На миг в голове мелькнула мысль, что было бы неплохо ударить летящую гранату нитью собственной силы и взорвать в воздухе. Я даже рефлекторно попытался этот фокус реализовать.

К счастью, одновременно окружив всего себя сверкающей золотистой бронёй и схватив со стола кошку, которую прижал к себе. Потому как попытка с нитью предсказуемо провалилась.

Честно — я думал, что за последние дни уже привык к постоянной опасности, стрельбе, погоням и прочим безумным вещам, что появились в моей жизни. Как сейчас выяснилось — не ко всем.

Грохнуло так, что я сам заорал от боли в ушах. Воздушная волна швырнула на парапет. Мимо пронеслись осколки бетона. В стороне дико орал один из гостей, которому оторвало кисть правой руки.

Ограда столкновение с моим телом успешно выдержала и я было подумал, что на этом всё закончится. Но нет. Воздух заполнил звук громкого треска и навес, на котором располагались ложи, накренился.

— Не хочу умирать, мурр! Впереди ещё столько несъеденной икры!

Беатрис прекратила ментально орать и повернула голову, смотря на разлом, который появился в полу и стремительно расширялся.

Ещё секунда и навес с грохотом пополз вниз. Один из диванов впечатался в ограду и полетел вниз, в зал. Мелькнул в воздухе стул. С воплем выпал мужчина с оторванной кистью, который всё ещё пытался зажать свою рану.

— Цепляйся!

Ментально прокричав слово, я вытащил правой рукой Беатрис и с размаху запустил её в стену. Та прокричала нечто совсем не аристократическое и окутавшись синим, впаялась в бетон. Раскинув лапы, вонзила полыхающие когти в стену.

— Ты что творишь? Я же хрупкая, мурр!

Наверное я бы что-то ответил, но тут навес снова громко затрещал и с грохотом поехал вниз.

— Формация! Сделай формацию и отпружинь, мурр!

Полезная информация. Её бы немного пораньше получить. Например, вчера. Чтобы я эти самые формации научился выстраивать.

Времени на то, чтобы уточнять детали рабочего процесса, уже не было. Поэтому я пошёл уже проверенным путём. Представил, как моё тело окружает многослойный, пружинящий щит.

Такая себе идея. В иной ситуации я на неё полагаться бы точно не стал. Но сейчас иных вариантов попросту не осталось.

Удар. Ощущение давления. Вопли толпы вокруг. И взлетевший вверх я.

Вышло! Получившаяся конструкция, пусть и выглядела крайне чудно, но работала. Пожалуй, даже слишком хорошо. Не просто защитила меня от удара, а подбросила на добрый десяток метров вверх.

Понятное дело, убирать я её не стал. Высота была не такой, как в случае с навесом, но рухнуть отсюда тоже было бы неприятно.

Хрустнули и разлетелись деревянными обломками сиденья. Истошно заорала женщина в тёмном платье, прямо перед лицом которой я приземлился. Самого же меня вновь подбросило вверх.

— Убейте его кто-нибудь!

— Что это за попрыгунчик?

— Да не толкайтесь, дайте я Тик-Ток запишу.

Среди зрителей нашлись и те, что решили притормозить ради чудного зрелища. Но основная масса по-прежнему ломилась к выходу.

Гранатомётчик, который пытался меня достать, тоже стоял на своём месте. Его лица мне отсюда видно не было. Но уверен, тот был изрядно раздосадован. А вот внутри головы зазвучал голос кошки.

— Пружинь к сцене. Освободи рабов, мурр. Без них не справимся, у этого самозванца слишком много солдат.

Где сейчас кошка, я не знал. Но вот поводу числа бойцов она не ошибалась — с высоты, на которую меня подбрасывал конструкт, были заметны фигуры, которые целенаправленно двигались в мою сторону. Не говоря уже о том, что сюда же пробивался менкв.

Выступающие всё ещё были на сцене. Там даже свет продолжал работать — всё было освещено. Только сейчас кто-то из персонала опомнился — из-за кулис выпрыгнули сразу несколько человек, крича на танцоров.

Я же, приземлившись в следующий раз, попытался скорректировать направление, в котором отпружиню. К моей неожиданности, это и правда получилось.

Даже лучше, чем я предполагал — вместо того, чтобы сместиться в том направлении, я описал большую кривую.

Снова разлетелись в клочья сиденья — на этот раз расположенные во втором ряду. Тогда как у меня вышло развеять конструкт. Метод перемещения оказался быстрым. Но слишком уж напряжным. Да и мой вестибулярный аппарат подобные фокусы не слишком одобрял.

