Что это только что было?

Я смущенно нахмурилась и, потерявшись в мыслях, потерла левый указательный палец, который все еще покалывало от этого… удара током. Наверное, я наэлектризовалась, возможно, пока работала в мастерской или потому что при ходьбе неправильно поднимала ноги. Или кто еще знает почему.

Покачав головой, я засунула ручку в спираль блокнота и кинула его в карман фартука.

– Простите, наверное, я наэлектризовалась, – сказала я в напряженную тишину и снова подняла взгляд. Молодой человек все еще пристально смотрел на меня, отчего по коже сразу же побежали мурашки. И при этом я не могла сказать, что такого в его шоколадно-карих глазах под такими же темными волосами. Читать чужие мысли никогда не было моей сильной стороной, скорее уж Нинни или моей старшей сестры. Я снова прокляла себя за то, что этот странный клиент вошел в наш магазин именно тогда, когда Эстер уехала. Она бы сразу поняла, что делать с этим, честно говоря, очень привлекательным парнем в джинсах и белой рубашке.

Момент растянулся, и я уже собиралась снова извиниться, просто чтобы что-то сделать, когда он откашлялся и наконец прервал молчание.

– У тебя есть то, что принадлежит мне.

Застигнутая врасплох внезапной срочностью в его глубоком голосе – и взгляде – я в защитном жесте скрестила руки на груди.

– Что, извините?

– Технический прибор. Маленькая коробочка из меди с необычным символом. Она принадлежит мне, это семейное наследие.

Честно говоря, я понятия не имела, что меня поразило больше: то, как быстро этот парень избавляется от зловещего оцепенения и, судя по всему, без усилий становится грубым. Или то, что у него хватило наглости врать мне в лицо. Я знала, о какой коробочке он говорит, сама держала ее в руках. И, естественно, я знала, что не он ее принес в мастерскую.

– Боюсь, не могу тебе помочь, – ответила я слишком поспешно и тоже перешла на «ты». – Здесь цветочный магазин, если ты не заметил. Не техподдержка.

Он вскинул одну из темных бровей.

– И тем не менее я знаю, что ты говоришь неправду.

– О, неужели?

– Во всяком случае. – Он подошел на шаг ближе и посмотрел на меня с любопытством, от которого у меня волосы встали дыбом. Я словно была насекомым под лупой. – Я очень хорошо умею распознавать ложь.

Или ты просто много думаешь о себе.

Очень много.

Я перенесла вес с одной ноги на другую и впилась пальцами в плечи.

– Тогда, наверное, тебе стоит еще раз перепроверить свой внутренний детектор лжи. У меня нет маленьких коробочек из меди, и если ты не собираешься покупать цветы, могу я попросить тебя покинуть мой магазин?

Тут и его вторая бровь подскочила. Его губ коснулась легкая улыбка, которую и назвать такой было сложно. Он серьезно?

– Я не уйду, пока не получу назад мое имущество.

– Еще раз повторю, твое имущество не здесь. Кто вообще навел тебя на такую мысль? – Я не могла не заметить, что в мой голос пробралась легкая дрожь. Что-то в этом молодом человеке заставляло меня нервничать. Не удержавшись, я бросила взгляд через плечо туда, где находился мой телефон, а также телефон магазина. Слишком далеко. Даже при прыжке, достойном индийского фильма, я не успею добраться до них, а спортивная фигура, скрывающаяся под белой рубашкой моего собеседника, подсказывала, что в этом соревновании я проиграю.

– Думаю, это моя вещь.

– Нет, если она не ворованная.

– Ворованная?

Жар прилил к щекам.

– Я хорошо помню лица и могу с уверенностью сказать, что сюда эту коробочку принес другой человек.

Когда он в этот раз широко улыбнулся, его зубы блеснули, и в то мгновение, когда я произнесла эти слова, мне стало ясно, что я совершила ужасную ошибку новичка.

– То есть ты подтверждаешь, что она здесь.

