тебя сейчас все мои друзья не были в смертельной опасности. Не ты здесь пострадавший, от тебя бед куда больше, чем от меня. Притом я наказала виновную, а ты наказываешь любого, на кого взгляд упадет. Ты не сойдешь с ума — ты уже с него сошел. И это, кажется, просто наследственность.

Он прикрыл глаза, отступил в темноту и исчез. И сразу с разных сторон раздались долгожданные звуки. Сверху выкрикнули:

— Отряд Волка, готовы к подъему?

А из глубины шахты послышались далекие приглушенные голоса.