* Даша *

— Ты уверена, что есть необходимость туда лететь?

Глеб останавливает машину на платной парковке аэропорта и хмуро смотрит на меня.

Вздыхаю.

Конечно ему тоже не нравится то, что я в такой спешке уезжаю.

Поднимаю голову и ловлю его мрачный взгляд.

— Нет, — честно отвечаю. — Но приказы начальства обсуждать не могу. Кто ж знает, что у бигбосса в голове происходит.

На самом деле я уверена, что этот вопрос с заказчиком вполне можно было решить по телефону. За пять минут… ладно, за двадцать, но кто меня послушает, да и спорить с Никитой… Андреевичем я не захотела, потому что смысла не видела.

Ему до меня дела нет, и мне до него тоже!

Сказал — лететь, значит — лечу!

Пытаюсь улыбнуться. Но выходит не очень.

Глеб смотрит на меня слишком серьёзно, внимательно.

— Я могу с ним поговорить, — говорит он ниже на полтона.

И я знаю, что Глеб не шутит.

Он вполне может это сделать, и от такой перспективы у меня перехватывает дыхание.

Накрываю его руку своей.

— Не нужно. Правда. — смотрю в его глаза и придаю голосу уверенности. — Там действительно спорная ситуация. Возможно Никита Андреевич, — заставляю себя произнести имя и отчество своего ненавистного босса без запинки, — действительно прав в том, что отправляет меня в эту… — «ссылку» — это слово крутится на языке, но я проглатываю его и произношу ровно: — командировку.

Глеб не убирает руку из-под моей и взгляда от моего лица не отпускает.

— Даш, ты начальник отдела. Не менеджер на побегушках, к тому же, для таких поездок у тебя есть зам.

И снова он прав.

Киваю, но почему-то по-прежнему продолжаю оправдывать решение Никиты.

— Там возникла проблема, в которой частично виноваты мы. Я давно просила заменить принтеры. Не заменили. — вздыхаю. — В итоге — несовпадение по цветам у заказчика и в нашем портфеле. Фактически это недосмотр моего отдела. Мне и отвечать.

Несколько секунд Глеб молчит, а потом нехотя выдыхает:

— Хорошо. Я услышал тебя.

Не согласился.

Не понял.

Услышал.

И остался при своём мнении.

Ладно.

Глеб быстро выходит из машины, обходит капот и открывает мне дверь, подаёт руку.

Мороз тут же кусает щёки, ледяной ветер пробирается под полы белого пуховика, который я наспех застегнула только до середины.

Морщусь от холода.

Увы, даже тёплый флисовый костюм не спасает… и мне даже страшно подумать, что будет в Иркутске и на Байкале…

Пока Глеб достаёт из багажника мой чемодан, делаю себе мысленную заметку — купить более тёплую одежду.

В самом аэропорту снова приходится расстегнуться. Здесь, как обычно, очень шумно. Аромат кофе из ближайших кафешек дразнит рецепторы. Табло с расписанием рейсов мигает впереди. Вокруг нас ходят люди и тянут за собой чемоданы, толкаются, кто-то разговаривает по телефону.

Мы сразу идём к стойке регистрации.

Внутри меня всё вибрирует от напряжения.

Я очень давно не летала.

Стараюсь подавить волнение. Пытаюсь представить эту поездку как небольшой отпуск. Я же давно мечтала попасть на Байкал, услышать, как трещит его многослойный прозрачный лёд… в общем, вот — мечты сбываются!

Тихо ухмыляюсь, но иррациональный страх так и не проходит.

Я вся словно на иголках.

Глеб стоит рядом, держит меня за руку.

Очередь двигается быстро.

Наконец, я предъявляю свои документы, сдаю чемодан в багаж и беру посадочный талон.

Дальше мы проходим к стойке паспортного контроля. Останавливаемся чуть в стороне.

Смотрим друг на друга.

— Две недели, — говорит Глеб.

— Две недели, — тихо повторяю.

— Я буду скучать.

Ответить не успеваю.

