Они шли по бескрайним полям, удаляясь от Ровного моря, головы кружились от усталости и голода, но оба были преисполнены прекрасным чувством – надеждой. Оно заставило их поведать друг другу обо всём, о прошлом и будущем, которое впервые за долгое время не казалось полностью тёмным (если старательно отворачиваться от тёмных пятен на картине). Линни говорила о светло-зелёном снадобье, выражала уверенность, что оно избавит Сайру от околдовавших её магических чар, делилась планами, как она отнесёт антидот в страну Прочь, где находится дух Сайры, более живой, чем тающая оболочка, лежащая в Лурке. А Элиас снова рассказывал о своих злоключениях: как старушка с головой, похожей на одуванчик, уцепилась в него, как соскользнула с него куртка, вода наполнила лёгкие…

В это время они вышли на небольшую возвышенность на плоской местности и обнаружили, что с другой стороны пригорка их поджидают землемеры – четверо в серой униформе и с круглыми чёрными стёклами, скрывающими глаза. С ними была повозка песчаного цвета, которая сливалась с жёлтой травой.

– Засада! Беги! – крикнул Элиас хриплым голосом, но бежать было уже поздно, потому что землемеры набросились на них со всех сторон.

Грубые руки поволокли Линни и Элиаса к повозке, а Полукошка приглушённо мяукала откуда-то слева, словно её против воли заталкивали в мешок.

– Пара пустяков, – сказал один из землемеров Элиасу, – всё равно что выследить неуклюжего медведя. А нам, кроме того, удалось, сцапать ещё и девчонку. Почему ты не пошла домой, девочка? Мы думали, ты давно махнула в свои Холмы.

– Двое по цене одного! – заявил другой. – Эй, не рыпайтесь, детки, до добра это вас не доведёт.

Землемеры запихнули ребят в повозку. Вырваться возможности не было. Линни попыталась, но тяжёлые руки только сильнее стиснули ей плечи; справа от неё Элиас тоже попробовал скинуть державшие его лапищи, но ничего не вышло.

Повозка была просторной, гораздо больше, чем та, в которой девочка сбежала из Расколотого города. Линни и Элиаса со связанными руками, а также угрожающего вида мешок с Полукошкой бросили на заднее сиденье. Котомка с луркой валялась в ногах у девочки. Мысли у Линни тем временем в панике носились в голове, и среди них не было ни одной связной идеи, не говоря уже о реальном плане. Она всё ещё была ослеплена берегом Ровного моря и счастливым обретением воскресшего Элиаса. А тут внезапно рассыпались в прах все её надежды.

А ещё её мучил голод. Девочка не ела сто лет, с тех пор как позавтракала в теплице сочными помидорами. А много ли сытности в помидорах?

Дорога, по которой ехала повозка, шла мимо научного центра. Серый забор не давал ни одной подсказки, что случилось с тётей Миной после побега Линни.

Думать о её судьбе и так уже было довольно тягостно, но девочку посетила ещё более горькая мысль: «Она отдала мне единственное, что у неё было, и всё напрасно». И Линни съёжилась на сиденье, надеясь, что Мина не сможет увидеть пленённую племянницу, иначе её сердце снова разобьётся.

Даже если на Равнине они не используют такое выражение.

Скорчившись от отчаяния, Линни не сразу поняла, что происходит.

На перекрёстке дорог за научным центром один из серых вдруг спросил:

– Слушай, кто это там?

Он нажал на кнопку, чтобы остановить машину, и в шею ему воткнулся дротик. Серый тут же повалился влево, как каменная колонна, которую пнул великан, построивший ярмарочный мост. Землемер, сидевший рядом с ним, вытащил свой дротик и перегнулся через край повозки.

– Ложись! – почти одновременно крикнули друг другу Элиас и Линни, но трудно низко нырнуть на заднем сиденье, когда ноги и руки связаны. Пришлось обоим просто закрыть глаза и понадеяться на удачу.

Некоторое время то и дело раздавался глухой стук, но криков больше не было, а потом послышался задыхающийся знакомый голос:

– Ну здравствуй, моя маленькая проводница! Привет-привет!

Элиас, видимо, открыл глаза раньше Линни, потому что, пока девочка бормотала что-то невнятное, пытаясь снова сесть прямо, он спросил:

– Кто вы?

С переднего сиденья на них смотрел Химик. Он казался слегка ошарашенным, но невероятно довольным.

– Они бы пустили вас в расход! Какая растрата ценного материала! Пришлось остановить их. В конце концов они будут меня благодарить.

Линни выглянула через край повозки и увидела тела землемеров, которые Химик, видимо, вытащил на дорогу. Девочка оторопела и задрожала. Трудно было представить, что эти люди когда-либо смогут кого-то за что-то поблагодарить.

– Не волнуйся, они скоро проснутся, – успокоил её Химик. – Это снотворное, сильное, но не смертельное. Но нельзя терять время.

На сиденье рядом с ним стоял объёмистый мешок. Химик рассматривал кнопки и рычаги управления, с торжеством потирая руки, как в страшных сказках делают разбойники и людоеды.

Полукошка тоскливо заныла в своём мешке.

– А, и моя дорогая кошка здесь? – воскликнул Химик. – Честное слово, день становится очень приятным.

