– В чём дело? – прерывисто и хрипло рявкнул регент откуда-то из-за спины Линни. Видимо, даже он боролся или выбился из сил, посылая на драку других. – Почему охрана не может навести порядок?

Линни крепко, до белизны пальцев, вцепилась в перила и перегнулась через край. Она увидела на поверхности реки фонтан брызг и сначала решила, что её друга и сумасшедшую старуху относит к правому берегу, – но оказалось, они уже огибают поворот. Поток, который подхватил Элиаса, бежал к серой стене плотины. Что произойдёт там с водой? И с промокшими людьми, которых река принесёт к сооружению? Что с ними станет?

Когда два тонущих человека скрылись за поворотом, Линни уже не могла увидеть, что будет дальше с Элиасом.

«Пожалуйста, не тони!» – мысленно взмолилась она.

– Это кто-то из твоих знакомых упал в реку? – поинтересовался регент.

Он теперь стоял так близко, что Линни заметила синяк у него на щеке, вероятно след удара кулаком. За спиной у него стояли землемеры, а чуть поодаль ещё несколько серых по-прежнему пытались усмирить мага.

– Это вы! – с гневом выкрикнула Линни. – Вы разровняли часть ярмарки!

– Единственный способ приструнить варваров – показать им, какая сила им противостоит. Только такие внушения они и понимают. Всё остальное – чепуха.

Ярость наконец-то позволила Линни оторвать взгляд от реки, и она развернулась спиной к перилам.

– И вы решили нажать на разрушительный рычаг моей рукой! Какое вы имели право?

– Довольно… – произнёс регент.

И в этот миг мост сильно тряхнуло. Звука никто не услышал, но тело каждого содрогнулось до самых костей: вдалеке, ниже по течению реки, произошёл мощный взрыв и на мгновение высосал из мира весь воздух.

Бесшумный гром. Люди пронзительно закричали. Линни быстро развернулась и обеими руками схватилась за перила. Одна только мысль пульсировала у неё в мозгу: «Элиас!»

С рекой творилось что-то неладное. Сначала у Линни создалось впечатление, что поверхность сумеречной воды за поворотом внезапно наклонилась, словно реку поставили наискосок, как доску. Потом девочка заметила, что от конца плотины поднимается тошнотворный клуб дыма, густой, жирный, зеленовато-серый. О нет! О нет!

Элиас!

– Что натворили твои сумасшедшие маджи? – задохнулся от изумления регент, но Линни уже проталкивалась по мосту к Обители Ангелов, потому что дым повалил ближе к тому берегу. – Стой! Схватите её! Охрана, задержите её!

– Не трогайте меня, – сказала Линни, когда почувствовала руку на своём плече. – Пропустите!

На пути у девочки выросли двое маджи в грубой одежде, а за ними маячил маг. Рубашки у них были разорваны, и они сердито зыркали на серых землемеров, толпившихся за спиной регента.

– Стоять, – сказал один маджи. – Девочка с луркой наша. Она пойдёт с нами. – Он взял Линни за рукав.

Так что теперь её держали с обеих сторон, и каждый предъявлял на неё права.

– Отпустите, – сказала Линни. – С вами я тоже не хочу идти.

– Девочка наша, – возразил регент маджи. – Уберите от неё свои грязные сморщенные руки.

Теперь её тянули в разные стороны – землемеры за одну руку, маджи за другую. Спор разгорался, противники распалялись и, казалось, совсем забыли о Линни.

Землемеры и маджи, насупив брови, орали друг на друга и тащили девочку каждый к себе, а регент и маг продолжали препираться. В пылу спора эту дрыгающуюся гурьбу сносило к Обители Ангелов. Линни, с трудом пытаясь сохранить равновесие, то и дело бросала быстрые взгляды на реку, чтобы прикинуть, где находится.

– Она пойдёт с нами! Корона принадлежит нам!

– Идиоты! Девочка наша! И корона тоже!

И так далее. Тем временем вокруг них завязался ещё один людской узел, народ с удивлением наблюдал за происходящим, не зная, как к этому относиться. Но противники кричали друг на друга всё громче и всё грубее дёргали Линни туда-сюда, и постепенно лица зрителей стали хмуриться. В адрес спорящих, и землемеров, и маджи, начали раздаваться предупреждения.

– Перестаньте! – крикнула Линни.

Однако спорщики не обращали на неё внимания.

– Убийцы! – орали маджи.

– Варвары! – отвечали землемеры.

– Отпустите меня! – требовала Линни, но обе стороны были слишком заняты потасовкой, чтобы слушать её. – Отстаньте от меня и я уйду домой!

Тут регент повернулся к ней, и маджи тоже.

Не желая, чтобы кто-то из противников заполучил корону, Линни сдёрнула её с головы. Девочку сразу же прижали к перилам так близко к Обители Ангелов, что мост уже нависал не над рекой, а над берегом. Она посмотрела вниз сквозь сумерки на сотни и тысячи испуганных и потрясённых лиц, стоящих не так далеко под ней.

