Глава 9

Белая пустота Системы встретила меня со своим привычным равнодушием, несмотря на статус то ли монстра, то ли общественно опасного элемента. Её алгоритмы, ежесекундно перемещающие по Бесконечной Вечной Империи миллиарды грузов и существ, среди которых определенно имелись куда более мощные и более проблемные, чем нынешний я, сделали свою работу как всегда качественно, быстро и обезличенно, в результате чегоноги ступили на слегка бугристую поверхность плоской скалы белого цвета. Относительно небольшая площадь занимала лишь около пары сотен квадратных метров, а сразу за неё начинались белые дома, сложенные из того же материала и покрытые разноцветными сияющими узорами. Местами это был декоративный геометрический орнамент, в основном он украшал заборы и всякие подсобные помещения вроде конюшен или бараков для слуг и рабов. Местами магические символы, благодаря которым работали окружающие то или иное здание защитные барьеры и волшебные системы климат-контроля. А местами и банальная реклама, представленная в виде светящихся вывесок или оживших картин, демонстрирующих прямо на стенах видеоролики высокой степени четкости. То, что в этом мире вряд ли кто-то кроме парочки особо прокаченных алхимиков имел представление о неоне ни капли не мешало существованию намного более продвинутых аналогов неоновой рекламы, что даже ясным днем почти резала глаза своей яркостью, наперебор зазывающей всех и каждого насладиться лучшим, что могло бы предложить это место: едой со всех концов мироздания, театральными представлениями от высокоуровневых актеров и режиссеров, способных своей игрой почти повторить реальность, гладиаторскими боями с участиями разумных и неразумных существ, борделями с отборными путанами, элитными рабскими рынками, чьи обитатели могли украсить собою ассортимент любого из вышеперечисленных заведений…

— Чем это тут так пахнет? — Изабелла широко втянула носом воздух, а потом на лице у неё застыла какая-то сложная гримаса…Нечто между восхищением и отвращением. — Словно в туалете вместо освежителя воздуха использовали несколько пузырьков с духами…

— Да вроде особо и не воняет, — удивленно посмотрела на неё Эва, шумно раздувая ноздри. — Ну, по меркам больших человеческих городов…Нет, запашок есть, конечно, но тут с ним хотя бы борются и даже почти успешно…

— Не бывает слегка обосравшихся коммунальных служб! Они либо выполняют свою работу, либо должны всякое дерьмо убирать голыми руками, пока их работу направляет кто-то более компетентный! — Хмуро бросил гномий старейшина,которому атмосфера этого места тоже видимо по вкусу не пришлась, несмотря на все старания местных жителей. Благодаря чарам или же применению какой-то алхимии воздух иного мира пах пряностями, цветами и озоном, только из-под этих ароматов нет-нет да и пробивался удушливый привкус тухлятины и нечистот. Многими чудесами мог похвастаться населенный пункт, в который я и мои спутники переместились при помощи обелиска, но вот самой банальной общегородской канализацией сей мегаполис магического средневековья, где проживало чего-то около десяти миллионов человек, так никто и не оснастил. Нет, безусловно, в кварталах знати и богачей за чистотой следили, а какие-то сточные канавы в бедных кварталах имелись, чтобы вытряхнутый туда мусор и содержимое ночных горшков самотеком уплывало в море, до которого было рукой подать, однако это было совсем не то. И разница очень даже чувствовалась!

— Благородные дамы и господа, добро пожаловать в Белокамень, — с угодливой улыбкой подскочил ко мне и моим спутникам темнокожий и лысый как коленка гид лет двадцати, едва ли не материализовавшийся из воздуха. Технически облаченные в намеренно скромные лишенные украшений одежды из явно дорогих волшебных тканей юноша просто бросился нам навстречу, но так быстро, что почти размазался от скорости, ибо некоторые мастера клинка, специализирующиеся на скоростном бое, двигались медленнее. — По милости владыки сего драгоценного камня в короне Бесконечной Вечной Империи, Наимудрейшего Короля Мира Пахалаза Искусника, для столь дорогих гостей всегда будут приготовлены комнаты в его дворце! А если вы захотите узреть всю красоту и величие его столицы, то я, исполняя волю моего господина и повелителя, буду счастлив служить вам гидом, ответить на любые вопросы и препроводить туда, куда вы только захотите!

