Он выглядит иначе, чем я его видела раньше. Лицо мужчины искажает гнев, а глаза светятся так ярко, что кажется, вот-вот загорятся. Кошачий хвост извивается позади, словно змея. Длинные когти впиваются в ладони, когда он сжимает руки в кулаки. Хаос кажется не просто опасным Теперь я отчетливо вижу: мой спаситель и враг в одном лице — настоящий монстр. Но когда Хаос смотрит на меня, его выражение лица смягчается. Наши взгляды встречаются. Вынырнув из своего темного укрытия всего на мгновение, Хаос хватает меня за руку. Затем тащит за ширму и дальше, прямо на широкую лоджию, с которой видно, как прекрасны звезды и остроликий месяц на небе.

— Элис, — шепчет он с надрывом, ощупывая мои плечи, осматривая всю с ног до головы, а потом снова смотрит в глаза, словно молит о помощи. — Что ты наделала?

Я не сопротивляюсь. Просто следую за ним, потому что понимаю — он пришёл спасать меня. Снова. Когда мы оказываемся на балкончике, Хаос прижимает меня к стене, его лицо находится в нескольких сантиметрах от моего. Впервые вижу, что этот мужчина настолько растерян. Он словно не понимает, что происходит. Не знает, что делать дальше с тем, что мы имеем прямо сейчас.

— Ты вошла в дверь, которую я не выбирал для тебя, маленькая глупышка, — злобно выплевывает Хаос, хотя мы оба знаем, как все вышло. Но его голос звучит как гром: — Ты вошла в дверь к Королеве Пик! Ты вошла в очень опасное место! Отсюда мы больше не выйдем!

По телу пробегает волна ужаса. Как не выйдем? В голове сразу рождается еще больше вопросов, которые сводятся к одному – выберусь ли я вообще когда-нибудь отсюда? Попаду ли домой? Возможно ли это сейчас? Могла ли я надеяться на это раньше?

Но в ответ кричу то, что давно наболело, толкая Хаоса в грудь ладонями:

— Потому что я больше не доверяю тебе! Потому что понимаю, что всё это ложь! Ты используешь меня! Когда монстр напал, ты не появился! Возможно, ты вовсе просто играешь со мной! Как я могу полностью доверять тому, кто затолкал меня в эту дыру с ужасами?! – развожу широко руки в стороны, позволяя мужчине осмотреться и заметить, как опасен для хрупкой смертной девушки его мир. Как он отличается от меня самой. В нем я – инородное, уязвимое существо.

Хаос смотрит на меня, бледнея на глазах. В синеве его радужек замечаю глубинную боль, которая пронизывает мужчину насквозь, а отзывается почему-то в моем сердце.

— Нет, — надсадно выдыхает он. — Нет, малышка Элис Я не использовал тебя. Я пытался тебя спасти

— Спасти? — Смеюсь горько. — Ты запер меня в доме с тысячью дверей! Ты заставил меня проходить испытания! А потом Потом этот монстр едва меня не сожрал! Или комната с пустотой, в которую пришлось войти. Тут уж как посмотреть! Лучше бы я осталась навсегда в комнате с поющими песками!

— Это были иллюзии! — кричит Хаос в ответ, и я замечаю, как его клыки удлиняются от злости, что буквально охватывает мужчину. — Я не мог позволить тебе остаться в них! Но все это теперь совершенно неважно, — продолжает Хаос, его голос становится более спокойным, более сосредоточенным. Правила игры изменились. Когда ты вошла в эту дверь, ты вошла в обитель Королевы Пик. Мы вышли из моей тюрьмы, — грустно улыбается он. – Но теперь ты должна выиграть. Провести несколько дней в компании Принца и устоять перед его чарами. Не позволить ему сделать тебя своей женой. Потому что, если ты согласишься, ты останешься здесь навсегда. Ты станешь его, и никогда не сможешь вернуться домой.

Я чувствую, как руки, сжатые в кулаки, каменеют. Продержаться несколько дней, не поддавшись чарам Принца? Вспоминаю то, как буквально за минуту в его объятиях, почти потеряла разум. Это были настолько сильные чары, которым не мог бы противостоять ни один смертный, не только я. Но этого не произношу вслух, ведь сама пытаюсь обмануться. Поверить, что справлюсь.

— А Королева Пик? Почему она позволила нам войти? Почему она не просто пленила меня, а позвала, пригласила? Ты теперь свободен?

