Брат мальчика понятия не имел, как быть королем. И не представлял, что делать с ребенком.
Что касается королевства, тут ему помогали справляться советники. Не сказать, что при дворе его отца дела шли идеально, но большую часть внутренних распрей разрешили задолго до рождения мальчика.
Ребенка же поручили заботам нянек, которые пытались утешить его всякий раз, когда он просыпался и звал маму.
Одна из них продержалась дольше остальных. Дариэлла укачивала его каждую ночь и напевала колыбельную, а он вздрагивал в ее объятиях.
В конце концов она принялась жаловаться другим слугам.
– Ребенку нужна семья, – твердила она. – Бедняжка лишился родителей, а король не заглядывал к нему уже несколько недель. Недель!
И однажды, когда мальчик расплакался так безутешно, что его невозможно было успокоить, Дариэлла подхватила ребенка на руки и вышла из детской.
– Его Величество спит, – тихо сообщили ей.
– Рада за него, – выплюнула Дариэлла, и мальчик, вздрагивая от рыданий, ощутил, как внутри все сжалось от страха. – Разбудите его.
Повисла тишина.
– Он велел будить его сразу, если с Лорианом что-то случится, – напомнила Дариэлла.
– Ребенок выглядит нормально.
– А у вас большой опыт в этом деле?
Дверь открылась. Через несколько минут на пороге появился Конрет.
– Что случилось? – поинтересовался он.
– Он не может заснуть, Ваше Величество. Каждую ночь, я уже говорила вам. Но сегодня еще хуже, чем обычно. Ребенку нужна семья.
Мальчика подхватили сильные руки. Конрет посмотрел на брата, его взгляд просветлел. Больше не сказав ни слова, король развернулся и понес его в свои покои.
– Рада тебя видеть, Марджи. – Я внимательно посмотрела на нее, отмечая, как смягчились складки вокруг рта. Она не сразу согласилась уехать из Лесдрина, где Регнер убил ее дочь. Но Вайсер смог ее убедить.
– Я тебя тоже, – улыбнулась Марджи. – Давай я найду тебе палатку.
Поднявшись на ноги, я взглянула на Асинию. Она ободряюще мне улыбнулась.
– Поужинаем вместе?
– Да, только вдвоем, – пообещала я. Нам давно пора было нормально пообщаться, провести вместе хотя бы несколько часов.
Вместе с Марджи мы вышли из палатки и свернули налево.
– Это главная улица, – пояснила она. – Если идти по этой дорожке, а потом свернуть направо, то в конце концов выйдешь к арене. А дальше находится вход в лагерь. Место рядом с кострами, где готовят пищу, называется Очаг. Там в любое время дня можно спокойно посидеть и поесть.
На этот раз обитатели лагеря пялились на меня уже не так пристально. Конечно, любопытные взгляды по-прежнему липли ко мне, как кровь к мечу, но потом они замечали Марджи, приветственно махали ей, улыбались и окликали по имени.
– Только не вздумай явиться на тренировку с такой лодыжкой. Сперва покажись целителю, – пожурила она высокого тощего парнишку, которому на вид было около пятнадцати зим. Однако, судя по широким плечам, в один прекрасный день он сможет нарастить довольно приличные мышцы. Мальчик выпятил подбородок и повернулся ко мне:
– Ты наследница трона смесков. – Во рту пересохло, но я кивнула. – Ты собираешься нам помогать? – На его лице застыло почти обвиняющее выражение.
Марджи крепче сжала мою руку:
– Ну же, Сайлас, не стоит грубить женщине, которая спасла жизнь твоему брату.
Он бросил взгляд через плечо:
– Мой брат стал хромым из-за железных гвардейцев.
Тяжесть сдавила грудь. Я посмотрела на Марджи:
– Тайбрис…
– Да, – тихо подтвердила она. – Нам нужно больше целителей. Всего трое целителей-смесков обладают достаточной магией, чтобы лечить инфекции и сращивать кости. И на их попечении весь лагерь.
Я моргнула:
– Здесь нет целителя-фейри?
– Он лечит фейри. Смески отказались от его услуг.
Сайлас побрел прочь.
Стиснув зубы, я вслед за Марджи продолжила путь по главной улице:
– То есть им необходим целитель-фейри, но они не подпускают его к себе из-за недоверия ко всему народу?
