Мину разбудил чей-то пронзительный возглас. Она резко поднялась на ноги, всё ещё не проснувшись до конца.

– Милая кроха, – послышался женский голос. – Что здесь происходит? Господин мэр?

Мина огляделась. Она была в кабинете мэра на последнем этаже городской ратуши. Вокруг неё, на полу, лежали только проснувшиеся Ферди, Тим и Рабеа. Уставший и растрёпанный мэр, сидевший за письменным столом, еле поднял голову от столешницы, услышав вопросы посетительницы. Рядом с главой города стоял, зажав книгу шляпника под мышкой, не менее уставший переплётчик. Мастер дежурил всю ночь, даже когда дети больше не смогли бороться со сном.

В дверях кабинета стояла женщина в простом сером платье с высоким воротом и пышными рукавами. Её чёрные волосы длиной до подбородка были зачёсаны назад. Перед грудью она держала сумочку, словно это был её щит, и смотрела по сторонам округлившимися от удивления глазами. Мина догадалась, что это, должно быть, тот самый секретарь, о котором говорил мэр.

– Госпожа Пфиффиг, – произнёс мэр, изо всех сил стараясь не терять лицо перед подчинённой, – у меня… У меня есть для вас важное поручение.

Последние слова он говорил нехотя, сквозь зубы. Глава города мельком взглянул на книгу в руках переплётчика. Мастер коротко кивнул.

Вчера дети и переплётчик запугивали мэра до тех пор, пока тот не согласился провести их в свой кабинет, а затем заставляли исписывать страницу за страницей новыми указами. Наконец дошло до того, что несчастный согласился подать в отставку и покинуть город. Мужчина несколько раз пытался отказаться, и тогда Рабеа выполнила свою угрозу, записав кое-что в волшебную книгу. После этого поведение главы города изменилось в лучшую сторону.

– Какое поручение, господин мэр? – писклявым голосом спросила женщина.

Лицо мужчины перекосило от злости. Однако он сделал ровно то, что ему говорили: взял со стола бумаги, на которых писал вчера вечером, и протянул их секретарю.

– Пожалуйста, проследите, чтобы эти законы ввели в действие. А ещё необходимо выдвинуть нового кандидата на… На… – Довести мысль до конца он не смог.

Переплётчик в качестве угрозы достал авторучку и открыл волшебную книгу.

– На пост мэра! – тут же договорил мужчина.

Женщина пересекла кабинет нетвёрдыми шагами. Одной рукой она взяла у мэра документы, а другой продолжала держать сумочку.

– Как скажете, господин мэр, – тихо проговорила женщина, глядя на главу города с недоверием.

Похоже, что ей и в голову не пришло сомневаться в его решении. Мина нахмурилась, наблюдая за происходящим. Мэр слишком долго единолично распоряжался судьбой города. Пришло время что-то поменять.

– Но, господин мэр, – неуверенно заговорила женщина. – У вас… У вас же…

Смущённая, она указала в точку у мужчины над головой.

– Ослиные уши! – рявкнул мэр. – Да, я знаю! У меня на голове ослиные уши! Что-нибудь ещё, госпожа Пфиффиг?

Женщина судорожно замотала головой.

– Нет, нет. У меня всё.

Она вышла из кабинета быстрым шагом и захлопнула за собой дверь.

Мина с друзьями и переплётчиком проводили мэра до самых ворот, чтобы убедиться, что он точно покинул город. Мужчина вышел, не обращая внимания на вопросы стражника у городских ворот, с раскрасневшимся лицом и опущенной головой. Друзья увидели, как он махнул рукой экипажу и сел в него. Мужчине приходилось пригибаться, чтобы не задеть свои ослиные уши. Затем кучер пришпорил лошадей, экипаж отправился в путь и постепенно исчез из поля зрения.

Потом Рабеа, Тим, Ферди, переплётчик и Мина молча шли по улицам. Лучи утреннего солнца скользили по черепице крыш и булыжникам мостовой. По обеим сторонам улицы открывались магазины, и подмастерья выходили, чтобы подмести пороги. Шорник[4] вышел, чтобы выставить товар у входа в лавку. Из открытого окна одной мастерской доносился стук швейной машинки, из другой – удары молотка. В воздухе стоял приятный запах свежего хлеба.