Хаос недобро усмехается и проводит рукой по своей шее. Символы на его коже начинают светиться золотым, когда он пытается содрать с себя татуировку словно ошейник.

— Едва-ли я теперь свободен. Просто ей скучно. Она хочет доказать давно забытые истины, — отвечает Хаос, а в его голосе звучит еще большее отчаянье. — Это необычно для неё. Очень необычно. Она никогда раньше не позволяла мне входить в её дворец. Но теперь... теперь она позволила. Или же — Хаос замолкает, внимательно глядя на меня. Так, словно бы впервые видит. Оценивает. – Нет, этого не может быть. Думаю, она просто хочет показать, как легко может сломать тебя. Не упускает возможности причинить боль мне.

Я смотрю на Хаоса, и мой разум работает лихорадочно. Это слишком сложно. Это слишком запутано. Почему они так враждуют с Королевой Пик? Почему Хаосу должно быть больно от этого? Он почти позволил мне умереть прошлой ночью. Ему не будет дела, если останусь здесь. Даже, если погибну. Это просто его игра. Не верю в искренность чувств этого мужчины. Он лжец. Пусть и весьма искусный.

— Что мне делать? — спрашиваю я твердо, пока Принц не хватился пропавшей гостьи. – Какие правила этой комнаты?

Хаос смотрит на меня долгое время, потом он делает шаг вперёд

— Ты должна быть осторожна, — говорит он. — Когда начнёшь очаровываться Принцем, поддашься его чарам, на твоей голове сама по себе вырастет корона. Это коронация Королевы Пик. Если ты её оставишь, если примешь роль принцессы, то застрянешь здесь навсегда. – Мрачно улыбается Хаос, но руки его снова сжимаются в кулаки. – Будешь принадлежать Принцу. Он станет распоряжаться тобой, как только захочет. И поверь, это точно не то, что бы ты хотела испытать на себе.

Кровь холодеет в жилах, но стараюсь не отступать. Узнать, как можно больше.

— Как я узнаю, что это происходит?

— Ты почувствуешь. Почувствуешь тяжесть на голове, как твоя воля начинает исчезать. И ты должна будешь снять эту корону. Любой ценой.

Я киваю, хотя уже полностью понимаю, о чем говорит Хаос. Со мной это происходило. И от осознания, насколько быстро поддалась обаянию Принца Пик, становится дурно.

— Я не выдержу, — признаюсь честно. – Мне не совладать со столь мощным существом.

В синих глазах сверкает хитрая радость. Хаос доволен тем, что быстро признала и без того очевидную истину.

— Со столь мощным существом? Или желанием?

Глаза расширяются от удивления. «Как? Как он понял?» — кривлюсь, потому, что осознаю – снова высказала мысль вслух. Такое со мной случалось всегда и с самого детства. Особенно в те моменты, когда сильно нервничаю. Мои разговоры во сне и вовсе не удивляли родителей и брата. Но сейчас, рассматривая пол под ногами от смущения, поняла, что стыжусь поднимать взгляд к лицу Хаоса.

Он сам неожиданно делает что-то, чего никак не предполагаю. Медленно, словно боится, что оттолкну, не позволю, Хаос поднимает руки к моему лицу. Его когти осторожно касаются моей щеки. Пальцы дрожат, когда он нежно проводит ими по моему подбородку. Склоняется ко мне ближе, вдыхая глубоко, словно ему нравится мой запах тела. Словно он слышит не его, а все потаенные желания скрывающиеся в недрах души.

Во мне же словно поднимается волна. Такая, что сама не понимаю, как это остановить. Но это лишь начало. Хаос выдыхает мне прямо в ухо, и я чувствую насколько горячо его дыхание, вздрагиваю, ведь кожа буквально накаляется. Ощущаю, как мурашки покрывают кожу там, где меня касается его выдох.

— От тебя пахнет одиночеством, малышка Элис, — снова вдыхает и тяжело выдыхает он, Жаркий воздух касается уже шеи, распространяя мелкую дрожь по телу. – Сколько ты обходишься без

— Хватит! – Отстраняюсь резко, но спиной снова ощущаю столкновение с кирпичной стеной и листьями плюща, который обвивает ее.

