Время словно замирает, так что Мирья отчётливо и ясно видит происходящее в мельчайших подробностях. Асмунд и Айк. Связанные по рукам и ногам скользкими от слизи зелёными жгутами водяной травы. Их рты замотаны стеблями, и мальчики не могут произнести ни слова.

Асмунд брыкается связанными ногами. Его тело дёргается и раскачивается из стороны в сторону. Айк смотрит перед собой застывшим взглядом, веки опухли от рыданий, в глазах стоят слёзы. Заметив Мирью, он издаёт жалобный стон.

Мирья не видит никого и ничего, кроме братьев. Она даже не слышит бушующую в ней бурю негодования, заглушающую страх. Она бросается к братьям и истошно кричит:

– Не-е-ет!!!

Триту и Буфо, поражённые, оборачиваются на крик.

Мирья делает бросок в сторону, пытаясь обогнуть их, но острая боль вспыхивает в ушибленном колене и отдаётся во всём теле.

События развиваются слишком стремительно. Мирья не успевает понять, что произошло. В следующую секунду она лежит ничком, уткнувшись лицом в землю, от которой исходит густой запах мха. Спину пронизывает сильная боль. Что-то тяжёлое навалилось на Мирью, придавив крылья, и ей не подняться на ноги.

Ей удаётся немного повернуть шею.

Над Мирьей возвышается Триту, упирает ногу ей в спину.

– Вот те на! – говорит он. – Бежала, бежала и споткнулась!

Убирая ногу, он задевает основание крыла. Самое больное место.

Мирья перекатывается на бок.

– Тебе помочь подняться? – Триту протягивает ей руку.

– Отпустите их! – шипит Мирья.

Она вскакивает без посторонней помощи. Колено не слушается. Мирья хочет сделать шаг в сторону братьев, но Триту разводит руки в стороны, преграждая дорогу.

– Дай пройти! – Мирья гневно сопит и пристально смотрит Триту прямо в жёлтые зрачки.

– Приветик! – Триту моргает так часто, что кажется – у него не одно веко, а два. – Старая знакомая! Это же ты показала нам дорогу.

– И буду жалеть об этом до конца жизни! – Мирья пытается отпихнуть его в сторону. Он стоит как стоял, даже не шелохнувшись. – Ты отпустишь моих братьев! Причём НЕМЕДЛЕННО! Ты понял, что я сказала?

– По-моему, ты не говоришь, а орёшь, – квакающим голосом произносит Буфо, которого происходящее вроде как забавляет. Он подходит к Триту и встаёт рядом, так что перед Мирьей вырастает непроходимая стена.

– Так это твои братья? – Триту обнажает жёлтые зубы. – Вот так совпадение! А ты, стало быть, ищешь нас, чтобы прикончить?

– Отличная мысль! – Мирья прищуривается.

– Не кипятись. – Триту, притворно защищаясь, выставляет перед собой руки. Потом наклоняется к Мирье, и его глаза оказываются прямо напротив её глаз. – Они получили по заслугам. Нам пришлось обороняться, сестрёнка. На кого вздумали нападать, на НАС?! – Он тычет пальцем себе в грудь. – Вон, гляди, вооружились.

Мирья смотрит в ту сторону, куда он кивает. На земле валяются две усеянные длинными шипами ветки розового куста.

Мирья несколько секунд рассматривает ветки. Неужели мальчики напали на Буфо и Триту? Не настолько же они глупы!

Мирье не нужно долго раздумывать над ответом. Она уже знает, что сказать.

– И что с того? – Она сердито смотрит на Триту. – Они всего лишь маленькие дети. И не могут причинить вам вреда. Сами подумайте. И если вы решили мучить их, только чтобы поквитаться, то вы просто… вы… мерзкие чудовища!

Мирья замахивается, чтобы ударить Триту, но тот опережает её, и его пальцы смыкаются на запястье Мирьи.

– Чудовища! – хохочет он. – Пока не угадала, но уже теплее.

Разъярённый взгляд Мирьи нацелен прямо в зрачки Триту. Они сузились, превратившись в две узкие вертикальные жёлтые полоски.

– Отпусти мою руку! – в бешенстве произносит она.

Боль в запястье усиливается. Мирья продолжает пристально смотреть Триту в глаза, и у неё в голове вдруг всплывают слова Эльмы: «Папа говорит, что это вообще не эльфы».

– Мерзкий мутант! – кричит Мирья и тут же сама понимает, что это правда. Они не эльфы. Они просто приняли облик эльфов.

Триту отпускает руку Мирьи в ту самую секунду, когда она пытается выдернуть запястье из его пальцев. Она отшатывается назад на несколько шагов и едва не падает.

– Слышишь, Буфо? – Триту смеется. И в этом смехе нет даже слабого намёка на дружелюбие. – Нас раскрыли. Девчонка нас раскусила.