Все в жизни лорда Дайриса было предопределено с первых минут появления на свет: распорядок дня, питание, учителя, науки. К трем годам он уже знал таблицу соответствия магических элементов, к пяти — умел применять простейшие магические формулы.

Загородный дом лордов Дайрисов стоял прямо у стены, отделявшей мир магов-аристократов от дикой магии, и этот мир дикой магии в детстве манил его. Сколько раз ему хотелось пробраться в древнейший лес и взглянуть на двумирников, или в поле, где безудержно бушевала магия. Маленькому лорду казалось, что это красиво.

Он рос послушным и блестящим учеником. Закончил Академию Магических Формул с отличием, написал труд о стабилизации магических каналов, получил место в Совете и был обручен с Элизабет, дочерью знатных магов-аристократов. Она тогда была еще ребенком и училась в элитном закрытом заведении для девочек.

Его жизнь была предопределена и складывалась идеально, как лучшие магические формулы. Но он больше не чувствовал того трепета, что бывал в детстве, когда удавалось сбежать к магической стене. Того желания шагнуть в неизвестность. Однако он никогда и никому не признавался в этом.

Открыто выступить против магических формул означало потерять все. И он молчал, даже когда маги-аристократы снова решили уничтожить дикую магию, хотя входил в отдел по дикой магии. Тогда лорд Дайрис только попал в Совет после Академии.

У магов ничего не вышло, и к тому же двое из них сильно пострадало. Дикая магия оказалась сильнее формул. А потом все больше стало проявляться то, что они скрывали сами от себя: магия слабела, и маги рождались все слабее. Стена, отделявшая их от дикой магии и древнейшего магического леса, стала не защитой, а клеткой. Пока это понимали только высшие маги-аристократы.

Когда в поле с дикой магией поселилась ведьма, маги забеспокоились. Там, где они не смогли совладать с помощью формул, спокойно жила травница. Молодой лорд Дайрис предложил изучить ее методы, но маги-аристократы снова решили уничтожить дикую магию, и снова неудачно.

Ведьма отомстила, проделав дыру в защитной стене. Дикая магия попала в дом лорда Дайриса, затаилась там, и только спустя время развернулась в полную силу.

Магические формулы не действовали. И тогда он призвал новую травницу, которая поселилась в доме ведьмы совсем недавно.

Ее платье было совсем простым, руки в царапинах. Она не была красива в том смысле, как он привык. В ней не было отточенности Элизабет, ее безупречности. Но в травнице была жизнь, в ней была та самая дикая магия, которая манила его с самого детства. В его ледяном спокойствии снова появился трепет и непереносимое желание шагнуть в неизвестность.

Она прошла мимо него, и он почувствовал запах дождя, мяты, и еще чего-то сладко-терпкого. Лорд видел, как вздрогнули в кабинете под ее руками ветки колючего кустарника, и что-то вздрогнуло и внутри него.

В эту ночь он спал плохо, но к утру странное беспокойство прошло. На следующее утро спустился к завтраку рано. Его дворецкий был бледен, как полотно, и лорд Дайрис заметил это сразу.

— Что случилось? — спросил он.

— Та… особа, которую вы пригласили, — дворецкий тщательно подбирал слова. — Она… расположилась в вашей оранжерее.

Лорд Дайрис поднял бровь. Оранжерея была его гордостью. С идеальной температурой, идеальной влажностью, с растениями в идеальных горшках, выстроенных по росту. Даже леди Элизабет никогда не заходила туда.

— Она что-то испортила?

— Не то чтобы… — дворецкий помялся.

Лорд отправился в оранжерею. Он только обрел прежнее спокойствие, а теперь в нем поднималась досада. Травница не имела права входить без спроса, трогать его растения, дышать его воздухом.

Он шагнул в оранжерею и все слова замерли где-то внутри. Она стояла над одним из его цветов. Хорошо было видно ее длинные ресницы, чуть приоткрытые губы, живой взгляд.

Травница обернулась, солнце ударило ей в спину и заиграло рыжим в темных волосах. Он хотел, чтобы она ушла. И хотел, чтобы осталась. И это желание было таким сильным, таким живым, таким… диким.

— Как вас зовут? — спросил он, и впервые за долгое время его голос прозвучал не как приказ.

Она засмеялась. Ярко и как-то заразительно, и совсем неподходяще к выверенным стенам оранжереи.

— Лера, — сказала она. — А вас?

Он замер. Его знал весь континент, его имя было выгравировано на мраморных досках Академии. И она спрашивала, как будто не знала.

— Дэмиан, — ответил он, и это имя, произнесенное для нее, прозвучало иначе. — Лорд Дайрис.

Лера осмотрела всю оранжерею в поисках дикой магии, затем остальной дом. Лорд Дайрис сопровождал ее повсюду. Он замечал все: как она заправляет выбившуюся прядь за ухо, когда сосредоточена, как прикусывает губу, когда растение не слушается; как щурится на солнце.

Дэмиан смотрел на нее, как когда-то смотрел на мир дикой магии. Смотрел, пока его не призвали срочные дела.

К вечеру Лера пришла в его кабинет. Он поднял голову над бумагами и посмотрел на нее. Она улыбалась, довольная проделанной работой, ведь в его доме не осталось ни одного сорного растения.

— Я распоряжусь, чтобы вам заплатили, — сказал Дэмиан.

— Мне не нужна оплата, — ответила Лера. — Точнее, нужна, но не такая.

Лорд сжал рукой бумаги, чуть смяв их.

— Что же вам нужно?

— Пропуск через магическую границу, чтобы вернуться домой.

Его пальцы разжались. Что он ожидал услышать? Что она хочет остаться в мире магов-аристократов и жить с ним по соседству?

— Откуда вы? — спросил он.

— Садовое товарищество, — Лера махнула рукой в сторону древнего леса. — СНТ «Урожай».

Лорд выпрямился и окончательно оставил бумаги в покое. Она была из мира людей и раньше жила там, где расположился Большой транспортный магический узел. В последнее время там происходило много странного, и Совет даже отправил магов-сыщиков для расследования.

Она была из мира людей, но его тянуло к ней. Тянуло, как когда-то тянуло к дикой магии. Словно в нем самом отзывалось что-то сильное и горячее. Но разум, как и тогда, говорил ему, что это безумие. У него была идеально выверенная жизнь, и он не собирался ее разрушать.

— Я постараюсь достать пропуск, — сказал лорд Дайрис. — Но ничего не обещаю. В любом случае, это займет много времени. Я отправлю вам письмо. Всего доброго.

Он сказал коротко, но за этим скрывалось многое. Травница проговорилась, что попала в мир дикой магии через портал. Дэмиан знал, что тот портал давно запечатан магически, не функционирует и пройти через него нельзя. Был второй портал, в центре древнего леса, но до него травница бы не добралась.

Сами маги-аристократы изредка обращались к двумирникам, чтобы передать послание в другой магический мир. Однако сами предпочитали поехать в соседнее королевство и уже там выйти к Большому магическому транспортному узлу.

Получить пропуск даже магу-аристократы было сложно. Для травницы же это становилось практически невозможным. Но лорд Дайрис обещал, а потому собирался подать прошение королю.

Когда Лера ушла, ему захотелось ее догнать, остановить, вернуть. Снова почувствовать то, что дало ее присутствие. Но он не остановил и даже не поднялся и не посмотрел в окно на то, как она уходит.

Дикая магия больше не вернется в его дом. Ей здесь нечего делать.