Глава 30. Сэди
Секс-клиники
Я решительно прорывалась сквозь танцпол к своей подруге.
— Арабелла, а разве ты не должна сейчас торчать на каком-нибудь унылом приеме вместе со своей мамочкой? — насупившись, спросил Деметр у Аран.
Он намеренно растягивал слоги ее имени, словно это было оскорблением.
Рядом с ним на стену опирался Шейн. Его красивые черты лица исказились в презрительной усмешке, когда он посмотрел сверху вниз на мою лучшую подругу.
От вида того, как эти двое изливают яд на мою подругу, у меня внутри все перевернулось. Ладно, извинения Деметра официально аннулируются. Никто не смеет так обращаться с Аран.
Арабелла, конечно, была высокой, но все равно оставалась хрупкой и утонченной, как и все фейри. Полукровки-воины же на ее фоне выглядели горами мышц, заполонившими все пространство вокруг. Они нависли над ней с обеих сторон, и мне жутко не понравилось, как они зажали ее в тиски.
Ее прекрасное лицо оставалось ледяным, пока она сверлила мужчин взглядом, но на долю секунды в ее бирюзовых глазах промелькнула обида, когда Деметр пробормотал что-то слишком тихо, так что я не расслышала. Не знаю, что за общее прошлое их связывало, но оно явно было паршивым.
Аран небрежно перебросила свои бирюзовые волосы через плечо:
— Займись собой. И не переживай за меня, недогладиатор.
Деметр весь ощетинился, и я буквально увидела, как у него из ушей повалил пар. Лично я бы не додумалась назвать этого мужчина в два метра ростом «недо-".
Он резко размял шею из стороны в сторону и злобно уставился на Аран:
— Значит, ты не против, если я доложу твоей мамочке, что ты шляешься по таким тусовкам? Она хочет встретиться завтра, чтобы обсудить Игры. Пожалуй, я упомяну о твоем визите.
— Эй, только посмей, блядь, — отрезала я, вклиниваясь между ними.
Аран рассмеялась так беззаботно, словно вообще не боялась своей матери:
— Все нормально, Сэди. Мне насрать, что там сделает эта мелкая пташка. Он меня не волнует.
Затем Аран перехватила меня за руку и потащила прочь от Деметра. Я спиной чувствовала, как его розовые глаза буквально прожигают в нас дыры, пока мы бедрами прокладывали себе путь через танцпол.
Пока мы шли, до меня с постыдным опозданием дошло, что Аран только что назвала его огромную, сука, альфа-форму дракона «мелкой пташкой». Смело с ее стороны. В очередной раз убеждаюсь, что я без ума от ее энергетики.
— Хочешь еще потанцевать? — спросила Аран, указывая на толпу.
Я смахнула пот со лба и поморщилась. Мои ноги в туфлях немилосердно выли от боли, а легкие буквально горели от усталости.
— Не особо.
Мир вокруг меня все еще искрился миллионами глиттерных блесток, и ложиться спать так рано, переводя добро от «искрящегося напитка», казалось преступлением. И тут меня осенила безумная идея.
— Аран, — позвала я с коварной ухмылкой.
Она прищурилась:
— Сэди?
— У меня есть одна мысль, абсолютно дикая, просто отвал башки! Но, по-моему, нам стоит это сделать!
Я уже не могла сдержать дебильную улыбку.
— О бог солнца, да не томи ты! — Аран нетерпеливо тряхнула меня за руку. — У меня дикий стресс после этих терок с Деметром, мне срочно нужно разрядиться.
Моя улыбка стала еще шире:
— О, у меня есть отличный вариант для снятия стресса. Нам нужно пойти в секс-клинику прямо сегодня ночью! — заорала я, пытаясь перекричать гремящую музыку.
Несколько стоявших рядом фейри тут же обернулись на нас.