– Интересно, он когда-нибудь избавится от ослиных ушей? – спросила Рабеа.

Видимо, теперь девочку мучила совесть за фразу, которую она написала в волшебной книге.

– Конечно, – заверил её переплётчик. – Как только я сожгу это.

Мастер крепче сжал большую книгу с эскизами шляп, которую нёс под мышкой.

Мина чувствовала, что Тим за ней наблюдает. Они с Ферди странно вели себя с тех пор, как она призналась им, что на самом деле девочка. Что ж, их было не в чем винить. Рабеа, наоборот, вовсе не удивилась. Она, как Мина и думала, обо всём догадалась ещё при первой встрече.

Ученица переплётчика встретилась взглядами с Тимом, и тот тут же отвёл глаза. Девочка попыталась заговорить с ним как ни в чём не бывало:

– Кстати, у тебя не будет неприятностей, когда сапожник узнает, что ты украл у него те туфли?

Тим нёс ту самую обувь в руке. Однако туфлям пришлось пройти серьёзное испытание, потому они уже лишились нескольких драгоценных камней и местами поцарапались.

Друг продолжил избегать взгляда Мины, но ответил, будто ничего не случилось:

– Нет. У мастера таких целый сундук, покупатели вечно их возвращают. Положу на место, он и не заметит.

– Они же очень дорогие, – возразила Мина.

Теперь подмастерье сапожника улыбался, как в старые добрые времена.

– Вовсе нет. Это ненастоящее золото, а камни – просто цветные стекляшки. Мэр, конечно, ничего не заметил. Он понятия не имеет, как отличить оригинал от подделки.

Мина рассмеялась.

– Наверное, мне уже пора, – вдруг остановилась Рабеа.

Девочка посмотрела на узкую каменную лестницу между кондитерской и мастерской шорника. Мина догадалась, что это был вход в подземный город.

Внезапно ученицу переплётчика охватил страх.

– Мы ведь ещё увидимся, правда? – спросила она.

– Конечно. Может, соберёмся все вместе поесть мороженое, когда ваши мастера дадут вам выходной? Сейчас мне правда нужно идти. Папа наверняка уже волнуется, – весело улыбнулась Рабеа.

Она, всё так же с улыбкой, помахала друзьям и пошла к тёмному проходу между двумя домами.

Только когда Рабеа окончательно скрылась в темноте, Мина заметила, что Тим и Ферди смотрят на неё с недоверием.

– Она оттуда? – с удивлением спросил Тим. – То есть… Из Подземного города?

– Да, – ответила Мина. – Там она и научилась воровать.

– Вот это да!

Подмастерье сапожника был явно поражён: Тим смотрел, не отрываясь, на вход в Подземный город. Подмастерье пекаря, судя по всему, тоже был под впечатлением.

Компания пошла дальше, а потом сначала Тим, а за ним и Ферди распрощались с Миной и переплётчиком, чтобы отправиться обратно к своим мастерам. В конце концов Иоганн и его ученица остались одни. Они молчали, прислушиваясь к звукам привычной городской суеты ремесленников, подмастерьев и покупателей. То тут, то там слышались обрывки разговоров: «Статуя куда-то пропала… Говорят, мэр уехал из города… Не понимаю, почему ещё вчера он казался мне таким хорошим человеком… Да он, наверное, просто околдовал нас! Вот негодяй!»

– Так ты и правда её дочь? Ну, Матильды? – откашлявшись, спросил переплётчик.

– Думаю, да, – неуверенно улыбнулась Мина.

Вчера она призналась переплётчику не только в том, что на самом деле девочка, но и что Матильда и Вилли – её родители, однако возможность поговорить с глазу на глаз выдалась только сейчас.

Иоганн покачал головой, словно был не в силах осмыслить такую новость.

– Мац… То есть Мина. Мне очень жаль. Я не хотел, чтобы они исчезли.

Казалось, мастер хочет сказать что-то ещё, но голос его подвёл. Он нахмурился, и Мине стало немного не по себе от мысли, что он пытается сдержать слёзы.