Глеб делает шаг вперёд и берёт моё лицо в свои ладони. Большими пальцами ласково проводит по моим щекам, а потом целует.

Долго, медленно, чувственно.

По моей коже рассыпаются мурашки, а внутри вспыхивает пожар.

Я однозначно буду скучать.

Жадно вдыхаю его аромат — древесный, успокаивающий и такой уже родной. Закрываю глаза, не думая больше ни о чём. Есть только мы двое здесь и сейчас.

Когда мы отрываемся друг от друга, Глеб долго смотрит на меня, а потом горячо шепчет мне в губы:

— Возвращайся ко мне.

— Обязательно, — отвечаю и улыбаюсь. По-настоящему, впервые за сегодня.

Несколько мгновений стоим молча, а потом я заставляю себя отвести от мужчины свой взгляд. Быстро поправляю лямку небольшого рюкзака, разворачиваюсь и не раздумывая шагаю к стойке контроля… а спиной чувствую прожигающий взгляд Глеба, и внутри всё сжимается от нахлынувших эмоций.

Ну почему мы не встретились раньше?

С этими невесёлыми мыслями вхожу в зону ожидания.

До вылета остаётся ещё полтора часа.

Нахожу небольшое кафе на несколько столиков и беру стаканчик латте, сажусь у окна.

За стеклом — лётное поле. Самолёты стоят рядами. Техники в оранжевых жилетах ходят между машинами, разговаривают, выдыхая пар.

Аромат кофе дразнит, и я делаю осторожный глоток. Знакомый вкус растекается на языке.

Прикрываю глаза.

Прислушиваюсь к шуму аэропорта — громко звучат объявления, рядом раздаются чьи-то шаги, слышно детский плач где-то вдалеке и звон посуды за барной стойкой.

Среди этого гула я ощущаю себя маленькой песчинкой на берегу океана.

Чувствую, как постепенно мои эмоции стихают и проходит волнение.

Открываю глаза и делаю ещё один спасительный глоток кофе… и в этот момент я вижу Его.

Незнакомый мужчина.

Высокий. Широкоплечий. Явно подкачанный.

Это всё угадывается даже под скрывающей его тело тёмной курткой.

Ему лет тридцать пять, может, чуть больше. Правильные черты лица, очень короткие тёмные волосы.

И он внимательно смотрит на меня.

А когда видит, что я открыла глаза, быстро отводит свой взгляд и садится за соседний столик.

Моё сердце пропускает удар и сбивается с ритма. Ледяная волна волнения сбегает вниз по спине.

Поднимаю свой стаканчик, делаю новый глоток, а сама поверх коричневой крышки наблюдаю за показавшимся мне странным мужчиной.

Он заказывает кофе и спокойно листает ленту в телефоне.

На меня больше не смотрит.

Пытаюсь убедить себя, что всё нормально. Просто это нервы, усталость... этот чёртов перелёт, к которому я морально не готова.

И я даже успокаиваюсь… ровно до того момента, как этот же мужчина занимает соседнее со мной кресло в самолёте.

Внутри всё сжимается от неприятного предчувствия. Дыхание сбивается, становится тяжёлым и рваным.

Я не поворачиваю к мужчине головы, но вижу, как он пристёгивается, потом достаёт телефон, снова начинает листать ленту.

И он не смотрит на меня.

Совсем.

И именно это — будто намеренное нежелание не замечать меня — пугает больше всего.

Я складываю руки на колени и заставляю себя смотреть прямо перед собой… но мой взгляд то и дело падает на мужчину.

Сердце бьётся всё быстрее и чаще.

Это совпадение.

Просто совпадение.

Люди летят в Иркутск. Это популярный рейс. Он просто сидит рядом, потому что так распределились места.

Да, я себя уговариваю успокоиться.

А что мне ещё делать?

Самолёт начинает движение.

Я сжимаю подлокотник и говорю себе, что всё в порядке.

И почти верю в это.

Почти.

Но когда мужчина чуть поворачивает голову, я замечаю у него в ухе крошечный, почти невидимый наушник... и всё внутри меня сжимается от ощущения надвигающейся опасности.