В уме пытаюсь прикинуть сколько месяцев. Нет, о господи! Сколько лет у меня не было секса. Черт Все сразу становится на свои места. В свои двадцать три, когда погибли родители, я похоронила и личную жизнь. Теперь мне было двадцать пять и только сейчас осознала, что прошло два года, а то и больше с тех пор, как

Хаос немного отстраняется и хмурит лоб, но от этого не становится легче. Теперь он смотрит прямо в глаза и это похоже на пытку. Он знает.

— У меня было много проблем, знаешь ли — пытаюсь оправдаться я.

— У меня нет намерения тебя унизить или высмеять, — серьезно говорит Хаос. На мгновение, замечаю в его глазах некий странный огонек, который тут же гаснет под натиском хорошо выработанной привычки держать маску. – Лишь указываю на причину, дорогая. Ты могла бы выдержать натиск Принца Пик, не будь так «голодна», — манерно подбирает метафоры он.

— И что же мне теперь делать? Здесь нет подходящих людей. Здесь и вовсе нет людей, если заметил. – Потом задумываюсь. – Может покормить себя самой? Поможет?

Хаос едва сдерживается, чтобы не рассмеяться. Я это вижу. Но он все же берет себя в руки, хотя его губы дрожат от желания широко улыбнуться. Мужчина снимает синий цилиндр с головы и это кажется чем-то сокровенным. Просто редко вижу его без шляпы. Она, по-видимому, очень дорога ему.

— Нет, дорогая, ты просто раззадоришь аппетит еще больше, — говорит он, подбрасывая шляпу в воздух. Та так и остается там, паря над нами. — Нужен контакт. Цель, которая будет отвлекать.

— Моя главная цель – вернуться домой, — угрюмо произношу я.

Хаос цокает языком так, словно перед ним самая бестолковая ученица из всех. А потом резко обхватывает мою талию и подталкивает к себе ближе. На мгновение, гладя в его глубокие глаза, замечаю, как он все же позволяет себе улыбнуться. Белоснежные клыки сверкают в его рту. А потом я чувствую его пухлые влажные губы на своих. Как он скользит по ним неспешной аккуратной лаской, так, словно проверяет, пробует. Не спешит. Дает осознать произошедшее и позволяет сделать выбор. Дает понять действиями, а не разговорами.

И я толкаю его. Не потому, что не хочу поцеловать. А лишь потому, что боюсь забыться в этом поцелуе, утонуть в его объятиях и прикипеть еще больше.

— Что ты делаешь? – выдыхаю рвано, пытаясь восстановить дыхание.

Хаос все еще слишком близко. На его губах чернеет моя помада, но сейчас вовсе не до того, чтобы думать о ее необычном цвете. В груди что-то возгорается с неимоверной силой.

— Просто отвлекаю твое внимание, — говорит он спокойно, хоть и облизывает губы с явным удовольствием. – Неужели я тебе так противен? Если это так, то мы не сможем

— Заткнись, — перебиваю его и тут же снова целую, вставая на носочки и притягивая к себе за шею.

Хаос больше не старается быть кротким. Его губы прижимаются к моим с такой страстью, с такой интенсивностью, что разум просто отключается. Его пирсинг, как холодная горошина, дразнит мои губы. Мужские руки обхватывают талию сильнее, когда Хаос понимает, что дала разрешение на его поцелуй, приоткрыла рот и позволяю ему продолжить. Я чувствую его тепло, силу, желание. А он, в свою очередь, не спешит, хоть и очень страстен. Ласково обхватывает мой подбородок рукой, облизывает нижнюю губу и снова дразнит, посасывает, терзает. А потом толкается языком мне в рот. Дыхание перехватывает. Кажется, что и вовсе вскоре задохнусь. Своим языком он находит мой, и я невольно превращаюсь в безвольное подобие желе, расслабляясь в его объятиях, выгибаясь навстречу. Наши губы ласкают друг друга, языки переплетаются в откровенном танце, вызывая волну неповторимого переживания в груди. Желание внизу живота, которое зарождается как вихрь, быстро и волнующе набирает обороты. Оно как смерч, засасывает в свои пучины без шанса на спасение.