Поднявшись на ноги, подбежал к краю сцены. Вцепившись пальцами левой руки, забросил своё тело наверх.

Кошка молчала. А на меня уставилась рослая высокая девушка. Одна из тех, что были в Висиме. Загримированная, усыпанная блёстками и одетая лишь в крохотные трусики, да странную штуку, которая напоминала накидку всё тех же гусар. На обеих руках — браслеты с вырезанными на них символами.

Взгляд… В глаза ей я посмотрел, когда уже сделал первый шаг. И едва не остановился. Никогда не видел такой концентрированной ненависти. Единственное, что внушало оптимизм — помимо неё, там проглядывала надежда. А сама девушка не пыталась бежать от меня. Да и нападать не пробовала.

— Назад! Свалили со сцены!

Какой-то чернявый тип гнусаво заорал слева. Я же шагнул вперёд и вытянул руку, обхватив пальцами её запястья.

Подобное я проделывал в первый раз. Но как показал недавний опыт с прыжками по залу, всё всегда упиралось в один и тот же способ — манипуляция собственной силой. Что я сейчас и проделал. Представил, как энергия течёт через мои руки и распыляет её браслеты.

В следующую секунду на пол осыпалась тонкая металлическая пыль. Немного перестарался, похоже. А вот девушка издала самый настоящий торжествующий рёв. После чего развернулась и кинулась в сторону.

Физические кондиции у неё точно были в абсолютной норме — за каких-то несколько прыжков, она добралась до того чернявого, что приказывал убираться отсюда. После чего просто обхватила его голову ладонями.

Как выяснилось в следующую секунду, раскалывающийся череп издаёт крайне громкий звук. Я же скользнул взглядом по остальным танцорам и танцовщицам. Оценил число силуэтов с рабскими ошейниками и браслетами, которые были за кулисами — глаза напитались силой, так что теперь я их тоже отлично видел.

Слишком много. Если буду бегать от одного к другому и хватать за руки, освобождая таким образом, потребуется очень много времени.

Решение пришло тотчас и было абсолютно очевидным. Хотя, в его действенность, на все сто процентов не верилось. В том плане, что запросто могло не хватить резервы этой самой энергии.

Однако — хватило. Множество тонких золотых нитей вырвались из рук, засияв в воздухе. Потянулись по всем направлениям, касаясь заговорённых вещей.

Правда полностью бесследно это не прошло. На момент меня закачало — картинка перед глазами смазались, а ноги повело в сторону. Но я благополучно удержал вертикальное положение. А в следующую секунду воздух огласили громкие вопли.

Сначала кричали освобождённые танцоры. Потом орали те из их надсмотрщиков, что оказались рядом. По вполне понятным причинам — недавние рабы вымещали на них всё, что накопилось.

— В тебя сейчас снова будут стрелять. Сделай что-нибудь, мурр.

Кошки я до сих пор не видел, но голос у Беатрис был довольный. Настолько, что сразу стало ясно — дела у пушистой аристократки шли неплохо.

А вот в меня и правда целились. Тот же самый гранатомётчик. Хотя, кто его знает — возможно это был какой-то ракетный комплекс. Я во всех этих армейских штуках не слишком разбирался.

Противник был слишком далеко, чтобы достать его нитью. Но слова Беатрис о том, что я могу сражаться с менквом кулаками, которые напитал своей силой, вызвали к жизни очередную идею.

Вытащив пистолет, я поднял руку с оружием, нацелив его в сторону стрелка. Представил, как моя сила проходит через рукоять, напитывая собой пулю.

В тот же миг моя кисть и сам пистолет окутались золотом. Я же начертил мысленную линию от его ствола до головы неизвестного и нажал на спуск.

Хлопнул выстрел. Толкнула руку отдача. Полутьму театра рассекла золотая молния.

Вовремя. Почти в тот самым момент, когда она ударила в голову врага, тот выстрелил сам. Сделай он это чуть раньше и эффект мог оказаться неожиданным. На самом деле я совсем не был уверен, что мой щит сможет выдержать прямое попадание из чего-то настолько убойного.

Но он пальнул, уже падая и граната ушла к потолку.

Рвануло. Вниз посыпались обломки. Я же почувствовал, как на меня накатил новый приступ слабости. Хотелось прилечь прямо тут на сцене и немного отдохнуть.

