Сообщение из центрального управления пришло ко мне как раз в тот момент, когда я ее увидел.

Зелла.

Зелла Рамси, движущаяся в направлении Реми словно на охоте и уже взявшая свою жертву на прицел. За долю секунды все мои мышцы напряглись, а пульс подскочил.

Merde, быть этого не может! Как, черт возьми, они нас нашли? И как мы не заметили?

Я вспомнил это неприятное чувство, не отпускавшее меня целый день. Чувство, на которое я, как оказалось, не обратил достаточно внимания. Хотя нужно было быть умнее.

Я крепче сжал телефон, мысленно пробегая по вариантам, оставшимся у нас. Мы должны найти руководство, но одновременно и не допустить, чтобы Нова узнали, что мы ищем. Или пронюхали, кто Реми на самом деле…

В этот момент по библиотеке разнесся глухой стук, когда Реми врезалась в витрину, вырвав меня из размышлений. Быстро двигаясь, я пересек комнату и подошел к девушке. Ее широко распахнутые глаза были направлены на Зеллу.

– Реми, эй, посмотри на меня. – Я встал так близко к ней, словно хотел обнять, и постарался встретиться с ней взглядом.

– Она здесь… и если она здесь, то…

– Тссс, они не станут устраивать здесь сцену. Пока вокруг нас столько людей.

– Как ты можешь быть так в этом уверен? – Ее слова прозвучали как бесцветное шипение.

Я глянул через ее плечо на Зеллу, которая, как и ожидалось, осталась стоять и лишь едва заметно опустила подбородок. Целое мгновение я многозначительно смотрел на нее, а потом снова сосредоточился на Реми.

– Слушай, мы действуем, как и планировали.

– Что?! Ты с ума сошел?

– Реми, у нас есть только этот шанс. Они нас здесь нашли, а это значит: они знают, что мы что-то ищем. Если мы сейчас уйдем, то снова прийти будет невозможно, понимаешь? – Я говорил так быстро, что несколько раз споткнулся о собственные слова.

На ее лице все еще были видны страх и паника, но, судя по всему, она все поняла.

– Сколько их тут?

– Не знаю, и на самом деле это тут никакой роли не играет, – этим я займусь, как только мы найдем руководство. – Ты уже что-то нашла?

– Нет, я… совсем ничего. Никакого узнавания, ничего из того, о чем говорила Анастасия… – Она снова прикусила нижнюю губу и глянула мимо меня на Зеллу. Я буквально кожей чувствовал ее напряжение. – Зим, я не знаю…

– Давай пройдемся вдоль витрин, – мягко, но настойчиво прервал ее я. Ее взгляд снова метнулся ко мне. – Как только что-то почувствуешь, я постараюсь их отвлечь, Нова ни в коем случае не должны понять, что мы ищем. В это время ты сделаешь копию, как договорились, а потом мы исчезнем. Камеры, как и раньше, настроены на зацикливание, а датчики движения отключены. – «Ничего не изменилось», – ложь, ведь с появлением Зеллы изменилось все, но в данный момент Реми должна услышать именно это. Как и я. Что дальше?

Реми пару раз сжала и разжала кулаки, а потом едва заметно указала подбородком на стоящую следующей на пути нашей группы витрину.

Я пропустил ее вперед, не спуская глаз с Зеллы и одновременно обыскивая библиотеку на предмет других навозных жуков. Явно эта Нова здесь не одна, и некоторые из их лиц, к сожалению, навсегда отпечатались в моей памяти.

– Ничего, – прошептала рядом со мной Реми и уставилась на экспонаты чуть ли не с мольбой. Здесь было несколько документов на латыни, древние очки для чтения и две книги со сломанными корешками, так что их названия было сложно расшифровать.

– У нас осталась еще одна витрина. – Я молился, чтобы хоть там что-то найти. Я говорил Реми правду. Я верил в нее и верил, что в ней скрыта кровь Рипари, но постепенно становилось все сложнее. Прошептав ругательство, я провел рукой по волосам и глянул на нашего гида Элио, а потом на Зеллу, которая в отдалении опиралась на стену и наблюдала за нами холодным взглядом. Как же я ненавидел эту женщину. Ненавидел то, за что она выступала, и что она сделала. Она и ее…

– Зим?

