Вот сейчас, смотря на фигуру перед собой, я вдруг вспомнил об одной, весьма важной детали. Вернее, человеке.

— С вами была шаманка?

Кошка, которая скалила зубы с моего правого плеча, оборвала шипение и повернула морду. Глянув с немым вопросов «Ты, что, дебил?». Хотя нет — какой же он немой, если только что в моей голове прозвучал.

Девушка напротив тоже удивилась. Выпрямилась даже немного. Руками водить в воздухе перестала, как будто готовясь к броску.

— Шаманка?

— Она самая. Сестра у неё ещё есть. Владой зовут. Возможно, упоминала её в разговоре.

Секунду подождав, глянул назад, на застывшие фигуры. Снова посмотрел на крепкую девушку перед собой.

— Вы бы это… Прикрылись что-ли.

Стоящая напротив танцовщица, на миг будто бы смутилась. Дёрнула рукой, чтобы прикрыть голую и испачканную чужой кровью, грудь. Но тут же вернула конечность на место.

— Какое тебе дело до шаманов, медноглазый? Ищешь её смерти?

Странная формулировка. Не слишком логичная. Не говоря уже о том, что в корне неверная.

— Сестра просила её отыскать. Как я уже сказал, её Владой зовут. Увидела на фотографиях в сети.

Уверенный тон немного сбил её с толку. Озадаченно уставилась на меня, не зная, как реагировать. В голове же зазвенел голос кошки.

— Тебя освободили из рабства, лешачка! А вместо того, чтобы преклонив колени, смиренно умолять взять на службу, ты смеешь дерзить? Какая непочтительность, мурр. Какой упадок нравов!

В ответ та натурально зарычала и подалась вперёд.

— Да как ты смеешь? Я свободная лесная, а не твоя рабыня!

— Конечно не моя. Зачем мне такая жалкая рабыня, мурр? Вообще-то я себя не на помойке нашла.

— ЧТО? Хребет сломаю!

— Горло тебе разорву, мурр!

Они буквально орали друг на друга. Замолчав только после того, как наверху, на втором или третьем этаже театра вдруг разлетелось на осколки окно. Судя по языкам пламени, внутри начался пожар, который пока никто не спешил тушить.

В воздухе мелькнула птица. Ещё одна. Сразу несколько. Что-то зашелестело в кустах справа. Потом позади.

— Нам пора удалиться, мурр. Оставим этим недостойным их недостойность.

Беатрис движение животных тоже заметила. Вот интересно — у них в составе труппы могло быть сразу две шаманки? Или этими животными управляет кто-то ещё?

Бывшие танцоры тоже обратили внимание на ситуацию. Отступили, крутя головами по сторонам. И судя по всему, изрядно напряглись.

Как скоро выяснилось — не зря. За какие-то секунды воздух наполнился буквально десятками разнообразных птиц. Воробьи, синицы, голуби и какие-то совсем мне неизвестные. Сбились в одну большую плотную стаю, которая шумела крыльями наверху. Потом резко ломанулись вниз.

Ответил я на чистых рефлексах. Стеганул сразу десятком золотых нитей из левой руки, заставив птиц отступить. Тут же ударил ещё несколькими себе под ноги, рассекая грызунов. Напитав глаза силой, повёл вокруг взглядом, пытаясь отыскать кукловода.

Беатрис яростно зашипела, тоже вглядываясь в темноту. А в стаю над моей головой вдруг врезалась ворона. Влетела на полной скорости, сходу порвав когтями нескольких воробьёв и располовинив одного голубя. Потом зависла в центре, хлопая крыльями. За спиной послышались голоса.

— Это ещё что?

— Шаманка против шаманки? Из-за меднокрового?

— С каких пор шаманы на стороне золотых?

— Сестра против сестры и это всегда в основе игры.

Тут даже я завис. Продолжая держать птиц в поле зрения, чуть повернул голову. Тощий нескладный парень со странной, не слишком пропорциональной головой, что казалась слишком вытянутой, пожал плечами.

— Что?

Остальные, которые тоже пялились на него, тут же загалдели.

— Тебе не говорили, что у тебя с рифмой проблемы?