— Мы обязательно нанесем визит этому великому монарху, но на обратном пути. Негоже ходить в гости без подарка, а качество того подарка должен соответствовать величию тех, кому его дарят. И чтобы нам не было стыдно за себя, то в первую очередь хотелось бы посетить Рынок Охотничьей Дружбы, — улыбнулся я этому типу, невзначай поправляя маскировочный браслет, который специально для меня в качестве подарка сделал Клаус, решивший ради разнообразия ненадолго практически в Санту переквалифицироваться. Покрытый тончайшей резьбой костяной обруч, выпиленный из височной кости мифического морского змея, весил примерно центнер и хлестал энергию из резерва словно запойный пьяница попавшийся ему в лапы самогон, но зато создавал довольно правдоподобную фальшивую ауру легендарного воина-мага, мешающую всем встречным и поперечным обладателям сканирующих навыков узреть прямо у себя под носом «чудовище». В целом камуфляж был достаточно надежным, и пока я не начну разбрасываться налево и направо хронокатаклизмами, то мог за свое инкогнито почти не волноваться. Ну и пока не вламываюсь во дворец хозяина этой планеты или его ближайших приближенных, главные храмы каких-нибудь богов или штаб-квартиры сильнейших гильдий, по своему совокупному могуществу и влиянию не сильно уступающих аристократам этого мира.– Ну а уже потом делом заняться, мы ведь в ваши края прибыли в первую очередь, дабы испытать свою удачу против порождений Мглистых Болот…Насколько я знаю, для этого ведь не нужно какой-то лицензии?

— Разумеется нет, о великий воин, чья сила может заставить дрожать даже сами горы!- Склонился передо мной в глубоком поклоне профессиональный гид и как минимум полупрофессиональный шпион, видимо сумев по каким-то невербальным знакам вычислить лидера нашей группы. Все-таки причина необычайного дружелюбия местных властей и появления этого их представителя объяснялась просто. Во-первых, мы прибыли к тому из вторичных обелисков Белокамня, который располагался в дворянском квартале, а потому перемещение именно в эту точку пространства было по карману очень немногим из посетителей данного города, ведь появиться всего-то километров южнее или западнее оказалось бы дешевле на пятьдесят тысяч империалов. Во-вторых, каждый член нашей группы являлся как минимум благородным гражданином. Ну и, в-третьих, а также самых главных — организованная группа из десятка обладателей легендарных классов даже в столице одного из Королей Мира выделялась примерно так же, как гибрид танковой колонны и усыпанного мигалками правительственного кортежа. — Никто в этом мире не может и не должен запрещать благородным аристократам охоту на этих ужаснейших чудовищ! Да даже простолюдины и прочая чернь имеют право сразиться с порождениями Мглистых Болотах, если вдруг захотят накормить собою тамошних обитателей… Единственное, я должен напомнить — четверть цены ваших трофеев или же каждый четвертый трофей должны достаться Наимудрейшему Королю Мира Пахалазу Искуснику! Таков закон, что по воле Бесконечной Вечной Империи установил он в землях своих! И, клянусь сединами моего почтенного прадеда, распорядителя церемоний при дворе его августейшего величества, подарок, если захотите вы сделать его господину и владыке моему, никак не может входить в эту четверть!

— О, я человек просто редкостно законопослушный! — Улыбнулся я и, в принципе, не солгал. Мало кто во всей Вселенной мог с такой же частотой и уверенностью как я нарушать законы! Правда, законы физики и классической магии в основном, но ведь это законы же! Да и убивать высшую аристократию Бесконечной Вечной Империи по тем законам, которые сама эта высшая аристократия для себя устанавливает, наверняка неправильно… Следовательно, такие как я — ужасная редкость по определению! — И мои спутники так же не заинтересованы в том, чтобы не повидать красоты дворца твоего господина…

