Глава 32. Сэди

Скрытые клейма

Кобра тихонько рассмеялся:

— Тебя наказали за дело, котенок. Так что не надо пытаться развести меня на свои фальшивые слезки. Джакс еще, блядь, мягко с тобой обошелся. Я бы на его месте устроил кое-что куда жестче.

Вместо того чтобы хоть немного изобразить раскаяние, этот потрясающий, переливающийся драгоценностями ублюдок продолжал невозмутимо наяривать свой украшенный камнями член, не сводя с меня глаз.

У меня внутри все так и вскипело, а чисто женское желание начистить ему харю накрыло с головой. Я тут же бросила попытки притворно плакать и со всей силы рванула наручники.

— Освободи меня! — рыкнула я альфа-голосом.

Кобра лишь ухмыльнулся:

— Не-а.

Он выудил из кармана серебряный ключ, пока его вторая рука продолжала мерить длину его украшенного кристаллами стояка. Он демонстративно покрутил ключом на пальце, а его идеальные губы расплылись в издевательской усмешке. Если его целью было выбесить меня, то он своего добился.

Я была так зла, что мой голос сорвался на хриплый рык:

— Какого хера вы вообще творите?! Если вы думаете, что мне в кайф торчать в компании кучки поехавших, ментально нестабильных мужчин, то вы, блядь, глубоко ошиба…

Кобра бесцеремонно прервал меня, прижав палец к моим губам с видом снисходительного мудака.

Я цапнула его за палец.

Со всей дури.

Вместо того чтобы отреагировать как нормальный, адекватный взрослый мужчина, Кобра лишь улыбнулся, глядя, как с пальца капает кровь. А затем он размазал эту красную жижу по моим губам. Блин, мне реально пора завязывать его кусать. Я вечно забываю, насколько сильно его это возбуждает.

В местах, где он размазал кровь, губы обожгло покалыванием, и я из последних сил подавила иррациональное желание облизаться.

Судя по всему, чужая ебанца передается воздушно-капельным путем.

Я открыла было рот, чтобы продолжить орать, но Кобра резко и жестко запечатал мне губы ладонью. Было бы ложью сказать, что меня ни капли не завело то, как грубо он меня перехватил. Масла в огонь подливал и тот факт, что моя небольшая грудь была полностью обнажена.

Кобра наклонился вперед, так что полы его пиджака задели мои перестимулированные соски. Он прошептал мне прямо в ухо:

— Ты серьезно думала, что можешь просто прийти в эту сраную секс-клинику и раздвинуть ноги перед каким-то левым фейри без всяких последствий? — на словах «левым фейри» его изумрудные глаза на миг превратились в змеиные щелки и тут же вернулись в норму.

Я уверенно кивнула:

— Абсолютно, блядь, да.

Я вообще-то альфа, которая обращается в саблезубую тигрицу, и лидер чертовски резонансного движения за права женщин участвовать в Играх Фейри. Я имею право делать все, что мне вздумается. Если я захочу устроить оргию с незнакомцами — я ее устрою. А если захочу вообще ни с кем не трахаться — это тоже мое личное дело. В этом и заключается вся прелесть быть двадцатилетней девушкой.

Но Кобра, как обычно, упустил самую суть:

— Котенок, ты никогда в жизни не прикоснешься ни к одному мужчине за пределами нашей группы. Попробуешь — они сдохнут. А тебя ждет наказание. Сегодняшняя ночь была просто предупреждением. Мы еще легко с тобой обошлись.

Кобра наконец убрал руку от моего рта. Я отвела взгляд от его горящих изумрудных глаз и переключилась на Джакса. Двухметрового, переливающегося блестками мужчину. Спорить с Коброй было делом гиблым и бесполезным.

— Как ты мог? — спросила я у Джакса.

Его лицо все еще выражало вселенскую скорбь из-за моих недавних слез, но серые глаза мгновенно превратились в два гранитных осколка.

— У каждого действия есть последствия, а в этой группе главный — я. Ты не будешь трахаться с другими мужчинами, маленькая альфа. Это железное правило.

Пока он говорил, он так сильно сжимал в руке эту магическую сосательно-вибрирующую хреновину, словно заново проживал момент, когда раз за разом доводил меня до грани. Его мускулы так налились силой, будто он прямо сейчас был готов сойтись в рукопашную с каким-нибудь воображаемым обидчиком-фейри.