— Откуда ты вообще это вытащил?

— Что за привычка, постоянно менять выражения…

Тот с невозмутимым видом вздохнул.

— Поэта может обидеть каждый.

На правом плече снова заворочалась Беатрис. А я наконец увидел ту, что присылала птиц. Женщину, которая быстро приближалась с правой стороны. Через несколько секунд вынырнув из-за кустарника.

В накидке на манер армейского кителя и блестящих трусах. Около плечей дымка, глаза сочатся самой настоящей тьмой.

— Кто ты такой? Почему моя родная сестра убивает моих воинов, чтобы спасти тебе жизнь?

— Да ты бы знала, что они с твоей сестричкой вытворяют. Такой разврат, мурр. Такой разврат… Никакого стыда нет.

Шаманка медленно сместила взгляд на кошку. А сверху рухнула Грана. Ударив крыльями, зависла около кошки. И вдруг прохрипела.

— Не завидуй, кошарр-р-рр-ра.

Сестра Влады сделала шаг вперёд. Тьмы в её глазах теперь стало поменьше, а лицо уже не выглядело таким кровожадным. Да и птиц наверху вроде стало не так много.

— Стоп! Моя сестра дала присягу духоглядцу? Влада? Как такое вообще могло случиться?

Лешачка склонила голову, с интересом прислушиваясь к беседе. Позади кто-то нетерпеливо хмыкнул. Лесная нечисть и все прочие, мало отличались от людей. Стоило им услышать интересную сплетню о чужой жизни, как всё прочее быстро забывалось. Даже если они только что неслись за мной, чтобы получить ответы или разорвать глотку.

Ответить я не успел. Оно и неудивительно — мне для такого требовалось открывать рот. Тогда как Беатре было достаточно подумать.

— Так она не давала. Присягу, в смысле, мурр. Я же говорю — они такое творят, такое…

Ворона попыталась ударить её клювом. Кошка в ответ махнула лапой, едва не попав ей по голове. А девушка в кителе поражённо тряхнула головой, снова посмотрев на меня.

— Так ты… Вы с Владой… Как ты вообще тут оказался? В театре этом?

— Очень долгая история. И я бы её лучше рассказал не здесь. К тому же сестра просила тебя найти.

— Иди с ним, сестр-р-рр-ра!

Один только вопрос — когда это Грана научилась говорить? Раньше за птицей такого не замечалось. Да и тушка у неё теперь выглядела целой.

— А… Что с отцом?

Неожиданный вопрос. И судя по её тону, скрывающий за собой определённые секреты.

— Насколько я понимаю, он мёртв.

Странно, но почему-то мне показалось, что на лице девушки мелькнуло выражение удовлетворения. Надо было наверное у Влады её имя спросить. Вот сейчас хотел по нему обратиться и не вышло, потому что не знаю.

Со стороны главного входа донеслись крики, а внутри здания что-то рухнуло. Пожалуй, отсюда пора убираться. Болтать — это неплохо и местами информативно. Но Паж наверняка вызвал подкрепление. Не говоря о том, что такое происшествие не скрыть — ещё немного и тут будут пожарные с полицией. Возможно, скорая. Потом всё подчистят и выдадут официальную версию, которая всё объяснит. Однако прямо сейчас, избежать вопросов это не поможет.

— Определяйтесь. Уходите со мной или остаётесь сами по себе. Только быстрее. У вас секунд пять. Максимум — десять.

Освобождённые танцоры переглянулись. Потом вперёд шагнул тот самый тощий паренёк, что модернизировал старые выражения.

— Я с тобой, золотой.

Не сказать, что мне был сильно нужен именно он. Однако, не выгонять же? К тому же, это была первая ласточка. Сейчас следом ринутся и остальные.

Ну или нет. Пока все стояли и настороженно пялились на меня. Некоторые ещё и на этого любителя рифмовки поглядывали.

— Я тоже пойду. Но можно вы этого поэта выкинете? Он реально всех достал.

— Угу, — утвердительно кивнул другой. — Вечно ноет, какой он непризнанный гений. Заколебал вкрай.

— Хотя бы опубликоваться где-то попробовал.

