– У меня всё есть! – малыш повёл себя как джентльмен. Он смотрел на Савву, ещё не понимая, что теперь у них с сестрой есть деньги. – Купите Тане красивое платье.

Тоня потрепала мальчика по голове.

– Мы сами можем себе всё купить! – она показала одну из карт. – Теперь деньги папы будем получать мы, а не дядя Валера.

Голубые глазёнки светились радостью. Тоня ждала, что сейчас полетят просьбы, но прозвучала одна.

– Супер! Можно купить мне новый планшет?

– И телефон! Поменяем всё наше старьё на новое.

В холле дома поджидала Лида. Лиса подслушала разговор с Тёмой.

– Куда это вы собрались? – Она с ехидством смотрела на подопечную. – Тебе двадцать лет, но Артёму всего семь, и я за него отвечаю. Он останется дома!

– Отлично! Сейчас вызываю милицию и опеку. Объяснишь, откуда у него на руках синяки. Ты права, ему семь лет и на твою беду, мой брат не чокнутый. Сможет пересказать события последних дней.

Савва подхватил мальчика на руки.

– Отойдите в сторону! Иначе я и управляющий фондом выступим свидетелями, – тихий рык, холодный, парализующий взгляд тигра. Невозможно понять, что в его голове и это пугало до чёртиков.

Лида не отошла, а отскочила от двери.

Они выходили из дома, взяв Тёмика за руки. Тоня чувствовала затылком тяжёлые взгляды. Понимала, что сегодня заработала не просто ненавидящих богатую родственницу дядю с тётей, а смертельных врагов и с этим нужно что-то делать.

Таня

Таня молчала, словно проглотила язык. Что могла рассказать? Подставила его девушку разбираться с людьми, для которых нет ничего святого. Уговорила рисковать здоровьем и жизнью. Имела на это право? Всё казалось не таким безобидным, как день назад, когда убегала из дома.

Взгляд Макса постепенно становился звериным. Что скрывается за молчанием двойника «бешеной». В ресторане точно была она, а из дома вышла другая. Её уже нет в живых?

– Где Тоня? – он вполсилы дёрнул за длинные волосы.

Таня взвизгнула от боли.

– С ума сошёл? – пришлось вжаться спиной в дверь, мало чего ещё могло прийти Максу в голову?

Невозмутимый здоровяк сделал вывод.

– Не парик… – Он вплотную приблизил лицо, всматриваясь в голубые глаза. – Линзы?

– Свои! Ногти вырывать не собираешься, или зубы выбивать? – Она широко открыла рот. – Можешь потрогать челюсть. Своя, не вставная! – Очарование сильным защитником испарилось. – Сумасшедший, чем ты лучше брата? Жива твоя Тоня, осталась в Москве вместо меня.

– Как это? – Макс насупился. Сравнение с Ильёй не понравилось. – По ушам мне не три, говори правду!

– Мы очень похожи… – Таня чуть не плакала. Обидно настолько ошибиться в человеке.

– Это я понял. Почему она осталась? Что с ней?

– Нас с братом родственники хотят сдать в психушку. Тоня сможет поставить их на место. Потом обратно поменяемся… – Она сомкнула веки. Понимала, в данный момент на самом деле выглядела сумасшедшей.

– Каким образом?

Таня начала монотонно бубнить:

– Я очень богатая, но трусливая. Этим воспользовался брат отца. Он наш опекун, после гибели родителей. Тётка угрожает, если не выйду замуж за её брата, отправит лечиться. Надолго.

Максим мотнул головой:

– Какой-то бред. Ничего не понял.

Она устало откинулась на кресло. Шок прошёл, в тело вернулась боль. Проговорила, не открывая глаз:

– Отвези меня домой. Там поговорим. Татьяна Ивановна тоже обещала рассказать что-то важное.

Экран смартфона в сумке засветился и тут же погас, полностью разрядившись. Таня до утра не прочтёт сообщение, которое могло многое изменить…

Глава 22

Тоня

Спортивная машина, лавируя в потоке железяк на колесах, быстро неслась по автостраде в сторону Москвы. Тоня впервые ехала на «Ягуаре». Руки чесались сесть за руль. Савва загадочно улыбался, будто чувствовал это. Взгляды серых глаз становились более долгими, оценивающими. Он словно сравнивал её с кем-то. Хотелось, чтобы с той блондинистой дылдой. Оценил и понял, что натуральная форма губ и груди, намного лучше накачанных чудо-хирургами.

Спина непроизвольно выпрямилась, руки поправили глубокий вырез блузки.

Пожевать губы, создавая дополнительную припухлость не получится. Слопаешь помаду. Тоня отвернулась к окну. Дурдом, да и только. Пытается соблазнить мужика, которого потом подарит Тане. Злило!

– Ты предложил удрать из дома, чтобы оказаться подальше от чужих ушей?

Савва кивнул:

– Конечно! Неизвестно как долго и где в вашем доме стоят жучки и камеры.

– Твои? – усмехнулась Тоня, ожидая ответ.