Смотреть на него они, правда, будут через прицелы мобильных рейлаганов, но это уже детали. Вообще Искусника стоило бы прибить, ведь в списке его многочисленных грехов отсутствие санитарии в собственной столице стоит, вероятно, где-то на последнем месте. Даже по меркам династии Халаз он та ещё мразь, а среди светлых стен Белокамня, что имеют плюс-минус одинаковое качество даже в местных трущобах, крови льется как бы не больше чем в каком-нибудь мегаполисе орков, куда зеленокожие ежедневно пригоняют все новые и новые караваны невольников, дабы хорошенько развлечься и вкусно пожрать. Вот только в то же время по меркам враждебных нам прямо сейчас Королей Мира он один из самых слабых, ленивых, тупых и довольно шатко сидящих на своем троне…А потому ограничимся тем, что подломим у этого стульчика ножку. И пусть потом упавшего другие пинают. Хоть свои, всегда готовые закосплеить помоечных крыс, корон с башки своей не снимаючи, хоть чужие, благо тут до границы владений династии уже рукой подать, да и соседи подобрались довольно буйные, прямо сейчас за один из ближайших миров с каким-то там принцем вяловато в позиционной войне бодающиеся.

— Наш город невероятно красив, ведь весь он построен из жемчуженного ракушечника! Очень особого и редкого магического минерала, который в таких количествах вряд ли встречается где-то ещё во всей Бесконечной Вечной Империи! — Принялся тем временем расхваливать гид свою родину, явно гордясь тем, что его окружают здания, построенные из чистого мела. Если бы обладатели достаточно высокого восприятия взглянули бы прямо себе под ноги, то смогли бы увидеть, что порода по которой мы шагаем состоит из множества панцирей очень-очень мелких и просто мелких рачков, окаменевших в центре не сильно-то мощного, но зато очень обширного магического источника пару геологических эпох назад. — Именно благодаря захвату этого месторождения Наимудрейшему Королю Мира Пахалазу Искуснику удалось вначале создать плацдарм, расположенный настолько близко к Мглистым Болотам, а потом взяв под свою руку потоки ресурсов, которыми так богаты эти проклятые земли, в конечном итоге подчинить себе нашу планету! Источаемые топями миазмы отравляли все вокруг на многие дни пути, но теперь они стягиваются к стенам Белокамня, поглощаются ими и усиливают мощь той стационарной магии, которую разнообразные чародеи наложили на камни своих домов и дворцов!

— Это он что, чего-то вроде магической солнечной электростанции соорудил? — Задумался Патрик, с интересом осматриваясь по сторонам и даже периодически щелкая фотоаппаратом. К вылазке на природу в иной мир наша группа отнеслась как настоящие туристы, а потому взяли с собой достаточно инструментов для фиксации попавшихся на пути пейзажей. Даже я довольно дорогую видеокамеру тащил! Ну а заодно прихватили с собой мы и рюкзаки с продуктами, которые планировали отнести от родного места в дальние дали, чтобы потом там их героически все сожрать…Пробовать местную пищу или выпивку я своим подчиненным строго-настрого запретил, ибо в памяти меня-будущего слишком уж часто начинались проблемы после подобных деликатесов. Когда банальный понос из-за несоблюдения санитарных норм поваром или официантами, когда острое отравление вредоносной алхимией, ибо наше снаряжение землян кому-то сильно приглянулось, когда такая порция разжижающих критичность мышления зелий, что можно было дать клятву пожизненного рабского служения даже полному упырю, прилюдно чавкающему свежей детской кровью.

— Скорее приливную, — поправил его гном, который отлично знал о чем идет речь. Все-таки мы отправились в поход не с бухты-барахты, а тщательно выбрав цель и собрав по неё всю более-менее доступную информацию. И под миазмами местные жители понимали поднимающийся над Мглистыми Болотами туман, пропитанный кислотной магией их обитателей. Очень едкий туман, в котором обычный человек без средств защиты за пару часов бы выхаркал свои легкие и сдох то ли от кровотеченья в них, то ли банально от удушья. — Когда эта дрянь окутывает город, энергия в накопителях у местных стационарных структур накапливается, когда нет — нет…