Сам парень отвёл взгляд в сторону, делая вид, что речь вообще не о нём. Я же почувствовал, как мозг самую малость подплавляется от происходящего. Стоять вечером, после бойни в театре и обсуждать психологические патологии недавнего раба — в таком формате, я своё свободное время ещё не проводил.

— Ладно. Пойду с тобой. Но наложницей не стану, можешь даже не мечтать.

— Да кому ты нужна, лешачка, мурр? Я же говорю, он с шаманочкой зажигает.

Рослая девушка и кошка снова сцепились взглядами. А я посмотрел на сестру Влады, которая в свою очередь пялилась на Грану. Ворона опустилась на декоративный и не слишком высокий фонарный столб, откуда наблюдала за нами.

— Для начала я хочу поговорить с сестрой. До этого момента обещаю не нападать. А дальше… Посмотрим, что она скажет.

Не самый оптимальный вариант, но в качестве начала уже неплохо. Оставался только один вопрос — как их всех довезти до дома? В мою голову он пришёл, когда мы уже спускались вниз по засаженному деревьями склону, а я достал телефон.

Василий-то на звонок ответил сразу. Вот только в арендованную машину много не поместится. Максимум трое. Может быть пятеро или шестеро, если я сяду вперёд, а остальные набьются, как сельди и усядутся позади, друг к другу на колени.

А их всего сколько? На ходу обернувшись, скользнул взглядом по фигурам. Восемь. Незадача…

— Делов-то, мурр. Застрели двоих и дело с концом. Пусть сразу тебя боятся.

Угу. Она прямо знает толк в отличных советах. Идеальный стратег. Только со знаком минус. Дать такому легион, вернётся с одной когортой. И то, если повезёт.

К счастью, Василий отогнал роллс-ройс с парковки сразу, как начался хаос. Остановившись через несколько зданий.

Преследовать его, никто не преследовал, но вот сам ведьмак появлению всей нашей компании изрядно удивился.

— А как мы их всех повезём?

Вид у выбравшегося наружу пожилого мужчины был удивлённым. А взгляд весьма прицельным — лешачка, заметив куда тот устремлён, немедленно прикрыла грудь. Шаманка свой китель тоже задёрнула. Впрочем, ещё пара девушек не обратили никакого внимания. Одна, с жёлтыми глазами, вовсе хищно оскалилась и как будто выставила голую грудь вперёд.

— Кого-то придётся упаковать в багажник.

На меня тут же устремились восемь пар возмущённых глаз, в которых сквозило такое недовольство, что я машинально развёл руками.

— Другого транспорта нет. Шестеро влезут назад. Переднее место я займу сам. Выходит двум придётся лечь в багажник.

Василий медленно кивнул.

— Да вы не бойтесь. Он удобный. Просторный — с комфортом разместитесь.

Те обменялись взглядами. На секунду задумались. И почти одновременно рванули к дверям машины.

— А я как пушинка. У тебя на коленях помещусь.

Нет, одна всё-таки осталась на месте. Совсем тоненькая и невысокая, с рыжими волосами. Небольшая грудь прикрыта курткой, глаза вертикальные. Тоже похоже из каких-то оборотней.

— Впереди стёкла не тонированные, — тут же отозвался ведьмак. — Заметить могут.

Мне показалось или в его голосе сейчас нотки лёгкой зависти прозвучали?

— А я тогда вниз сползу. Там тоже места много.

Глаза у старика стали совсем грустные. Он даже на задницу лешачки, которая сейчас торчала из открытой двери, пока её владелица билась за место в салоне, без прежнего удовольствия смотрел.

Закончилось всё быстро. Какие-то несколько секунд и сзади уже сидели шестеро бывших танцоров, в число которых попала и шаманка. Собственно, если не считать рыжей, снаружи остался только тот самый тощий парень. Который, грустно вздохнув, покосился на меня.

— Может… Ну это… Сиськи ж на братву не меняют. Давай её в багажник, а я на колени.

От неожиданности я аж поперхнулся. Потом качнул головой.

— В реальности, братву как раз меняют на сиськи. Или деньги. Да на что угодно, на самом деле.