– Не только! – он уже не скрывал очевидное. – Дом нужно чистить, но это выдать себя. Проще сделать тебе. Закати скандал и сделай это. Сразу Лида потеряется из вида. Не было ощущения, что она знает каждый твой шаг?

– Тётка всегда знает, что я делаю в комнате, даже во дворе! Никуда не скрыться, да Таня? – вступил в разговор взрослых Тёма, спасая Тоню.

С её появлением Лида стала вести себя по-другому. Сравнить не с чем. Хватило коротко подтвердить:

– Да! Странно, что ты советуешь сделать это. Убрать придётся всё!

Она выразительно взглянула на представителя структур. Он невозмутимо кивнул:

– Конечно! Я говорю – избавишься от чужих глаз и ушей!

Тоня сглотнула. Неужели ставит её интересы выше своих? Налицо личная заинтересованность. Вот возможная причина, почему говорит в машине. Его территория. Наверное, не единожды всё проверил и перепроверил. Приятное тепло в сердце, которое ни к чему не приведёт. Ещё раз напомнила себе. Результатами положительного, что удастся сделать, станет пользоваться Таня.

– Обязательно! – она перевела взгляд на проносящиеся мимо автомобили. Не хватало, чтобы Савва заметил досаду в глазах. – Сначала нужно найти, где заказать такую проверку, – в сиплом ответе пробились нотки обиды.

– Правильную контору я подскажу! Бутики с приличной одеждой тоже. Через два дня корпоратив. Дата слияния первых пяти предприятий в холдинг… – Высокий лоб прорезали морщины, так, что не понять, к разряду каких новостей он относил следующую информацию: – Всем любопытно посмотреть на обладательницу основного пакета акций.

Любимый досуг женщин Тоня кляла про себя матом. Выбрать правильный наряд оказалось не так просто. Строгая дороговизна отделки бутика. Ходячие манекены-менеджеры. Зеркала, золото, чёрный цвет. Боялась что-то задеть и разбить. Она ловила на себе взгляды Щульгина, которые из любопытных становились удивлёнными, а после и вовсе восторженными. Он подскочил с кожаного диванчика при появлении Тони в нежно-голубом платье.

– Оно!

– А остальные?

– Бери всё, что понравилось! То, что носишь сейчас, можешь выбросить или перевести в разряд домашней одежды. Ты очень богатая девушка. Привыкай к этому! Лучшие косметические салоны, брендовая одежда, обувь, аксессуары. Ты должна выглядеть безупречно.

Тоня нахмурилась. Наставления походили на советы содержанке, выбранной богатым папиком. Она зло огрызнулась:

– Как-нибудь сама разберусь!

– Не обижайся! Это важно. Таню учили, что значит быть богатой наследницей с рождения. Гордой, уверенной, идеальной во всём. Знание нескольких иностранных языков. Блестящее образование. Успела забыть за несколько лет, пока угнетали опекуны. Напоминаю, какой захотят тебя увидеть на собрании акционеров. Никогда не показывай себя слабой. Даже в таких мелочах.

Тоня некоторое время подождала у кассы, в надежде, что Шульгин и в этот раз проявит щедрость. Не случилось.

Все с любопытством разглядывали странную пару с ребёнком, подходящим по возрасту мужчине, но не юной девушке. Менеджер у кассы вопросительно посмотрела на бизнесмена. Он спокойно ответил:

– Девушка рассчитается сама.

Ответ разрушил сложившиеся предположения. У девушек вытянулись лица. Мужчина из разряда деланного супермачо мгновенно перешёл в раздел скупердяев, и потерял ценность. Взгляды с «фи», презрение в уголках губ. Жмотов никто не любит. Шульгин сложил руки на груди. наслаждаясь общей реакцией.

– Как вам удобно? Наличка или карта? – риторический вопрос, вогнавший Тоню в ступор.

– Картой… – прошептала с ужасом и быстро отправила сообщение Тане.

Ответа не последовало.

– Введите пин-код, – прозвучало контрольным выстрелом в голову.

Она оглянулась, почувствовав на спине сверлящий взгляд Шульгина. Отчаянная растерянность в глазах, устремлённых в лицо бизнесмена. На остальных наплевать. Попытка оправдать перед ним незнание.

– Столько лет не давали её в руки. Забыла… – пухлые губы дрожали. Ещё чуть и разревётся от несправедливости.

Он кивнул, словно утвердившись в чём-то и протянул свою.

– Я заплачу.

Тоня облегчённо выдохнула. Она выходила на шаг впереди Саввы, крепко удерживая ладошку Тёмы. Не терпелось взглянуть на цифры в итоговом чеке. Судя по мгновенно изменившимся взглядам менеджеров – немалые.

Наконец можно вытянуть ноги, измученные каблуками и хоть ненадолго расслабиться.

Савва перестал бросать на неё пытливые взгляды. Что-то решил для себя? Тоня пару раз передёрнула плечами, разминая мышцы. Нужно вычистить тренажёрную комнату, превращённую Лидой в склад ненужной рухляди и тренироваться хотя бы два часа в день.

– Куда теперь?

