На скупо освещённых газовыми фонарями ночных улицах было пусто. То тут, то там пробегала домашняя кошка и порхала летучая мышь. Мине было, чего испугаться, но она совсем не обращала внимания на то, что её окружает. Мысли в голове гудели и жужжали, будто целый рой оловянных жуков.

– Много лет назад переплётчик купил магический ключ у той мастерицы из подземного города, – сказала она вслух. – Это уж точно.

Мина говорила сама с собой, чтобы разобраться в собственных мыслях.

Девочка подняла перед лицом раскрытую кисть, и игрушечный жук переполз с плеча на руку и сел на ладонь. Он внимательно посмотрел на неё и вытянул усики.

– К нему, – продолжала Мина, – переплётчик купил маленькую шкатулку, которую можно было открывать и закрывать на этот ключ. Наверное, он хранил там что-то очень ценное. Только мы не знаем, что именно.

У мясной лавки она свернула налево и стала подниматься по крутой лестнице. Теперь девочка уже неплохо ориентировалась в городе.

– Затем он отдал ключ каким-то друзьям. А я нашла его в чемодане родителей.

Сердце Мины забилось быстрее, и вовсе не только из-за подъёма по лестнице.

– Жук, кажется, у меня появилась первая зацепка, чтобы найти родителей! Может, друзья переплётчика их знали? А может, он сам их знал! Как бы мне хотелось его расспросить! Я боюсь вызвать подозрения. Вдруг он знает, что у моих родителей дочь, а не сын? Переплётчик не должен узнать, что я девочка.

В размышлениях Мина свернула на Типографскую улицу. Справа уже виднелся дом Иоганна.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она. – Что же там такое в шкатулке? И зачем переплётчик отдал ключ, если он такой ценный? И это всего два из огромного списка вопросов.

Девочка оказалась перед домом, не найдя ни единого ответа. Однако дверь почему-то не распахнулась сама собой, как только она ступила на коврик. Мина замерла в нерешительности.

– Дом? – робко позвала она.

Дверь всё-таки открылась. Правда, это был не дом. В темноте она разглядела мертвенно-бледное лицо переплётчика.

Будет неприятный разговор.

Иоганн шагнул в сторону, не говоря ни слова, и Мине пришлось пройти в коридор под его ледяным взглядом. Молчание показалось ей хуже любых ругательств, которыми осыпали её Ольга с Ирмой.

– Где ты был? – закрыв дверь на замок, пугающе спокойно спросил мастер.

Жук боязливо заполз девочке за воротник и оказался под рубашкой. Шесть оловянных лапок защекотали кожу.

Переплётчик заговорил чуть громче:

– Я задал вопрос, Мац. – Он провёл рукой по бороде. – Ради моих клеевых кистей! – простонал Иоганн. – Не можешь же ты в одиночку бродить по городу по ночам. О чём ты думал?

Мина посмотрела на мастера и решилась. Ей нужно было получить ответы. Значит, ей тоже придётся ответить на вопросы переплётчика. Девочка глубоко вздохнула.

– Я за вами следил.

– Что ты сказал? – застыл на месте Иоганн.

– Я шёл за вами. В подземный город.

Переплётчик смотрел на неё в ужасе. Казалось, на мгновение он даже лишился дара речи.

Мина воспользовалась моментом, чтобы задать вопрос:

– Кому вы тогда отдали ключ?

– Что…? Я…? – сбивчиво проговорил переплётчик. – Это не твоё дело!

Девочка стиснула зубы и стала продумывать следующий вопрос, решив пока не касаться этой щекотливой темы. Риск того, что мастер узнает её секрет, слишком велик. Тогда она спросила:

– Почему вы раздаёте деньги жителям подземного города?

– Это тоже не твоё дело. – Переплётчик снова провёл пальцами по бороде так, что седые волоски распушились во все стороны. – И это должно остаться между нами, Мац, ты меня понял?

Мина в ответ начала стрелять в мастера вопросами, будто из рогатки:

– Почему вы больше не переплетаете книги? Почему не берёте учеников? От чего этот ключ? Почему…

– Хватит!

Крик переплётчика пробрал Мину до мозга костей. Мастер явно изо всех сил старался не терять самообладания.

– Хватит, Мац. Ты спрашиваешь о том, что тебе не следует знать. Это опасно. Двенадцать лет назад я уже позаботился о том, чтобы всё это наконец было забыто на веки вечные. Так тому и быть, – добавил он уже спокойнее.

Раздосадованная, Мина уже было открыла рот, чтобы возразить, но Иоганн не дал ей заговорить:

– А теперь ложись спать. Иди к себе в комнату. И я надеюсь больше никогда не услышать от тебя ничего подобного. Никогда, понял?

