Нефрита полетела за Малахитой над равниной к далеким предгорьям.

Местность была еще менее гостеприимной, и редкие каналы земных обитателей сворачивали в сторону от нужного маршрута. Нефрита была рада, что успела поесть и немного отдохнуть – когда Малахита велела следовать за ней, она имела в виду немедленно, по срочному делу.

– Я учуяла сквернов, – сказала Малахита. – Они следуют за нами на расстоянии, видимо, от самого побережья. Устроили логово в этих холмах. Как только ветряной корабль достигнет края равнины, они снова двинутся в путь.

Нефрита прищурилась, вглядываясь в даль.

– Как мы к ним приблизимся?

– Подлетим, – ответила Малахита и взмыла в воздух.

Нефрита зашипела, оглянулась на Звона, Нирана и остальных. Все ошеломленно и неуверенно смотрели на нее.

– Двигайтесь дальше. Мы вас догоним.

– Будьте осторожны! – крикнул ей вслед Ниран.

Они летели низко, приближаясь к холмам сбоку, скользили над сухим песчаным склоном.

– Они нас увидят, – предупредила Нефрита.

Малахита не ответила, и Нефрита мысленно одернула себя: видимо, в этом и цель.

Когда они достигли вершины первого холма, Нефрита мельком заметила устроенный ниже лагерь, где между наспех сооруженными укрытиями двигались темные фигуры. Зрелище было настолько странным, что она решила, будто ей померещилось.

Малахита явно не собиралась оставаться незамеченной. Она медленно сделала круг над лагерем, и Нефрита последовала за ней.

Разведчики-дакти, должно быть, заметили их, но никто не поднялся в воздух. Скверны вырыли в песке между скальными выступами неглубокие пещеры и соорудили навесы из веток. Дакти выглядывали из-за камней, а в тени пещеры виднелись три крупные бледные фигуры. Даже с этой высоты было ясно – это кетели в земном облике. Нефрита разглядела кострища и подобие отхожего места. Рядом валялись груды костей, но разбитые черепа принадлежали тем же травоедам, на которых охотились воины Опаловой Ночи.

Значит, ей не показалось. Такой лагерь устроили бы арборы. Хотя и не совсем: арборы сделали бы его незаметным с воздуха. Но ведь скверны так не поступают! Все в стае создавалось ради удобства владык и прародительницы. А укрытия и кострища явно предназначались для дакти и кетелей.

Малахита завершила неторопливый облет и, поймав поток ветра, приземлилась на плоском камне. Нефрита последовала ее примеру. Малахита сложила крылья и замерла. Нефрита сделала то же самое, гадая, не атакует ли их сейчас вся стая. Это, конечно, был бы весьма эффектный способ умереть. Вряд ли Лун, Елея и остальные оценили бы его.

– Кетели вырыли пещеры в песке. Я не знала, что скверны так делают, – наконец нарушила молчание Нефрита.

Как минимум одна большая стая использовала гигантский мешок из выделений кетелей в качестве укрытия, но, по словам Луна, даже он опирался на обломки кораблей земных существ. Обычно же скверны селились в разрушенных поселениях других видов, поедая при этом самих обитателей.

– Не делают, – отозвалась Малахита.

Нефрита стиснула зубы. Очень велико было искушение нарушить непроницаемое спокойствие Малахиты.

– Значит, это стая королевы-полукровки. Ты хочешь ее увидеть. Убедиться, что она не из потомков твоего консорта.

Королевы способны различать родство, невидимое другим раксура. Нефрита видела королеву сквернов лишь однажды, мельком и в темноте. Она не заметила сходства с Луном, его сестрой по выводку Селадонной или Сумраком, но могла что-то и упустить.

Малахита повернулась к Нефрите, и то хрупкое перемирие, что было между ними, лопнуло, как туго натянутая веревка. Теперь перед Нефритой стояла не королева раксура, а хищница, безжалостная и полная безмолвной ярости.

Нефрита не изменилась в лице, не позволила себе зашипеть или ощетинить шипы.

«Ты сама напросилась», – напомнила она себе.