Его замечание вызвало неожиданный всплеск мозговой активности — я едва не принялся излагать философскую историю о том, что чаще всего дружить получается только у тех мужчин, что уже в постоянных отношениях. Конечно, при условии, что отношения эти равнозначны. Если у одного все хорошо, а у второго нет — расклад становится совсем иным. Собственно, точно так же как при общении одинокого и семейного.

Вот сейчас подумал про это, прогнал в своей голове и невольно задумался, откуда оно всё взялось? Я же не был ведь женат. Так ведь? Нет, точно не был. Наверное… С этой ментальной вязью теперь ни в чём не уверен.

— Всё, давай в багажник. Василий, запри его и поехали.

— А мне же на коленочки?

Я повернул голову. Глянул в умоляющий глаза рыжей, которая едва доставала до моего плеча.

— Хорошо. Но не ёрзать.

— Конечно-конечно, — закивала она. — Моя жопка будет стабильно неподвижна. Как скажете, господин.

Стоило мне усесться, как девушка скользнула внутрь, устроившись на колене. Сзади кто-то хмыкнул.

— Вы гляньте на эту кицуне. Только освободилась, а уже нового хозяина ищет.

Не успел я удивиться, что она оказалась потомком японский лисицы, как рыжая уже повернула голову и ответила.

— Ну а сами? Или перепутали его роллс-ройс с общественным транспортом?

Чуть подождав, вдруг показала им язык.

— Просто вам завидно. Вы вшестером назад втиснулись, а я тут, на коленочках.

Василий в голос рассмеялся. Правда, поймав мой взгляд закашлялся, но внутренне наверняка продолжал ржать. Одновременно выводя машину на улицу.

— Тебе Влада прибьёт. Сначала этой распутнице голову оторвёт. А потом тебе по голове настучит.

— Так не за что? — тут же воззрилась на него лисица. — Я просто еду.

На моём плече пошевелилась кошка, о которой я успел на мгновение забыть.

— Как это не за что? Я всё слышу и вижу, мурр. Шаманка, как узнает, что на коленочки просилась, жопу тебе оторвёт.

— А ну-ка хватит тут про мою сестру! Её личная жизнь, это её дело.

Сзади неожиданно взорвалась яростью вторая шаманка, а я машинально повёл взглядом, ища Грану. Вороны нигде видно не было, но она наверняка видела, как мы устраивались в машину. Честно говоря, даже не подумал, что у Влады может проснуться ревность. Наверное зря — стоило засунуть кицуне в багажник.

Дальше мы ехали молча. Навстречу пронеслось сразу три пожарных автомобиля с орущими сиренами. Следом патрульная машина со скорой помощью.

Мы остановились на светофоре и сзади вдруг послышался слабый шорох. После которого в салон тут же ворвались звуки улицы.

— Ты зачем окно открыла?

— Душно! А от Гриши воняет!

Я повернул голову, собираясь дать команду закрыть окно. Но тут рядом с нами затормозила раздолбанная девятка с распахнутыми настежь окнами и молодёжью внутри. Пребывающей в абсолютно счастливом состоянии и судя по лицам, не слишком обременённой интеллектом.

— Зырьте! Они там голые, мля! Сиськами светят.

— Реально, пацаны. Извращуги.

— Давайте тёлок дёрнем оттуда. И насадим.

— Тачку тоже дёрнем. Сто процентов терпилы какие-то ущербные. Тока у таких бабло и есть.

Ситуация была дикой. Но когда я напитал глаза силой и присмотрелся. немного прояснилась. Эти типы были изрядно изувечены чернотой. Тёмные прожилки буквально испещрили тела, а лютники имелись повсюду. Это вроде бы как намекало, что это не полностью их вина. Но с другой стороны — жизнеедов или следов внешнего воздействия я не видел. Парни, которых бы любой назвал отбитыми отморозками, сами всё с собой сделали.

— Том, ты там ствол вроде тиснула, да?

Лешачка, которая сидела сейчас прямо позади меня, действительно протянула оружие. Где она его прятала? Голой ведь стояла, в одних трусах. Сзади, за резинку заткнула?

