– Вуаля! – Триту хихикает и кивает в сторону мальчиков. – Пожалуйста. Выбирай любого. Один камень – один братец.

– Что-о-о?! – Мирья ошеломлённо смотрит на него. Он же не всерьёз это говорит?

– Камень один, – медленно объясняет Триту, как будто говорит с дурочкой. – Выходит, что ты заплатила за одного брата. – Он отдаёт камень Буфо, который быстрым движением суёт его в какой-то из карманов, спрятанных в складках живота.

Мирья провожает камень взглядом. Пытается сделать вдох и не может.

– А сколько братьев ты всего хочешь выкупить? – Триту смотрит на неё, наклонив голову к плечу.

– Ты… ты… – Мирью трясет. – У меня больше нет таких камней!

– Ты только что сказала, что этот – самый красивый из найденных твоим папой. Стало быть, у вас их несколько. – Триту разводит руки в стороны.

Мирья качает головой.

– Но они закончились… Этот последний.

И это правда. Камень Мирьи, возможно, теперь один на всё поселение. Мама сегодня наверняка продала оставшиеся три и… Огонь вспыхивает в глазах Мирьи. Асмунд и Айк совсем рядом, но на пути к ним стоит Буфо. Мирье не пройти мимо него.

Триту рассматривает её изучающим взглядом. Потом пожимает плечами.

– Ясно. Но раз так и камней больше нет, тебе придётся ограничиться одним братом. Всё по справедливости. Мы принимаем оплату. А второго брата заберёшь, когда принесешь ещё камни.

– Давай, не стой! – Буфо бросает на Мирью нетерпеливый взгляд. – Мы не намерены торчать тут до вечера. Кого выбираешь?

Асмунд и Айк совсем притихли. Мирья чувствует, как они на неё смотрят. Но это же невозможно… И принести ещё камни… Откуда она их возьмёт? Папа был единственным эльфом, который умел их находить.

– Эй! Ну что, непростое решение?

Триту наклоняется над ветками розы и быстро отламывает один из шипов.

– Мы можем помочь тебе выбрать. Уладим всё в два счёта.

Он поднимает длинный острый шип и приставляет к горлу Айка.

У Мирьи едва не останавливается сердце. В глазах темнеет. Ей хочется закричать, но она боится, что навредит этим Айку с Асмундом, и стискивает челюсти.

– НЕТ! – шепчет она едва слышно. – Перестаньте! Оставьте Айка! Я выберу.

Глаза Триту вспыхивают.

– Эники-беники ели вареники… – говорит он, тыкая шипом поочерёдно в грудь Айку и Асмунду.

У Мирьи такое чувство, что он втыкает этот шип в неё. Она не осмеливается поднять глаза на братьев. Но ощущает на себе их взгляды. Они, как магниты, притягивают её к себе. Ей необязательно видеть братьев, она и так знает, что Айка колотит дрожь, а глаза Асмунда налились кровью от бешенства.

И тут Мирье приходит в голову мысль, заставляющая её поднять глаза на братьев. «Асмунд», – думает она. Возможно, ей и Асмунду удастся внезапно напасть на Триту и застать врасплох. Только нужно обезоружить его, чтобы он не причинил вреда Айку. Асмунд быстро бегает. Даже быстрее Мирьи. Может, Сиббо и Пелле где-то неподалёку. Если бы у Мирьи с Асмундом была небольшая фора и они первыми успели к тому месту у ручья, где Мирья договорилась встретиться с друзьями… Да. У них может получиться.

– Асмунда, – шепчет она так тихо, что губы шевелятся почти беззвучно. – Отпустите Асмунда.

В ту же секунду Айк закрывает глаза. Его обмякшее тело тихо раскачивается вперёд-назад. Мирья чувствует себя так, словно её порезали на тысячу кусочков. Он никогда не простит ей этого. И она не может сейчас ничего ему объяснить.

– Айк, – зовет Мирья.

Но Айк не смотрит на неё. Он неподвижно висит как маленький измождённый голубёнок.

Триту поворачивается к Асмунду и снова обнажает жёлтые зубы.