Никакого ответа. Взгляд, брошенный на часы. Шульгин пролистал расписание на сегодня. Позвонил личному ассистенту. Отменил запланированные на день встречи и без перехода спросил:

– У тебя паспорт с собой? – невозмутимый, почти безразличный взгляд.

Уловить для чего понадобился её документ невозможно. Сердце тревожно забилось. Что ещё он придумал?

– Да! – не нужно заглядывать в сумку. Тоня забрала документы в кабинете Валеры и носила их при себе, не собираясь никому отдавать.

– Едем в ЗАГС, подавать заявление на регистрацию брака.

Радостный крик Артёма:

– Ура-а-а!.. – потонул в звуке клаксона.

У Тони отъехала челюсть…

Глава 23

Таня

Желание разреветься удерживали остатки гордости. Даже на то, чтоб сыграть, Тане не хватило сил. Не фигурально, а в прямом смысле. С самого рождения всегда была слабой. Любимый цветочек, на который боялись дышать. Воспоминания детства не связаны со спортом. Не дай бог упасть, поцарапаться или сбить коленки. Няня поднимет, личный врач осмотрит, мама зацелует. В итоге вся прожитая жизнь – скамейка запасных! Уготованная участь: выйти замуж за деспота и не иметь права слова. В который раз подумала, что воспитывать своих детей станет по-другому.

Настойчивые трели смартфона заставили Макса принять вызов:

– Да! Дядя Игорь, я всё объясню! Не нужно никакого наряда. Через час буду у вас. Прямо сейчас не могу. Везу Тоню домой. Ей от него хорошо досталось. Договорились! – телефон полетел на панель. Пальцы крепко сдавили руль. Отборные маты прорычал про себя. Вслух ни слова.

За окном мелькали пятиэтажки, невысокие, ярко-освещённые магазинчики. Прогуливающиеся тихим шагом парочки, мамы с колясками. Неширокие улочки с фонарями среди деревьев и лавочками вдоль дороги. Без бесконечных потоков молчаливых, спешащих с работы граждан, уткнувшихся в телефоны.

Слезливое настроение ушло. Нужно уметь радоваться жизни. Таня словно проснулась:

– Давно у вас так? – и повернулась к Максу.

– Как? – он нахмурился, не поняв вопроса. До сих пор варился в собственных мыслях.

Искренняя улыбка. От души, редкая для Тони.

– Восхитительно. Малолюдно в сравнении с Москвой, но на сердце уютно, словно домой вернулась.

Невозможно не улыбнуться в ответ. Пришлось встряхнуть головой, чтобы вернуться в реальность, в которой рядом сидит не любимая «бешеная», а её точная копия. Он взглянул в зеркало заднего вида. Несколько машин следом. Кучка людей на застеклённой автобусной остановке. Никакой суеты.

– Сколько помню себя, всегда было так. Люблю наш город.

– Мне он очень понравился. Ощущение, что жила здесь когда-то… – По-детски вскинула брови «домиком». – Может в прошлой жизни? – Взгляд с тоской прошёлся по цветочной клумбе на круговом повороте. – Почему я должна лишиться этого?

– Тебя кто-то гонит?

– Нет. Кто по своей воле сменит размеренность жизни на суету мегаполиса? Если только нас с Тоней перепутали там наверху и закинули не в те семьи? Как думаешь, она могла бы поменяться со мной насовсем?

Макс на мгновение опешил. Тоня все уши прожужжала про перспективы в столице, а эта хочет оттуда сбежать. Что не так? Опять вернулись мысли об изнасиловании, только теперь: кто из двоих пострадал?

– Смотря с чем сравнивать. Что ты имеешь в Москве? С кем живёшь? Почему сбежала?

– Особняк, две квартиры. Одна на Таганке, вторая на Арбате. Контрольный пакет акций холдинга, трастовый фонд, обслуживающий наши с братом хотелки и нужды. Всё, что находится в России. Ещё есть вилла в Сардинии, там провела большую часть детства. Это то, что я знаю.

Макс присвистнул. С копией Тони точно что-то не так.

– Ни хрена себе! – он смотрел на Таню, как на сумасшедшую. – А ты сопли по провинции разводишь?!

Хмыканье с ухмылкой на пухлых губах.

– Всё перечисленное должно принадлежать нам с братом. Но по факту ничего нет, и неизвестно будет ли, – безразлично пожала плечами она.

– Загадками кормишь?

– Всего лишь отвечаю.

Становилось понятнее, почему Тоня клюнула на предложение. Жалость к убогим, плюс возможность завести перспективных знакомых.

– Поэтому Тоня осталась в Москве? Что за перец был с ней в ресторане?

– Друг отца. Сам себе на уме. Я очень просила её помочь нам… – Воспоминание о Тёме моментально вызвало слёзы. Она всхлипнула: – Готова отдать всё, лишь бы опекуны уехали и оставили нас в покое.

– Отдать состояние, которое заработали твои родители?

– Всё началось с деда. Но богатство не принесло счастье. В живых остались только мы, третье поколение бизнесменов Королёвых.

– Ты учишься в бизнес-школе?