Девочка сердито отвернулась, прошла вверх по лестнице и захлопнула за собой дверь комнаты. Она села на кровать, скрестила руки на груди и уставилась в одну точку.

– Это так несправедливо. Как я должна узнать, кто мои родители, если он не ответил ни на один вопрос? Что он скрывает? – Мине хотелось кричать, но вместо этого её голос звучал плаксиво и по-детски. По щекам покатились слёзы.

Жук снова вылез из воротника и прижался к шее. Но даже он был не в силах её утешить.

Через несколько минут Мина услышала шаги переплётчика со стороны лестницы. Он зашёл в свою спальню. Потом снова стало тихо, тогда девочка сняла пальто, ботинки и опустилась на кровать. Усталость окутала её, будто свинцовое одеяло. Мина погрузилась в беспокойный сон.

Во сне она бежала по пустому извилистому коридору в подземном городе. Где-то впереди были родители, но стоило ей забежать за очередной угол, как они исчезали за следующим. Мина хотела бежать быстрее, но ноги стали очень тяжёлыми… Она свернула за очередной угол и внезапно оказалась перед деревянной дверью. Её родители, должно быть, там. Девочка толкнула дверь, и та открылась, заскрипев петлями… Мина перевернулась на бок во сне и открыла глаза. Скрип – это не сон. Дверь в комнату сама собой распахнулась и разбудила её.

Она потёрла лицо ладонями. Ей что-то снилось, хотя она и не могла вспомнить, что именно. Стоило ей опустить руки, как дверь снова качнулась вперёд-назад, тихонько скрипнув петлями. Мина всё поняла.

– Дом? Ты хочешь мне что-то сказать?

Дверь широко распахнулась, будто бы в ответ на эти слова. Из коридора в комнату ворвался ветерок и растрепал ей волосы.

Мина свесила ноги с кровати и заглянула в окно. Стояла глубокая ночь.

– Что такое? – прошептала девочка.

Газовые лампы у лестницы зажглись сами собой. Тёплый свет падал в открытую дверь спальни.

– Ты хочешь мне что-то показать?

Мина встала и вышла из комнаты. Жук полетел за ней.

Едва она успела шагнуть в дверной проём, как лестница заскрипела. Казалось, что по ступенькам кто-то поднимается, однако никого не было. Это Дом скрипел деревянными ступенями. Мина покрылась мурашками.

– Мне надо спуститься?

В ответ лампы на нижнем этаже включились, а на верхнем, где в коридоре стояла Мина, – погасли.

– Хорошо, – от волнения Мина сглотнула.

Жук жужжал где-то над ухом, пока она шла вниз по лестнице. Ей очень не хотелось разбудить переплётчика. Девочке пришла в голову странная мысль: неужели Дом специально ждал, пока мастер уснёт, чтобы выманить её из постели? Получается, Иоганн не должен об этом знать?

Мина спустилась на второй этаж, и на первом тут же зажглись лампы. Она продолжила спускаться. Ученица переплётчика дошла до конца лестницы, и дверь мастерской распахнулась. Девочка послушно прошла по коридору и вошла внутрь. Лампа на стене тоже загорелась сама собой. Занавески на окнах были задёрнуты.

Мина выжидающе огляделась по сторонам. Ей больше не было страшно. Страх победило любопытство.

– Мне надо было сюда? Что ты хочешь показать мне, Дом?

Раздался тихий звук рвущейся надвое бумаги. Девочка вздрогнула от неожиданности. Она не смогла бы понять, откуда звук, если бы жук не полетел точно в нужном направлении. Мина пошла за ним в дальний угол комнаты. Там стоял небольшой шкаф из орехового дерева.

– Сюда? – спросила девочка. – Но там только старые кисти и банки с клеем.

Жук приземлился на деревянные половицы и заполз под шкаф. Мина встала на четвереньки и заглянула туда. Ничего.

– Здесь только пыль, – чихнула девочка.

Шкаф затрясся, как будто началось землетрясение.

По спине у Мины пробежали мурашки.

– Может, за ним что-то есть?

Шкаф снова затрясся, его ножки заскребли по полу, оставляя царапины длиной в палец.

– Что ж, ладно.

Мина изо всех сил упёрлась руками в шкаф. Однако он был тяжелее, чем казался на первый взгляд. Тем не менее девочке всё-таки удалось выдвинуть его из угла, хотя она и догадывалась, что не без помощи Дома. Затаив дыхание, в нетерпении она повернулась к освободившемуся углу. Теперь она поняла, что за звук она слышала, когда только вошла. Полоска белых обоев скатилась вниз по трещине, будто её оторвала невидимая рука. А за ней – Мина не верила своим глазам – виднелась замочная скважина.