– Нет, нет… zut, alors![20] – Я тихо выругалась и опустила скрещенные руки. Не стоило брать эту дурацкую коробочку. Но не в моей природе отказываться от ремонта, тем более того, что я не понимала с первого взгляда. Нет. Никогда ничего подобного я не видела, уверена, и при этом пока ее не открывала. Но и не видя ее внутри, инстинктивно могла сказать, что коробочка была чем-то особенным, что я хочу узнать ее секрет, и жужжание в конечном счете не оставляло мне другого выбора.

Вздохнув, я опустила плечи.

– Не могу ее тебе отдать. Она тебе не принадлежит.

Молодой человек засунул руки в карманы брюк. На его скуле дрогнул мускул.

– Тогда кому она принадлежит? Кто тебе ее принес?

Медленно, но верно ко мне подкралось ощущение, что в этом разговоре я упускаю что-то важное.

– Я не могу разглашать тайну. Это прописано в правилах магазина.

И снова это подергивание.

– Значит, эти так называемые правила также защищают вора?

– Что? Нет! – Merde! Этот парень успешно доводил меня до белого каления. И это слабо сказано. – Слушай, если у тебя что-то украли, то предлагаю обратиться в полицию. Я… – У меня не было возможности закончить предложение, потому что в следующую секунду этот молодой человек прошел мимо меня.

– Эй! Non![21] Стой! – крикнула я ему вслед и последовала за ним, а он целенаправленно шел к двери, за которой была моя мастерская. Словно точно знал, где находилась зловещая коробка.

– Черт! Ты не можешь просто войти! – Несколько секунд спустя я зашла за ним в мою Нору, как ее называла Нинетт, и сердито посмотрела на незнакомца. – Ты нормальный? Если сейчас же не исчезнешь, я позову полицию.

– Я бы не советовал, – недолго думая, ответил он, словно мы говорили о погоде в «Круассан и кофе с молоком». – Иначе мне придется им сказать, что ты не возвращаешь мое имущество.

– Твое… – Моргая, я уставилась на маленькую металлическую коробочку в его руке. Ее медного цвета поверхность сверкала в свете потолочной лампы. Как, черт возьми, он так быстро отыскал коробочку в беспорядке моей мастерской?

Я знала, что положила ее на стол посреди остальных вещичек, но он… Ему должно было казаться, словно здесь прошел ураган. И тем не менее он уже держал коробочку в руках, словно она позвала его.

Прямо как меня.

– Мы могли бы избежать этой неприятной ситуации, если бы ты просто отдала мне дупликатор, разве нет?

Я насторожилась.

– Дупликатор?

На мгновение он скривился, словно теперь понял, что сказал что-то не то, и резко повернулся к двери. Не теряя самообладания, я протянула руку и перекрыла ему проход. Понятия не имею, как я могу удержать его своими метром шестьюдесятью пятью, потому что он по крайней мере на полторы головы выше меня, но на мгновение он остановился. И посмотрел на меня. Своим напряженным взглядом, от которого я сразу стиснула зубы. В этот раз по моей спине, бесспорно, пробежал холодок ужаса.

– Дай мне уйти, – тихо сказал он. Он почти прошептал эти слова, и мне пришлось сосредоточиться изо всех сил, чтобы не убрать руку.

– Только если… дупликатор останется здесь. – Что бы это ни было.

Когда все это закончится, обязательно поищу в интернете.

– Боюсь, не могу позволить этому произойти, – кинул он мне в лицо мои собственные слова. – Коробочка уйдет со мной из твоего милого маленького магазинчика.

Его глаза блеснули, и я была совершенно недовольна тем, что мне нужно запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в лицо.

– Будут последствия. Забыл? Я никогда не забываю лица.

Он задумался, и на его загорелом лбу появились морщины.

– Что-то подсказывает мне, что мы в любом случае еще увидимся, цветочная девушка.

Я поджала губы, живот скрутило тугим узлом.

– Надеюсь, что нет.

Его губы дрогнули.

– Будь осторожна со своими надеждами, – тихо ответил он, потом быстро поднырнул под мою руку и в следующую секунду исчез из «Букета роз». Вместе с коробочкой.

Я озадаченно смотрела ему вслед и наконец опустила руку.

Что, черт возьми, здесь только что произошло?