Аран удивленно выгнула бровь и постучала идеально ухоженным пальчиком по своим пухлым губам. Я синхронно повторила ее движение, разглядывая свои потрясающие ногти. Этот принт с кошачьей лапкой на большом пальце был таким милым, что у меня до сих пор наворачивались слезы каждый раз, когда я вспоминала щедрость той маникюрши.
Да, я прекрасно осознавала, что мое ментальное здоровье держится на честном слове и соплях.
Я пихнула Аран в плечо:
— Я проверила карту, когда ты о ней упоминала. В нашей деревне есть одна такая точка прямо возле столовой. Там написано, что они работают двадцать четыре на семь и принимают без предварительной записи.
Аран поджала губы и спросила:
— Погоди, так ты еще…?
— Ага, — быстро ответила я на ее неозвученный вопрос. — А ты?
— К сожалению, — она закатила глаза.
Я принялась активно приводить доводы:
— Ну и как мы, блядь, запустим наш успешный период сучьего распутства, если у нас там до сих пор все нетронуто? Не принимая свою сексуальность и не тыча своими кисками всем в лицо, мы практически прогибаемся под патриархат!
На лбу Аран прорезались морщинки, пока она пыталась переварить поток моего красноречия. Наконец она решительно кивнула.
Я взвизгнула как сумасшедшая и захлопала в ладоши.
Спустя пять минут мы уже восседали на мягких красных креслах, пока администраторша с отсутствующим видом стучала по фиолетовой кристальной клавиатуре и шумно чавкала жвачкой. Каждые несколько секунд она выдувала огромный розовый пузырь и с громким хлопком лопала его. Единственным другим звуком в полумраке комнаты была томная, тихая музыка.
Под высоким потолком медленно вращалась массивная хрустальная люстра. Мы с Аран то и дело замирали, задрав головы вверх. Пока волшебный напиток бурлил в наших венах, люстра казалась неописуемо, сказочно сияющей. В руках у нас было по планшету с анкетами и ручке.
Я взволнованно хихикнула, перелистывая толстенную пачку листов у себя на коленях.
Мы реально сидели в секс-клинике.
К счастью, в приемной больше никого не было, так что можно было не опасаться, что кто-то станет нас стыдить или попытается остановить.
Все по-взрослому.
Мы сделаем это.
Операция «Прощай, девственность».
Вообще, я не считала девственность какой-то великой проблемой. От того, что в мою вагину еще ни разу не проникал член, я не становилась менее ценной как женщина, все это бред собачий. Однако у меня был запредельный уровень стресса, а впереди маячила задача совратить древнего, мать его, вампира из легенд.
Если я провалюсь — меня просто НАХЕР УБЬЮТ!
А раз моя смерть столь близка и неизбежна, сейчас самое время получить хоть какой-то сексуальный опыт. К тому же все это выглядело не так пугающе, потому что Аран сегодня тоже была в деле. Мы пройдем через это вместе, а потом сможем устроить дебрифинг, обсудить детали и знатно поржать друг над другом.
Выбор стоял простой: либо со мной перепихнется какой-нибудь незнакомец, либо я потащусь обратно в свою одинокую постель. Потому что мои альфы устроили блядский антисекс-пакт воздержания и отказывались ко мне прикасаться. Я решительно выкинула мысли о прекрасных альфах и омеге из головы, сосредоточившись на себе любимой. Ничего страшного в их сексуальном пакте не было. Пускай делают все, что им нужно, чтобы выжить на этих Играх ментально.
Если им необходима аскеза — ради бога.
Но лично мне нужно было, чтобы меня как следует оттрахали.
Я послала короткую молитву богине луны, мысленно попросив ее не заниматься шлюхопорицанием. Бог солнца свидетель, она и так повела себя максимально свински, выбрав для меня такой жизненный путь. По-хорошему, ей стоило бы проявить чуть больше поддержки на моем распутном этапе, потому что прямо сейчас ее отношение к ситуации выглядело вообще не круто.
Я закончила заполнять графу со своими способностями, сильными и слабыми сторонами.