— Умный ход, наверное, — решил ирландец, следуя за нашим проводником, который как раз вывел нас на новую площадь, отделенную от места прибытия в город всего-то одной улицей. По размерам она была несколько больше, но обелиска или хотя бы его подобия не имела. Тут стояла несколько иная достопримечательность, одна из тех, благодаря которым я очень хотел бы сравнять с землей все эти стены из белого камня, а после основательно попрыгать по подвалам, дабы они обрушились, похоронив под обломками всех уродов, которые попытаются там спрятаться.– Но только я не понимаю…Боже!!! Что это⁈

— Сие одно из истинных чудес нашего города — Фонтан Дюжины Последних Наставлений! — С явным оттенком гордости произнес наш провожатый, взирая на высящийся посреди площади комплекс артефактов, больше всего похожий на огромный самогонный аппарат. Только кипела и пузырилась в нем не какая-нибудь брага, а люди. Ну а заодно парочка хоббитов, полуорк и, если не ошибаюсь, один гном. Осталось от него слишком мало, чтобы можно было уверенно провести опознание, но структура сохранившейся части костей вроде совпадала. — С его помощью простолюдины, чей жизненный век подходит к концу из-за старости или болезней, могут передать часть характеристик или даже навыков, которую они скопили за свою жалкую жизнь, в счет уплаты податей своим господам! А некоторые, кто получит специальное разрешение, даже завещают свои лучшие дары Бесконечной Вечной Империи выбранным наследникам, что возможно станут от этого несколько менее жалкими…

Длинная очередь стариков, изредка разбавляемая инвалидами и носилками, на которых лежали умирающие, тянулась к громадной конструкции, напоминающей двенадцать больших перевернутых хрустальных рюмок, каждая высотой метров в пять. Жертва заходила или заносилась в чашу через специальную дверцу, после чего та закрывалась, а быстро начинающая концентрироваться внутри герметичного сосуда газообразная едкая дрянь стремительно разъедала живую плоть, убивая несчастного быстро, но мучительно. Ну, судя по тому, как корчились те пенсионеры и потенциальные обитатели реанимации, у которого ещё осталось достаточно сил и мускул, чтобы корчиться. Зато по тонкой стеклянной ножке вверх поднимались тоненькие нити энергии, конденсирующиеся наверху плоской стеклянной площадки в один или несколько шариков разного цвета. Шарики эти оперативно собирали и сортировали какие-то порхающие между верхней частью этого своеобразного жертвенника фигуры в белых балахонах, что напоминали бы карикатурное изображение мрачного жнеца, если бы тот перепутал свой привычный наряд с больничным халатом. Надзор за тем, чтоб эссенцию жизненной силы и душ никто не пытался стырить или припрятать в карман осуществляли безмолвно парящие ещё выше статуи, напоминающие громадных крылатых псов с пылающими глазами, отлитых из черного обсидиана. Причем сделаны они были так искусно, что я мог бы даже перепутать их с живыми существами, если бы не прочитал об их истинной природе в путеводителе, который Белокамень вполне цивилизованно выпускал для туристов с иных континентов и миров, и который удалось без труда приобрести через обелиск за жалкую сотню империалов.

— Снимайте, друзья мои, снимайте! — Произнес я, направляя камеру на этот чудовищный в своей гротескности и эффективности памятник максимальному использованию человеческого ресурса при виде которого эффективные менеджеры, выстраивающие стратегию пенсионных выплат так, чтобы до них доживало как можно меньше людей, а кто все-таки доживал, тот никогда бы не смог получить всё, что когда-то другим отдал, рыдали бы от зависти и умиления. Дюжина сосудов перерабатывала своих жертв быстро, очень быстро, каждый из них растворялся в ничто от силы за пару минут. Триста шестьдесят человек в час. Восемь тысяч шестьсот сорок запланированных циничных убийств в сутки…Если, конечно, сутки тут с земными равны, но вот этот конкретный нюанс, признаюсь честно, не уточнял. Ну а за промежуток времени, равный нашему году…За столь ничтожный казалось бы период этот конвейер смерти переработает примерно три миллиона сто пятьдесят тысяч единиц сырья, что когда-то было чьим-то отцом или матерью, братом или сестрой, дедушкой или бабушкой…Людьми и нелюдями, что прожили свою жизнь, а теперь стали экономически неэффективны и потому образцово-показательно утилизировались, в последний раз принося кому-то выгоду! И больше чем уверен, даже если они и завешщют свое наследие любимым родственникам, хозяин города и этого комплекса артефактов все равно возьмет за использование его игрушки свою долю, львиную долю! — Мы просто обязаны зафиксировать эту достопримечательность Белокамня во всей её славе! Для тех, кто в это место никогда не попадает, но посмотреть на неё непременно должен!

