Я окончательно запуталась.

Никогда не считала себя тупой, скорей немного глупой. Но точно не тупой!

И на провалы в памяти никогда не жаловалась. Только никак не могу вспомнить ни про записку, ни про посещение Храма.

Или не помню потому что попала в другой отрезок времени?

Очень хочется поговорить с Инфидрой. Она точно что-то не договаривает. Знать бы что!

— А здесь неплохо, — подруга хлопает меня по плечу и подталкивает в спину. Мы с ней стоим в проходе в уютный обеденный зал в небольшой гостинице. — Спорим, что и еда у них отличная. Я бы сейчас не отказалась от тарелки жаркого и кружки эля.

Пахнет ароматно, что впору захлебнуться слюной. Мне же кусок в горло не лезет.

Несмотря на забитый народом зал, официантка довольно быстро подошла и приняла заказ. Через пару минут перед нами уже стояли исходящие паром горшочки с печеным мясом и овощами, корзинка с пышными булочками и кувшин эля. Сира разлила нам пенный, чуть горьковатый напиток по кружкам и подняла свою для тоста.

— Давай выпьем за встречу.

— За встречу. — Стукаюсь своей кружкой с ее и улыбаюсь. — И чтоб таких встреч было больше.

Смотрю на нее и погружаюсь в воспоминания.

Ее тихий голос успокаивал меня там в темнице, на ее плече я рыдала.

Делаю глоток эля. Горечь растекается по нёбу, царапает горло и ударяет голову.

Беру булочку, отщипываю маленькие кусочки и отправляю их рот. К мясу пока не притрагиваюсь, а вот Сира быстро орудует ложкой, опустошая горшочек.

За соседними столиками переговариваются люди, в большом камине потрескивают дрова, наполняя помещение приятным теплом. На каждом столе композиция из еловых веток и свечек. Здесь уютно и никак не вяжется с неказистым внешним видом гостиницы.

Добрались мы до неё с приключениями. Погруженная в свои мысли, за дорогой я практически не следила. А стоило бы. Виджас еле двигался по заметенной снегом дороге, плюс нулевая видимость, и нас предсказуемо выбросило в кювет. Артефакты безопасности вовремя активировались, создав вокруг нас непроницаемый купол, защитивший нас от травм.

Плестись, правда пришлось на своих двоих. Замерзшие, заметив впереди огни, рванули на них, то и дело падая в сугробы. Двухэтажное здание из серого камня, с покосившемся козырьком над входом и разбитыми ступенями не вызывало у меня желания укрыться под его крышей. Если бы не стучащая зубами от холода Сира, никогда бы не открыла противно скрипнувшую не смазанными петлями дверь.

Внутри оказалось не так страшно.

Чисто, тепло, цветы в горшочках стояли на каждой горизонтальной поверхности. В номерах теплые ковры на дощатом полу, кровать и даже туалетный столик имелся. И, конечно, же опять цветы.

— Лира, ты бы поела, — Сира оторвалась от поедания жаркого и заметила, как я кромсаю булку. Половина ее была на столе, другую я всё-таки съела. — Не знаю, что ты там узнала, но поверь, голодовка тебе не поможет. Чтобы мозг работал, желудок должен быть полон. Помнишь слова нашего повара из столовой.

— Философию нашей Коры трудно забыть. Мне бы сейчас хорошая встряска помогла бы.

Или вывернуть перед кем-то душу. Глянула на подругу, растерла пальцами виски, скоро голова будет раскалываться от мыслей.

Не хотелось своим рассказом ей навредить и себе тоже. Мне самой надо во всем разобраться.

— А как у тебя на работе? Я слышала, тебе новую должность дали. Поздравляю!

Она одна из нас после выпуска пошла работать. Подружки-кузины обучение в академии использовали как возможность найти подходящего мужа, на диплом они со скрипом наскребли нужные баллы. Я, узнав, что должность обвинителя смогу получить только после работы помощником или защитником, закинула диплом на полку и занялась покорением неприступной глыбы по имени Даэль. А вот Сира начала с самых низов. Прошла путь от младшего помощника следователя, по сути, просто сборщика улик, до руководителя группы ищеек.

— От этой должности больше головной боли, — Подруга поморщилась и почесала немного обмороженный кончик носа. — За писаниной провожу больше времени, чем на месте преступления. Ещё стажеров мне на шею повешали, а они, сама понимаешь, не подарок… Одни чересчур инициативные, лезут, куда не просят, думают, раз диплом получили они уже профи. Другие палец о палец не ударят. В общем, полный шварр.

И точно, шварр. Такой же, как и у меня сейчас.

Я слушала рассказ Сиры о приключениях ее стажеров и невольно улыбалась. Эль приятно кружил голову, тело расслабилось избавившись от напряжения. Так отвлеклась, что даже поела.

В номера поднимались поддерживая друг друга.