В строке «сила» я вывела: «альфа, саблезубая тигрица»;
В «сильных сторонах» — «растерзание плоти»;
В «слабых» — «бег».
На секунду я замешкалась, собираясь написать про кровожадный голос в моей голове (он же оцепенение), но вовремя вычеркнула. Решив, что это вряд ли оценят по достоинству в постели. Воспоминание об оцепенении напомнило мне, что я уже давно его не использовала, и я мысленно взмолилась, чтобы оно включилось на следующем испытании. Если этого не произойдет, как в прошлый раз, я окончательно разругаюсь со своей кукухой. В самом прямом смысле, потому что я, скорее всего, просто умру.
Мои глаза округлились, когда я перевернула страницу и увидела следующие опросники. Аран рядом со мной прыснула со смеху. Да уж, фейри подходили к делу со всей дотошностью. На листах шел список за списком сексуальных предпочтений. Быстро пробежав глазами по пунктам, я прочитала: «удушение», «шлепанье плеткой», «анальные пробки», «горячий воск», «эджинг2», «зажимы для сосков», «унижение», «оральный секс», «таскание за волосы», «фут-фетиш» и «локтевой фетиш».
— У кого, блядь, может быть фетиш на локти? Что вообще можно делать с локтем? — спросила я у Аран, тупо уставившись на свой локоть.
Он был костлявым и абсолютно непривлекательным.
Аран пожала плечами:
— Ну, может, сосать его?
Я листала, листала и листала страницы. Там было больше двадцати листов с галочками и тысячи видов извращений, напечатанных мелким шрифтом. Если мы будем заполнять все это как положено, то проторчим здесь до самого утра. А я все-таки устала и хотела в обозримом будущем оказаться в кровати.
— Эм, а можно как-то ускорить процесс заполнения этих бумаг? — поинтересовалась я у администраторши.
Та продолжила лениво клацать по кристальной клавиатуре, лопая жвачку:
— Нет!
Я тяжело вздохнула и принялась без разбора херачить галочки в графе «да» напротив каждого пункта, даже не читая. Поскольку это был мой первый раз, я понятия не имела, что мне может зайти, так что логично, что я не могла ничему сказать «нет». Аран заглянула в мой планшет и последовала моему примеру.
Пожав плечами, она философски заметила:
— В конце концов, что худшего может случиться?
Я подозрительно прищурилась, ставя последнюю галочку «да» на двадцатой странице. В ее устах это прозвучало как крайне зловещее предзнаменование.
— Слушай, может, ну его нах…
Администраторша бесцеремонно прервала меня на полуслове. Она вырвала заполненные планшеты из наших рук и утащила к себе за стол. С максимально скучающим видом она быстро пролистала страницы.
— Отлично. Сэди — комната номер один. Аран — комната номер два. Ждите там дальнейших инструкций, пока система подбирает вам идеального партнера, — она небрежно махнула рукой в сторону коридора.
И тут до меня внезапно дошло, что я вообще не думала о технических деталях этой встречи. Я шепотом спросила у Аран:
— А как они вообще находят тех, с кем мы будем… ну, этим заниматься?
Аран отмахнулась от моих сомнений, будто я несу чушь:
— Да почти все фейри в королевстве зарегистрированы в базе этой клиники. Каждому на кристалл приходят уведомления о потенциальном сексуальном совпадении, и они уже сами решают, принимать запрос или нет. У этого места стопроцентный показатель удовлетворенности клиентов, так что можешь вообще не париться. К тому же этот деревенский комплекс просто огромный, так что они стопудово подберут нам отличных партнеров.
Я покорно кивнула, изо всех сил делая вид, что ни капли не переживаю, хотя внутренне я истошно орала и бегала с поднятыми руками.
— И как только вы обе умудрились остаться девственницами к вашему… преклонному возрасту, — подала голос администраторша, в очередной раз громко хлопнув пузырем жвачки.