Кошачий гибкий хвост обвивается вокруг моих юбок, ног, удерживая на месте, словно Хаос все еще боится, что могу убежать, передумать. Его когти осторожно скользят по моей спине, и подбородку не причиняя боли, а вызывая волны удовольствия. Только сейчас понимаю, как сильно хотела опробовать их на себе, почувствовать кожей, телом. Не выдерживая такого напора, сама обнимаю его за шею. Отвечаю более пылко. Кусаю его губу и слышу, как его сережка ударяется о мои зубы, но мне это до одури нравится. Хаос рычит, вжимается в меня бедрами, прижав к стене. Его желание очевидно, но он все равно говорит, подтверждая его словами:

— Как же давно я хотел это сделать, шепчет он, попутно целуя шею, прикусывая мочку уха. — Элис, детка, как же я хочу тебя... Прямо сейчас... Прямо здесь, если потребуется

Я не отвечаю. Не знаю, правдивы ли его слова. Играет ли он свою роль, отвлекая внимание от Принца Пик, или действительно искренен. Просто стараюсь дышать, когда его руки ловко приподнимают меня над полом, вынуждая инстинктивно обхватить его бедра ногами.

Поцелуй длится долго, пылко. Я замечаю, как рука Хаоса скользит по моей ноге с намерением приподнять подол платья еще выше. А я уже не запрещаю. Меня больше не волнует происходящее в бальном зале. Как и не волнуют чары Принца Пик. Я здесь. Я сейчас. Я с ним. Со своим врагом и другом. С тем, с кем хочется соединиться и почувствовать, каково это. Я понимаю, что сама всегда хотела ощутить его губы и руки на себе. Двигаю бедрами навстречу и слышу гортанный рык Хаоса. «Нет, так притвориться невозможно», — звучит мысль в голове. А может и не только в голове.

Он целует мою шею, линию декольте. Поднимается к губам и всасывает нижнюю губу, снова проникает языком в рот. Его руки скользят по моему телу, исследуя каждый дюйм. Его поцелуи становятся более глубокими, более страстными. Я чувствую, как мой разум начинает плавиться, как тело начинает откликаться все сильнее на его прикосновения с каждой новой лаской, поцелуем.

Но все прекращается так же быстро, как началось, и когда он наконец отпускает меня, едва могу стоять. Слышу музыку, которая доносится из бального зала. Мы дышим тяжело, порывисто. Хаос пятится, глядя на меня так, словно вот-вот готов проглотить, но сдерживается. Я смотрю на его губы, на их приятную припухлость. На то, как моя черная помада размазалась по его лицу. И от этого между ног ощущаю еще большую потребность. Я ощущаю, что хочу не просто секса с этим мужчиной, а его самого, кем бы он ни был.

— Мне нужно вернуться туда, — выдавливаю из себя через силу, пытаясь привести себя в порядок. Вытираю рот, чтобы стереть остатки помады.

Хаос кивает, хотя в его глазах замечаю нежелание отпускать меня. Подходит и помогает стереть разводы черноты у уголков рта, на подбородке.

— Да. Ты должна танцевать, показать Королеве Пик и Принцу, что не поддаёшься их чарам. Танец — это твоё оружие в Стране чудес, Элис. Танец — это то, что спасает тебя. – Хаос смотрит внимательно в мои глаза, старается рассмотреть в них что-то кроме готовности сражаться. Симпатию? Желание? В них определенно есть все это. И Хаос доволен, когда видит в них настоящую страсть.

Я киваю и выхожу из-за ширмы, возвращаясь в бальный зал. Принц ждёт, а охрана уже ищет меня. Но тут он видит, что я не сбежала и его губы изгибаются в широкой обольстительной улыбке.

— Элис, — говорит он, протягивая руку. — Ты вернулась. Я так рад. Давай танцевать?

Я беру его руку, и мы выходим в центр зала. Гости смотрят на нас плотоядно. Королева улыбается, и кажется я вижу, как из ее рта на доли секунды выглядывает черный язык, подобный змеиному. Музыка становится громче, более интенсивной. Мы начинаем танцевать, и я чувствую, как его чары снова действуют на меня. Его красота, грация, голос — всё это очаровывает.

Но потом я ощущаю тяжесть на голове, касаюсь своих волос и чувствую, что там что-то растёт. Корона. Корона, которая вырастает из моей головы, становясь всё тяжелее и тяжелее. Я разъединяю наши с Принцем объятия, пытаюсь её снять, но она не сдвигается. Принц Пик радостно улыбается, Королева тоже. Гости вокруг скалятся от радости, показывая мне свои острые зубы. А корона все сильнее прирастает к моей голове, становясь частью тела. Паника охватывает быстро, но я не останавливаюсь, танцую. Продолжаю двигаться одна по залу, продолжаю танцевать, потому что понимаю, танец — это единственное, что может спасти меня. И чем больше я танцую, тем слабее становятся чары Принца.