– Верно. – Марджи мазнула по мне холодным взглядом. – А ты бы на их месте доверилась фейри, учитывая все, что слышала о них с самого детства? Впрочем, ты ведь сдружилась с Кровожадным принцем.
Ощущая смесь обиды и стыда, я высвободила руку из ее ладони.
– Прости, – поджала губы Марджи. – Это было грубо.
– Нет. – Я покачала головой. – Говори, что думаешь.
Она вздохнула, внезапно показавшись намного старше своих лет.
– Я не возмущаюсь по поводу ваших с ним отношений. Без его магии мы все бы погибли. Но ты должна понимать, что чувствуют здешние смески, когда видят вас вместе. Кто-то из них лишился членов семьи, бежавших сюда и не сумевших пробраться за границы королевства. Самые старшие из них помнят, как сами прикладывали руки к созданным защитными стражами стенам, а после наблюдали, как убивали их друзей и родных. Ты олицетворяешь для нас надежду. Он же напоминает о смерти. Живущие здесь смески видели вашу непринужденную беседу у входа в лагерь.
При мысли о том, что местные следят за каждым моим шагом и делают соответствующие выводы, начала зудеть кожа. Какой из меня символ надежды, если я зачастую по несколько часов обдумывала собственные решения? Напротив, Лориан без раздумий ввязался бы в драку с железными гвардейцами Регнера, чтобы защитить любого в этом лагере.
Марджи со вздохом похлопала меня по плечу и направилась дальше. В конце концов мы с ней прямо вышли к арене, на которой сейчас тренировались смески. От жилых палаток ее отделяла лишь широкая полоса заросшей травой земли.
– За ареной тоже есть палатки, – сообщила Марджи. – Там ночуют фейри. Многие из них тренируются здесь по несколько месяцев, другие же просто останавливаются в лагере для отдыха по пути в Эпроту и Громалию.
Само собой, Демос с Тайбрисом за ними присматривают.
– Днем здесь бывает довольно шумно, – извиняющимся тоном проговорила Марджи, возвращая меня в настоящее.
– Вряд ли я буду проводить много времени в этой части лагеря, – улыбнулась я. – Спасибо, Марджи.
Она улыбнулась в ответ, чуть приоткрыв рот.
– Вот ты где! – бросилась ко мне Эрея и заключила в объятия. – С тобой все хорошо!
– Не могу… дышать.
Она отпустила меня, сверкнув в улыбке сколотым зубом. Даселис за ее спиной просто кивнула мне, сдержанная, как всегда. Ее обычно светлая кожа в лагере слегка загорела на солнце, приобретя золотистый оттенок, пепельно-русые волосы, теперь не скрученные в привычный тугой узел, распущенными прядями падали ей на плечи, отчего Даселис выглядела намного моложе.
– Как твоя племянница? – спросила я.
Даселис чуть изогнула губы:
– У Ханиши все хорошо. Она учится готовить. Когда есть возможность, ей нравится работать у Очага.
Марджи откинула полог моей палатки и жестом пригласила нас войти. Внутри палатка оказалась больше, чем казалось снаружи. Справа тянулась узкая койка, рядом с ней небольшая тумбочка, на которой стояли тазик и кувшин с водой. Слева находился большой открытый сундук. И совершенно пустой.
– Мы раздобудем для тебя одежду, – пообещала Эрея. – Лагерная швея так разволнуется, узнав, что будет шить для королевы.
Я переступила с ноги на ногу:
– Давайте на время оставим всю эту тему насчет королевы. Я просто Приска, и все.
Между бровями Эреи появилась крошечная складка. Позади нас Марджи и Даселис дружно фыркнули.
Прищурившись, я медленно обернулась, но обе стояли с безмятежными лицами.
– Я ничем не отличаюсь от остальных в этом лагере, – заявила я. – И просто хочу помочь.
Даселис, явно не впечатленная, просто пожала плечами. Марджи выглядела разочарованной. В палатке повисло неловкое молчание.
– Мы оставим тебя ненадолго одну, – сказала Даселис. – Если захочешь, потом организуем тебе ванну.
– О боги! Еще как хочу!
Ее губы дрогнули в подобии улыбки. Даселис кивнула и потянула остальных к выходу. Прежде чем последовать за ней, Марджи обернулась и одарила меня долгим испытующим взглядом.