Кстати, только сейчас, оглядевшись по сторонам, я заметила, что у всех парней были сбиты в кровь костяшки пальцев, а их белые рубашки покрывали багровые брызги.

Они что, реально отпиздили того фейри, с которым я должна была здесь зажечь?

— Какое еще, блядь, правило? — искренне недоумевала я, глядя на Джакса. — Насколько я помню, с Коброй мы перепихнулись всего один раз. Ашера я видела только тогда, когда он чуть не отжарил близняшек. Да и нас с тобой прервали в самый разгар процесса. А потом ты лично выдвинул этот ебаный пакт о ненападении на мое тело. С какого перепугу из всего этого следует, что мне нельзя прикасаться к другим мужчинам?

Ашер тут же встрепенулся:

— Ты видела что?

Из горла Джакса вырвался утробный рык, от которого задрожали стены в комнате:

— Да потому что ты наша, блядь! Игры Фейри — это просто смягчающие обстоятельства! Но ты все еще наша маленькая альфа. Я думал, ты это прекрасно понимаешь.

Я открыла было рот, чтобы высказать протест, но вовремя прикусила язык. Джакс сейчас врубил режим агрессивного альфа-самца, а я не дура, чтобы лезть на разъяренного медведя. Вместо этого я просто запрокинула голову и взмолилась богу солнца, чтобы он избавил меня от этих упертых альф, которые не способны выразить свои гребаные эмоции, даже если от этого будет зависеть их жизнь.

Откуда я должна была знать, что они считают меня своей собственностью?

Они же мне, сука, ни слова об этом не сказали!

Коммуникация — это вообще-то двусторонний процесс, но прямо сейчас у меня было куда больше шансов обсудить свои чувства с придорожным булыжником.

Я озадаченно склонила голову набок:

— А как вы вообще узнали, где я?

Ответом мне была тишина. Более того, парни начали переглядываться с таким видом, будто сами не были до конца уверены. Только один альфа довольно ухмылялся.

— Котенок, я знаю, где ты находишься в любую секунду твоей жизни, — Кобра выдал смешок.

Тишина в ответ была такой, что слышно было бы даже сверчков.

У меня внутри буквально взорвался мозг. И, судя по всему, не только у меня. Вся троица одновременно повернулась и уставилась на Кобру с отвисшими челюстями.

— Как? — мне было тупо страшно услышать ответ.

Кобра хмыкнул, будто это была какая-то веселая шутка, а не кромешный, блядь, криповый кошмар:

— Я заклеймил тебя своей теневой змеей. Метка прямо по центру твоей поясницы.

— Эм, мне кажется, я бы заметила, если бы на моем теле появилось что-то чужеродное.

Ладно, этот парень окончательно растерял остатки своего скудного рассудка.

Повисла долгая пауза, во время которой все присутствующие переводили взгляд с меня на Кобру и обратно. Змеиный выродок многозначительно выгнул бровь, и мое сердце неприятно сжалось от зародившегося сомнения.

Ведь я бы точно узнала, если бы меня прицельно заклеймили… правда же?

Вместо того чтобы сказать «да ладно, я пошутил», Кобра вальяжно подошел ближе и легким движением расстегнул мои наручники. Мои руки бессильно упали вперед, и я принялась судорожно растирать затекшие запястья, чтобы разогнать кровь, попутно пытаясь прикрыть предплечьем обнаженную грудь.

Я резко подорвалась со стула и попыталась с ходу прописать Кобре ногой по яйцам. Но он ловко перехватил меня за шею, развернул спиной к себе и безжалостно потянул вниз мое и без того едва державшееся платье.

Джакс шумно выдохнул.

Я попыталась повернуть голову, но из-за мертвой хватки Кобры на моем горле ничего не могла разобрать. Давление усилилось, и Кобра потащил меня через погруженную в полумрак комнату. Он остановился прямо перед зеркалом. Его пальцы больно сжали мою челюсть, заставляя меня посмотреть через плечо на свою обнаженную спину.

У меня буквально челюсть отвалилась.

На моей пояснице, аккуратно между двумя ямочками на ягодицах, прямо в кожу были вживлены настоящие изумруды. Они образовывали идеальное сердце размером примерно с ладонь. И я, черт меня дери, мгновенно залипла на то, как сказочно эти камни сверкали на моей золотистой коже.

Искрящийся напиток делал их стократ более сияющими.