Мои движения становятся более грациозными, красивыми, мощными. Я танцую, как никогда раньше. Танцую со всей отдачей, болью и надеждой.

И корона начинает исчезать.

Она медленно растворяется, рассыпаясь тонкими потоками черного дыма перед глазами. Её вес уменьшается, влияние слабеет. И когда танец заканчивается, корона исчезает полностью. Останавливаюсь посереди зала, тяжело дыша, мой взгляд встречается со взглядом Принца. И я вижу в его глазах что-то, чего не видела раньше. Я вижу желание. Интерес. Теперь он смотрит на меня так, словно видит необычную диковинку. Ту, что станцевала с ним, не поддавшись чарам.

Принц Пик делает шаг по направлению ко мне, чтобы вновь увлечь в вальсе, чтобы опять испытать на прочность, завоевать победу и заполучить любой ценой.

А я бросаю взгляд на Королеву Пик. Ее лицо теперь выглядит напряженным, хоть она явно скрывает эмоции за маской безразличия. Принц берет меня за руку, и я практически падаю от волны чар, которые он на меня набрасывает. Снова чувствую трепет в его руках. Голова тяжелеет, и я понимаю, что в этот раз могу не справиться. В этот раз он меня не отпустит из своих рук, позволяя играть честно.

Но потом я слышу звук, который заставляет мой пульс ускориться. Он похож на взрыв. Двери бального зала распахиваются, и в них входит Хаос. Больше не прячась. Он предстает перед Королевой Пик открыто.

Он выглядит как король или демон. Или как сама смерть.

Его синие глаза светятся ярче, чем когда-либо, а чёрные волосы не покрыты шляпой, которую так привыкла видеть на его голове. Сине-серый хвост извивается позади, словно предупреждая. Когти на руках заостряются, вытягиваясь еще больше, выглядят как оружие, готовое к бою.

Королева Пик резко встаёт со своего трона, её белые глаза светятся гневом.

— Ты не имеешь права быть здесь! — говорит она как гром.

— Я имею право быть везде, где есть Элис, — отвечает Хаос, и его голос звучит как рычание.

Он подходит ко мне, берёт за руку и тянет за собой. Принц тут же отступает в ужасе и гневе, но не говорит ни слова.

— Танцуй со мной. Это не просьба, а приказ.

Я не сопротивляюсь. Просто следую за ним, потому что понимаю — это часть игры. Часть плана, который он придумал. Мы начинаем танцевать, и это не обычный танец. Это танец, который выглядит как битва, как сама страсть. Музыка становится громче, интенсивнее. Никто не смеет нас разъединить. Ноты пляшут так, словно бы композицию сочинял сумасшедший музыкант.

С каждым нашим движением, с каждым жестом, взглядом становится ясно всем, кто смотрит на нас — мы больше не просто союзники. Мы больше не просто спасатель и спасаемая. Мы — что-то большее. Мы — что-то более глубокое.

Руки Хаоса скользят по моему телу. Синие, полыхающие вечностью и огнем глаза не отрываются от моих. Его хвост обвивается вокруг талии, когти осторожно касаются моей спины, наверняка оставляя следы на бархате платья. Я танцую с ним, и с каждым движением чувствую, как разум становится более ясным, как воля закаляется. Ощущаю, как его притягательность защищает меня от чар Принца, от влияния Королевы Пик.

Танец становится всё более страстным, всё более интенсивным. Мы движемся как одно целое, словно изначально были созданы друг для друга. Словно предназначены друг для друга судьбой.

И когда танец заканчивается, я понимаю, что произошло что-то важное. Острый громкий звук над головой подтверждает это. Гости вскрикивают, образуя хор голосов. Хаос замирает и задвигает меня к себе за спину, когда Королева Пик поднимается с места, а потом начитает истошно кричать. По ее черному лицу начинает тянуться светлая линия – трещина. Она хватается за голову, вереща. Я поднимаю глаза к обсидиановому потолку замка, с которого начинает сыпаться каменная крошка и понимаю, что замок рушится. А за ним и Королева Пик, словно тоже создана из черного гранита и обсидиана.