Стая сквернов уничтожила восточную колонию Опаловой Ночи, перебила большую часть двора и забрала пленников для принудительного размножения. Малахита уничтожила ту стаю, чтобы спасти раксура, но не успела уберечь своего консорта. Ей удалось сохранить жизнь Сумраку, Лозе и другим полукровкам. Нефрита понимала: Малахиту преследовала мысль о том, что она могла кого-то пропустить, что птенец мог попасть в другую стаю.

Утес говорил, что для Малахиты катастрофа, случившаяся много циклов назад, будто произошла вчера – и все еще происходит, и будет происходить вечно. Нефрите следовало помнить об этом.

– Лун говорил, что королева-полукровка совсем молода, почти птенец, – осторожно сказала она. – Она не может быть потомком твоего консорта.

Малахита никак не выдала своей реакции – ни дрожью шипов, ни движением хвоста. Но вдруг жутковатая напряженность исчезла, будто в оболочку хищника снова вернулась прежняя личность.

– Лун мог ошибаться, – сказала Малахита. – У него не было возможности наблюдать взросление королев.

Нефрита удержала шипы в нейтральном положении, радуясь, что Елеи нет рядом. Та напоминала бы ей об этом разговоре до конца дней.

Из лагеря в воздух поднялись две фигуры – владыка и дакти. Нет, не владыка, мрачно подумала Нефрита, когда они начали снижаться. Королева.

Королева сквернов и дакти приземлились в десятке шагов от них, на краю скалы. У королевы был гребень сквернов и шипы раксура, но чешуя матово-черная, как у владыки или консорта раксура. Присмотревшись, Нефрита заметила контрастный узор королевы, темно-серый и едва различимый.

Нефрита покосилась на Малахиту. Она не видела родственного сходства между королевой сквернов и потомками Заката, консорта Малахиты. Та слегка опустила один шип, давая понять, что сходства и правда нет. Нефрита почувствовала облегчение, которое ни за что не стала бы показывать Малахита. Хотя бы одной проблемой меньше.

В дакти не было ничего особенного – по крайней мере, с виду и по запаху. Дакти обычно вдвое меньше взрослого воина, с бронированными пластинами на спине и плечах вместо чешуи. Только их челюсти были неестественно длинными, с двойным рядом клыков. Один присел у ног королевы сквернов, настороженно наблюдая за ними. Нет, он все же другой, осознала Нефрита. Она никогда не видела дакти с таким осмысленным взглядом.

– Вы нашли нас, – сказала королева на языке раксура, переводя взгляд с Нефриты на Малахиту и обратно. – А мы думали, что хорошо спрятались.

Малахита молчала. Нефрита стиснула зубы. Похоже, говорить придется ей – по крайней мере, до тех пор, пока Малахита не решит внезапно изменить план, каким бы он ни был.

– Вы следовали за нами с самой сел-Селатры, – сказала Нефрита.

Королева сквернов опустила взгляд и провела когтями по камню. Дакти смотрел на них с подозрением.

– Мы просто двигаемся в том же направлении, – ответила королева.

Нефрита наклонила голову, сдерживая желание оскалиться.

– Собираетесь напасть?

Королева посмотрела на нее, шевельнув шипами.

– Нет.

И тут она сменила облик. Теперь она стала похожа на воина раксура. Но кожа ее была белой, словно кость – как у земной формы владыки сквернов, как у Сумрака, а волосы длинные, прямые и темные. Но, в отличие от Сумрака, на ее щеках, шее и плечах были участки темной чешуи. Гребни сохранились, но более массивные, чем у Нефриты, и напоминали скорее волосы. Будто земная форма королевы смешалась с обликом владыки. На ней была свободная темная рубаха, потрепанная и испачканная по подолу.

– Вы ведь так выглядите, когда меняете облик?

– Нет, – ответила Нефрита.

– Покажешь?

Шипы Нефриты дернулись, но она вернула их в прежнее положение.

– Нет.

– Почему?

Лун был прав: это на удивление напоминало разговор с птенцом. С пугающе сильным птенцом, в чьем распоряжении были дакти и кетели.

Нефрита собралась ответить, но тут Малахита спросила:

– У тебя есть имя?

Королева сквернов вздрогнула, уставившись на Малахиту. Дакти беспокойно придвинулся к ее ноге, затрепетав крыльями.