— Видишь, котенок? — прошептал Кобра мне прямо в ухо. От его горячего дыхания по телу побежали мурашки. — Я же говорил. Ты принадлежишь мне!

На одно короткое мгновение я малодушно растаяла в его леденящих объятиях. Огромное тело Кобры плотно прижималось ко мне. Мне безумно захотелось просто подчиниться, сдаться и позволить этому роскошному мужчине заботиться обо мне. Принадлежать ему.

Но здравый смысл вовремя постучал в черепушку.

Я со всей дури впечатала каблук ему в пах и с силой вонзила ноготь большого пальца в мягкую часть его ладони. Этот гад лишь рассмеялся от боли, но хватку все-таки ослабил.

На ватных ногах я доковыляла обратно до стула и поспешно рухнула на него, пока колени окончательно не подогнулись. Руки я намертво скрестила на груди.

— Как? — растерянно спросила я.

Мой охрипший голос прозвучал слишком громко в наступившей тишине. В висках уже начинала зарождаться тупая пульсирующая боль от надвигающегося стресса.

Остальные парни подошли ближе: Джакс буравил Кобру яростным взглядом серых глаз, а Ашер и Ксеркс смотрели на него с глубочайшим недоверием и подозрением.

Блестящий ублюдок неторопливо приблизился к месту моего заточения и расплылся в улыбке, будто вообще не сделал ничего криминального, заклеймив меня без моего, сука, ведома. Кобра хмыкнул:

— Ну, вообще-то я просто оставил одну из своих теневых змей присматривать за тобой.

Если бы я сейчас не сидела, я бы точно шмякнулась в обморок от шока.

— Так ты знал про эту мелкую змейку?

Я обнаружила эту рептилию после того, как Кобра коснулся меня во время нашей первой битвы, когда я впервые обернулась тигром. Тогда я наивно решила, что передача змеи была чистой случайностью, ведь в тот период он меня едва на дух переносил.

Кобра закатил глаза, словно я сморозила несусветную глупость:

— Я контролирую абсолютно всех своих змей, всегда. Мои теневые змеи — это и есть я.

Вот теперь я точно сорвалась со стула.

Ксеркс резко рванулся вперед и перехватил меня прежде, чем я успела пропахать носом пол. Дыхание перехватило, казалось, что в комнате резко закончился кислород. Я лишь беззвучно открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, тщетно пытаясь выдавить хоть какой-то внятный звук, но из горла вылетал только сиплый, прерывистый хрип.

— Каждый раз, когда тебе было грустно или одиноко, я пытался тебя утешить, — тихо произнес Кобра.

То есть весь последний месяц он был моим персональным животным для эмоциональной поддержки. В памяти один за другим начали всплывать моменты из прошлого. Каждый раз, когда я рыдала, забившись под одеяло, змейка обвивала меня и успокаивала. Каждый раз, когда я изнывала от тревоги, она транслировала мне счастливые, теплые мысли. Каждый раз, когда я готова была умереть от изнеможения во время пробежек, она дарила мне крупицы мотивации. И каждый раз, когда я собачилась с Коброй…

Все это гребанное время…

Кобра лично утешал меня.

Джакс с силой запустил ладонь в свои волосы, яростно взъерошив их:

— И как, блядь, эта змея связана с драгоценными камнями у нее в коже? — он до хруста сжал челюсти и сжал кулаки.

Кобра посмел скрыть от него такую херню.

Кобра, которого злость Джакса вообще никак не колыхала, просто небрежно пожал плечами:

— Понятия не имею. Но когда ты падала, я влил в нее часть своей жизненной силы, так что, возможно, она стала продолжением меня. — Он многозначительно указал на сотни кристаллов, вживленных по всему его собственному телу.

Мы все дружно вылупились на него. Он что, сейчас серьезно хочет сказать, что все его драгоценные камни — это на самом деле его змеи?

Кобра плавно провел кончиками пальцев по россыпи кристаллов, украшавших его скулы:

— Это мои змеи. Просто сейчас они спят.

Да, блядь, именно это он и имел в виду.

Джакс покачнулся, словно у него тоже подкосились ноги. У Ашера карикатурно отвисла челюсть. Ксеркс испуганно отшатнулся назад, а я всерьез начала взвешивать все за и против того, чтобы отломать ножку от стула и прицельно вогнать ее себе прямо в черепушку. Ну сколько может вынести одна несчастная девственница-альфа, умеющая обращаться в саблезубую тигрицу?

