В Пушкине и Вегасе вымерло население. Думаю, мы следующие. Либо змеиная зараза, либо сожрут. Системы кораблей вышли из строя. Мы пытаемся связаться с Землей, но нам никто не отвечает. Мы не можем вернуться домой. Да и, если честно… Куда нам возвращаться? На Землю, охваченную войнами и лучевой болезнью?

Фрост убрала ладонь – резко, будто обожглась. Потуже затянула окровавленный платок на пальце и посмотрела на Риви так, будто видела его впервые. Риви же не стесняясь любовался, как черные пряди падают на ее бледные щеки и как хороши губы – не слишком пухлые и не слишком тонкие. Того и гляди, проклятая «Слеза змеи» возьмет вверх, не удержишься и проведешь заштопанной уродливой рукой ото лба до острого подбородка.

– Откуда у вас это, Риви?

– Это?

– Это. – Фрост приблизилась, а Риви, хватанув ртом холодный воздух, вернулся в реальность.

Это, это, это. Как часто в последнее время люди говорили про «это».

«А вы что, левым вообще не видите, лейтенант Риви?»

«Жутковато, будто он смотрит все время прямо. Как стеклянный».

«Это. Как же вас так, это».

К чему вопрос? Будто Фрост не понимает, как «это» могло произойти.

– Змеиный яд, капитан Фрост, лишил меня зрения на одном…

– Я не про глаз, лейтенант.

– А про что? – Риви растерялся.

– Вот это. На носу, – уточнила Фрост. – Коричневые точки.

Риви потрогал нос, проверяя, не испачкался ли.

– А. Это… веснушки, – сказал он, еле вспомнив нужное северное слово. – Хотя некоторые парни в тюрьме считали, что это пятна дьявола. Но они не от дьявола, они от солнца, капитан Фрост.

– Никогда раньше не видела, – протянула Фрост удивленно. – И что, на Юге у людей часто… это?

– Ну… Нечасто, но бывает.

– Хочется хорошенько отмыть вам лицо.

Прозвучало ужасно глупо, и Риви рассмеялся.

– Боюсь, у вас ничего не получится, капитан Фрост. Но когда в следующий раз пойдем в баню, можете попробовать.

– Это грубость, лейтенант Риви.

– Да, простите, я не имел в виду, что мы вместе пойдем в баню и будем…

– В смысле, я была грубой. Простите.

– И я.

Риви тяжело вздохнул – протрезветь не помогали ни холод, ни ветер. Вот, уже предложил капитану сходить вместе в баню. Хоть бы завтра Фрост об этом не вспомнила.

Вдруг послышался шум, и на крыше показалась макушка лейтенанта Кима. Он кое-как поднялся, нетвердо держась на ногах, и окинул Риви и Фрост недовольным взглядом.

– Ненавижу вас, лейтенант Риви! – произнес он, ткнув Риви пальцем в лицо, – жест, который на Севере мог сойти за форменное хамство.

– Это за что это? – удивился Риви.

– Вот так вы платите за помощь, лейтенант Риви! Тащил вас на себе до самого Шэня, а вы…

– А я вам жизнь спас в Кадзуро. Будем счет вести? Тем более, что я сделал-то?

– Вы меня оставили! Там! Я же вам рассказал, что не могу… с женщинами… говорить… Это смешно, по-вашему?

– А… – Риви усмехнулся. – То есть я предложил вам потанцевать с симпатичной женщиной, хотел, чтобы вы преодолели страх, а вы еще и недовольны, лейтенант Ким?

– Да я наступил ей на ногу и даже извиниться не смог!

– Кто ж знал, что вы такой неловкий.

– А это не все! – Ким, едва не падая, снова пригрозил пальцем. – Вы в озеро меня столкнули! Думали, я не понял! А я… понял!

– Правда столкнули? – спросила Фрост шепотом, едва сдерживая смех.

– Как можно, капитан, – покачал головой Риви. – Это была праведная рука пророка Донсу.

– Да ну вас. – Ким подошел к краю, сел, спустив длинные ноги, и посмотрел вниз.