Нефрита нахмурилась. Королева сквернов вела себя так, будто забыла о присутствии Малахиты или вовсе не замечала ее. Нефрита знала, что Малахита умеет становиться незаметной, но впервые задумалась: а может ли она действительно исчезать, используя ту же способность, что позволяла королевам чувствовать двор и не давала менять облик окрыленным и арборам? Нет, дело не в этом. Королева явно видела Малахиту, Нефрита сама заметила взгляд сквернорожденной. Но могла ли Малахита заставить ее забыть о своем присутствии?

Королева сквернов с подозрением смотрела на Малахиту и не отвечала.

– Я Малахита из Опаловой Ночи, – сказала та. – Это Нефрита из Тумана Индиго. А как зовут тебя?

Нефриту передернуло от мысли, что скверны узнают ее имя и название двора. Произнесенное из уст сквернов имя раксура никогда не предвещало ничего хорошего, хотя скрыть его от них было почти невозможно.

Молчание затянулось так надолго, что Нефрита решила: королева не ответит. Но та вдруг сказала:

– Отрада. А у… у стаи пока нет названия.

У Нефриты сжалось сердце. Она невольно взглянула на Малахиту. Та по-прежнему оставалась невозмутимой.

– Кто дал тебе это имя? – спросила Малахита.

– Консорт. Наш консорт. – Отрада помолчала. – Это хорошее имя?

Он любил ее, поняла Нефрита, подавляя шипение. Отрадой не назовут ненавистное существо, в этом имени нет ни иронии, ни сожалений. Нефрите хотелось спросить, как звали консорта, из какого он двора, но она напомнила себе: все это в прошлом. Он мертв, как и выкравшая его прародительница, и теперь с этим ничего не поделать. Если она представит, какой была его жизнь в стае сквернов в течение многих циклов, то не сдержит гнев, и кто-нибудь непременно умрет. Она не могла даже вообразить, что чувствует Малахита под своей непроницаемой маской.

– Да, это хорошее имя, – сказала Малахита. – Прародительница позволила ему тебя воспитать.

Отрада снова провела когтями по камню.

– Ей пришлось. Остальные не знали, что со мной делать. – Она наклонила голову, изучая Малахиту. – Это была ошибка. Она совершила ошибку.

– Ты убила ее, – тем же ровным тоном констатировала Малахита. – А владык?

– Старших убила не я. – Она посмотрела на дакти. Тот скорчил гримасу. – Это сделал кое-кто другой.

Дакти и кетели, поняла Нефрита. Да, прародительница определенно совершила ошибку.

Отрада прищурилась, переведя взгляд с Нефриты на Малахиту.

– Ты тоже королева?

Нефрита поняла, что, видимо, была первой королевой раксура, которую увидела Отрада – той ночью у города строителей фундаментов. Они с Малахитой выглядели настолько по-разному, что с непривычки можно было запутаться.

– Да, – ответила Малахита.

Присев на корточки, дакти подтолкнул Отраду в колено. Та вздрогнула, что-то вспомнив, и спросила:

– Почему сейчас вы хотите со мной разговаривать? Раньше не хотели.

– А почему вы до сих пор нас преследуете? – парировала Нефрита.

– Потому что вы здесь. – Отрада произнесла это как нечто само собой разумеющееся. – Почему вы здесь? Почему не вернулись в Пределы? Он сказал, что земные существа вынесли из древнего морского города оружие. Поэтому?

Нефрита с яростью вспомнила, как эта обманчиво наивная королева пыталась похитить Луна с солнцехода. И похитила бы, если бы Поток и Рорра не задержали ее до прибытия Малахиты.

Малахита молчала.

– Именно так, – заставила себя ответить Нефрита.

– Они похитили двух наших арборов и двух земных существ, – сказала Малахита.

Нефрита сдержала реакцию, лишь дернув хвостом. Вряд ли стоило делиться такой информацией со сквернами, но Малахиту это, похоже, не волновало.

Отрада снова нахмурилась, уставившись в землю.

– Я видела. Частично. Но не поняла, что происходит.

Дакти снова толкнул ее, и она отодвинулась.

– Все ты поняла, – возразила Малахита, слегка наклонив голову. – Ты пыталась похитить консорта.

Отрада резко вскинула голову, посмотрев Малахите в глаза, будто легкая перемена в интонации прозвучала как крик.