– Не переживайте, – прошептала Мина так, чтобы Иоганн услышал. – Вы действительно этого не хотели.

Справа подмастерье гончара мыл большую витрину. Голуби клевали крошки, рассыпанные по мостовой, но встревоженно разлетелись кто куда, когда переплётчик и его ученица прошли мимо. Они свернули за угол, на Типографскую улицу.

– Интересно, – спросила девочка. – Где они сейчас?

– Где бы они ни были, – отозвался Иоганн. – Мы их найдём.

Мастер посмотрел на Мину, она тоже подняла глаза. Их взгляды встретились, и сердце девочки наполнилось надеждой.

Не успела Мина ответить, как они оказались у дверей Дома.

– Здравствуй, Дом, – с теплотой сказал переплётчик. – Рад тебя снова видеть.

Ставни по обеим сторонам весело и приветливо открылись в ответ. Однако дверь отворилась медленно, будто в нерешительности. Переплётчик даже успел схватиться за ручку. Между бровей у него пролегла складка. Дом будто пытался о чём-то сказать, но Мина не понимала, о чём.

– Что там? – В голове у девочки крутились варианты один страшнее другого. – Полицейские? Мэр вернулся?

– Нет, – покачал головой переплётчик. – Думаю… Думаю, кое-кто другой.

Несколько мгновений Иоганн и Мина смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Затем девочка протиснулась мимо мастера в коридор. Её взгляд упал на чемодан на стене с правой стороны. Перехватило дыхание. Это тот самый чемодан, что много лет пролежал у неё под кроватью в доме Ольги и Ирмы. Мина узнала бы его где и когда угодно. Как же он здесь оказался?

Девочка пошла дальше, словно во сне. Казалось, ноги несли её вперёд сами собой. Дверь мастерской была приоткрыта. Мина толкнула её и вошла. Сердце выпрыгивало из груди.

В мастерской были двое. Молодой мужчина с тёмными кудрявыми волосами стоял, облокотившись на один из верстаков. Рядом с ним сидела молодая женщина в платье и полуботинках на шнуровке. У неё были вьющиеся светло-каштановые волосы и веснушки на носу и щеках. Мина сразу же её узнала. Это была Матильда – ученица Иоганна, которую девочка видела в зеркале.

«Мама?» – подумала Мина, но так и не сказала ни слова.

Женщина встала. Видимо, за спиной у девочки стоял переплётчик, потому что Матильда с удивлением посмотрела поверх её головы и воскликнула:

– Иоганн!

– Матильда, – сказал переплётчик хриплым голосом. – Вилли.

Матильда зажала рот руками.

Однако именно Вилли высказал то, что так её напугало:

– Ты заметно постарел, Иоганн. Мы ведь уехали из города всего два дня назад. Сёстры, у которых мы снимали комнату, тоже постарели. Утверждают, что нас не было двенадцать лет. И что наша дочь… Что Мина… – он сглотнул, – сбежала.

Матильда умоляюще смотрела на переплётчика. В её глазах стояли слёзы.

– Мы вернулись, хотя и боялись, что нас арестуют. Мы просто не знали, куда ещё идти. Пожалуйста, Иоганн, помоги нам. Мы ничего не понимаем.

Мастер откашлялся. Мина услышала, как дрожит его голос, и поняла, что он тоже едва сдерживает слёзы.

– Это долгая история. Сейчас есть кое-что поважнее. Матильда, Вилли, разрешите представить вам вашу дочь, Мину.

Иоганн взял девочку за плечи и легонько подтолкнул вперёд. Волнуясь, девочка заглянула в растерянные зелёные глаза матери. И голубые – отца. Кажется, родители только сейчас рассмотрели её как следует. Конечно, сначала они приняли её за мальчика.

– Мина? – тихо спросила Матильда.

Больше она ничего не спросила, лишь бросилась вперёд и заключила дочь в объятия. Девочка прижалась к маме так крепко, как только могла, и зарылась лицом в её плечо. Вилли шагнул к ним и крепко обнял обеих.

Мина никогда в жизни не чувствовала такой безопасности, тепла и спокойствия, как сейчас.

– Мама, папа, – всхлипнула она, – наконец-то я вас нашла.