Я едва подавила дикое желание собственноручно выдрать эту жвачку у нее изо рта. Вместо этого я поднялась с кресла с видом уверенной в своей сексуальности женщины, и плавной походкой направилась по коридору к двери с табличкой «Комната 1». Дверь Аран оказалась прямо по соседству, и она ободряюще показала мне класс большим пальцем:
— Давай сделаем это дерьмо!
И после этого я и в буквальном, и в метафорическом смысле, шагнула на следующий этап своей жизни.
Сама комната была погружена в полумрак и обставлена более чем скромно. В ней не было ничего, кроме маленького деревянного стула и зеркала на стене. Постояв пару минут в нерешительности и раздумывая, неужели мне придется заниматься сексом прямо на этом стуле, я все-таки опустила на него свою пятую точку и принялась нетерпеливо постукивать каблуками.
Я ждала и ждала.
Кто же знал, что в секс-клинике может быть так невыносимо скучно?
Я была разочарована.
Наконец, минут через пятнадцать, дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошла женщина-фейри. Она направилась прямиком ко мне, а я принялась судорожно кусать нижнюю губу.
Вообще-то я заказывала парня, но мне очень не хотелось обижать ее отказом.
— Ваш партнер просил, чтобы вы надели это.
И затем, без какого-либо предупреждения, она легким движением натянула мне на голову плотный черный мешок. Мир вокруг меня мгновенно погрузился в абсолютную тьму.
Женщина снова заговорила, но ее голос теперь казался глубже и как-то иначе:
— Капюшон зачарован так, чтобы вы ничего не могли видеть и чувствовать запахи. Кроме того, он искажает любые звуки.
— Эм, в смысле? — переспросила я, попытавшись стянуть ткань руками; однако, как бы сильно я ни тянула, мешок сидел как влитой и не двигался ни на миллиметр.
— На нем чары. Снять его может только ваш партнер.
После этого послышался тихий скрип закрывающейся двери. Эта сучка просто ушла. Она на полном серьезе нацепила на меня проклятую тряпку, которую невозможно снять, и у нее хватило наглости бросить меня тут одну.
Ну кто так делает?
Да уж, моя былая уверенность в успехе этой авантюры таяла на глазах. Судя по всему, у моего таинственного незнакомца был пунктик на ролевые игры с похищением. Когда ты собираешься лишиться невинности с незнакомым фейри в этом жестоком, ебанутом мире, мешок на голове — далеко не самый обнадеживающий знак.
Крайне прискорбно.
Я, конечно, знала, что мои черты лица выглядят излишне хищно, красные глаза могут пугать, а скулы куда резче, чем у большинства местных девиц. Но я все равно не думала, что это повод прятать мое лицо в мешок. Мысленно я прокляла администраторшу на стойке регистрации. Неужели во всем этом комплексе не нашлось ни одного фейри, которого бы не тошнило от моего внешнего вида?
Я продолжала нервно ерзать на стуле, но вокруг по-прежнему ничего не происходило. Чем дольше я сидела в этой кромешной тьме, тем сильнее жалела о том, что поленилась прочитать весь список сексуальных извращений и бездумно наставила галочек «да». Если сейчас сюда зайдет какой-нибудь хмырь и начнет поливать меня горячим воском, я ведь реально разрыдаюсь.
О бог солнца, а вдруг он именно поэтому заставил меня надеть этот капюшон — чтобы просто не видеть моих слез?
Я всматривалась в чернильную черноту ткани перед глазами и с грустью отмечала, что в ней не появлялось абсолютно никаких искр, как бы сильно я ни зажмуривалась. Вот тебе и гениальная идея заняться сексом под кайфом от «искрящегося напитка».
Я сидела на своем маленьком деревянном стуле и вовсю занималась саможалением. Сокрушаясь, что сейчас подарю свою невинность какому-то любителю киднеппинга3, который банально не может вынести взгляда на мое лицо.
Наконец в тишине раздался глухой, искаженный скрип. Точь-в-точь как от открывающейся двери. Послышались тяжелые шаги.
Время пошло.