Реми легонько дернула меня за светло-голубую рубашку и, нахмурившись, глянула на меня. Я кивнул, и в следующий момент группа туристов двинулась вперед. Дальше в зале, в сторону третьей витрины. Она была побольше, и на темно-зеленом бархате лежало больше предметов с маленькими табличками. Но ни один из них не напоминал книгу. Украшения, вещи повседневного использования и лупы, но ни одной чертовой страницы, на которой могло быть что-то написано.

C’est pas vrai![58]

Сцепив зубы, я крепче сжал лямку сумки и тут заметил напряженную позу Реми, взгляд, которым она осматривала витрину. Такой взгляд был мне хорошо знаком по моему клану, потому что мы видели больше очевидного, и с Реми… случилось как раз это. Я осторожно подошел поближе и легонько коснулся ее руки, но она все равно вздрогнула.

– Что такое, Реми?

– Я… ты это тоже чувствуешь?

Я покачал головой:

– Я же не Рипари, но что бы это ни было, это то, ради чего мы сюда пришли.

Реми сглотнула. Я видел, как колотится ее пульс на горле.

– Шкатулка посередине с искривленным замком, думаю… это она.

Никакого другого подтверждения, помимо выражения ее глаз, мне нужно не было.

– Хорошо, очень хорошо. Как только я их отвлеку, ты позаботься об этом, понятно? – Не выпуская ее из поля зрения, я протянул ей свою сумку. – Что бы ни случилось, мы должны отвезти это руководство в Париж, слышишь?

– Зим, что ты собираешься делать?

– Оставь это мне. Встретимся на оговоренном месте. – Я сжал ее руку, такую же теплую и влажную, как и моя, а затем оставил ее и принялся выполнять свою часть плана. Теперь, когда Нова здесь, все изменилось, но если я в чем-то и был хорош, так это в импровизации. И, надеюсь, этого хватит, чтобы спасти наши задницы.

Взгляд Реми все это время сверлил мой затылок, но я широкими шагами направился прямо к Зелле. Горячая кровь носилась по телу, сердце грозило выпрыгнуть из грудной клетки, и все во мне отговаривало меня от этой идеи. Несмотря на это, я не стал замедлять шаг, пока не добрался до Нова и не схватил ее без предупреждения за руку.

– Ты не должна была снова сюда приходить, – сказал я ей на английском.

Одно долгое мгновение она казалась ошарашенной, но тут голубизна ее глаз стала еще холоднее.

– Не смогла сдержаться. Ты же знаешь мою слабость к тебе, маленький Писатель. – Зелла постаралась вполсилы освободиться от меня, но моя хватка оставалась крепкой. – Кажется, ты нашел себе новую игрушку. Она уже знает о твоей интересной двойной жизни?

– Это тебя не касается. – Я напряг челюсти, а ее острая улыбка стала еще шире. – Исчезни.

– Не без тебя, не после того, как ты сбежал от нас в Париже. Не очень красивый поступок, но так лучше, потому что появилась эта вторая замечательная возможность. Что будет делать твой отец, если мы пригласим тебя к нам?

Я старался сохранить непроницаемое лицо, но к ее словам оказался не готов. Они что, правда хотели взять меня в заложники?

– Уверена, тебе у нас понравится.

– Va te faire foutre[59], Зелла.

– Французский никогда не был моей сильной стороной. – Ее улыбка застыла, и она кивнула кому-то за моей спиной. Не было нужды поворачиваться, чтобы понять, что люди Зеллы в любой момент набросятся на меня и время возможностей бесследно пройдет. Для Реми, для этой миссии, для меня.

– Тебе стоит выделить время на чтение книг, которые вы так старательно крадете. Ты удивишься, как все меняется из-за знаний, – резко ответил я, вонзаясь ногтями в ее голую руку. Последнее предупреждение. – Эта чертовка меня обокрала! – крикнул я на итальянском и тут же привлек к себе все внимание туристов и гида. – Вызовите полицию! – Как только эти слова сорвались с моих губ, разразился настоящий хаос.

Глаза Зеллы широко распахнулись, она снова постаралась вырваться, но я не сдавался. Ни на секунду, пока на плечи не легли тяжелые руки и болезненно впились в мои мышцы.

– Или ты отпустишь ее, или мы переломаем все косточки в твоем теле, Абернати.

Я перевел взгляд с Зеллы на двух Нова, схвативших меня.

– Ну у тебя много работы, учитывая, что костей в теле где-то двести шесть.

– Закрой рот, чертов…

В этот момент к нам подошел гид.