– Большое спасибо, что спасли нас, – произнёс Элиас, и по его натянутому голосу Линни догадалась, что у него снова разыгралась головная боль. На Равнине мальчику совсем плохо. Даже похищение землемерами не помогло. – Но объясните, кто вы такой и куда нас везёте?

– Это Артур Викс, – ответила Линни. – Химик. Приёмный отец Ирики.

– Твой де…

Линни пнула его связанными ногами. В данных обстоятельствах она не могла никак иначе заставить его замолчать.

Элиас вытаращил глаза, и они стали напоминать блюдца. Линни видела, что у него возникло совершенно неверное представление о том, кто такой Химик.

– Давай послушаем, что скажет господин Викс, – обратилась она к Элиасу сладким, как у овечки, голосом в надежде, что друг поймёт намёк.

– Ха-ха! Скажу коротко и ясно: исследовательская экспедиция! – воскликнул Химик, заводя автоматическую повозку. – Наконец-то, наконец-то мы в пути. Когда ты залепетала, что пойдёшь домой, и сбежала с ярмарки, я подумал: отпуская тебя в Холмы, мы теряем наш единственный шанс. Поэтому я поехал навестить мою дорогую Мину, чтобы проведать, как продвигается её научная работа. Она уже много лет бьётся над изобретением лекарства от высотной болезни. К сожалению, его всё ещё нет, сказала Мина. Но с антидотом или без него, я всё равно направляюсь в Сморщенные холмы.

– Вы! – удивилась Линни.

– Конечно. Кто ещё лучше меня проверит мою теорию? И представь себе мою радость, когда из обрывков разговоров в научном центре я понял, что моя недавняя гостья, моя невероятная визитёрша, моя будущая проводница находится где-то рядом! Ну!

Он похихикал. Ветер трепал его серебристые волосы. Химик выглядел необычайно довольным собой.

– Я подслушал, что землемеры кого-то схватили, и устроил засаду. Оказалось, что отбить пленников очень легко, если прихватить с собой много дротиков. Ну и вот, мы все свободны и счастливы и отправляемся в путь. Зачем я так долго ходил кругами, надеялся, что мне дадут официальное разрешение проверить мою теорию? Да и кто в наше время выдаёт подобные разрешения? Кто всем заправляет? Регент и этот ужасный маг переставляют фигуры в Расколотом городе, как на шахматной доске. Я бы дожидался их ответа, пока горы не обрушатся, а река не пересохнет!

– А что это за теория? – спросил Элиас. Вот растяпа!

– Не верь ему, – сказала Линни. – Он говорит, что мы свободны и счастливы, а сам даже не развязал нас.

– Комплексия, как вода, течёт с Холмов, – изрёк Викс, разгоняя повозку, – и может быть преобразована в энергию. Вот идея в общих чертах! Сморщенные холмы устроены сложно, так? Даже вы видите это. Крайнее выражение сложности, комплексии, – то, что вы называете Прочь. Значит, нужно протянуть провод оттуда на Равнину, и лампочки будут гореть до скончания века. С помощью этой энергии можно изменить мир. Это как перегородить плотиной реку! Проще простого!

– Если вселенная не лопнет, – заметила Линни. – А насколько я поняла, такая вероятность есть. Не следует шутить со страной Прочь. Идеи хуже я не слышала. Не обращай на него внимания, Элиас.

Мальчик переваривал объяснения Химика, и его глаза сузились, словно блюдца поставили горизонтально.

– Значит, землемеры будут использовать энергию страны Прочь, чтобы питать свою Сеть, – заключил он. – Запускать всякие механизмы, но кроме того, разравнивать мир. Как они сделали на ярмарке, только в больших масштабах.

– Да, – ответили в один голос Линни и Химик, только мужчина произнёс это с восклицанием.

– И моя теория будет доказана!

От этого даже Элиас на время замолчал. Вероятно, он ещё не сталкивался с человеком, готовым устроить конец света, лишь бы доказать свою глупую теорию. Мальчик взглянул на Линни, а она на него. Срочно нужен запасной план.

– Извините, господин Викс, – сказала Линни, снова используя голос овечки, – у меня немеют ноги. Не могли бы вы развязать нас, раз уж мы теперь спасены?

Она почти удивилась, когда Химик остановил повозку на обочине.

– Вам необходимо быть в хорошей физической форме, когда мы доберёмся до Холмов, – пробормотал он. – Здоровыми и отдохнувшими.

– Да-да, – подтвердила Линни, буквально источая мёд. – Но что, если мои ноги придётся отрезать из-за того, что в них долго не поступала кровь?

Здесь она немного переборщила. Химик рассмеялся.

– Ладно, ладно, – фыркнул он. – Если вы отдохнёте, мы быстрее достигнем цели. Так что спокойной ночи…

Линни не успела ничего сказать и даже понять, что происходит, – Викс достал из своего мешка ещё два дротика, развернулся и как ни в чём не бывало воткнул один в плечо Элиаса, а другой – ой, больно! – в руку Линни, прямо сквозь рукав платья. Девочка хотела закричать, но, ещё не открыв рта, забыла обо всём и провалилась в кромешную темноту.