Девочка снова опустилась на четвереньки и присмотрелась к замку. Он был вмонтирован в узкий кусок металла, вставленный в стену между кирпичами. Мина попыталась его вытащить, но он не поддавался.

– Переплётчик замуровал шкатулку, – догадалась она после очередной неудачной попытки. Жук прополз по её рукам, а затем и по замочной скважине.

– Интересно… – Мина потянулась к воротнику рубашки и достала ключ. Он блеснул в тусклом свете газовой лампы. Какое-то время девочка просто разглядывала вещицу. Затем стянула через голову шерстяную нитку и вставила ключ в замок.

Ключ вошёл без малейшего сопротивления.

– Подошёл! – радостно воскликнула Мина. И тут испуганно захлопнула рот рукой. Только бы не разбудить переплётчика. Она повернула ключ, и замок открылся, издав тихий щелчок. Металлическая дверца откинулась вниз. Сердце девочки застучало быстрее, и она потянулась в узкое отверстие за содержимым шкатулки. Пальцы коснулись чего-то…

Она вытащила руку и, опустившись на колени, посмотрела на свой трофей.

– Книга! – в изумлении сказала Мина. Томик в коричневой кожаной обложке оказался довольно плоским.

– И что всё это значит? – спросила она у комнаты.

Дом упорно молчал. Мине очень хотелось, чтобы он дал ей подсказку. Однако это было невозможно, и она решила внимательнее рассмотреть обложку и прочесть название:

– «Последняя книга». Название странное. И автор не указан. Вот тут, видишь, жук?

Она провела пальцем по небольшому тиснению в нижней части корешка.

– Здесь две буквы. ИБ. Может, это имя автора?

Конечно, жук не мог ничего сказать. Мина ощупала края книги.

– Это особенный момент, – тихо обратилась она к жуку и Дому. – Здесь могут быть ответы на мои вопросы, – с этими словами со смесью страха и надежды девочка открыла книгу.

Её ожидало разочарование.

– Ничего! – Ошеломлённая, она листала страницы. – Все страницы абсолютно пустые… Подождите-ка.

Не успела Мина закончить фразу, как наткнулась на страницу в середине книги, на которой что-то было. Несколько предложений, написанных от руки. И главное, девочка узнала почерк.

– Это написал переплётчик, – сказала она, вспомнив о списках покупок, которые писал ей Иоганн, прежде чем отправить в магазин. – Абсолютно точно. Жаль, правда, я не могу понять, что это значит.

Мина беспомощно смотрела на испещрённую фразами страницу:

Все забудут о том, что моя магия изменилась, и о том, что из-за этого произошло.

Власти не будут меня беспокоить, ведь я больше не переплетаю книги.

У меня никогда не закончатся деньги.

Матильда и Вилли исчезнут, и их никто не найдёт.

Внизу было ещё одно предложение, но почерка Мина не узнала. Буквы были круглее, чернильные штрихи – толще. Оно гласило:

Иоганн Бухбиндер позаботится о нашей дочери, если с нами что-нибудь случится.

Девочка прочла эту фразу, и по всему её телу пробежала дрожь. Кто такие Матильда и Вилли? Почему переплётчик пишет, что у него изменилась магия?

– Я всё ещё не понимаю, о чём это, – прошептала Мина. – Но это же как-то связано со мной, верно? А ещё с переплётчиком и моими родителями. Так?

Ветерок коснулся её щеки. Она пискнула от испуга, когда дверь в мастерскую закрылась, тихо щёлкнув. Крепко сжимая в руках книгу, Мина поднялась на ноги.

– Дом?

Девочка поняла, что Дом хочет ей что-то сказать. Она оглядела комнату, но всё было по-прежнему. Взглядом она бродила по полкам, большому зеркалу на одной из стен, занавешенным окнам напротив. Столы стояли на своих местах, как и всегда. Граммофон, на котором Иоганн слушал музыку, когда был в хорошем настроении, всё так же стоял на журнальном столике. Рядом стояло кресло, ожидая, когда на него кто-нибудь сядет. И, конечно же, инструменты, назначение которых Мина знала, хоть ни разу ни одним так и не воспользовалась. Станок для переплёта, на котором сшивают книжные страницы. И винтовой пресс с большим винтом и двумя пластинами для прессования книги.

Из размышлений Мину вырвал внезапно заигравший граммофон. От испуга она выронила книгу и не смогла сдержать крик.