– Что здесь происходит?

За пару секунд вокруг нас собралась толпа, привлеченная всем этим спектаклем. Никто больше не смотрел на Реми, стоявшую возле витрины. Никто не заметил, как она подняла крышку, последовав за шепотом, который слышала только она.

Хорошо, Реми.

Я мрачно поджал губы и повернулся к Элио, хотя оба Нова все еще крепко держали меня.

– Эта женщина меня обокрала, а эти двое с ней. Настоящая банда воров! – объявил я на хорошем итальянском, жестикулируя руками. – Вызовите охрану.

– Что ты сказал? – спросил Нова слева от меня, и в меня полетели брызги слюны. Судя по всему, он разобрал слово «охрана». – Что здесь происходит?!

– Достаточно! – Гид подошел ближе и заглянул им в глаза. – Отойдите друг от друга! Разберемся с этим спокойно.

Только вот спокойствие было последним, в чем я нуждался. Если все получится, то Реми нужно еще немного времени, а это значит, что необходимо отвлечь этих навозных жуков. Я быстренько прошелся по всем вариантам, которые мне сейчас оставались, пока Элио что-то говорил нам, но я не слышал ни единого слова. Я несколько раз прошелся взглядом по библиотеке, вспомнил план этажа со всеми выходами и эвакуационными маршрутами и наконец заметил сумку на плече Зеллы.

Вуаля!

– Сейчас вам нужно успокоиться, а я сообщу службе охраны музея, что этот случай… – Наш гид так и не договорил, потому что именно этим моментом, когда все взгляды были прикованы к Элио, я решил воспользоваться, чтобы высвободиться из хватки Нова. Прежде чем они успели отреагировать, я схватил сумку Зеллы (тонкая ручка поддалась с громким щелчком) и побежал прочь. Даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Нова следуют за мной. Их тяжелые шаги гремели в моих ушах, а яростные слова отражались от стен. Я невольно ускорился, пока сердце не приспособилось к темпу.

Весь замок Святого Ангела внутри походил на большую улитку: длинный проход без окон с высоким сводчатым потолком, уходящим ввысь, ведущий в важные помещения, такие как терраса, похожая на тупик, поэтому я решил выбрать первое ответвление и отправиться вниз в сторону выхода. При этом я не обращал внимания на сбитых с толку туристов или резкие проклятия Нова.

– Остановись, черт побери, Абернати! – шипела Зелла, едва переводя дыхание. – Мы будем гнаться за тобой через весь этот дурацкий город, если понадобится.

Я не стал обращать внимания на ее угрозы, пробормотал извинение, когда столкнулся с группой девушек, и поспешил к следующему повороту. Если честно, я понятия не имел, как избавиться от Нова. Рим не был моим городом, но останавливаться точно было нельзя. Все еще сжимая сумку Зеллы в руке, я пробился сквозь группы туристов и мысленно порадовался удачному стечению обстоятельств, потому что людей ближе ко входу и выходу становилось все больше. Очень удобно, я понадеялся, что этого хватит, чтобы избавиться от преследователей, которые нагоняли меня с каждым метром. Я был быстрым, много лет тренировался, чтобы как раз в такой ситуации получить преимущество, однако здесь и сейчас мне казалось, что Зелла похожа на чертову бегунью на марафоне и для нее все это всего лишь шутка.

Фух!

Чертыхаясь, я оперся на грубую стену из обожженного кирпича, потому что поскользнулся и только она остановила мое падение. Наконец я добрался до внешнего двора замка. Там было очень много людей, они стояли группами и, хотя служили отличной маскировкой, в то же время мешали быстро проскочить вперед. Я постоянно слышал жалобы на разных языках, пока, не обращая внимания на наносимый ущерб, пробирался сквозь толпу. В ушах звенело бесчисленное количество голосов. Жара буквально заполнила пространство между толстыми стенами, а солнце немилосердно обжигало, и уже через пару секунд на лбу выступил пот. С каждым шагом было все сложнее втягивать в легкие воздух, но я надеялся, что этого хватит. Беспрестанно вытирая лоб, я быстро бросил взгляд за плечо. И тут же заметил обещающее смерть выражение лица Зеллы. Она все еще, черт побери, слишком близко. Практически дышит мне в затылок, не получится от нее избавиться.