— Что? — выдавил Джакс.

До меня вдруг дошло, что мне ведь не казалось, когда я думала, будто видела, как его камни шевелятся под кожей. Святой бог солнца. Я думала, что у меня глюки, а они реально двигались. Он с головы до ног покрыт гребаными змеиными драгоценными камнями. А теперь и у меня появилась парочка таких же змеиных побрякушек.

Мысли со свистом проносились в моей голове, и я отчаянно пыталась собрать этот пазл воедино. В такие моменты остро чувствуешь себя полной идиоткой, которая вообще ни черта не понимает в устройстве этой вселенной. У каждого, сука, были свои скелеты в шкафу.

Я моргнула и выпалила:

— Погоди, но ты ведь не был в своей звериной форме, когда теневая змея оказалась на моей коже?

Эта мелкая змейка шмыгнула ко мне, когда Кобра находился в своем обычном человеческом обличье, а мы можем управлять своими зверьми только тогда, когда сами принимаем альфа-форму. Я была уверена, что змея просто каким-то чудом вырвалась из-под его контроля. Мне и в голову не могло прийти, что Кобра мог полностью ею командовать. Это вообще не укладывалось в рамки логики.

В комнате воцарилась гробовая тишина: мы все дружно затаили дыхание в ожидании ответа Кобры.

Кобра лишь пожал плечами, и на его безупречном лице промелькнуло веселье вперемешку с какими-то другими, более глубокими эмоциями:

— У меня нет звериной формы. Мои змеи всегда со мной, прямо на коже. Я — чудовище в режиме двадцать четыре на семь. Просто я научился скрывать их от посторонних глаз.

Тишина стала просто оглушительной.

У него нет звериной формы?

Кобра раздраженно дернул за хрустальный ошейник на своей шее. Точно такой же ошейник сковывал и горло Аран. И тут до меня наконец доперло. Королева фейри нацепила на него эту херню, чтобы контролировать его силу, потому что обычные чары против перевоплощения на него тупо не действовали. Кобра не превращался в зверя.

Он сам по себе был змеиным монстром. Постоянно.

Я вспомнила, как Кобра вечно вел себя: эти его постоянные резкие перепады настроения, вспышки ярости и абсолютно психопатические замашки. Что ж, теперь пазл сошелся и обрел хоть какой-то смысл.

Кобра — змеиное чудовище… на постоянной основе. Он не превращался в мифического зверя, как все мы. Он сам был этой гребаным мифическим зверем.

— Ты все еще альфа или вообще хрен пойми кто? — Джакс сверлил Кобру тяжелым, горящим взглядом серых глаз.

Кобра закатил глаза и картинно облизал свой окровавленный палец:

— Священное озеро сказало, что я альфа. Если честно, я больше ни хера об этом не знаю. Знаю только, что королева знатно, даже дважды знатно, просралась от страха и вышвырнула меня из королевства в первый же раз, когда я спалился, что у меня нет звериной формы.

Мы все дружно пытались переварить, какого вообще хера тут происходит. Лично я по-прежнему была дико возбуждена после часовой пытки и меня нереально бесило, что эти мужчины до сих пор не валяются у моих ног, слезно умоляя о прощении. Кобра просто беспардонно перетянул все внимание на себя.

Джакс заговорил первым. Его мышцы так раздулись от злости, что рубашка едва не трещала по швам, а по комнате разнесся низкий рык, пока он сверлил Кобру взглядом:

— Может, у кого-то еще есть охуительные секреты, которыми вы горите желанием поделиться?

Я недовольно поджала губы. Ну, раз уж пошла такая пьянка и все вываливают свои самые мрачные тайны, то момент сейчас идеальный.

— У меня в голове живет кровожадный голос, который периодически захватывает контроль над моим телом, превращая меня в безэмоциональную машину для убийств. Но этой херне нужно время на перезарядку, поэтому в одних битвах я выдаю нереальный уровень крутизны, а в других сосу по полной.

У Джакса на лице отразился полноценный инсульт жопы.

У Ашера карикатурно СНОВА отвисла челюсть.

Ксеркс лишь тяжело вздохнул и что-то невнятно пробормотал себе под нос в духе того, что он так и знал, что здесь что-то нечисто, еще когда увидел, как я бегаю.