Для того, чтобы не поддаться искушению, пришлось приложить некоторые усилия. Вокруг творился хаос — спрыгнувшие со сцены выступающие носились по всему залу, выборочно убивая тех, кто совсем недавно на них глазел. Некоторые зверствовали за кулисами. Третьи пытались сбежать.

Основной момент — бойцы Пажа, которые до того стягивались к моей персоне, оказались отвлечены. А вот менкв, которому до сцены оставалось всего метров двадцать, вдруг застыл. Остановился на месте, сверля меня взглядом.

Освобождённые огибали его, явно не желая сталкиваться с исполином. Сам же он не сводил глаз с пистолета в моей руке.

— Ты не золотой князь, — голос буквально прогудел, гоня воздушную волну в сторону сцены. — Но ты им станешь. И снова придёшь ко мне. Как всегда.

Что? На миг я даже растерялся. Тогда как гигант развернулся, и спокойно побежал к выходу, постепенно набирая темп.

Проводив его взглядом, я посмотрел на потолок, с которого продолжала сыпаться какая-то мелочь. За кулисами что-то рвануло и кажется загорелось. Мимо промчалась танцовщица. Голая и залитая кровью.

Кажется, пора было отсюда убираться. С театром, вышло неловко, но в конце концов, моей вины тут нет — отправляясь на этот вечер, я точно не планировал устраивать масштабных разрушений.

Спрыгнув со сцены, посмотрел на пистолет в своей руке. Интересно, я теперь всегда так смогу делать? В теории это ведь позволит пристрелить даже того же менква. Всего-то надо «зарядить» пулю и вогнать ему в голову. Хм. Может Кашпировский тоже отчасти не лгал? Хотя, через телекоммуникации сила проходить не может. По крайней мере не должна.

Зал театра практически опустел — я без особых проблем добрался до бокового выхода. Потом выскочил в холл. И остановился, рассматривая расколотые витражи, через которые выбирались зрители.

Нет, дело было не в моём возмущении ущербом. Разум интересовал иной вопрос — где кошка?

— Беатрис?

Я обернулся, крутя головой по сторонам. Ну не могла же она погибнуть? Только недавно сама выходила на связь и тогда казалась бодрой. Да что там, она будто рада была чему-то.

Позвал её ещё дважды. Не получив ответа, забеспокоился всерьёз. И к очередной попытке подошёл более серьёзно.

— БЕАТРИС!

— Да ну не ори ты так! Я красивая, а не глухая, мурр!

Кошка вылетела из того же проёма, откуда пришёл я. Оттолкнулась от пола и прыжком взлетела на моё плечо, заставив пошатнуться.

— Ты где была?

— Инспектировала, мурр.

— Что инспектировала?

— Запасы еды. Они столько всего приготовили. Столько всего… Нельзя было уйти, не попробовав. Это бы стало оскорблением.

На секунду я даже остановился. Потом рванул вперёд, выбираясь через разбитый витраж.

— То есть, пока я сражался за свою жизнь, ты обжиралась?

— Фу так говорить! Я аристократка. Беатрис Форси Скаймай! Не обжиралась, а изящно и грациозно отдавала дань уважения красной икре, мурр. Всем десяти банкам…

Теперь понятно, почему она не отвечала. Довольство в голосе тоже стало объяснимым. Надо будет с ней поговорить про дисциплину и взаимовыручку в бою. Но это потом. А прямо сейчас требовалось отыскать дорогу к машине. Ну или хотя бы прикинуть направление, по которому надо ломиться к парковке. Я вроде бы вышел левее от основного выхода. Если так — сейчас надо взять правее.

Тихое рычание. Ударивший в нос запах крови. Мелькнувшая фигура.

Та самая крепкая высокая девушка. Затормозила передо мной, взрыхлив ногами землю. Пригнулась, впившись взором. Ещё несколько бывших танцоров остановились за моей спиной.

Девушка снова рыкнула. Чуть сдвинулась в сторону. Втянула ноздрями воздух, как будто принюхиваясь ко мне. Вечерняя прохлада и тот факт, что из одежды у неё были одни трусы, да и те символические, танцовщицу явно не смущал.

— Ты освободил нас, духоглядец. Зачем? Почему от тебя так странно пахнет? Кто ты?

Выплёвывая фразы, она придвинулась чуть ближе. За спиной кто-то рыкнул. Оскалившись, зашипела на моём плече Беатрис. Я же попытался прикинуть, как бы им всё объяснить, чтобы это не заняло пару часов и не вызвало желания меня убить.