Сиббо лежит полубоком, он странно замер в этой позе. Одно крыло вытянуто вбок. Глаза ворона закрыты, как будто он просто уснул. На шее у него всё ещё виден шнурок, но от блестящей ракушки осталась только пара осколков. В том месте, где на груди Сиббо только что красовалось перламутровое украшение, выдраны все перья и обнажилась серая кожа. Багровые капли крови сочатся из глубокой раны, оставленной острыми зубами хищника. Похожие на бусинки, они скатываются по груди Сиббо и окрашивают землю под ним в тёмный цвет.

С трудом переставляя ноги, Мирья медленно подходит к ворону. Она не в силах оторвать взгляда от раны. Она протягивает руку, чтобы стереть кровь, но мордочка Пелле опережает её. Мирья чувствует прикосновение шершавого языка ёжика, слизывающего кровь.

– Только не это… – шепчет Мирья. – Только не это. Только не это.

Ноги больше не держат её. Она падает на колени и прижимается к щеке Сиббо.

– Ты не умрёшь, – шепчет Мирья, словно от её слов что-то зависит.

Она всё гладит и гладит клюв ворона. Клюв приоткрыт, но дыхания Мирья не чувствует.

Она осторожно прикладывает ухо к груди Сиббо. Оттуда доносится едва слышное сипение.

Мирья резко распрямляется.

– Пелле, он дышит!

Но Пелле не отвечает. Он продолжает зализывать открытую рану.

– Да, он дышит! – Внезапно Мирья снова чувствует, как бьётся её собственное сердце. – Дышит!

– Пока да, – едва слышно отзывается Пелле.

– Но…

От слов Пелле у Мирьи такое чувство, словно её ударили под дых. Она снова смотрит на приоткрытый клюв и закрытые глаза Сиббо.

Пелле не имеет права так говорить. Ведь Сиббо же дышит! Она слышит это собственными ушами!

– Он не должен умереть, Пелле! – Она вскакивает на ноги и кричит на ёжика. Кулаки угрожающе сжимаются. – Он не умрёт!

«Тссс».

Проходит пара секунд, прежде чем Мирья понимает, откуда доносится этот звук. Поражённая, она не сводит глаз с клюва Сиббо.