– Эй, люди! – внезапно крикнула Линни достаточно громко, даже без помощи равнинной жестяной банки. – Сохраните её, чтобы она не попала в нечестные руки. Передавайте от одного к другому!

И она бросила корону в толпу, где та исчезла. Позади послышался раздражённый рёв, регент отдавал приказания, маг выл от ярости – но Линни услышала снизу нарастающий ропот. Её слова передавали по цепочке, и они волной распространялись по морю народа. И где-то под поверхностью этого моря корона переходила из рук в руки. Дальше, дальше и дальше.

Тут один из маджи замахнулся на землемера, и тот ответил тем же. Всё изменилось за долю секунды: одна пара рук отпустила Линни, и ей удалось вывернуться, вырваться и освободиться.

В следующий миг толпа на мосту чуть расступилась, Линни бросилась в образовавшийся проход, и людская масса снова сомкнулась. Беглянка услышала, как в ярости завопили маджи и землемеры, когда поняли, что потеряли теперь и корону, и девочку. Жители города помогали ей пробраться сквозь толпу, и некоторые из них были в серой униформе Обители Ангелов, а другие в ярких нарядах Излучины.

– Беги, Девочка с луркой, – говорили вокруг. – Спасайся. Вернёшься, когда будет безопасно, и установишь справедливый порядок. Обещай нам, что вернёшься.

– Обещай!

«Обещаю».

– Я обязательно вернусь, – сказала Линни, выбираясь из толпы.

Люди выстроились огромной стеной, чтобы преградить дорогу серым, которые преследовали её. Девочка шла и шла, мимо освещённых прилавков с механическими игрушками, и никто не мог схватить её, потому что на пути у злоумышленников вырастали толпы людей.

Линни стремилась к реке, туда, откуда валил дым. Надо было добраться до того места и найти Элиаса. А дым становился всё гуще и гуще, к тому же почти совсем стемнело.

Глаза разъедало, и Линни всё время вытирала слёзы. Поднявшись на несколько ступенек, она остановилась, чтобы отдышаться и откашляться. Оказалось, что она стоит у самого поворота реки и смотрит на стену плотины, на краю которой теперь зияла зубчатая брешь. Глядя на этот пролом, Линни почувствовала дурноту. Где Элиас? Здесь явно сработали те бомбы, которые он носил под курткой.

Но Элиаса нигде не было видно. В этих обстоятельствах Линни пришлось выбирать из двух возможных вариантов. Она могла опуститься на землю и заплакать горькими слезами, пока землемеры или маджи не схватят её, а могла продолжать путь, даже если идти придётся бесконечно.

Повсюду было слишком много боли, чтобы останавливаться. Сейчас Линни понимала, почему её мама оставила родной город и отправилась в Сморщенные холмы. Она не могла жить среди вечного ужаса.

Это из-за Линни Элиас пошёл в Равнину, где ему пришлось столько страдать. Это из-за Линни Сайра затерялась в стране Прочь. Дружба с ней воистину приводила к роковым последствиям.

Оглянувшись, девочка сквозь темноту и туман увидела огромное скопище народа, который всё ещё стоял намертво, сильный своим упорством, решимостью задержать маджи и землемеров и не позволить им добраться до Линни. Только эта упрямая толпа и внушала искру надежды, но она же заставила девочку идти дальше – свернуть с дороги и ускользнуть от столпотворения, от умоляющих, плачущих и кричащих людей, от дыма и хаоса.

Линни огибала углы, бежала по улицам и, однажды бросив взгляд через плечо, увидела, что Полукошка следует за ней в своей беззаботной кошачьей манере, словно бы и не спешит вовсе. Даже когда Линни пришлось опереться в темноте о стену, чтобы перевести дыхание, Полукошка спокойно села, облизала лапы и, пройдя несколько шагов вперёд, запрыгнула в корзину одной из тех самоходных повозок, на которых жители передвигаются в этой части города. Животное ударило хвостом по ободу корзины, явно говоря: «Поехали скорее!»

Линни заколебалась. Насколько она помнила, управлять повозкой было не очень сложно: нажал на кнопку – и машина движется. Невелика наука. Здесь где-то должны быть кнопки. Вот, например, красная. В таком экипаже определённо можно уехать дальше, чем убежит на своих двоих девочка или на своих четырёх кошка.

Когда из-за спины послышался приближающийся шум, девочка перестала сомневаться. Запрыгнув на сиденье, она нажала кнопку и крепко ухватилась за ручку, которая поворачивала колёса, – повозка тронулась с места и покатила по улице Обители Ангелов.

На мосту Линни сказала, что уйдёт домой, и, вероятно, не обманула. Но сначала нужно было завершить одно дело, а для этого предстояло углубиться в Равнину и отправиться в неизвестные края.