– Это не так! – вырвалось у нее. Она явно злилась, и от подобной наглости внутри Нефриты вскипел такой гнев, что она почувствовала вкус крови в горле. Но Отрада продолжила: – Нам нужна помощь. Нужен тот, кто все объяснит. От молодых владык нет никакого толка. Консорт умер. Нам надо… – Она перевела взгляд с Нефриты на Малахиту и замолчала, будто только сейчас осознала, что две королевы раксура вряд ли одобрят мысль о похищении консортов.

Дакти запоздало дернул ее за лодыжку.

– Тебе нужен был консорт, чтобы помог управлять стаей, – подытожила Малахита.

– Я многого не знаю, – пробормотала Отрада, пиная песок. Затем неожиданно добавила: – Другие скверны нас ненавидят. Хотят использовать против вас, как у морского города.

– Где находится та стая? – спросила Нефрита. Им уж точно сейчас не нужна еще одна стая сквернов. – Мы знаем, вы сражались с ними.

– Где-то здесь, – признала Отрада. – Их владыки рассказали остальным сквернам, что случилось. – Она замешкалась, но затем закончила: – Скверны думают, что все плохое происходит из-за вас. Что это какой-то подлый обман. – Дакти потрясенно уставился на нее. – Что такое? – огрызнулась Отрада. – Мы ничем не обязаны остальным сквернам. Они нас ненавидят.

– Что еще за подлый обман? – не поняла Нефрита.

– Я и остальные. – Она ткнула ногой в сторону дакти. Взгляд Малахиты скользнул к нему, и тот сжался, прикрыв лицо крылом. – Что вы обманом создали нас.

– Обманом, – повторила Малахита.

Ее шипы не дрогнули, но воздух вокруг словно стал холоднее. У Нефриты зачесались клыки. Впервые она понимала, о чем думает Малахита. Обо всей боли, которую причинили скверны: похищенные консорты и арборы для принудительного размножения, уничтоженные дворы, судьба полукровок, недостаточно сильных, чтобы выжить. Обман?

– Создание сквернов с кровью раксура только губит стаи и не приносит пользы, как было обещано, – продолжила Отрада, не замечая реакции Малахиты.

– Мы ничего не обещали, – сказала Нефрита, поглядывая на Малахиту. Нефрита не могла понять, стоит ли ожидать взрыва. Спокойствие Малахиты всегда пугало больше, чем гнев, но сейчас Нефрита могла ошибаться. – Раксура не имеют к этому отношения.

Отрада наблюдала за ними, и ветер трепал ее гребни. Она нахмурилась, будто только сейчас осознав, что что-то не так. Нефрита с такой силой стиснула зубы, что заныла челюсть. Нефрита толком не понимала, чего ждет Малахита от этой встречи, задает ли правильные вопросы, есть ли в этом смысл.

– Так считают другие скверны, – тихо сказала Отрада.

Нефрита рыкнула, больше на себя. Они услышали достаточно.

– Нам пора.

Она удивилась, когда Малахита подняла один шип в знак согласия и развернулась.

– Нет! – пораженно воскликнула Отрада. – Останьтесь!

Дакти снова дернул ее за лодыжку. «Боится, что она улетит с нами», – вдруг осознала Нефрита.

И внезапно Малахита резко развернулась, с шипением втягивая воздух. От неожиданности Нефрита отпрянула. Отрада отпрыгнула и пригнулась. Дакти едва не свалился с уступа.

Малахита наклонила голову.

– Если это неуклюжая ловушка, вы умрете еще до того, как успеете раскаяться, – сказала Малахита.

Нефрита понюхала воздух, но в холмах и так витал тяжелый смрад сквернов. Она взглянула на Отраду, однако та выглядела растерянной.

– Какая ловушка? – спросила Отрада.

Внезапно над холмом со стороны лагеря появилась темная фигура размером с воина-подростка, с долговязыми конечностями и неуверенными взмахами крыльев. С тревогой заскулив, скверн приземлился на уступе ниже Отрады и дакти. Он что-то крикнул ей на языке сквернов, и Нефрита поняла: это молодой владыка. Отрада сменила облик на окрыленную форму.

– Он слышит сквернов. Других сквернов. Они летят сюда.

Дакти беспокойно вскрикнул и хрипло прошептал:

– Его нет здесь. Что теперь делать?