Рухнула на кроветь раскинув руки и ноги. Потолок то приближался, то отдалялся. Кажется второй кувшин Эля был лишним.

Несколько раз позвала Инфидру. Мало ли… Может появится.

Ответом мне был вой метели за окном и скрип половиц в соседнем номере.

Заснула с мыслью, что завтра начну менять свою жизнь. И для начала отряхну от пыли свой диплом.

Утро наступило слишком быстро. И довольно-таки неожиданно. Еле продрав глаза, уставилась в потолок, пытаясь понять, что заставило меня так рано проснуться. Голова гудела. Хотелось еще поспать. Судя по зарождающемуся рассвету, рань ещё несусветная. Снова смежила веки, подтянула одеяло и все… Уплыть в царство снов мне снова не дали. И теперь я поняла, почему проснулась.

В дверь кто-то настойчиво ломился. Судя по звукам ударов, в нее колотили и кулаками, и ногами.

— Иду, я, иду! — прокричала, выпутываясь из одеяла. — Хватит вышибать дверь.

Кто же там такой нетерпеливый? Сомневаюсь, что Сира. Она прекрасно, знает как я люблю поспать, да и сама после наших вчерашних возлияний, должно быть ещё, десятый сон досматривает.

Опустила ноги с кровати, растерла лицо ладонями и потянулась до хруста в суставах.

Чуть не налетела на пуфик, слишком резво рванув к двери. За ночь он сменил место расположения: от туалетного столика переместился в центр комнаты.

На нём скомканным комом лежала моя одежда, прикрытая махровым полотенцем в мелкий цветочек.

Кажется, это не первая моя побудка.

Начинаю припоминать мои ночные похождения. Моей персоне среди ночи захотелось принять ванну, на этаже купальня была общая, но мне повезло и желающих помыться глубокой ночью там не наблюдалось. И вроде как я спускалась на кухню, перепугав двух поваров, готовящих заготовки для утреннего завтрака. Я требовала у них эрзасскую ароматную соль, ванны с ней делают кожу нежной и бархатистой. Вместо нее мне всучили мелкое нечто без запаха и приятного голубоватого цвета. Пахло от меня теперь, как от хорошо просоленного моллюска.

Щелкнула замком и распахнула дверь. Ожидавшей за ней как раз занес руку для очередного удара и едва не врезал мне по лицу.

— Ух, какой красавчик! — плотоядно улыбнулась и схватила парня за грудки, затаскивая в комнату. — Не ожидала в этой глуши встретить такой экземпляр.

Я решила пошалить. Снова, как в годы учёбы в академии. Конечно, я сразу поняла, что передо мной стоит стажёр из ищеек. Темно-синий форменный китель с выбитым справа гербом корпуса правопорядка, две скрещенные молнии и трехконечная звезда на лацкане, как отличительный знак стажеров.

Обошла вокруг парня, потерявшего дар речи от моей наглости. Пальчиками пробежала по плечам, провела по спине и спустилась ниже. Замерла на пояснице, ожидая реакции от парня. Тот затих и, кажется, перестал дышать.

— Ну так сколько ты берешь? — Сжала его ягодицы, и наконец, дождалась реакции.

Парень отскочил от меня, налетел на пуфик, едва удержался, чтобы не упасть. Карие глаза блеснули злостью и негодованием.

— Да что вы себе позволяете⁈

Шагнула к нему. Он от меня. Косясь на пуфик обогнул его и боком двинулся к выходу.

— Как что? — Заступила ему дорогу. Провела кончиком языка по губам, пальцы заскользили по шее и обвели грудь по кромке бюстье. — Оцениваю товар перед распаковкой. Ну же не стесняйся, малыш.

Взгляд парня заметался между мной и дверью. А, онт кремень. Ни разу не глянул на мою грудь едва прикрытую кружевом.

— Вы вообще понимаете, с кем говорите! Я, между прочим, при исполнении! — Вытянул из кармана смятый листок и чуть ли не ткнул мне им в лицо. — За то, что вы мне тут предлагаете, полагается штраф и не маленький.

С видом оскорблений невинности скрестил руки на груди и сурово (ему наверно, так думалось), глянул на меня.

С трудом сдерживала рвущийся наружу смех. Парень был такой забавный, -вспомнились слова Сиры о стажёрах. Этот точно из тех всезнаек. Тнло, правда у него такое, что слюньки текут. Широкие плечи, развитая грудная клетка, китель только подчёркивал его тонкую талию, а ягодицы у него как орех. Пробовала. Знаю.

— Боги, как ты заводишь! — снижаю голос до хрипотцы, — обожаю мужчин в форме. Жаль, что не в мантии обвинителей, от нее я просто сразу завожусь.

Немного перестаралась, парень вылетел из комнаты, как пробка из горлышка саарского.