Я снова осмотрелся и заметил вход, через который мы с Реми и попали в замок Святого Ангела. Перед пунктом проверки безопасности набралась огромная очередь, и эта толпа находилась очень близко к нашему отелю. Я решительно отбросил мысли о побеге и вспомнил карту, которую вчера заучивал. На севере замка находилась парковка с несколькими выходами, что, как я надеялся, предоставит мне достаточно пространства, чтобы избавиться от Нова. Поэтому я побежал дальше.

Я бежал, не обращая внимания на охранников, которые много раз меня окликали.

Не обращая внимания на локти и тела, в которые врезался.

Не обращая внимания на боль в боку, из-за которой каждый шаг в этой ужасной жаре давался невероятно тяжело.

Я просто бежал дальше, пока не добрался до северных ворот, и в тени обеих башен Бастиона Святого Марка и Святого Луки попал на парковку. Когда я свернул с дороги и побежал в сторону деревьев, в нос ударил запах сухой травы, песка и дерева. Из-под сникерсов поднималась пыль, по мне хлестали ветки, и я еще слышал шаги преследователей прямо за собой. Неужели они не устали?

Впереди оказались остатки запруды, а песок под ногами превратился в выжженную солнцем траву. Я снова повернулся к Нова, чтобы… и тут же на всей скорости врезался во что-то твердое. Весь воздух выбило из легких, и я без сил свалился на землю. Все тело от бедра и дальше пронзила боль, мир перед глазами поплыл. Я, стеная, катался по земле. Merde. Моргая, я пытался вернуть сознание, так как края поля зрения все еще были мутными, и увидел, как ко мне подошли Зелла и оба ее партнера.

– Я же говорила, что поймаю тебя, маленький Писатель, – вкрадчиво произнесла Зелла, присела на корточки рядом со мной и с какой-то гротескной нежностью погладила меня по щеке. – Мы на шаг впереди тебя. Всегда.

– Пошла ты, – выдавил я и скривился. Во что бы я ни врезался, повреждения явно есть.

– Твоя точка зрения скоро изменится, не волнуйся.

Зелла махнула рукой, и Нова подняли меня, вырвав у меня еще один стон, за который я сам себя ненавидел. Теперь я понял, обо что ударился: чертовы металлические перила.

– Отвезем его в Лондон, Чарльз порадуется, – сообщила Зелла и подняла свою сумку с пожелтевшей травы, на которую я ее уронил. – Мы уже потратили достаточно времени.

Глубоко внутри я знал, что нельзя ни в коем случае позволить этому произойти. Что мне нужно к Реми и потом обратно в Париж. Что мне придет конец, если я попаду в руки к Нова.

Трудно сказать, какие из мыслей подействовали, но этого хватило, чтобы во мне зажегся новый огонь, на мгновение прогнавший боль. Без предупреждения я дернулся в тот момент, когда Зелла развернулась, и затылком ударил в нос парня позади меня. От боли он отпустил меня и схватился за лицо, а я упал на другого Нова. Рефлекторно его пальцы крепче сжали мои руки, а я дернул локтями и ударил его в область солнечного сплетения. От резкого движения в глазах поплыли темные пятна, отчего на пару мгновений мое зрение ухудшилось. Достаточно для того, чтобы у Зеллы появилась возможность ударить меня кулаком в живот и второй раз по виску.

– Это была ошибка, писака! – прошипела она, собираясь ударить в третий раз, но я чудесным образом отразил удар. В эту секунду я почувствовал благодарность дяде Корбину за то, что он настаивал на тяжелых тренировках, после которых я часто возвращался с заметными ранениями. Здесь и сейчас они спасли мне жизнь. Как на автопилоте, я парировал удары, схватил ее за ногу и опрокинул Зеллу на пол. Левый бок пронзила боль, и на мгновение я решил, что придется сдаться, но потом все встало на свои места. Я бодро наступил на ногу Зеллы, когда она постаралась ухватиться за мой голеностоп, и отпрыгнул в сторону вне зоны досягаемости.

– Это ничего не меняет, – вырвалось у нее. Она прижала руку к животу, и ее глаза вспыхнули. – Ничего. Я добралась до твоей сестры и с тобой разберусь, Казимир Абернати.

Я сжал челюсти, когда гнев горячей струей пробежал по венам. Потом перед мысленным взором возникла Реми, вспомнилась наша миссия, Мондия. Я с трудом выдохнул и поднял ее сумку с травы.

– Ты ошибаешься, Зелла.

Бросив последний взгляд на Нова, я развернулся и убежал.