И тут Нефрита учуяла свежий смрад сквернов с северо-востока. Приближалась другая стая.

– Если это подстроила ты…

– Нет! – зарычала Отрада. – Это не ловушка. После драки у морского города они нас ненавидят. – Она впилась взглядом в небо, готовясь к прыжку. – Думают, что мы с вами союзники.

– Стой, – приказала Малахита.

Отрада замерла, а потом встряхнула шипами, в замешательстве глядя на Малахиту.

– В чем дело?

– Не взлетай, пока их кетели не окажутся прямо над нами. Я займусь первым.

– Я знаю. – Отрада отступила. Дакти и владыка поспешили вниз по откосу. – Я знаю, что делать. Просто забыла, потому что злилась.

Она развернулась, подпрыгнула, взмахнула крыльями – и нырнула за холм.

Нефрита потрясенно уставилась на Малахиту.

– Мы что, поможем им сразиться с другой стаей сквернов?

– Я помогу, – ответила Малахита.

У Нефриты заклокотало в горле. Ей не следовало удивляться. Между Луном и Малахитой существовало сильное сходство, хоть он его и не замечал. «А у тебя пятеро таких же в яслях», – напомнила она себе.

В поле зрения появились кетели – сначала один, затем еще два. Самые крупные скверны всегда нападают первыми. Ведущий был размером с половину ветряного корабля Золотых островов, остальные чуть меньше. Как у всех сквернов, их бронированная чешуя была матово-черной, но с характерными венцами рогов, защищающих головы.

Они летели слишком скученно. Нефрита оскалилась.

– Они невысокого мнения о полукровках.

Такое построение годилось против земных обитателей, но не для воздушного боя. Возможно, они рассчитывали на внезапность – скверны неважные следопыты, и, не будь здесь Малахиты и Нефриты, полукровок застигли бы врасплох.

Малахита шевельнула шипом.

– Естественно. Прародительницы и владыки считают полукровок оружием против нас. Ошибка. – Она бросила взгляд на Нефриту. – Возможно, предпоследняя их ошибка.

Когда Малахита приготовилась к прыжку, Нефрита повторила ее движения, и они взмыли в воздух одновременно.

Малахита впилась клыками в горло первого кетеля. Нефрита вцепилась в его плечо, карабкаясь мимо рогов к глазам. Конечно, размер и сила давали Малахите преимущество, Нефрита видела ее скорость в бою. Но все равно ее потрясло, что, не успела она подняться к голове кетеля, как из его горла уже бил фонтан темной крови, а крылья судорожно хлопали в панике. Нефрита оттолкнулась, увернулась от второго кетеля и приземлилась ему на спину. Мельком глянув вниз, она увидела, как черной тучей с холмов поднимается стая полукровок.

Малахита двигалась так быстро, оставляя за собой столько трупов, что Нефрита едва находила цели. Она мельком заметила, как Отрада рвет владык вражеской стаи, а ее дакти и кетели слаженно атакуют – совсем не так, как обычно дерутся скверны. К тому времени как Нефрита вырвала глаза кетелю, получила удар хвостом от другого, пришла в себя, расправилась с двумя владыками и растерзала с полдюжины дакти, атакующая стая уже беспорядочно отступала.

Малахита промчалась мимо, Нефрита последовала за ней и приземлилась на вершине холма.

Когда ее когти впились в редкую траву, Малахита сбросила две отрубленные головы владык и отряхнула кровь с когтей. Обычно головы закапывали, чтобы их не нашла остальная стая. Но поскольку эта стая уже знала о произошедшем, Нефрита предположила, что Малахита сделала это демонстративно.

Как будто ей это нужно, подумала Нефрита. Два кетеля лежали у подножия холма, а каменистая земля была усеяна трупами дакти.

Полукровки продолжали кружить в воздухе, кетели наблюдали за отступающей вражеской стаей, а дакти и владыки начали возвращаться в лагерь.

Немыслимое сражение. Нельзя объединяться со сквернами. Невозможно заключить союз с существом, которое видит в тебе только добычу. Но никто из полукровок даже не попытался воспользоваться суматохой, чтобы напасть на Нефриту или Малахиту.

Нефрита заметила спускающуюся к ним Отраду и сказала Малахите:

– Надо вернуться к ветряному кораблю.