– Позаботитесь о Киме, лейтенант Риви?

– Конечно.

– Простите, сегодня я наговорила лишнего. Попробую поспать. – Фрост направилась к лестнице, но на полдороге остановилась. – Спасибо вам обоим, – сказала она. – За вечер у Синя. И за то, что прыгнули в озеро. С некоторых пор я ненавижу и высоту, и водоемы.

И она снова посмотрела вдаль, в сторону южного берега.

* * *

Шаги Фрост затихли на лестнице.

– Что-то мне нехорошо, – пробормотал Ким, наклонившись.

– Вы аккуратнее, не хватало еще от скал ваши кишки отскребать.

– Лейтенант Риви, подержите волосы! – Ким смачно отрыгнул.

– Чтоб тебя, – выругался Риви, сел рядом и намотал длинный хвост Кима на кулак.

– Вот так… – пробормотал Ким, и его вырвало.

Риви схватил волосы крепче, надеясь, что рвота Кима не стекает по стене, а хотя бы шлепнулась прямиком в пролив.

– Так жалко, – заплакал Ким. – Давно не ел так вкусно. И вот…

– И не пил так много, – ответил Риви, с тоской думая, что теперь его придется как-то тащить вниз.

Ожидания не обманули. Ким поднялся, пошатываясь, Риви пришлось подставить плечо. А потом – первому пролезть, ругаясь на двух языках, на узкую лестницу и спускать за собой Кима, подтягивая его за ноги.

Ким сползал со ступенек полудохлой змеей. Риви взмок, разозлился и протрезвел. У большой лестницы он закинул Кима на спину. На втором этаже еще слышалась музыка – соблазн сгрузить пьяного любителя пророков на ближайший стул, а самому пойти спать был очень велик, но Риви справился с порывом. Балансируя и проваливаясь в снег, он донес Кима до постели – хорошо хоть оказалось не заперто.

Наконец Риви разогнул спину, пересек двор, толкнул свою дверь ногой и рухнул на одеяло, раздевшись уже лежа. Дыхание с трудом восстанавливалось, по вискам текли капли пота. Скверно тащило от подмышек. Спать не хотелось совершенно. Под утро перед правым глазом появилась пелена дремоты, и получилось провалиться в яму между явью и сном.

Почти сразу Риви услышал громкий стук в дверь, пошел открывать не разлепляя глаз. Почесал нос мизинцем, зевнул.

На пороге стояла Фрост – она так и не сняла оружие.

– Лейтенант Риви.

– Да, капитан. Что-то случилось?

– Кажется, да.

И Фрост поцеловала его – порывисто, прижавшись всем телом так, что ножны ее топора впились Риви в бедро.

– Вы пьяны, капитан, – вяло запротестовал Риви, но не ответить на поцелуй не смог – приподнял Фрост, перенес через порог и проснулся.

Он лежал в постели один. Но в дверь и правда долбили.

– Акира! Акира, открой! – раздавался снаружи хриплый вопль.

Риви не сразу понял, что стучат в соседний дом. Убрал руки с трусов, протер оба глаза, подошел к окну и выглянул в щелку.

Капитан Синь, пошатываясь, стоял на пороге у Фрост.

– Акира, я очень скучаю!

Риви натянул ханбок и сапоги, занес ладонь. Выйти – и дать этому придурку с ноги, чтобы не орал и не портил хорошие сны.

И не ломился, куда не просят.

Приоткрыв дверь, Риви увидел Фрост, стоящую на своем пороге. Орать шэньский капитан прекратил, теперь они разговаривали, но Риви, разумеется, не мог расслышать о чем. Да если бы и мог – не стал бы.

Он закрыл дверь и прислонился к ней взмокшей спиной.

Ты сам, прошептал насмешливый внутренний голос, ломишься куда не просят. Это не твоя женщина, а твой капитан. Смотри свои грязные сны – а лезть грязными сапогами в ее личную жизнь у тебя нет никакого права.

«Не мое дело», – прошептал Риви.

Не его дело – даже если этот шэньский петух ей все еще нравится.