— Мысль стремительно мелькнула в голове, а шатенка, которая забрала оружие, уже выставила его в открытое окно, взяв на прицел одного из пассажиров девятки.

— И чё? Ты в меня стрелять собралась, шлюха? Я тебе этот ствол в жопу запихаю по самую…

Грянул выстрел. Второй.

— Сука! Коленка-коленочка! Ты чё наделала!

Надо же. Может промахнулась? Как по мне от пули в колено, человек должен кататься и бессвязно орать от боли, а не такие вот речи излагать.

В любом случае, сейчас я рявкнул, приказывая Василию ехать дальше. А сам потянулся золотыми нитями к четвёрке в соседнем авто.

Ведьмак и правда рванул на замерцавший красный. Но шатенка успела выстрелить ещё трижды. Попав в лобовое стекло и капот.

— Какого хрена?

Повернув голову, я впился в неё взглядом. Обнаружив, что она сама смотрит на меня с удивлённым раздражением.

— Зачем было ехать? Вы слышали этих тварей? Таких надо убивать!

Сильное заявление. Немного противоречащее правовой системе. Хотя, если взять теневую часть мира, ей тут чего только не противоречило.

— Я очистил их. Теперь опасности они не представляют.

Та хмыкнула, смотря на меня с недоверием.

— Не представляют? Вы вообще видели… Да о чём я⁈ Золотой ведь…

Отвернувшись, шатенка протянула пистолет обратно. А за моей спиной зазвучал голос лешачки.

— Они может не станут никого убивать ближайший месяц. Или два. Насиловать перестанут. Но потом начнут снова. Таких надо перевоспитывать. Или убивать.

— Можно просто дробить им ножки с ручками и вырывать языки, — добавила милая кицуне, что сидела у меня на коленях.

— Сразу видно тёмных плебеев. Никто даже не подумал про дыбу, мурр.

Повернув голову я молча посмотрел на Василия и тот пожал плечами. Мол, чего ты хотел от группы рабов, над которыми столько издевались? Чтобы они были благородными и всепрощающими?

Окно шатенка всё-таки закрыла. А спустя пятнадцать минут мы уже подъехали к дому. Если честно — я до самого конца опасался, что Пажевский вышлет отряд, чтобы взять его штурмом. Ещё и Влада упорно не отвечала в Телеграме, где я пытался поинтересоваться ситуацией.

Но когда мы прибыли, всё оказалось спокойно. Никого снаружи и в окрестностях. Внутри всего два энергетических контура. Один явно принадлежал кикиморе. Ну а второй видимо Владе.

Когда Василий заглушил двигатель, я я потянул ручку двери, шаманка выскочила на крыльцо и я облегчённо выдохнул. Правда сразу же напрягся вновь — увидел, как именно она посмотрела на выскольнувшую первой почти голую кицуне.

Следом вопросительный взгляд упёрся в моё лицо, но уже через несколько секунд на улице оказалась её сестра и внимание шаманки тут же переключилось на неё.

Странно, но Граны я так и не видел. Наверное просто не успела за нами в плане скорости и сейчас ещё возвращалась назад.

— Ничего себе махина.

— А сколько тут человек живёт?

— Как думаешь, на каком этаже свободные комнаты есть?

Освобождённые танцоры перешёптывались. Тогда как взгляд Влады снова вернулся на меня. Вместо того, чтобы кинуться обнимать сестру, шаманка спустилась по ступенями и не спеша двинулась в мою сторону.

— Кого-то будут бить, мурр. Говорила я ведь! Говорила же. Не надо было развратнице рыжей о себя тереться давать.

Девушка о которой шла речь, тут же возмущённо выдохнула. Влада же на момент притормозила, сбившись с шага и подозрительно глянув на неё. Правда уже в следующую секунду с укоризной посмотрела на кошку, которая довольно улыбалась. И сделала ещё пару шагов.

— Грана летела за вами. Но по дороге кое-что уловила. Сейчас ведёт наблюдение.

— Что именно? — непонимающе прищурился я.

Девушка вздохнула. Посмотрела на полуголых танцоров. Снова взглянула на меня.

— В Перми появился ещё один духоглядец.