Скверны летели в противоположную от него сторону, но рисковать было нельзя.

Малахита стряхнула кровь с шипов и развернулась.

Отрада сложила крылья и приземлилась чуть дальше.

– Вы все равно улетаете! – крикнула она.

Малахита остановилась и посмотрела на нее.

– Мы должны вернуться к тем, с кем путешествуем вместе. Мы заботимся друг о друге, как ты заботишься о своей стае.

Отрада задумалась, ее шипы хаотично дергались в замешательстве.

– Я все равно последую за вами, – заявила она.

Должно было прозвучать как угроза, но получилось больше похоже на каприз упрямого птенца, не желающего подчиняться учителям.

– На это я и рассчитываю, – тихо произнесла Малахита и взмыла в небо.

Нефрита последовала за ней.

Когда они снова увидели ветряной корабль, солнце уже почти касалось горизонта. Нефрита с облегчением зашипела, заметив корабль в целости и сохранности – островитян на палубе и блики чешуи воинов на каютах и на мачте. Но ей надо было поговорить с Малахитой наедине, и корабль для этого не подходил.

Нефрита направилась вниз, к каналу, и приземлилась на опоре чуть выше воды. Малахита тоже.

Канал шириной в тридцать шагов был чист, если не считать нанесенного ветром мусора и толстых фиолетовых листьев. На дне виднелись выцветшие узоры и непонятные письмена. Нефрита окинула канал взглядом, пытаясь собраться с мыслями. Разговор будет непростым – по крайней мере, для нее.

Малахита грациозно приземлилась на край канала, вцепившись темными когтями в каменный выступ.

– Мы можем использовать полукровок себе на пользу, – сказала она, будто продолжая прерванную беседу. – Если скверны так взбудоражены, как говорила Отрада, стая полукровок может отвлечь их внимание.

Поняв, что более подходящего момента все равно не будет, Нефрита выпалила:

– Как ты… Ты заставила Отраду забыть о своем присутствии.

Малахита уставилась на нее. Тишину нарушал лишь плеск воды в канале.

– Я знаю, ты умеешь делать это с другими раксура, – напирала Нефрита. – Но неужели такое получается и со сквернами?

– Да, это возможно, – наконец ответила Малахита.

– Ты их слышишь?

– Нет. – Она замерла, словно изваяние. Потом добавила: – В этом нет нужды.

– Но ты можешь заставить их услышать тебя.

Тут у Нефриты наконец сложилась полная картина. Все странности, которые она замечала раньше. Скупые рассказы о разрушении восточной колонии Опаловой Ночи, о спасении пленников, которых увели скверны. И что сделала Малахита ради их освобождения. История о том, как Отрада убила свою прародительницу и захватила стаю, а дакти и кетели перебили старых владык. Теперь Нефрита все поняла.

– Так вот как ты уничтожила сквернов, напавших на твою колонию? – спросила она. – Ты проникла в разум прародительницы. Без нее владыки не могли управлять кетелями и дакти.

Малахита опустила взгляд, но это не было похоже на попытку избежать ответа. Она тронула воду кончиком когтя и смотрела на расходящиеся круги.

– Я заставила ее подчиниться, – сказала она. – И это разрушило ее связь со стаей. Они сами перебили друг друга. – Она подняла голову, пригвоздив Нефриту взглядом. – Без нее они оказались беспомощны. А еще она посеяла между дакти и кетелями настоящую ненависть.

Нефрита шевельнула шипами, показывая, что поняла.

– Научи меня.

Малахита слегка склонила голову. Это не было ни угрозой, ни насмешкой.

– Такому нельзя научить. По крайней мере, от начала и до конца.

Нефриту обожгло разочарование.

– Точно?

Она тут же осознала, насколько глуп этот вопрос – как капризный выпад птенца. Но Малахита отреагировала на него спокойно, как если бы Нефрита сказала нечто мудрое.

– Для этого нужно очень сильное желание. – Малахита отвела взгляд вдаль, туда, где сейчас должна была находиться летающая лодка. – Но будь осторожна в своих желаниях.

– Я этого не хочу, – честно призналась Нефрита. – Но в будущем может понадобиться.

Малахита дернула хвостом.

– Надеюсь, что нет, – сказала она и, развернувшись, прыгнула в небо.