А потом воцарилась тишина. Я уже и не помнила, когда в последний раз оставалась одна. Но насладиться одиночеством не получалось. В голове теснились мысли, в которые мне не слишком-то хотелось погружаться. Сев на койку, я обхватила голову руками. В столице ежедневно отправляют людей на костер.
Даже в прежние времена прогулки по Лесдрину вызывали страх. Я не раз видела, как городские стражники припирали к стенам самых бедных горожан и обыскивали их на предмет запрещенных вещей, насмехались над ними, избивали…
Что же творится в столице сейчас?
Нельзя допустить, чтобы все эти жертвы оказались напрасными. Нужно во что бы то ни стало раздобыть для смесков песочные часы. Их потеря, без сомнения, серьезно ударит по репутации Регнера. И, возможно, те, кто сохраняет верность ему лишь из страха, вновь начнут на что-то надеяться.
– Приска? – донесся до меня знакомый голос.
Вскочив на ноги, я выбежала из палатки. И увидела приближающегося Райтоса в человеческом обличье.
Сдержанно улыбаясь, он медленно двигался вперед, как будто подходил к чересчур нервной лошади, которую боялся спугнуть.
Сдавленно всхлипнув, я бросилась вперед, упала в его объятия и прижалась лицом к его груди. Я так боялась, что у меня не будет возможности все исправить.
– Привет, малышка, – пробормотал Райтос, нахмурив темные брови. – В чем дело?
– Прости, – пробубнила я, уткнувшись ему в рубашку, – что так вышло у городских ворот.
Обхватив за плечи сильными руками, Райтос мягко меня отстранил и хмуро уставился мне в лицо. Почувствовав, как на нас смотрят со всех сторон, я попыталась отгородиться от чужих взглядов.
– О чем ты? – уточнил Райтос.
– Я… испугалась тебя. – Я опустила взгляд в землю, не в силах смотреть на него. Райтос всегда был моим другом. С момента нашего знакомства он был очень добр ко мне. Но, узнав, что он фейри, я…
– Неужели ты думаешь, что я на это обиделся? – Райтос раскатисто рассмеялся.
Несколько проходящих мимо смесков застыли как вкопанные, уставившись на нас.
Мне захотелось оскалить зубы и зарычать.
Но вместо этого я сосредоточилась на стоящем передо мной мужчине.
– Когда я узнала о нападении на вашу группу, то решила, что у меня уже не будет шанса извиниться…
– Приска, – мягко произнес Райтос, – твоя реакция тем вечером вполне понятна. Твой мир в одночасье перевернулся с ног на голову – и твой брат едва не умер прямо у тебя на глазах. А после Лориан вынудил тебя согласиться на очередную сделку. – Он закатил темные глаза. – Тебе не за что извиняться.
Тяжесть в груди исчезла.
– Хочешь войти? – спросила я, указывая на свою палатку.
Райтос медленно покачал головой:
– Не желаю объяснять Лориану, что я делал в твоей палатке. Когда речь идет о тебе, он мыслит не слишком разумно.
Я усмехнулась, и фейри снова улыбнулся мне.
– Пойдем, Кавис хочет познакомить тебя с дочерью, – предложил он. – И Мэрту с Гэлоном не терпится с тобой встретиться. Да и Лориан после приезда мрачнеет прямо на глазах. Пусть убедится, что ты цела и невредима.
Покачав головой, я взяла его под руку. А в голове все крутились сказанные Марджи слова об отношениях с фейри.
Возможно, естественный страх смесков перед фейри был не так уж силен. И, если они намерены постоянно за мной наблюдать, пусть видят, как я и другие общаемся с фейри.
Ведь если мне удастся договориться с их королем, вполне возможно, что мы вместе вступим в войну. И тогда смескам и фейри придется сражаться бок о бок.
Отбросив предупреждение Марджи, я вместе с Райтосом неторопливо шагала по лагерю. Он рассказывал о своем путешествии, впрочем, даже не упоминая о нападении. И повсюду меня преследовали шепот и любопытные взгляды. К тому времени, как мы оказались за ареной, в той стороне лагеря, где жили фейри, я уже цеплялась за его руку с такой силой, словно боялась утонуть.
– Ты уверена? – спросил он, бросив взгляд через плечо.
Сотни глаз прожигали мне спину, но я высоко подняла голову и кивнула.