«Во всяком случае, у него-то шанс был, давно, но был, а я волную мысли капитана Фрост только неумением выполнять приказы», – подумал Риви.

Да пошло оно все. Риви потряс головой, словно пытаясь сбросить похмелье. Если Синь в ее доме – он вытащит его оттуда за шкирку.

И Риви толкнул дверь.

– Было очень шумно, да?

Он остановился, едва не поскользнувшись на крыльце. Капитан Фрост в длинной ночной рубашке стояла босиком на пороге. А рядом – на боку в полной отключке – лежал Синь.

– Лейтенант Риви? – повторила Фрост. – Простите, он очень громко орал.

– Вы его вырубили, капитан? – с восторгом спросил Риви, подходя ближе.

– Хотите совет, лейтенант Риви? – усмехнулась Фрост.

– Не прощать предательство?

– Бить по печени. Ну, и не прощать предательство.

Фрост присела на корточки, приложила руку к груди Синя – хотя то, что он дышит, было понятно и так.

– Замерзнет, – сказала она, покачав головой.

– А давайте его мне, – потер ладони Риви, представляя, какой сюрприз ждет Синя через несколько часов. – Пол теплый, места хватит.

– Ну… забирайте.

Риви взял Синя за ноги и, не особенно заботясь об аккуратности, потащил вниз по ступенькам, через двор, к собственному дому.

«Нет, второй мужик за такой короткий срок – это уже перебор», – подумал Риви, кое-как перебрасывая его через порог.

– Доброй ночи, лейтенант Риви. В смысле, уже утро. Постарайтесь отдохнуть.

Риви поднял глаза: Фрост еще стояла на улице.

– И вы отдохните, капитан, – сказал он, стараясь не вспоминать, что приснилось. – А с тобой, дорогой, у нас вскоре состоится интересная беседа.

Риви бросил Синя на полу посреди комнаты, а сам улегся обратно в постель, довольный удачным стечением обстоятельств.

* * *

Синь с хриплым стоном проснулся через три часа. Перекатился через руку и приоткрыл красные глаза, явно не понимая, где находится. Алкоголем и потом провоняла вся комната.

– Доброе утро, капитан. – Риви привстал на кровати и сладко потянулся.

– Вы? – пробормотал Синь, протирая глаза и пытаясь сесть.

– Я. – Риви встал и открыл три окна одно за другим.

– А как… – Синь отполз к стене и схватился за голову.

– Как здесь оказались? – Риви хмыкнул. – Ну, вероятно, перепутали мой дом с домом капитана Фрост.

Синь помотал головой.

– Не помните? – Риви сложил руки на груди. – А я вам сейчас напомню. – И он начал орать, похоже изображая голос шэньского капитана: – Акира! Акира! Я так скучаю, Акира! Впусти меня, Акира!

– Да что за бред.

– Я, конечно, не Акира, но тоже проникся и открыл дверь. Смотрю – а вы уже спите. Ну, не оставлять же на снегу.

– Земные пророки, – пробормотал Синь, пытаясь дотянуться до стоящего на низком столике графина с водой и все время промахиваясь.

– Боюсь, ваша супруга не обрадуется таким новостям, капитан Синь. Да и ее брат, глава города Ван, тоже. – Риви покачал головой.

– Лейтенант. – Взгляд Синя стал беспокойным. – Поймите меня как мужчина. Давайте просто забудем об этой истории.

– Да? – переспросил Риви. – Вы знаете, как-то неудобно перед госпожой Линь-Линь. Муж мало того, что за одним столом с ней не сидит, так еще и притащился под утро к другой женщине.

– Вы не понимаете! – взвыл Синь. – Просто Акира…

– Не ваша жена, – отрезал Риви, смотря на Синя в упор и наслаждаясь превосходством.

– Лейтенант Риви, можете говорить что угодно, вам тут никто не поверит.

– Почему? – Риви удивился. – Вы так громко орали, наверняка найдется парочка свидетелей.

– Чего вы хотите? Денег? Хорошо, лейтенант, я дам вам…

– Не денег. – Риви прошелся по комнате. – Яд мне покажи – и я обо всем забуду.