А Кобра просто склонил голову набок и улыбнулся мне с таким видом, будто его одержимость моей скромной персоной только что выросла в геометрической прогрессии.

У меня внутри все сжалось от тяжести его взгляда, и я никак не могла определиться: то ли мне радоваться, то ли начинать паниковать из-за того, что этот роскошный парень буквально змеиный монстр в режиме нон-стоп. На меня смотрел истинный хищник.

— Мне кажется, об этом стоило рассказать чуточку раньше, — глаза Джакса напоминали бушующую снежную бурю, а его шлейф феромонов резко подскочил. От него зацепило запахом горящих каштанов.

— Да как-то к слову не приходилось, — честно ответила я, небрежно пожав плечами и изо всех сил делая вид, будто это вообще пустяковое дело.

Я решительно поднялась на ноги, беря ситуацию в свои руки:

— ОТДАЙ МНЕ ВИБРАТОР, — выдала я своим альфа-голосом, уставившись на Джакса.

Здоровяк злобно зыркнул на меня сверху вниз, весь напрягшись так, словно собирался броситься в атаку. После долгой, томительной паузы он все-таки вложил девайс в мою протянутую ладонь. Игрушка была сплошь покрыта моими же соками возбуждения, так что я брезгливо сморщилась, перехватывая ее поудобнее.

— Мы еще поговорим об этом позже, — прорычал Джакс.

Одной рукой я судорожно прижимала к себе остатки платья на голой груди, а во второй сжимала свой вибратор. Я ничего не ответила ему, просто развернулась и гордо зашагала вон из секс-клиники на трясущихся каблуках.

Когда я маршировала мимо стойки регистрации, за мной по пятам следовала кавалькада из четырех злых мужчин. Ну, точнее, трех мужчин и одного змеиного монстра.

— Приятного вечера. Приходите еще, — администраторша привычно щелкнула жвачкой и продолжила стучать по своей кристальной клавиатуре.

— Пошла нахуй! — я выдала ей смачный двойной фак.

Стоило мне вскинуть руки, как платье окончательно сползло вниз, добавив моей тираде весомости.

Вдруг меня осенила пугающая мысль, и я резко развернулась на сто восемьдесят градусов, едва не заехав парням по лицам своей грудью:

— Ты в комнату к Аран тоже впустила каких-то левых мужчин?

Она лениво стукнула по клавишам и закатила глаза:

— Полукровки-воины силой выволокли принцессу из помещения. Сказали, что действуют по личному приказу королевы.

Я уже готова была прыгнуть на нее и вцепиться ногтями в лицо, но Джакс вовремя перехватил меня за руки и оттащил назад:

— Остынь, маленькая альфа. Я уверен, что Аран в состоянии сама со всем разобраться.

Прежде чем я успела высказать Джаксу все, что думаю о его попытках меня остановить, Кобра резко подался вперед и с размаху влепил администраторше сочную пощечину.

Мы все дружно замерли с открытыми ртами, пока этот кадр с довольной миной вальяжно зашагал прочь от пребывающей в полнейшем шоке женщины. Крови на ее лице не было, и сознание она не потеряла. Вероятно он ударил ее явно не в полную силу.

— Кобра, блядь, — с угрозой в голосе прорычал Джакс.

Змеиный парень обернулся ко мне:

— Эта шлюха пустила нас в твою комнату без лишних разговоров. Так что эта тварь заслужила.

Я лишь молча захлопала глазами.

Джакс бесцеремонно схватил нас с Коброй за загривки и силой вытолкал из здания клиники. Ашер и Ксеркс пристроились следом.

Перевертыши, альфы, омега, звероподобные люди — как их ни назови, все они определенно были ходячими поехавшими мужчинами. Единственная проблема заключалась в том, что от утробного рыка Джакса, которым он сопровождал наше конвоирование до комнат, у меня внутри все сладостно сжималось. А еще от моего внимания не укрылось, что Ксеркс до сих пор бережно сжимал в руке мой мешок, а Ашер то и дело косился на мою обнаженную грудь.

Джакс еще сильнее прижал нас с Коброй к своим бокам. Кобра кокетливо подмигнул мне, и я увидела, как кристаллы на его лице едва заметно приуныли и пришли в движение. Внизу живота снова сладко потянуло.

Да уж, эти перевертыши определенно были не в себе.

Но, судя по всему, я была точно такой же поехавшей.