Райтос привел меня к огромной палатке, в которую легко поместился бы десяток моих собственных. Стола внутри не было, Лориан и остальные расположились на низких мягких стульях, вполне удобных на вид.
Я взглянула на Лориана. Он тут же осмотрел меня с ног до головы, словно проверяя, не пострадала ли я за те несколько часов, что мы не виделись. Сказать я ничего не успела, потому что Мэрт тут же сгреб меня в объятия.
Этот чересчур мускулистый гигант сжал так крепко, что чуть не придушил. Я толкнула его в грудь, и он, с улыбкой глядя на меня, немного ослабил хватку. Мэрт подстригся с нашей последней встречи, и теперь его светлые волосы спускались чуть ниже плеч. А вот щетина на лице заметно отросла, и теперь он напоминал одного из пиратов, которого я мельком видела на корабле Дахараки.
– Смотри не задуши ее, – прорычал Гэлон, отталкивая Мэрта в сторону.
Я сглотнула, всматриваясь в его лицо. Неужели он до сих пор разочарован во мне? Не знаю отчего, но меня это тревожило.
Гэлон окинул взглядом мое тело:
– Где твои мышцы? Завтра жду на тренировке.
– Я приду, – пообещала я, скривив губы в легкой улыбке.
Услышав чей-то вопль, я вздрогнула и отвернулась от Гэлона, вглядываясь вглубь палатки. Там сидел Кавис, укачивая на руках спеленатого младенца, рядом с ним расположилась потрясающе красивая женщина. Она улыбнулась мне, сверкнув жемчужно-белыми зубами, которые резко контрастировали с ее темной кожей. Женщина тоже носила человеческую личину. Неужели они… не рискнули показываться мне на глаза в своей естественной форме? Вполне понятно, учитывая мою реакцию возле городских ворот. Но я не хотела доставлять им неудобств…
– Приска, – обратилась ко мне женщина, поднимаясь на ноги. – Я столько о тебе слышала.
Фейри явно любили обниматься. Я успела в этом уже не раз убедиться. Вот и эта женщина притянула меня к себе и быстро обняла, а после указала на Кависа и сверток с младенцем в его руках.
– Я Сибелла, а это Пайперия.
Кавис просиял, глядя на меня, а мне вдруг показалось, что мое сердце стало настолько большим, что уже не помещалось в груди. Подойдя ближе, я наклонилась и одним пальцем отодвинула в сторону одеяло. Малышка спала, длинные ресницы касались щек. Крошечные заостренные ушки казались сейчас слишком большими для ее головы. У меня дрогнули губы.
– Она их еще догонит, – рассмеялась Сибелла.
– Очаровательная девочка.
– Ты можешь ее подержать, – предложил Кавис.
– Э-э… может, позже. У меня не слишком много опыта. – А Пайперия выглядела совсем уж маленькой и хрупкой.
Кавис одарил меня понимающим взглядом. Он больше не мечтал наяву и не смотрел куда-то вдаль. Напротив, теперь этот фейри словно ожил, в его глазах вспыхнул огонь, и все его внимание было отдано любимой женщине и крошечной дочери.
Я вдруг вспомнила слова Лориана. Кависа нашли ребенком, когда он в одиночестве бродил по лесу. У него не осталось семьи, поэтому он создал себе другую.
Кавис поцеловал малышку в лоб, и она захихикала. Сибелла улыбнулась им обоим, и у меня что-то сжалось в груди.
Мама не сводила с меня пристального взгляда. Я же с улыбкой на лице смотрела на счастливую пару.
– Однажды я тоже выйду замуж. Здесь, в деревне.
– Нет, Приска. Подобное не для тебя.
В глазах вдруг защипало, а горло перехватило так, что я с трудом могла сглотнуть.
Я просто устала. Вот и все.
Лориан напряженно наблюдал за мной – как будто благодаря существующей между нами странной связи ощутил, что со мной происходит. Не желая на него смотреть, я опустилась рядом с Райтосом на один из низких плюшевых стульев.
Словно по какому-то молчаливому соглашению, никто не говорил ни о войне, ни о Регнере, ни о чем-либо другом, способном испортить беззаботное настроение. Кто-то принес еды. Я наблюдала, как едят остальные, пока Мэрт травил байку о том, как однажды прикончил некое морское существо, решившее перевернуть его корабль. Поймав мой взгляд, Райтос покачал головой, и я подавила усмешку.