– Мы на «ты»?

– Люди, которые спят в одном доме, чаще обращаются на «ты», капитан Синь. Иногда называют друг друга «любовь моя». Как думаете, нам стоит попробовать?

– А то я не понимаю, что вы хотите украсть наш яд. – Синь пододвинулся к графину и сделал спасительный глоток.

– Красть не будем, слово пограничника.

– Но тогда зачем он вам?

– Да говорю же – посмотреть.

– Погранслужба приносит яд, но хранится он у главы города, лейтенант Риви, – процедил Синь.

– Убедить Вана – в твоих интересах. – И Риви широко улыбнулся.

– Ладно, – произнес Синь, поднимаясь и направляясь к двери нетвердым шагом.

– Акира! Я так скучаю! – пропел Риви вслед, и Синь убийственно зыркнул.

– Через час у дома Вана, – прошипел он и хлопнул дверью.

* * *

Ким поглядывал на Риви исподлобья и переминался с ноги на ногу. На щеках у него алели пятна, длинные волосы были забраны на затылке в неаккуратный хвост.

– Простите, лейтенант Риви, я вчера перебрал, – прошептал Ким. – И вел себя…

– Отвратительно, – подсказал Риви. – Напомнить, как именно, лейтенант Ким, или память в порядке?

– Не надо напоминать, – взмолился Ким. Перевел взгляд на Фрост, будто прося защиты, но капитан пожала плечами.

– Значит, напомню завтра, – сказал Риви.

Они стояли у дома Вана, который охраняли шесть юных вооруженных погранцов.

– А зачем мы сюда пришли, лейтенант Риви? – Ким протер заспанные глаза и плюхнулся на ступеньку. – Ну посмотрим мы на эту бутылку… и?

– А я вот очень хочу взглянуть. – Фрост скрестила руки на груди.

В проеме показался сам хозяин дома и жестом пригласил гостей внутрь.

Зайдя, Риви едва не споткнулся о длинный низкий стол из красного, вероятно, дорогого дерева. На полу в хорошо продуманном беспорядке лежали расшитые золотом подушки. У стены притаилась ширма, украшенная розовыми пионами.

За ширмой, будто скромная красавица в первую брачную ночь, прятался Синь. Увидев Риви, он медленно вышел, делая вид, что его чрезвычайно интересуют подушки и стол.

– Капитан Синь заверил, что у вас исключительно честные намерения, – произнес Ван недовольно. – И что вам жизненно необходимо увидеть бутылку с ядом. А я склонен верить нашему смелому капитану. И верному мужу любимой сестры.

«Да уж, верный муж». – В Синя полетел злой взгляд Риви.

Внутренние двери открылись, и пограничник, еще один мальчишка, вынес квадратный ларец из ярко-зеленого камня с причудливыми узорами.

Повернувшись спиной, Ван совершил короткую манипуляцию с замком и вытащил небольшую пузатую бутылку, доверху заполненную прозрачной жидкостью. Пограничник вместе с ларцом исчез в глубине дома.

– Земные пророки, – пробормотал Ким, будто стал свидетелем чуда.

– Можно? – Риви требовательно протянул руку, но Ван не спешил отдавать сокровище. – Да не уроню. Я научился управляться с оружием, неужели думаете, что не справлюсь с бутылкой?

Помедлив, Ван передал бутылку. Риви схватил ее за горлышко двумя пальцами.

– Осторожнее, – прошептал Ван.

– Спокойно. – Риви покатал бутылку в ладонях и рассмотрел с разных сторон. – О, вот же оно, на дне!

– Что вы нашли, лейтенант Риви? – Ким потянулся вперед.

– Не эту ли букву вы мечтали поставить на бутылку с добытым ядом, капитан? – спросил Риви.

– Южная F. Знак отца, – прошептала Фрост и повернулась к Синю. – Ты… Ты!

– Похмелье просто жуткое, – протянул Риви. – Ну, ваше здоровье.

И, поддев пробку ногтем указательного пальца, сделал глоток.