Возможно Пахалаз Искусник считался одним из самых молодых и слабых Королей Мира, но лично я бы очень желал прибить его первым или одним из первых. Ибо в силу не до конца закостеневшего мышления и необходимости крутиться этот мерзавец в своей вотчине построил довольно эффективную экономику и вполне неплохо работающий государственный аппарат. Да, созданная им бюрократическая махина была насквозь пронизана коррупцией и лила человеческую кровь как воду…Но она не лила её напрасно, сурово разбираясь с теми своими винтиками, которые вводили всю систему в убыток. И, если дать такому уроду время, он мог бы многое скопировать у землян, безусловно переделав на свой лад. И тогда на месте темного фентези в этом мире окажется какой-нибудь магический киберпанк, где на фоне высоких технологий страдать, отчаянно цепляться за жизнь да обогащать своих повелителей вплоть до последнего вздоха и даже немного позже станут уже не миллионы, а миллиарды.

— П-почему они н-не бегут? — Слабо пробормотала прижавшая руки к лицу Изабелла, переводя взгляд с растворяющихся заживо подданных Бесконечной Вечной Империи на длинную-длинную вереницу тех, кто смиренно ждал своей очереди. — Почему никто даже не пытается⁈

— Да вы что, миледи? Тех грязных простолюдинов, кто отваживается нарушить общественное спокойствие едва ли не в самом центре Белокамня, куда этих отбросов допустили из милости первый и единственный раз в их ничтожной жизни, сначала оштрафуют, а потом отдадут палачам! — Очень удивленно посмотрел на неё проводник, вероятно родившийся и выросший в этом месте, а потому воспринимающий все происходящее здесь как абсолютную норму жизни. — Но я честно сказать даже и не припомню, когда последний раз случилась подобная конфузия…Воспользоваться Фонтаном Дюжины Последних Наставлений — это не кара, а привилегия! Старых и больных, достойных ступить на эту площадь, со всего нашего мира собирают, и далеко не каждого берут! В отдаленных деревнях между всякими слабаками за право отправиться в путь к столице иной раз до смертоубийства доходит! Родичи этой ничтожной черни оказываются освобождены от большинства податей на год, два или даже три! Ну, в зависимости от того, каков был результат…Да и мощное божественное благословение, погружающее в лишенный мыслей и страха транс тех, кто слаб телом, способствует сохранению благолепия…

— А для детей…У вас нет…Ничего похожего? — Крайне хриплым голосом осведомилась побледневшая и замершая подобно восковому изваянию Джун, что тоже пошла с нами в поход. Правда, теперь уже её с ребенком перепутать было сложно, скорее девушка, пусть и не очень высоко, что вообще-то для представительниц корейской нации являлось скорее правилом, чем исключением. Несколько десятков уровней, полученных за уничтожение вышедшими из под её рук особыми боеприпасами представителей вражеской элиты, заставили прежде молодой организм рывком дернуться в сторону биологического оптимума, приблизив биологический возраст легендарного алхимика к двадцати годам.

— Конечно есть! Купель Семнадцати Лучших Начал! — С радостной улыбкой подтвердил наш провожатый. — Там слабые, глупые, непослушные и даже просто лишние дети даруют часть доставшегося им случайно потенциала своим более удачным братьям и сестрам либо же тем, кто просто по рождению стоит выше их…Правда, это немного в стороне от Рынка Охотничьей Дружбы и придется сделать довольно большой крюк…Но зато тогда на нашем маршруте окажется ещё несколько достопримечательностей Белокамня, которые вам наверняка понравятся ничуть не меньше!