Наверное, я задремала, потому что, когда снова открыла глаза, вокруг стало значительно темнее.
– Мне нужно встретиться с Асинией, – зевнув, сообщила я и взглянула на бутылки с каким-то эльфийским алкоголем, появившиеся на столе за время моего сна. – Не пейте слишком много.
Мэрт рыгнул, и Гэлон отвесил ему подзатыльник. Райтос осоловело ухмыльнулся.
– Похоже, предупреждение запоздало, – вздохнула я.
Однако Лориан, несмотря на полупустую бутылку в руках, выглядел совершенно трезвым.
– Хочешь попробовать? – предложил он с легкой насмешкой в голосе, но дикий блеск из его глаз не исчез.
Я повернулась к остальным, но у всех внезапно нашлись какие-то свои дела. Подмигнув мне, Сибелла принялась расхаживать взад-вперед с Пайперией на руках.
Я шагнула к Лориану и подняла бровь, хотя щеки предательски вспыхнули.
– Я пас, – объявила я, и вокруг раздалось несколько смешков.
– Милая Приска, – пробормотал Лориан. – Может, присядешь здесь и…
Тут же подошла Сибелла и положила ему на руки Пайперию. Я ожидала, что Лориан замрет от неожиданности, – уж я-то точно бы растерялась. Однако он, умело держа малышку на руках, прижал ее к себе и поцеловал в крошечную головку.
От этого зрелища сердце взволнованно затрепетало, и я поспешно выскользнула из палатки, стараясь выбросить из головы образ принца фейри с младенцем на руках.
Вот только эта картина теперь навечно запечатлелась у меня в сознании.
Прохладный воздух помог немного прийти в себя, и я направилась к Очагу. Хотя, по словам Марджи, Очаг был центром здешней жизни, местом встреч всех обитателей лагеря, я уже заметила, что фейри и смески ели по очереди. И никогда вместе.
Асинию я нашла за столом с кружкой эля. Она послала мне улыбку, и я скользнула на скамью напротив нее.
– Я заснула, – призналась я.
– Я сама только что пришла. Твой брат настоял на том, что нужно в сотый раз ознакомиться с правилами безопасности.
Не было смысла даже уточнять, кого из братьев она имеет в виду.
– Вы с Демосом нормально ладите?
– Он сводит меня с ума, – застонала Асиния. – Сидя в той камере, мне приходилось каждый день выслушивать его скептические теории о жизни. Клянусь, порой мне даже хотелось согласиться на пытки. – Я прикрыла рот рукой, пытаясь спрятать улыбку, вызванную ее негодованием. Асиния прищурила темные глаза и покачала головой: – Знаешь, меня уже почти не удивляет, что вы с ним родственники.
Я расхохоталась, и миг спустя подруга ко мне присоединилась. Смески за соседним столиком уставились на нас. Резко оборвав смех, я попыталась выдавить улыбку. Один из них улыбнулся в ответ, и друзья что-то зашептали ему на ухо. Остальные просто продолжали пялиться.
– Я опять проголодалась, – заметила, взглянув на них, Асиния. – Давай возьмем еды и пойдем ко мне в палатку.
Мы наполнили наши тарелки и через несколько минут уже с аппетитом ужинали в ее палатке, наслаждаясь нежным мясом с овощами и свежим хлебом.
– Не думала, что мы будем вот так сидеть и вместе есть, – призналась Асиния, откусывая хлеб. – Когда я увидела тебя в тот день в подземелье, то ужасно разозлилась, поскольку думала, что в конечном счете ты просто сгоришь вместе со мной. Но у тебя получилось, Прис. Знаю, что уже говорила это, но… спасибо.
Я схватила ее за руку:
– Не нужно меня за это благодарить. Никогда. Мне ни разу даже в голову не пришло оставить тебя там. И я знаю, что ты тоже пришла бы за мной.
В глазах Асинии выступили слезы, но она их сморгнула:
– Помнишь, когда тебе только исполнилось тринадцать зим, мы забрались на крышу пекарни?
– Та крыша отчаянно нуждалась в ремонте. – Я улыбнулась краешками губ. – Повезло, что мы не провалились внутрь.
Асиния улыбнулась в ответ:
– Мы тогда только что узнали о кровных клятвах фейри.