Я хотела встряски, и я ее себе устроила. Давно пора было вспомнить себя прежнюю. А то разнюнилась, расклеилась и больше походила на тех «„зефирных“» страдалиц, ждущих своего спасителя, роняя крупные слезы на кружевной платочек.

Пора начинать действовать. Время не стоит на месте, в отличие от меня.

Сира забежала ко мне через несколько минут. С помятым лицом и всклокоченными волосами объявила, что мы выдвигаемся через пять минут. Увидев меня почти одетую, (осталось только натянуть сапожки) время сократила до одной минуты.

Ее стажер, которого, как выяснилось, хозяйка по ошибке отправила не в тот номер, ждал нас в чёрном виджасе с изображением молний на дверях.

Всю дорогу парень старательно игнорировал мою персону. Встречаясь с ним взглядом в зеркале заднего вида, прикусывала губу и томно вздыхала, чем вводила его в ступор и виджас заносило.

— Не ломай мне стажера, Лира! — Встала на защиту парня Сира. — Нам еще место преступления осматривать. Я только так и не поняла, Валим, что там за случай?

Стажёр довольно сбивчиво обрисовал ситуацию.

Ночью обнаружили тело владельца новостного вестника. Его нашли заколотым на пороге собственного кабинета. Сейф вскрыт, все бумаги раскиданы по кабинету, но, по словам супруги убитого, ничего ценного не пропало. И не понятно, то ли это кража, а убийство было спонтанным, так как хозяин дома внезапно вернулся домой с празднования юбилея издания, или все же планировалось убийство, которое разгромив кабинет, решили выдать за спонтанное.

Дома меня встретил Наэшь с сообщением, что дядя отбыл в наше загородное поместье.

— Что-то случилось? — Делами там заведовал новый управляющий. Старый пару месяцев назад ушел на покой, порекомендовав на место своего племянника.

— Насколько я понял, небольшие проблемы на виноградниках. Вроде опять нашествие прожоров началось, затронули ваш и соседний виноградник. Пару дней фресс Арди точно будет отсутствовать.

— Спасибо, Наэшь. — Поблагодарила дворецкого и попросила подать завтрак в кабинет дяди.

Пока его сервировали, быстро приняла душ, переоделась в домашнее платье и мягкие тапочки. Захватила свой блокнот для сообщений и сразу черканула Сире.

''Прости, что отвлекаю. Скажи, пожалуйста, к защитникам сейчас есть возможность устроиться?''

Медленно пережевывая, тост поглядывала на пустую строку ответа. В меня уже поместился омлет, чашка ароматного кофе, в этот раз без сливок. Хотелось взбодриться и прогнать алкогольную хмарь. Ответа все нет. Облизнулась на мясные рулетики с сыром, но включила силу воли и отодвинула тарелку подальше. Не хватало ещё обрасти лишними килограммами.

На листке блокнота стали проступать буквы.

«» Меня твои вопросы уже не пугают, но настораживают. Узнаю, если не шутишь. ''

'' Я серьёзно. Жду.''

Первый шаг сделан. Главное, чтобы место было у защитников. Нехваткой сотрудников их братия не страдала, хоть и были не самым популярным местом работы среди выпускников. Если не получится попасть к ним, остается следственный отдел. Туда с моим даром меня даже без прохождения у них преддипломной практики возьмут. Единственный минус — им в Архив доступ, в отличие от законников, открыт по запросу отдела. А мне надо изучить дело связанное с гибелью родных и, возможно, найти еще что-то похожее. Я уверена, что такие будут. Так что мне надо только к законникам.

Горничные унесли пустую посуду, по моей просьбе оставили вазу с фруктами и орешками. Обдирая кисть винограда, смотрела на кружащей за окном снегопад. Если так и дальше пойдет, столицу занесет по самые крыши домов. Сидела в кресле, подогнув под себя ноги, вдыхала аромат кожи и дядиных сигар. Взгляд то и дело возвращался к полотну с нашим геологическим древом. За ним прятался сейф, из которого я, скорей всего, и вытащила слезы Хесы. Код от него я знала. Дядя объединил в код даты смерти жены и брата и день свадьбы.

Слегка надавив на раму, заставила картину отъехать вбок. На дверце сейфа мигала сигнальная сеть. Кодовый замок поддался с первого раза. Дверь с щелчком открылась, обнажив темное нутро сейфа. Помимо документов, дядя хранил в нем пробные версии артефактов, драгоценности в оббитых бархатом футлярах и редкие минералы.

На пару секунд застыла. Руки тряслись, дыхание прерывалось. Я на сто процентов была уверена, что их там нет. Но какая-то надежда ещё жила во мне. Но она угасла, стоило открыть шкатулку. Бирюзовые, розовые, кроваво-красные и зеленые камни просыпались сквозь пальцы. Прозрачных каплевидных кристаллов среди них не было.

Cира