Я поморщилась:
– И решили принести собственную клятву.
– Сестры по духу. Сестры по выбору, если не по крови. Куда бы ни занесла нас жизнь.
Я сжала ее руку:
– Мы даже не знали о магии друг друга. Думаешь, мы… нарушили клятву?
– Нет. Ведь сестры защищают друг друга, несмотря ни на что. Если бы одну из нас поймали и привели к правдоискателю, то у другой оставался шанс спастись.
– Знаешь, я только сейчас понимаю, насколько сильно рисковала. И я хотела рассказать тебе правду, но боялась, что ты никогда не простишь меня за этот обман.
– Забудь, Приска. Это уже не важно. Главное, что будет дальше. Расскажи мне обо всем, что случилось после городских ворот.
И я ввела ее в курс дела. Поведала о Дахараке и кровной клятве. Хмуро пробурчала что-то о женщине-фейри, которая практически сидела на коленях у Лориана в зале постоялого двора. Призналась, как тяжело мне пришлось во время путешествия с ним и в красках обрисовала нападение железных гвардейцев.
– Повезло, что ты сумела улизнуть.
– Лориан получил три стрелы в спину, но вел себя так, будто они не имели значения.
Асиния чуть заметно улыбнулась:
– Ты клянешься, что не хочешь иметь с ним ничего общего, но в твоих словах отчетливо звучит… восхищение.
Я издала мрачный смешок:
– Я восхищаюсь его умениями. Тем, как он размахивал мечом.
– Конечно, – ухмыльнулась она. – Не сомневаюсь, ты в восторге от его умений. И от меча тоже. – Она вдруг отбросила всю веселость. – Ты когда-нибудь простишь его, Прис?
– Не знаю.
Но я не могла его ненавидеть, видя, как Лориан рисковал жизнью ради меня. Зная, что он всеми силами стремился защитить свой народ. И, когда Лориан намекнул, что он не убивал мою семью, мне захотелось ему поверить. Но слишком многое было поставлено на карту, и я не могла рисковать.
– Ладно, поговорим потом, когда ты будешь готова, – кивнула Асиния.
А пока лучше сменить тему.
– Расскажи, как здесь дела.
Нахмурившись, подруга подтянула колени к груди:
– Я разговаривала с другими смесками. Кто-то из них уже вообще ни на что не надеется. Они верят, что им суждено до конца своих дней жить в этом лагере. Другие думают, что рано или поздно Регнер найдет способ разрушить защиту фейри и тогда их всех убьют. Но некоторые еще помнят, на что оно было похоже.
– О чем ты?
– О нашем королевстве, Прис. О королевстве смесков. Вечерами смески собираются вокруг костров и рассказывают младшим истории о детях, смеющихся на улицах. О магии, мирной жизни и странных существах…
В голове вдруг промелькнуло какое-то воспоминание. Сказка, которую отец однажды рассказал нам с Тайбрисом перед сном.
– Давным-давно существовало королевство, пропитанное магией. И в этом королевстве жили всевозможные существа. Странные, пугающие и прекрасные.
– Они ели людей? – спросил Тайбрис, придвигаясь ближе.
– Да, – ответил папа. – Но только слабых духом.
– Что это значит? – уточнила я, засовывая в рот большой палец.
– Эти существа умели заглядывать в сердца людей, фейри и смесков. И судили о них по тому, что увидели.
– Значит, если ты будешь злым, то не понравишься этим существам? – нахмурился Тайбрис.
– Чтобы уметь преклоняться перед такими существами, требуется смирение, храбрость и истинная сила, – улыбнулся папа. – Если ты когда-нибудь увидишь их, не убегай.
– Прис?
– Прости, я вспомнила историю о неких странных существах, которую рассказывал нам папа. Может, таким образом он сообщал мне все, что знал, о королевстве смесков?
– Однажды мы его увидим, правда? – спросила Асиния.
И от отчаянной надежды в глазах лучшей подруги у меня сжалось сердце.
Она хотела знать, не зря ли были все страдания, которые выпали на нашу долю – и те, что еще ждут впереди. И есть ли какой-то смысл в смерти ее матери. Сумеем ли мы в один прекрасный день вернуться домой.
– Увидим, Асиния. И будем там жить. Нас ждет невероятная жизнь, полная радости и спокойствия. Я обещаю.